Вэнь Цзя поднял голову, бросил взгляд на Нин Цзинъяна, и в его глазах застыло жалостливое выражение. Тяжело вздохнув, он произнес:
— На них надеты желтые значки, а спонсорские взносы, которые они платят школе каждый семестр, исчисляются как минимум миллионами. Ты думаешь, школа станет что-то им делать?
Закончив говорить, Вэнь Цзя снова посмотрел на значок, приколотый к груди Нин Цзинъяна:
— А у тебя серо-зеленый значок. Ты — целевой студент, которых в школе любят меньше всего.
Услышав это, Нин Цзинъян с удивлением в глазах уставился на значок самого Вэнь Цзя и сказал:
— У тебя ведь тоже серо-зеленый.
Вэнь Цзя опустил голову, взглянул на собственный значок, и в его глазах промелькнула буря мыслей:
— Верно, я тоже нелюбимый целевой студент.
Убедившись, что у Нин Цзинъяна нет других травм, Вэнь Цзя поднялся на ноги и взглянул на время в телефоне.
— Через полтора часа патруль Студенческого совета должен закончиться, и тогда ты сможешь вернуться в общежитие. А до тех пор можешь отдохнуть здесь, — сказал Вэнь Цзя Нин Цзинъяну.
— Спасибо. — Нин Цзинъян с чувством поблагодарил Вэнь Цзя.
Вэнь Цзя покачал головой в ответ, но затем бросил фразу, от которой у любого пошли бы кругом голова:
— Возможно, в будущем мне еще придется рассчитывать на тебя!
С этими словами Вэнь Цзя направился к теплице.
Нин Цзинъян огляделся по сторонам. В комнате отдыха, где он находился, было две двери: одна вела в небольшой сад на улице, а вторая — во внутреннюю часть теплицы. Рядом с дверью, ведущей в теплицу, имелось окно, сквозь которое Нин Цзинъян мог прекрасно видеть пейзаж внутри оранжереи и каждое движение Вэнь Цзя.
Вэнь Цзя надел фартук из немаркой ткани и встал у шпалеры с цветочными лозами, судя по всему, собираясь выпалывать сорняки. Фартук был серым, покрытым пылью и пятнами, изрядно потрепанным. На руках у Вэнь Цзя красовались длинные перчатки. Все его движения были неторопливыми и казались немного неловкими, но при этом оставались аккуратными и внимательными. В его взгляде читалась искренняя любовь к этой теплице и обитающим в ней растениям — чистая, добрая и бесконечно милая.
Стеклянные стены теплицы отражали дневной свет. То ли это было галлюцинацией, то ли нет, но из комнаты отдыха Нин Цзинъяну чудилось, будто сквозь движения Вэнь Цзя он чувствует ароматы сырой земли и молодой травы — точь-в-точь как на огородном участке у соседей в родной деревне.
Впрочем, эта теплица выглядела куда красивее любого огорода. Благодаря подходящей температуре, поддерживаемой внутри оранжереи, и тщательному уходу специального садовника, цветы и травы росли на зависть бурно: даже с приходом прохладной, суровой осени они продолжали отчаянно цвести, наполняя зелень яркими красками и живым трепетом.
Куст роз в углу из-за того, что его долго не обрезали, пустил множество хаотично сплетавшихся и перекручивавшихся стеблей. Вэнь Цзя присел на корточках, внимательно рассматривая их некоторое время, и решил перенести растение туда, где было больше солнечного света, чтобы заняться обрезкой. Как только он собрался поднять горшок, знакомая высокая фигура оказалась рядом с ним.
Вэнь Цзя удивленно посмотрел на стоящего рядом человека.
— Всё равно делать нечего, — голос Нин Цзинъяна прозвучал коротко, но вовсе не холодно, а сам он выглядел спокойным и собранным.
— Спасибо тебе. — Вэнь Цзя некоторое время заторможенно смотрел на него, прежде чем ответить: он еще не научился правильно реагировать на чужую помощь.
У Нин Цзинъяна было много сил, и работал он быстро и четко. Он помог Вэнь Цзя переставить цветочные горшки на стеллажи, а Вэнь Цзя, обладавший мягким нравом, прекрасно знавший обстановку в теплице и все этапы ухода, слаженно действовал с ним в паре: они обрезали ветки и листья, удаляли сорняки и сухую листву, и вскоре ряды роз аккуратно выстроились на полках.
После этого Вэнь Цзя продолжил сосредоточенно возиться с мелкими деталями обрезки, в то время как Нин Цзинъян взял пластиковый шланг и принялся поливать растения, щедро увлажняя каждый куст розы. Нежные лепестки покрылись капельками воды, и все вокруг наполнилось свежестью и умиротворением.
*
— Держи. — Вэнь Цзя достал из холодильника в комнате отдыха две клубничные порции мороженого, протянул одну сидевшему на ступеньках Нин Цзинъяну, а вторую сунул себе в рот. Это угощение лежало здесь еще с прошлого семестра.
Нин Цзинъян церемониться не стал и просто взял мороженое.
Усталым он себя не чувствовал, но вот пить хотелось изрядно.
Вэнь Цзя посмотрел на небо за стеклом теплицы: незаметно для них сгустились сумерки. Сожав в зубах клубничное мороженое и то и дело показывая розовый кончик языка, он осторожно стянул с себя фартук и перчатки, а когда взял в руки телефон, с удивлением обнаружил, что уже почти восемь часов вечера — время патруля давно прошло.
— Узжо... восьмой час, пойдёмэм отсюда! — невнятно пробормотал Вэнь Цзя.
Нин Цзинъян глянул на потемневшее небо и кивнул.
Они синхронно направились в сторону общежитий, но всю дорогу вновь царило непривычное молчание.
Лишь когда Нин Цзинъян дошел до корпуса E для целевых студентов и собрался подниматься наверх, он заметил, что Вэнь Цзя все еще стоит на прежнем месте и не идет следом. Насколько ему было известно, все целевые студенты жили в одном корпусе.
— Разве ты живешь не здесь? — спросил Нин Цзинъян.
— М-м. — Вэнь Цзя опустил голову и замялся: — Я живу в другом общежитии. Спасибо за помощь сегодня, пока.
Попрощавшись, Вэнь Цзя бросился прочь из поля зрения Нин Цзинъяна, словно спасаясь бегством.
Глава 6. Процент совместимости и главный злодей
Когда Нин Миньшэнь устраивал Нин Цзинъяна в Мужскую школу Шэнвэнь, он действительно планировал зачислить его как второго молодого господина семьи Нин, но Нин Цзинъян решительно отверг эту идею. Ему вовсе не улыбалось иметь слишком много общего с кланом Нин, равно как и слыть в школе чьим-то придатком.
Он — это он сам.
И тем не менее, он никак не ожидал, что кто-то попытается напасть на него уже в первый день, да и вторые сутки выдались не менее спокойными.
Подвергнуться травле — какое новизна.
В носу стоял резкий запах дешевого канцелярского клея. Запах был слабым, но выветриваться не спешил. Нин Цзинъян провел пальцем по краю стола: на большом пальце осталась липкая полоска еще влажного клея. Очевидно, кто-то второпях пытался убрать за ним последствия чьей-то выходки, но не успел до конца отчистить поверхность.
Впрочем, стараний было достаточно, просто у Нин Цзинъяна оказался слишком чутким нос и чересчур острый взгляд.
Он обвел взглядом класс: все ученики склонились над партами, напоминая сборище прилежных аскетов.
Похоже, вычислить главного виновника с ходу не удастся, но вот угадать доброго человека на весь класс, единственного, кто попытался ему помочь и соскрести клей, он вполне мог.
Нин Цзинъян откинул голову, тяжело вздохнул и с глухим стуком швырнул учебник на парту. От грохота многие в классе испуганно вздрогнули. Взгляд Нин Цзинъяна переместился на Вэнь Цзя: тот по-прежнему сидел с идеально прямой спиной, растеряв всю вчерашнюю расслабленность, царившую в теплице. Пластырь с его шеи был содран, и манящий белоснежный изгиб под сине-черной жилеткой так и просил, чтобы в него впились зубами.
Гортань Нин Цзинъяна судорожно дерзнула.
Устроившись за партой, он перевел взгляд на соседа Вэнь Цзя — на того самого У Цзя, которого Бай Вэй называл хозяином Вэнь Цзя, — Юй Дуаня.
Странно, но между ними царила уже совсем не та недавняя близость, что вчера. На смену ей пришли прохлада и отчужденность, словно между ними выросла глухая стена.
Нин Цзинъян просидел на месте совсем недолго, как Вэнь Цзя уже направился к нему, держа в руке лист бумаги.
— Преподаватель Чжао попросил меня узнать, в какой кружок ты хочешь вступить. Я заполнил данные в бланке заявления, тебе останется только поставить галочку рядом с клубом, куда хочешь ходить, вписать свой студенческий номер и расписаться в самом низу. — На лице Вэнь Цзя застыла мягкая улыбка, полная тихого удовлетворения.
Нин Цзинъян взял бланк из рук Вэнь Цзя и уже собирался поставить подпись, как заметил, что в графе заявителя в самом верху значилось имя Нин Цзинъян.
— Имя написано неправильно. — Выражение лица Нин Цзинъяна мгновенно посуровело, внутри словно плеснули ушатом ледяной воды. Он ткнул пальцем в три иероглифа имени Нин Цзинъян, и в его голосе прозвучало раздражение.
Вэнь Цзя широко раскрыл глаза, исполненные шока.
Нин Цзинъян понятия не имел, чему тот так поразился, ведь злиться здесь полагалось скорее ему самому. Окинув парту боком, закинув ногу на ногу, он в упор уставился на Вэнь Цзя. Его безупречная фигура выглядела так, будто он позировал для обложки глянцевого журнала.
— Почему именно эти два иероглифа?
— Я... я угадал. — Столкнувшись с пронзительным, допрашивающим взглядом Нин Цзинъяна, Вэнь Цзя смущенно замялся.
Нин Цзинъян продолжал сверлить Вэнь Цзя глазами, но ярость в нем не утихала. Молча, с мрачным лицом, он уверенным и размашистым движением вывел на месте подписи три иероглифа: Нин Цзинъян.
Цзин — от границы, Ян — развевающийся; не тишина, не солнце.
После чего с ледяным выражением лица вернул бумагу Вэнь Цзя.
— Запомни: вот эти три иероглифа.
*
Нин Цзинъян.
Сжимая в руке бумажный лист, Вэнь Цзя с унылым видом поплелся обратно к своей парте и, не в силах больше сдерживаться, заговорил в мыслях:
— 333, вы точно ничего не перепутали? Имя другое, внешность другая, класс другой, из этого белого цветочка скоро вырастет настоящий боец спецназа!
Внешне кроткий и запуганный Вэнь Цзя внутри уже метал молнии.
Совершить такую глупость с именем — просто позор! Человек ведь вчера ему помог, а он в ответ учудил такое.
[Система 333 повторно проверила фоновые данные: совместимость Нин Цзинъяна рядом с хостом и Нин Цзинъяна из книги составляет целых 77%, что позволяет предварительно признать их одним и тем же лицом.]
— Всего 77%, и вы уже объявляете их одним человеком? Да как вы смеете! — Вэнь Цзя был близок к бешенству.
[Хост, успокойтесь, это вполне нормально. Из-за изменений в сюжетной линии этого мира судьбы многих персонажей скорректировались, и сдвиги в характерах, именах или жизненных путях происходят сплошь и рядом — некоторые персонажи из-за сюжетных правок и вовсе исчезли! Например, хосту пришлось играть роль злого духа просто потому, что парень, который изначально должен был пугать всех в заброшенном студенческом городке, так и не поступил в Шэньвэнь, и кому-то нужно было отыграть этот кусок сюжета. Так что появление главного объекта привязанности в Шэнвэнь строго по расписанию — уже огромный успех. К тому же, если хост непременно хочет доказать, что Нин Цзинъян — вовсе не главный герой, никто не запрещает, правда, тогда придется вернуть те 10 очков рейтинга!]
— Он — это он! Обязательно он! — тут же сменил пластинку Вэнь Цзя, выдав железобетонно уверенный тон.
— Впрочем, можно задать тебе вопрос?
[Слушаю хоста, всё, что в силах 333, будет выполнено непременно.]
— Каков мой собственный процент совместимости? — с любопытством осведомился Вэнь Цзя.
[Э-э-э...] Раздался механический голос, но даже в нем Вэнь Цзя уловил нешуточные колебания.
— Это сложно?
[Прошу прощения, хост. Поскольку в оригинальной книге ваше имя вовсе не упоминалось, процент совместимости рассчитать невозможно.]
http://bllate.org/book/27473/3338054
Готово:
