Он слегка прикрыл глаза и первым делом набросал карандашом на листе для эскизов очертания статного пса.
Изначально Цзян Хуай собирался рисовать обычную собаку, но в процессе на него словно нашло наваждение: в голове сами собой всплыли глаза Фу Боциня.
Рука предательски замерла, а затем, словно движимая неведомой силой, вместо задуманного пса вывела на бумаге силуэт белого волка.
Придя в себя, Цзян Хуай остановил руку. Он во все глаза уставился на холодного, статного белого волка на бумаге и непроизвольно дернул уголком рта.
— Волк-поводырь?
Что за вздор.
Он отложил карандаш. Сначала он хотел скомкать неудачный эскиз и выбросить в корзину, но, заметив, насколько живо и величественно получился белый волк, помедлил, а в итоге всё же сохранил рисунок и вложил его в блокнот с мангой.
Стоило ему убрать вещи, как снаружи забарабанил дождь. Сначала он был слабым, но в мгновение ока превратился в настоящий ливень.
Цзян Хуай на секунду замер и, повернувшись к окну, невольно порадовался, что послушался Фу Боциня и взял зонт. Если бы не он, сейчас он точно не смог бы вернуться.
Несколько студентов из художественной студии, прикрываясь книгами, бросились под дождем врассыпную.
У входа Цзян Хуай раскрыл зонт, бережно уложил сумку с мангой перед собой и побежал в сторону общежития.
Дождь всё усиливался и не собирался прекращаться. Если бы он остался в студии дольше, окончательно стемнело бы, и идти стало бы ещё труднее.
Цзян Хуай всю дорогу бежал под зонтом, но, несмотря на защиту, из-за такой ливневой стены брюки всё равно немного промокли.
Сложив зонт, он отряхнул одежду и только тогда открыл дверь.
Фу Боцинь, как только начался дождь, перевел взгляд на окно. Увидев, что Цзян Хуай вернулся, он почти незаметно расслабился, однако его взгляд тут же упал на мокрые штанины парня.
— Почему одежда промокла?
Цзян Хуай, который как раз убирал зонт, обернулся на голос.
— Дождь слишком сильный, брюки лишь немного намокли.
— Спасибо, что напомнил захватить зонт, а то бы я вымок до нитки.
Он бежал всю дорогу, и когда обернулся, с его темных волос разлетелись капли воды. Он был похож на кролика, а его красивые глаза, согнутые в улыбке, внезапно вспыхнули весельем.
Это на секунду напомнило Фу Боциню львиноголового кролика, которого он видел на выставке.
Когда он взъерошен… он очень красив.
Эта мысль мелькнула в голове, Фу Боцинь слегка замешкался, а затем отвел взгляд.
Убрав вещи, Цзян Хуай взял с кровати одежду и направился в ванную.
Хоть он и не попал под сам ливень, из-за бега он чувствовал сырость, так что душ явно пошел бы на пользу.
Цзян Хуай быстро скрылся в ванной, и вскоре Фу Боцинь услышал шум воды.
Снаружи дождь продолжал лить как из ведра, и не просто не стихал, а становился всё яростнее.
Когда Цзян Хуай вышел из ванной, вытирая волосы, он взглянул в окно и заволновался за Лао Эра. Тот уходил, даже не зная, что будет дождь.
Действительно, через несколько минут Лао Эр позвонил.
— Дождь такой сильный, мы в центре города не можем поймать такси.
— Похоже, сегодня вернуться не получится.
Через динамик было слышно шум ливня, и Цзян Хуай не удержался от напутствий:
— Берегите себя там. Если такси не поймать — так тому и быть.
Цзян Хуай знал, как трудно поймать машину в городе в такую погоду, так что Лао Эр сегодня точно не вернется.
Лао Эр тоже это понимал, взглянул на бушующий дождь и сказал:
— Цзян-гэ, я сегодня не приду, выдерни, пожалуйста, мою зарядку из розетки на кровати, забыл выключить, когда уходил.
Цзян Хуай, услышав обращение Цзян-гэ, не сдержал смешка и шутливо отругал его:
— Иди уже, иди.
— Понял, наслаждайся свиданием.
Он убрал телефон, зная, что Лао Эр остался с девушкой в торговом центре, и закончил разговор. Он ловко забрался на кровать, выключил зарядку и спустился обратно.
Цзян Хуай двигался бесшумно. Оказавшись на полу, он обернулся и столкнулся с взглядом Фу Боциня, который наблюдал за ним.
— Что такое? — удивился он.
Фу Боцинь не подслушивал нарочно, но в тесной комнате общежития каждое слово разговора отчетливо донеслось до него.
Он встретился взглядом с янтарными глазами Цзян Хуая и на мгновение замешкался.
Вдруг он вытащил из кармана завернутую конфету и протянул её Цзян Хуаю.
Цзян Хуай расширил глаза, удивленный тем, что у Фу Боциня в кармане оказалась конфета.
Он в замешательстве смотрел на действия соседа, не сразу осознав происходящее.
Фу Боцинь невозмутимо произнес:
— Чжоу Туань сегодня не вернется.
— М?
И что с того? Цзян Хуай был сбит с толку.
Фу Боцинь добавил:
— Твои шоколадные конфеты закончились.
— Нельзя есть много сладкого. Вот тебе одна на вечер, и ложись спать пораньше.
Отдав конфету, он убрал руку и направился в ванную.
Цзян Хуай опустил взгляд на то, что держал в руке: это была точно такая же конфета в форме милого зверька, какую он ел позавчера.
Он спрятал угощение, чувствуя странную неловкость.
Погодите-ка… его что, только что «подкормил» Фу Боцинь?
Выходные выдались редкими, а вчерашний день к тому же был испорчен дождем.
В воскресенье, когда прояснилось, Лао Эр решил гулять с девушкой до самого вечера, поэтому в общежитии снова остались только Цзян Хуай и Фу Боцинь.
Позавтракав, Цзян Хуай полистал ленту в телефоне. Увидев видео, где Лао Эр с девушкой демонстрируют свои чувства, он улыбнулся, но, пролистнув ниже, наткнулся на пост Цинь Чжэна.
Тот был в торговом центре с большой компанией друзей, они ели хого, было очень шумно.
Благодаря происхождению и характеру, Цинь Чэн всегда был в центре внимания. На видео он пил колу и, обернувшись, посмотрел прямо в камеру.
Палец Цзян Хуая, скользивший по экрану, замер. Настроение необъяснимо испортилось. Хотя он и решил отпустить Цинь Чжэна, видя его веселье с другими людьми, он всё равно чувствовал укол грусти.
http://bllate.org/book/27405/3327479
Готово:
