Глухие звуки выстрелов раскатились по лесу. Кора брызнула щепками, лесные птицы захлопали крыльями и одна за другой взмыли с ветвей.
Внезапно — то ли зацепившись за что-то, то ли получив пулю — силуэт во тьме резко замедлил движение.
Тао Вэй торжествующе обрадовался и поспешно прицелился в эту фигуру.
В следующее мгновение тёмный силуэт бросился прямо на него из белого тумана.
Слишком быстро. Зрачки Тао Вэя мгновенно расширились, в глазах отразилась фигура противника, стремительно приближающаяся вплотную.
Руку Тао Вэя, державшую пистолет, отбили в сторону.
Это движение казалось мягким, но в нём таилась колоссальная мощь.
Затем его запястье крепко схватили, в тот же миг у Тао Вэя перед глазами всё закружилось, и его швырнули на землю броском через плечо.
Спина с размаху ударилась о мелкие камни, кости хрустнули, от боли лицо Тао Вэй скорчилось, и он не мог изда ни звука.
Телосложение этих двоих заметно различалось: Вэнь Шуюй уступал Тао Вэю в росте и силе. Однако прошедший самую суровую профессиональную подготовку, он владел мастерством в совершенстве, в то время как Тао Вэй, знавший лишь поверхностные приёмы, шёл с ним ни в какое сравнение.
Вэнь Шуюй умел в кратчайшие сроки нанести точный и тяжёлый удар по самым уязвимым местам противника. Всего одного приёма хватило, чтобы захватить инициативу в схватке.
Тао Вэй перевёл дыхание и уже собирался разразиться бранью, как ему в рот внезапно сунули что-то горячее и твёрдое.
Его собственный пистолет!
Все движения замерли. Тао Вэй затаил дыхание, не в силах совладать с мелкой дрожью во всех мышцах.
Магазин пустынного орла вмещал семь патронов, и он помнил, что сделал до этого только шесть выстрелов.
Тао Вэй уже не думал разглядывать лицо нападавшего — всё его внимание сосредоточилось на стволе во рту, глаза сами собой сошлись к переносице, превратившись в косые.
Палец человека в чёрном в тонкой перчатке лёг на спусковой крючок.
Тао Вэй издал мычание, отчаянно и едва заметно мотая головой.
Палец нажал на спусковой крючок, боёк издал тихое щёлканье. Зрачки Тао Вэя в этот момент расширились до предела.
Зрелища разнесённого в щепки затылка не последовало.
Тао Вэй, обливаясь холодным потом, поднял глаза. В руке у человека в чёрном зажата та самая последняя пуля.
На лице, скрытом в тени и под маской, ничего не удавалось разглядеть, но брошенный на него взгляд явно сочился насмешкой и презрением.
Пистолет вытащили изо рта.
Не успел Тао Вэй облегчённо выдохнуть, как по голове пришёлся страшный удар рукоятью оружия, и он потерял сознание.
Вэнь Шуюй засунул пистолет за пояс и устремил взгляд на маленькую коробочку, лежавшую на земле.
То, что находилось внутри, заставило глаза Вэнь Шуюя невольно приподняться.
— Какая прелесть.
Вэнь Шуюй достал шприц с золотистой жидкостью, искоса бросил насмешливый взгляд на лишённого чувств Тао Вэя, отчего и без того плавный разрез его глаз стал ещё выразительнее.
Сопровождаемый приятным тиканьем сигнал проверки безопасности прошёл успешно, экран загорелся зелёным светом, и дверь квартиры автоматически отворилась.
Вэнь Шуюй направился прямо в свою спальню, быстрыми движениями сбросил одежду и нырнул в ванную, чтобы наскоро ополоснуться.
В этом заключался небольшой минус дымовых шашек — на теле оставался слабый запах химикатов. А Пэй Цзянчэнь обладал обонянием, не уступающим чуткости гончей.
Убедившись, что запах от него исходит вполне нормальный, Вэнь Шуюй бросил одежду в стиральную машину, нажал кнопку пуск и прошёл на кухню.
Взяв висевший на шкафчике фартук, он лихо взмахнул им и привычно завязал на талии.
До возвращения Пэй Цзянчэня оставалось меньше получаса, и ему необходимо было к приходу того парня приготовить полный стол аппетитного ужина.
Времени явно не хватало, но, к счастью, тушёная говядина в красном вине, которую он успел приготовить в обед, пожертвовав ради этого перерывом, значительно облегчила ему задачу.
Вымыв две картофелины размером с кулак, Вэнь Шуюй выхватил из подставки для ножей небольшой клинок. Тот сделал красивый оборот в ладони и тут же уверенно замер в пальцах.
Этот трюк он ни за что не стал бы демонстрировать перед Пэй Цзянчэнем.
Раздалось шуршание, и картофель мгновенно лишился кожуры, после чего был нарезан на аккуратные ровные дольки.
Вэнь Шуюй переложил сваренную в электрокастрюле говядину в глиняный горшок, сорвал веточку розмарина с цветочного горшка на кухонном подоконнике и вместе с картошкой бросил в кастрюлю, накрыв крышкой для дальнейшего тушения.
После этого он принялся за подготовку основного блюда.
На сковороду брызнули оливкового масла, слегка обжарив до аромата креветки, мидии, вонголе и нарезанные кольцами кальмары, а затем вспрыснули белым вином для готовки. Выловив обжаренные морепродукты, он снова разогрел масло в сковороде, забросил головы креветок и продолжил жарить на медленном огне.
Пока креветочное масло вытапливалось, Вэнь Шуюй сменил нож и, действуя с быстротой молнии, превратил лук, томаты, чеснок и прочие заготовки в мелкие крошки на разделочной доске.
Расчёт по времени оказался безупречным: к этому моменту масло с ароматом креветок было готово.
Вэнь Шуюй выловил креветочные головы, высыпал в кипящее масло рубленый лук и чеснок и принялся обжаривать. Когда поднялся аромат раскалённых на масле лука и чеснока, в сковороду отправились нарезанные кубиками помидоры и острая колбаса чорисо.
Когда томаты пустили сок и колбаса поделилась ароматом, подошла очередь промытого длиннозёрного риса. Сдобрив блюдо щепоткой шафрана и немного обжарив, он придал содержимому сковороды красивый оранжевый оттенок.
Снова побрызгав белым вином и дав немного потушиться, Вэнь Шуюй влил в сковороду куриный бульон, который томился ещё с обеда, добавил приправы, а затем аккуратно выложил на рис морепродукты и куриную грудку.
Накрыв крышкой и убавив огонь до минимума, оставалось поварить всего десяток минут. Как только жидкость выпарится, блюдо паэлья будет готово.
На этом дела Вэнь Шуюя не закончились.
Он разорвал упаковку с готовым салатом из магазина органических продуктов, высыпал ассорти в миску, сбрызнул заправкой из масла и уксуса и посыпал сыром. Затем включил небольшой домашний гриль, выложил на него спаржу, красный перец, цукини и ломтики баклажанов, обжарил до готовности и смазал соусом с перцем.
Чего-то не хватало?
Вэнь Шуюй вытер руки о фартук и вдруг вспомнил.
Он побежал в свою комнату, расстегнул брошенный у двери рюкзак и, вытащив светошумовую гранату, тот самый пустынный орёл Тао Вэя и нож-когтевидку Super Karambit SF, наконец обнаружил то, что искал — небольшой парфюмированный ананас.
Вэнь Шуюй забросил оружие обратно в рюкзак, пинком ноги задвинул его под письменный стол и, подбрасывая ананас, вернулся на кухню.
Очищенный фрукт он нарезал ломтиками и вместе с дыней, виноградом и манго аккуратно разложил на большом блюде, а в маленькие розетки налил мёд, кленовый сироп и черничный джем.
Подумав немного, Вэнь Шуюй достал из холодильника ещё и баночку домашнего розового варенья.
Неповторимый сладкий аромат лепестков роз заставил юношу невольно сглотнуть слюну. Проучившись весь день и только что отвёл душу в драке, он проголодался до чёртиков.
Черпнув две большие ложки варенья в блюдечко, оставшиеся две ложки Вэнь Шуюй отправил прямо себе в рот.
Лежавший на кухонном острове телефон внезапно слегка вибрировал — службу охраны подала сигнал: Пэй Цзянчэнь почти дома.
Вэнь Шуюй вытер руки и принялся расставлять приборы.
Как только у входной двери квартиры раздался звук поворачиваемого кодового замка, паэлья тоже поспела.
В ту самую секунду, когда дверь отворилась, по квартире разлился густой аромат еды.
Пэй Цзянчэнь инстинктивно глубоко втянул носом воздух, швырнул рюкзак и грязную футбольную форму у входа и в тапочках направился прямиком на кухню.
Черноволосый юноша, как обычно в фартуке, хлопотал у плиты, а мягкий свет падал на его худые плечи.
На обеденном столе уже красовались изысканные блюда — всё то, что так любил Пэй Цзянчэнь. Поскольку были морепродукты, к ужину приготовили бутылку охлаждённого белого вина.
— Молодой господин, — Вэнь Шуюй вышел из кухни с паэльей в руках, его улыбающиеся глаза сияли нежностью. — Устали на тренировке? Будем ужинать сразу или немного подождёте?
— Давай сейчас. Чёрт, проголодался до смерти. — Пэй Цзянчэнь подошёл и неожиданно остановился.
Он приблизился лицом к Вэнь Шуюю и принюхался.
Улыбка Вэнь Шуюя слегка дрогнула, сменившись выражением недоумения.
Он же дважды тщательно вымыл голову, неужели у этого Пэй Цзянчэня нос всё равно как у ищейки?
Те дымчато-хрустальные глаза уставились на Вэнь Шуюя:
— Ты опять таскал розовое варенье?
— ... — Вэнь Шуюй изобразил смущение человека, пойманного с поличным, и тихонько оправдался: — Я только одну ложечку попробовал...
Видя, что его маленький помощник вот-вот покраснеет от смущения, Пэй Цзянчэнь легко усмехнулся и оставил его в покое.
— Ел так ел. Чего бояться, будто я тут тебя голодом морю? — Он забрал у Вэнь Шуюя сковороду. — Садись за стол. Сто лет твою паэлью не пробовал.
За широкой стеклянной стеной, выходящей на южную сторону, небо окрашивалось в самые романтичные и завораживающие оттенки розовой розы. Ночной мегаполис медленно пробуждался, фары машин на длинных улицах сливались в извивающиеся огненные змейки.
В гостиной шёл вечерний выпуск новостей. Два юноши сидели в столовой по соседству, наслаждаясь роскошным ужином и попутно болтая о пустяках прошедшего дня. Большую часть времени говорил Пэй Цзянчэнь, а Вэнь Шуюй внимательно его слушал.
— Результаты жеребьёвки готовы, в первом же матче играем против Столичного научно-технического. Их одиннадцатый номер довольно силён. Тренер велел мне по возвращении изучить побольше записей с его игрой...
На предстоящем Всекитайском студенческом футбольном турнире Пэй Цзянчэнь попал в основной состав школьной команды, отправляясь на соревнования в качестве нового грозного нападающего. Поэтому в последнее время всё, о чём он говорил, так или иначе крутилось вокруг футбола.
http://bllate.org/book/27538/3348162
Готово:
