Прошло тысячу лет, но тело этого Злого духа ничем не отличалось от человеческого. В нем клокотала такая бесконечная ци обиды, что само существо стало порождением небес. Непонятно, как его вообще умудрились так небрежно запечатать в пещере под высохшим колодцем, где оно, как назло, подставило под удар его ученика, едва начавшего свой путь в культивации.
И какие же негодяи, подохшие нечистой смертью, могли сотворить такую гадость!
— Дай-ка я погляжу, что ты за Злой дух такой, раз так отделал моего ученика! — сдерживая дыхание, Старый даос открыл флакон с кровью, оставленный предками. Внутри была эссенция крови, которую те берегли до самой смерти; лучшего оружия против нечисти было не найти.
Он окропил кровью Магический массив. Золотые нити тут же вспыхнули ярким светом, и в этот самый момент Старый даос откинул крышку Золотой шкатулки.
Из золотого плена хлынул красный туман. Когда он рассеялся, в центре массива обнаружился Злой дух. На нем было алое Свадебное платье, голову скрывал красный плат. Поскольку в Даосском монастыре Фуцин было зажжено немало свечей, их свет подчеркивал застывшую фигуру духа, одновременно высвечивая колокольчики, привязанные к его запястьям.
Как только сущность явилась, в монастыре, несмотря на разгар лета, стало холодно, как посреди зимы. Старый даос понял, что перед ним невероятно могущественный Злой дух, и, проворно действуя, принялся лепить Бумажный талисман на массив, чтобы воспламенить Золотые нити.
Древний массив активировался, запылали яростные золотые огни, но Злой дух в свадебном наряде, стоявший в центре, даже не шелохнулся. Бушующее золото не опалило даже края его одеяния.
— Не может быть! — Старый даос застыл в изумлении от происходящего, но вдруг заметил, что Злой дух кажется ему смутно знакомым. Он перевел взгляд с духа на колокольчики у него на руках, нахмурился, а затем его лицо резко изменилось, словно его осенило!
Видя, что Золотые нити вот-вот догорят, он пулей метнулся под стол для подношений предкам и заорал на Цзян Яо:
— Ученик!
Цзян Яо, лежавший на полу: «??»
Да старый ты хрыч, что ты творишь?!
Если бы у Цзян Яо еще оставалось достаточно жизненных сил, его бы, наверное, стошнило кровью от ярости на этого непутевого Учителя. Он услышал, как Старый даос вопит:
— Скорее, подави его своей Кровью сердца Тела Абсолютного Ян! Этот массив против него бесполезен!
Если уж древний массив предков не помог, что еще может справиться с этим Злым духом?! Цзян Яо, шатаясь, поднялся на ноги и, прежде чем Золотые нити погасли и дух успел что-то предпринять, прижал свою Кровь сердца к межбровью существа. К счастью, принятая ранее Пилюля немного подействовала, вернув ему толику сил. Он обернулся к Учителю и в отчаянии выкрикнул:
— Ты же не собираешься заставить меня вечно удерживать его своей Кровью сердца! Так мы оба здесь поляжем!
В нынешнем состоянии он долго не продержится!
— ...Жди меня! — Старый даос, спрятавшись под столом, выудил из-за пазухи потрепанную древнюю книгу. Слюнявя пальцы, он лихорадочно перелистывал страницы, бормоча: «Где же это, ну где же...». Внезапно его взгляд застыл, и он просиял от восторга: — Нашел!
Оказалось, то была не просто пакость, сотворенная невесть кем — это была пакость, совершенная предками его монастыря Фуцин! Пробежав глазами по странице, он сунул книгу обратно в свое Даосское облачение и громко крикнул Цзян Яо:
— Этого духа нельзя ни убить, ни уничтожить. Чтобы развязать узлы, нужны те, кто их завязал — тебе придется его спасти! Так здесь написано, точно!
— Как мне его спасти?! Своей Кровью сердца мне его спасать?!
Старый даос с виноватым видом буркнул:
— Заберешь с собой и будешь выхаживать!
Услышав столь нелепое предложение, Цзян Яо опешил. Он тяжело закашлялся и возмущенно спросил:
— Ты... хочешь моей смерти?
Что за шутки? Забрать с собой и выхаживать? Он что, думает, этот Злой дух — безобидный котенок? Злой дух с телом, не менявшимся тысячу лет, — это же биологическое оружие в чистом виде!
Старый даос уперся:
— Да с чего бы мне желать тебе смерти? Ты же надежда на возрождение нашего монастыря Фуцин!
Бог свидетель, сколько сил он потратил, чтобы заполучить Цзян Яо в ученики. С таким пугающим Телом Абсолютного Ян парня могли сожрать любые даосские псы-нечисти. К счастью, он сработал на опережение и с помощью всяких уловок и хитростей заманил его в свои сети. Гордо погладив усы, Старый даос добавил:
— Ты видел колокольчики у него на запястьях?
— Видел, и что с того! Ты хочешь, чтобы я сказал, что они красивые?
Хотя они и правда были неплохи.
— С тех пор как ты выпустил его, неужели ты не заметил, что эти колокольчики ни разу не звякнули?!
Этот ученик обладал талантом и красивым лицом, но умом явно не блистал!
— Да кто в такой критической ситуации будет обращать внимание на второстепенные детали?!
— Все-таки молод еще, — покачал головой Старый даос и высокомерно добавил: — Эти Колокольчики двойных пут — сокровище нашего монастыря. Они способны усмирять ци обиды Злых духов, но раз этот дух стал порождением небес, их сила сильно ослабла.
Беспокоясь, что ученик долго не продержится, он скомандовал:
— Скорее влей свою Кровь сердца в колокольчики, я научу тебя, как ими пользоваться!
Почему всё требует его Крови сердца! Неужели она ничего не стоит?! Цзян Яо был близок к тому, чтобы сорваться, но подчинился: он прокусил палец и обеими руками начал вливать кровь в Колокольчики двойных пут.
В тот момент, когда Кровь сердца коснулась колокольчиков, затаившаяся было иньская ци Злого духа хлынула наружу подобно цунами. Полная луна, выглядывавшая над монастырем, мгновенно скрылась за черными тучами. Поднялся мертвенный ветер, мир вокруг Цзян Яо погрузился во тьму, и он видел перед собой лишь размытый красный силуэт. Его лицо стало белым как бумага, а Старый даос продолжал орать:
— Не отпускай! Вливай дальше! Если отпустишь — мы оба сегодня здесь и останемся!
У Цзян Яо звенело в ушах, зрение начало расплываться, Злой дух превратился в неясную алую тень. Дышать стало невероятно трудно, но он крепко сжал зубы, не смея ослабить хватку ни на мгновение.
Минута, две...
Перед глазами Цзян Яо потемнело, и когда он был готов рухнуть без сил, в ушах внезапно раздался звон: «Дзынь-дзынь...»
Этот звук был совсем рядом, хотя казался эхом из далеких времен. Он не был звонким или приятным — напротив, низкий, ледяной и пропитанный жутким холодом, он заставлял волосы на теле вставать дыбом.
Луна снова показалась из-за облаков. Огромная ци обиды, скопившаяся над монастырем, потянулась обратно к Злому духу. Цзян Яо, упавший на землю, больше не мог подняться. Он задыхался, судорожно хватая ртом свежий воздух.
— Спаси... меня... Учитель... — прошептал он, чувствуя, что действительно умирает.
http://bllate.org/book/27355/3320548
Готово:
