Готовый перевод He Said He Likes Me / Он сказал, что любит меня: История одного недопонимания: Глава 4

Однако жгучий взгляд в спину было трудно игнорировать. Цяо Муян неспешно дошел до поворота переулка и наконец протянул руку, жестом подзывая Гу Хуая следовать за ним.

Войдя в прихожую, Цяо Муян в два счёта втащил Гу Хуая в ванные комнаты — они оба были парнями, так что церемониться он не стал: ухватив за воротник, стянул испачканную грязью толстовку и швырнул её в стоявшую у ног корзину для белья, после чего склонился над раковиной и тщательно вымыл руки.

Раковина была невысокой, и он согнулся в пояснице, а его лопатки на спине чуть выступали вверх, повторяя движение мышц плечевого пояса и напоминая две извилистые горные цепи, уходящие далеко вниз.

Цяо Муян наугад вытянул полотенце, поднял голову и через зеркало встретился взглядом с Гу Хуаем. Чуть приподняв брови, он насмешливо бросил:

— Хватит пялиться, спина уже прожжена насквозь.

Этот неожиданный взгляд заставил Гу Хуая невольно отвести глаза. Он легко фыркнул:

— Я ещё не успел обвинить тебя в распущенности, а ты уже сам жалуешься. Ишь как ловко всё перевернул, вечно у тебя на всё найдутся оправдания.

Цяо Муян тихонько усмехнулся, не подтверждая, но и не опровергая:

— Снятую одежду не бросай сразу в стиральную машину.

Сам он стирать здесь тоже не собирался.

Назло всему Гу Хуай от этой усмешки растерялся и выпалил:

— Почему?

Он полагал, что при характере Цяо Муяна тот и вовсе не удостоит его ответом, но никак не ожидал, что собеседник бросит ему банальность:

— Слишком грязно.

Ах, ну да, отъявленный чистюля.

Цяо Муян закрыл дверь ванной, вернулся в спальню и достал из шкафа домашнюю одежду, собираясь переодеться.

Мыться он ещё не начал, так что, немного поколебавшись, вернул вещи на место.

Прикинув, что Гу Хуай не может расхаживать голышом, Цяо Муян отыскал комплект одежды, который в его глазах уже давно вышел из моды, и направился в ванную.

Ванная комната была довольно просторной, душевая зона отделялась матовой перегородкой, разделяя помещение на сухую и влажную зоны.

В клубах поднимающегося пара сквозь матовое стекло смутно угадывался обнаженный силуэт Гу Хуая. Белый свет потолочного светильника падал прямо на него, сплетаясь со светом и тенью и еще ярче подчеркивая превосходное сложение.

Горячие струи воды заливали Гу Хуаю глаза, мешая смотреть. Услышав звук открывающейся двери, он занес руки с гелем для душа и, слегка удивившись, возмущенно бросил:

— Почему не стучишь?

Цяо Муян с бесстрастным лицом стоял на месте и постучал тыльной стороной ладони по косяку:

— Я постучал.

Гу Хуай потерял дар речи:

— Ты извращенец? Пришел пялиться, как другие моются.

Сам Цяо Муян, застигнутый за разглядыванием чужого купания, даже не покраснел и не смутился. Услышав это, он молча отвел взгляд и чуть приподнял брови:

— Похоже, одежда тебе не нужна. Тогда пойдешь на улицу голышом — как раз глубокая ночь, никто и не заметит.

С этими словами он положил вещи на полку, а заодно захватил корзину с грязным бельем на балкон.

Гу Хуай закончил мыться. Ушибленная лодыжка теперь тупо ныла, и он, шумно вздохнув, откинул со лба мокрые пряди волос.

На полке в ванной обнаружился свежий комплект одежды, и он без лишних церемоний переоделся.

Ростом они почти не отличались, но плечи у Цяо Муяна были шире, так что чужая одежда оказалась на размер больше. На нем она сидела слегка мешковато, и он чуть подтянул воротник кверху. В нос сразу ударил тот самый древесный аромат, и на мгновение ему показалось, будто весь воздух вокруг насквозь пропитан запахом Цяо Муяна.

У Цяо Муяна были широкие плечи и длинные ноги, V-образная фигура — классическая вешалка для одежды, на которой всё сидело безупречно. Пользуясь своей привлекательностью и отменным вкусом, он только и делал, что щеголял красотой направо и налево.

Обычно невыносимо самовлюбленный, на фоне знакомых технарей, у которых в шкафу виисела от силы пара сезонных вещичек, Цяо Муян распускал хвост, словно павлин, демонстрируя наряды во всем их разнообразии — его ежедневные образы легко могли бы сойти за подиумный показ.

Впрочем, этот конкретный костюм Гу Хуай видел на Цяо Муяне всего пару раз на первом курсе. Вспомнив прошлое, он с удивлением поймал себя на мыслях, что способен удерживать в памяти столь незначительные мелочи.

Выйдя из ванной с влажными волосами, Гу Хуай увидел, что Цяо Муян с обнаженным торсом вольготно стоит на балконе и курит. Движение руки, вытиравшей волосы, тут же замерло:

— Посреди ночи вышел на люди красоваться?

Услышав голос, Цяо Муян обернулся, сделал последнюю затяжку, поднеся фильтр к губам, и затушил окурок в стоявшей рядом пепельнице.

Табачный дым медленно рассеивался перед ним, сгущая тени на лице, и в этой дымке он казался до странного соблазнительным.

— Перед тобой? — взгляд Цяо Муяна приковался к Гу Хуаю, и он медленно двинулся вперед, в его голосе прозвучало легкое пренебрежение.

На щеках Гу Хуая еще не сошел румянец от горячей воды, а на густых ресницах застряли полукапли влаги, блестящие под светом ламп.

Смущенный этим пристальным вниманием, он невольно отвел глаза от пересекшихся взглядов и поспешно зацепился за первую попавшуюся тему:

— А где одежда из корзины?

— В тазу отмокает.

Гу Хуай на мгновение замер, а затем удивленно перевел взгляд обратно:

— Вручную стираешь?

Черт побери, да с младшей школы даже родная мать не стирала его вещи руками! Глядя на эту картину, он испытал странное чувство — у Цяо Муяна определенно был талант хорошей домохозяйки.

Когда Гу Хуай поднял взгляд, тяжелые капли, собравшиеся на его ресницах, дрожа скатились вниз и затерялись в уголках глаз, отливавших розоватым оттенком.

У Цяо Муяна от этого зрелища зачесалось сердце, и у него возникло странное непреодолимое желание протянуть руку и смахнуть их. Его кадык дернулся вверх-вниз, а безвольно опущенная правая рука сама собой принялась тереть подушечки пальцев, словно пытаясь воссоздать это ощущение в воображении.

Он, похоже, сошел с ума.

— Нет, прополощу пару раз и в машинку кину, — испугавшись собственных нелепых мыслей, он обрел трезвость рассудка, и взгляд его мгновенно похолодел.

В этот момент Гу Хуай отчетливо прочел во взгляде Цяо Муяна три крупных слова: «А ты достоин?». Решив не нарываться на неприятности, он лишь равнодушно выдавил в ответ:

— Оу.

Цяо Муюну было не до того, чтобы следить за переменами на лице Гу Хуая; он просто шагал длинными ногами мимо него:

— Есть какие-нибудь предпочтения в еде?

— Нет. — У еще не обедавшего Гу Хуая загорелись глаза, и он спросил: — Будешь заказывать доставку? Я бы съел остро-жгучую рыбу из того переулка у кампуса.

Цяо Муян распахнул дверцу холодильника: там обнаружилось лишь несколько яиц, пачка лапши быстрого приготовления... да пара увядших перьев зеленого лука.

Тут он вспомнил, что вышел из дома как раз ради похода за продуктами, но по дороге столкнулся с двумя дураками и напрочь забыл о главной цели. И один из этих идиотов сейчас продолжал давать советы прямо над ухом.

Цяо Муян сдержался и бросил:

— Только лапша. Ешь что дают.

Кто бы мог подумать, что у обожаемого всеми кумира Цяо Муяна окажется такая простая, бытовая сторона. Гу Хуай, услышав это, оживился, подошел прямо к кухне и, прислонившись плечом к косяку, с любопытством уставился на него:

— Ты еще и готовить умеешь?

http://bllate.org/book/27094/3271665