Готовый перевод The Sickly Apothecary Becomes a Regent's Prize / Хрупкий болезненный аристократ и его могущественный регент: Глава 3

— Нет, нет, нет… Вы не так поняли… Ван, я его не знаю! — поспешно оправдывался Лян Учан.

Ван? Значит, этот человек — один из ванов Династии Ци.

— Кто позволил тебе явиться в Поместье генерала?! — Лян Учан, притворяясь, что не узнает пришельца, прямо отчитал Су Ли, на что тот лишь сердито на него взглянул.

Су Ли уже было открыл рот, чтобы обругать его, но был перебит голосом подоспевших людей.

— Вон туда он побежал! — те, кто гнался за Су Ли, прорвались сквозь заросли кустарника и оказались здесь.

Увидев их, присутствующие невольно отступили на несколько шагов, привели себя в порядок и тут же опустились на колени.

— Приветствуем Регента, — в один голос произнесли они.

Черт…

Регент?

Бай Чу?

Чтобы поскорее освоиться в этом мире, Су Ли специально прочел немало исторических записей. Неужели этот человек и есть Бай Чу — Регент Династии Ци, сосредоточивший в своих руках всю власть?

С тех самых пор, как Император был еще ребенком, Бай Чу единолично управлял государственными делами. Сейчас Императору уже двадцать, но Регент все еще не собирается возвращать бразды правления, и его амбиции, кажется, лишь растут.

Такой типаж — вылитый коварный царедворец.

Политическая ситуация в Династии Ци сложна: Император на каждом шагу сталкивается с препятствиями, которые чинит ему Регент. Чтобы вернуть власть, контроль над армией и законный императорский трон, Маркиз Уань Чжо Юньфань тайно наращивал свои силы, и теперь между ним и Бай Чу постоянно вспыхивают открытые и скрытые конфликты.

Выходит, Лян Учан тоже человек Бай Чу.

— Ван, должно быть, его подослал кто-то, кто жаждет прислужиться Поместью генерала, я его совсем не знаю, — снова заговорил Лян Учан.

Видя, что Бай Чу молчит, Лян Учан сложил руки и согнулся в поклоне, добавив: — Хотя у меня… да, признаю, есть некоторые странные наклонности, но я всегда придерживался принципа добровольности и никогда никого не принуждал…

Сказав это, он сделал вид, что не узнает Су Ли, и рявкнул: — А ну, проваливай отсюда!

Су Ли понял, что план удался, немедленно разжал руки, которыми вцепился в одежду Бай Чу, и бросился прочь к воротам Поместья генерала.

Всю дорогу он бежал босиком, а с его тела продолжали капать капли воды.

Бай Чу смотрел ему вслед, слегка приподняв веки, по его лицу невозможно было прочитать никаких эмоций.

— Ван, в поместье припасено легкое вино, не желаете ли выпить по чарке? — Лян Учан тут же перевел внимание на другие вещи.

…

Выбравшись из Поместья генерала, Су Ли почувствовал неладное: его тело словно охватило пламенем. Он внезапно вспомнил аромат благовоний в той комнате — наверняка в них было подмешано нечто хитроумное.

Улица Цзыу в Линьане сияла огнями, рынки были полны людей — повсюду царило процветание и величие, подобающее великой державе.

Из-за промокшей насквозь одежды Су Ли притягивал к себе немало взглядов. Ему становилось все хуже, и он шел все медленнее. Будучи и без того слабым, он двигался с большим трудом, изо всех сил стараясь сохранять равновесие.

Он чувствовал, что вот-вот потеряет рассудок.

Не раздумывая, Су Ли схватился за голову, в панике вытащил из прически заколку и, чтобы хоть немного прояснить сознание, с силой вонзил её себе в руку.

В этот момент за его спиной показалась карета Бай Чу, выехавшая из Поместья генерала.

Бай Чу приподнял занавеску и увидел эту сцену. Его глаза на мгновение потемнели, а уголки губ тронула усмешка.

Такой хрупкий, но до чего же жесток к самому себе?

От боли Су Ли на секунду пришел в себя, но уже в следующее мгновение почувствовал, что снова теряет опору.

Другие люди, приняв этот препарат, погружаются в дурман, а он не смог выстоять даже против силы его воздействия — голова становилась все тяжелее.

Не успев опомниться, Су Ли рухнул на землю.

Бай Чу нахмурился и велел остановить карету.

— Стой.

Кучер услышал приказ и тут же натянул вожжи.

— Спасите его и занесите внутрь. — Голос его, несмотря на приказ спасти человека, оставался холодным.

— Слушаюсь.

Носильщик спустился вниз, подхватил Су Ли и затащил в карету, уложив рядом с собой на месте для прислуги. Места было мало, и половина ноги Су Ли свисала наружу.

Сидевший в карете человек издал недовольный звук.

— Затащи его внутрь.

— Слушаюсь. — Он перетянул Су Ли вглубь кареты, уложив в самом углу, подальше от Бай Чу — его господин терпеть не мог, когда до него дотрагиваются, нельзя было пересекать эту черту.

Су Ли, хоть и был без сознания, продолжал мучиться, словно находясь в бредовом сне.

Он с силой рвал на себе тонкие одежды цвета воды.

Его движения были хаотичны, а лицо пылало алым.

Свет был ослепительным, но он сам горел еще сильнее.

То, как была надета исподняя рубашка Су Ли, было в самом деле странно. Бай Чу изогнул губы в усмешке.

Не умеет одеваться или специально надел так, чтобы соблазнять?

Глава 3. Маркиз Уань

Бай Чу привез его в Резиденцию регента и велел лекарям перевязать раны Су Ли. Глядя на мучительное выражение лица юноши, он нахмурился и спросил врача: — Есть ли противоядие?

— Ван, этот господин телом слаб, вероятно, с детства рос на лекарствах, как же он мог вынести такую мощную дозу? — лекарь покачал головой. — Будь этот препарат вдвое сильнее, он бы уже лишился жизни, — со вздохом добавил он.

— Противоядия нет?

— Это не яд. Просто кому-то нужно помочь ему, — честно ответил лекарь.

— Свободен. — Бай Чу отослал врача.

— Слушаюсь.

Бай Чу опустил взгляд на Су Ли. Густые ресницы скрывали его глаза, надежно пряча все эмоции, бушевавшие внутри.

Бай Чу протянул руку и коснулся лица Су Ли.

Лицо словно из нефрита, глаза подобны звездам… Губы у Су Ли не были слишком тонкими, в самый раз, пухлые, выглядели мягкими и соблазнительными.

Неужели в этом мире действительно есть столь прекрасные мужчины…

…

Рана сильно болела.

Су Ли казалось, что его тело становится всё тяжелее, будто его что-то придавило, и он не мог пошевелиться — хуже, чем сонный паралич. Видимо, оттого, что он только что так сильно проткнул себя заколкой.

Нет, ему казалось, что его снова кто-то ударил ножом.

Должно быть, бесчисленное количество раз.

Рана ныла особенно сильно.

Ему казалось, что он плачет.

Из-за слез, застилавших глаза, он не мог разглядеть, что происходит вокруг.

http://bllate.org/book/27278/3308251