!
— А-а-а-а-а-а! — Иван распахнул рот и завопил так истошно, что крик разнёсся по всей тюремной столовой.
— П-понял… — дрожащим голосом выдавил он, умоляя о пощаде.
Двое надзирателей подхватили его с двух сторон и выволокли наружу.
Лоб Ивана покрылся холодным потом от боли. Из-за потери крови губы стали мертвенно-бледными. Проходя мимо Лоу Си, он сквозь зубы прошипел:
— Сукин сын… Ну погоди у меня!
…
Зрители в трансляции Лоу Си не понимали, что произошло.
«Вот это да! Просто праздник какой-то! Впервые вижу, чтобы подонок Иван так облажался!»
«Разве Иван не опытный игрок? Как он мог допустить такую глупую ошибку?»
«Слишком хорошо знал сценарий, возомнил себя непобедимым и потерял осторожность».
«Стример так открыто на него донёс! Иван взбесится и точно его прикончит. Бедняжка, я переживаю».
«Хотя камера этого не показала, мне кажется, стример сам подкинул нож в карман Ивану».
«Правда, что ли? Я человек необразованный, ты мне тут не ври!»
«Если так, у стримера железные нервы! Но на вид он безобидный студент. Не верится, что способен на такое».
«Пойду покадрово пересмотрю запись. Народ, ждите!»
…
Эта сцена заставила всех в столовой повернуть головы.
Кроме нескольких новичков, прибывших вместе с Лоу Си. Они и сами были в таком отчаянном положении, что смотреть чужое представление им было не до чего.
На экране, висевшем на грязной стене столовой, шёл обратный отсчёт: пять, четыре, три…
Кроваво-красные цифры замигали, остановились на нуле, и раздался пронзительный сигнал тревоги.
Ся Янь поспешно запихнул в рот всю оставшуюся говядину. Кусок был огромным, проглотить его целиком невозможно. Ся Янь с мучительным выражением лица принялся пережёвывать мясо и силой проталкивать его в горло, едва не вырвав обратно.
Во всей столовой только двое не доели говядину. Оба — начинающие стримеры.
Один — молодой темнокожий парень с широкими плечами, номер на тюремной робе C25. Второй — тощий, как скелет, пожилой иностранец с запавшими глазницами, C40.
Старик и без того весь трясся. Услышав сигнал, он выронил вилку и нож, которые со звоном упали на пол. У него были плохие зубы, так что неспособность доесть была понятна.
А вот молодой темнокожий парень… Лоу Си перевёл на него взгляд. Тот сидел с опущенной головой, словно кающийся христианин. К мясу на своей тарелке он даже не притронулся.
— Может, у него аллергия на белок, — тихо предположил Ся Янь, обращаясь к Лоу Си.
Оставшаяся в их тарелках говядина начала портиться прямо на глазах. Мясо гнило, кишело белыми личинками. Вонь стояла невыносимая, вокруг с жужжанием собралась целая туча мух. Теперь и Лоу Си по-настоящему затошнило.
Он встал и направился к выходу, чтобы занять место в очереди. Ся Янь торопливо последовал за ним.
— Привет, меня зовут Ся Янь. «Ся» — как «лето», а «Янь» — как «жар», — тихо представился он.
Лоу Си никак не отреагировал, и Ся Янь собирался добавить что-то ещё:
— Я…
Но его прервал громкий шум.
Лоу Си увидел, как двое надзирателей подошли к недоедавшим заключённым и с силой впечатали их лица в тарелки. Затем вцепились им в волосы и подняли головы. По лицам обоих ползали белые личинки, забираясь в ноздри. Лоу Си нахмурился. Иногда слишком хорошее зрение — сущее наказание.
Надзиратели вытащили их из-за столов и жестоко избили. Опрокинутые столы и стулья грохотали. Изо рта пострадавших полилась тёмно-бурая желчь. Они рухнули на пол и долго не могли подняться.
*Ну и звери! Вот уж кому перед смертью досталось сполна.* Лоу Си отвёл глаза и ответил Ся Яню:
— Лоу Си.
— А? — Ся Янь не сразу сообразил, что тот наконец ответил на его представление.
Но двое надзирателей всё не унимались. Они с силой пинали лежащих заключённых и без конца ругались:
— Вот вам, мать вашу, за перевод продуктов!
В конце концов C25 и C40 уволокли прочь.
Один из надзирателей стал организованно выводить остальных из столовой по камерам. Вдруг кто-то сзади так хлопнул Лоу Си по спине, что это явно выходило за рамки дружеского приветствия.
Лоу Си обернулся. Перед ним стоял белый мужчина с густой бородой. Он недобро ухмылялся:
— Жёлтая свинья, любишь стучать?
Он сказал это негромко, но Лоу Си прекрасно расслышал. Эти заключённые наверняка были игровыми NPC, а не знакомыми Ивана, решившими за него вступиться. По расистскому оскорблению было ясно, с кем он имеет дело.
Лоу Си не выказал ни тени обиды или гнева и спокойно, отчётливо ответил:
— Свиньи обычно белые с розовым оттенком. Так что на их родственника больше похож ты.
Говорил он так непринуждённо, словно вёл приятельскую беседу.
Глаза бородача сверкнули злобой, лицо исказилось в оскале.
— Ты об этом пожалеешь!
Выйдя из столовой, Лоу Си увидел C25 и C40, брошенных на пустыре между двумя тюремными корпусами. Лицо C25 было перекошено от боли. При его телосложении побои вряд ли представляли серьёзную опасность, а вот C40 свернулся клубком, и было неизвестно, жив ли он.
Там же стоял Иван. Левая штанина пропиталась кровью и стала тёмно-бурой. Он неотрывно смотрел на Лоу Си.
Лоу Си встретил его взгляд, ничуть не испугавшись.
С тех пор как Иван оказался в игре, никто ещё не наносил ему такого унижения. Он яростно проклинал мерзкого сукина сына и поклялся убить его.
Вернувшись в камеру, Лоу Си вытащил из рукава маленький нож. Этот он позже незаметно прихватил со стола, воспользовавшись общей суматохой.
Он начинал понимать правила игры. Всё, что не было прямо запрещено, разрешалось, главное — не попасться. Например, можно легко поменять таблички на дверях камер. Теперь на его собственной двери висел номер A302.
Раздался свисток, и прогремел грубый голос Люка:
— Отбой!
Мгновенно всё погрузилось во тьму. Такую непроглядную, что собственной руки не разглядеть. Вместе со светом будто исчезло и тепло: температура упала на несколько градусов.
Лоу Си открыл экран и купил в магазине за золотые монеты тот самый фонарик.
【Осталось золотых монет: 0】
Число зрителей его трансляции росло.
«Ну вот, началось! Усаживаюсь поудобнее, хочу увидеть, как стример разревётся».
…
*Плакать? Этого не дождутся.* Лоу Си не плакал с тех пор, как себя помнил. Даже когда умерла бабушка, он не проронил ни слезинки. Тогда все называли его бессердечным и неблагодарным.
По экрану всё ещё летели комментарии, но ему стало не до них. Он отключил трансляционное окно.
Лоу Си уже собирался прилечь и отдохнуть, как снаружи через решётку ворвался мощный луч света.
— A37, на выход!
Лоу Си сунул фонарик в карман и вышел, щурясь от яркого света.
— Вниз! — коротко приказал надзиратель.
Когда Лоу Си спустился на первый этаж, тот подозвал его и сказал:
— Сегодня ночью дежуришь в медпункте.
Надзиратель показал рукой за западный тюремный корпус.
— Есть, — отозвался Лоу Си и направился туда.
Обычно для дежурств существует график. Он попал сюда только сегодня, а его уже назначили? Даже если нужно кого-то подменить, незачем выбирать совершенно нового заключённого. Если только…
Так и оказалось. В медпункте его поджидал тот самый бородатый мужчина, что задирал его раньше. Он специально явился сюда, чтобы встретить Лоу Си.
— Удачи тебе! — сказал бородач, расплывшись в злорадной улыбке.
http://bllate.org/book/27138/3344720
Готово:
