Они еще немного посидели в гостиной — по большей части это команда, которую привел с собой Се Хуайчжоу, вела переговоры с Гу Цзиньи.
Впрочем, эти люди относились к Гу Цзиньи весьма благожелательно. В их поведении не было чрезмерной навязчивости, лишь вежливость и участие: они терпеливо объясняли, какую выгоду Гу Цзиньи получит от брака с Се Хуайчжоу, и даже продумали всё до мелочей, включая образование Чу Сяоняня и вопросы управления имуществом Чу Миюнь.
Всё это выглядело так, будто они были командой, нанятой самим Гу Цзиньи.
Се Хуайчжоу же всё это время стоял у окна, разговаривая по телефону, и даже не взглянул в их сторону.
Однако, закончив разговор, Се Хуайчжоу выдвинул Гу Цзиньи новое требование.
— В составе вашего личного имущества должен быть небольшой участок на Безымянной Звезде. Я хочу, чтобы вы уступили его мне, — сказал Се Хуайчжоу. — Условия можете диктовать любые.
Гу Цзиньи потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить — такой актив у него действительно был.
Это было единственное «приданое», которое он принес из Семьи Гу, да и то — наследство, оставленное ему матерью.
Однако поместье было крайне убогим, да еще и располагалось на Безымянной Звезде, поэтому никакой ценности в нем не просматривалось.
Он не дал ни согласия, ни отказа, лишь перевел взгляд с группы элитных специалистов на Се Хуайчжоу.
Он искренне спросил:
— Господин Се, благодарю вас за желание протянуть руку помощи, но можно мне подумать еще несколько дней?
На самом деле он немного нервничал, не зная, не разозлит ли Се Хуайчжоу такая просьба.
Но Се Хуайчжоу не рассердился.
— Хорошо, — ответил он весьма решительно. — Но не заставляйте меня ждать слишком долго, максимум три дня.
Гу Цзиньи почувствовал, как с плеч упал тяжелый груз.
Он вежливо проводил делегацию Се Хуайчжоу до выхода из особняка, но стоило им дойти до сада, как Се Хуайчжоу жестом остановил его, давая понять, что дальше идти не нужно.
Се Хуайчжоу не сразу сел в аэрокар.
Неизвестно почему, он снова обернулся, чтобы посмотреть на Гу Цзиньи.
Этот омега, очевидно, еще не оправился от боли утраты супруги, но продолжал держаться из последних сил, чтобы вести дела с ними.
Сейчас он одиноко стоял на садовой дорожке. Одетый слишком легко, худой и болезненно бледный, он выглядел жалким.
Любой альфа, обладающий инстинктом защитника, увидев его, возможно, не удержался бы от желания подхватить его на руки, унести с собой и окружить самой бережной заботой.
Но Се Хуайчжоу не сдвинулся с места.
Он посмотрел на Гу Цзиньи еще мгновение и негромко произнес:
— Господин Гу, надеюсь, вы будете беречь свое здоровье.
Его голос звучал холодно, без каких-либо эмоций:
— Если вы примете мои условия, я хочу видеть здорового спутника, способного предоставлять стабильные феромоны.
Слова прозвучали до крайности бесчеловечно.
Но Гу Цзиньи лишь улыбнулся и послушно кивнул в знак согласия.
А что он мог поделать?
Перед таким могущественным главой семьи, как Се Хуайчжоу, он и вся семья Чу были словно хрупкая ряска на воде.
На словах он попросил время на раздумья, но в действительности выбора у него не было.
Сказав это, Се Хуайчжоу ушел вместе со своей командой.
В доме семьи Чу вновь воцарилась холодная, гнетущая тишина.
В огромном особняке Гу Цзиньи еще некоторое время одиноко стоял в саду, прежде чем повернуться и пойти обратно.
Гостиная снова опустела. Гу Цзиньи уже отпустил слуг отдыхать. Поднявшись на второй этаж в комнату Чу Сяоняня, он застал там няню, которая присматривала за ребенком. Увидев его, она уступила место.
— Ступайте, — негромко сказал Гу Цзиньи. — Я здесь.
Няня кивнула, но, взглянув на изможденное лицо Гу Цзиньи, не удержалась и добавила:
— Господин Гу, вам тоже нужно беречь себя.
Она проработала в семье Чу много лет, и Чу Миюнь с Гу Цзиньи всегда относились к ней хорошо. Видя, насколько сильно исхудал и побледнел Гу Цзиньи, она не могла не сочувствовать ему.
Но она была всего лишь наемной няней и ничем не могла ему помочь.
Гу Цзиньи кивнул ей:
— Я знаю.
Няня вздохнула и закрыла дверь.
При свете лампы Гу Цзиньи смотрел на спящее лицо Чу Сяоняня. За эти два месяца мальчик, казалось, начал смутно осознавать, что что-то изменилось. Хотя он еще не мог понять, что такое смерть, он уже знал, что мама не вернется очень, очень долго. Поэтому в последнее время он стал необычайно послушным и еще сильнее привязался к Гу Цзиньи, целыми днями не спуская с него глаз, боясь, что папа тоже внезапно исчезнет.
Гу Цзиньи погладил Чу Сяоняня по голове — волосы у ребенка были мягкими, совсем как у Чу Миюнь.
На самом деле, после рождения Чу Сяоняня именно он проводил с ребенком больше всего времени. Чу Миюнь, едва выйдя из родильного отделения, тут же с головой ушла в карьеру. У него самого тогда было не так много работы, поэтому он естественным образом взял на себя обязанности по уходу за сыном: учил его ходить и разговаривать, наблюдая, как тот понемногу растет.
Он всегда думал, что рано или поздно расстанется с Чу Миюнь.
Их брак начался со спасения, и последние годы они жили как одна дружная семья, но рано или поздно Чу Миюнь встретила бы нежного возлюбленного, который полюбил бы и ее, и Чу Сяоняня.
И вот тогда настал бы момент его ухода. Он был бы рад оформить развод, сходить на ее свадьбу, а потом купить маленький домик где-нибудь поблизости, чтобы изредка навещать Чу Сяоняня — это было бы просто замечательно.
Это было лучшее будущее, о котором он только мог мечтать.
Но теперь всё это превратилось в прах, рассыпавшись прямо у него на глазах.
Он не дождался свадьбы Чу Миюнь, не увидел, как она выходит замуж за любимого человека, вместо этого ему пришлось присутствовать на ее похоронах.
Гу Цзиньи закусил губу, стараясь не издать ни звука, но слезы скатились из глаз и упали на мягкое одеяло.
Он нежно сжимал руку Чу Сяоняня, словно человек в пустыне, держащий в руках свой последний драгоценный запас воды.
Се Хуайчжоу дал Гу Цзиньи три дня, но в глубине души отлично понимал: в конечном итоге Гу Цзиньи обязательно примет его требования.
Потому что на данный момент он был единственным, кто не проявлял ни малейшего интереса ни к состоянию семьи Чу, ни к самому Чу Сяоняню.
Как и ожидалось, через три дня на связь вышел Гу Цзиньи и сообщил, что готов подписать контракт.
Се Хуайчжоу смотрел на дождливое небо за окном отеля. С тех пор как он прибыл на эту удаленную планету, погода здесь не менялась к лучшему.
http://bllate.org/book/27333/3317631
Готово:
