Глава 1. Что ты делаешь?
Густой ночной мрак окутал город, тусклый свет уличных фонарей пробивался сквозь чистые прозрачные стекла в полумрак комнаты.
На кровати в сдержанных тонах, свернувшись калачиком, спала изящная фигура. Пропорциональные, длинные конечности были согнуты, обнажая красивые лопатки. Лишь область живота была небрежно прикрыта тонким летним одеялом, а на коже, сияющей в призрачном свете звезд, виднелись многочисленные пятна. На запястьях и лодыжках отчетливо проступали следы от пальцев.
Хрупкое тело, покрытое шрамами, напоминало небожителя, заточенного алчным демоном. Безупречно чистая обстановка вступала в резкий контраст с беспорядком на постели и разбитой красотой человека, словно это были два разных, расколотых мира.
Цяо Си с трудом приоткрыл затуманенные глаза. Из-за сонливости на его красивых веках залегла глубокая складка, что в сочетании с высоким переносицей придавало лицу некоторую глубину.
Уставившись в скучный потолок, он почувствовал, как в висках запульсировала острая боль, словно кто-то методично колотил по его голове маленьким молоточком.
Где это... я? — пробормотал Цяо Си.
Он склонил голову, глядя на окно, сквозь которое пробивался свет. Снаружи стояла глубокая ночь, вдали виднелись теплые огни фонарей и уходящие вдаль лесные массивы.
Это была не его комната и не его дом. Почему в такое время, вместо того чтобы спать у себя, он оказался в этом незнакомом месте?
Цяо Си потер ноющие виски, стараясь унять подступающую тошноту, и присел на кровати.
Тонкое летнее одеяло соскользнуло, полностью обнажив его тело. Он машинально опустил взгляд и увидел синяки, украшавшие кожу. Дерзкие, варварские отметины покрывали его тело, словно стремясь захватить каждый дюйм.
Зрачки Цяо Си расширились от шока. Это еще что...
Не успел он поразмыслить над увиденным, как внезапный голос, словно ночной гром, ворвался в его уши, достигнув самого центра слухового нерва.
Проснулся?
Стоило этим словам легко сорваться с губ, как раздался щелчок, и в комнате вспыхнул холодный белый свет, осветив каждый уголок.
Цяо Си резко обернулся и только тогда заметил мужчину, сидевшего в кресле рядом.
У незнакомца была статная фигура. Длинные, сильные ноги обтянуты строгими брюками, а четко очерченные пальцы лежали на подлокотнике кресла; между ними дымилась наполовину истлевшая сигарета, чья струйка дыма извивалась, словно танцующая красавица. На запястье, в холодном свете ламп, блеснул сдержанный, но дорогой циферблат часов.
Цяо Си медленно поднял взгляд, рассматривая безупречно выглаженную рубашку мужчины. Под его пристальным взором кадык гостя плавно дернулся вверх-вниз, а затем он перевел взгляд на лицо.
Кончики пальцев Цяо Си онемели, сердце забилось чаще.
Как студент художественного факультета, Цяо Си мог смело заявить: это лицо идеально соответствовало человеческим представлениям о красоте. Золотое сечение, глубокие и острые черты, высокая переносица — на всем лице невозможно было найти ни единого изъяна.
Если и нужно было назвать какой-то недостаток, так это излишне суровое выражение лица. Или, точнее, узкие глаза, холодные и лишенные каких-либо чувств, в которых невольно читалась доля насмешки.
Он был точь-в-точь как главные герои тех романов о властных президентах, которые ему доводилось читать: три части насмешки, три части холодности и четыре части безразличия — вот и сложился строгий и законченный образ властного героя.
http://bllate.org/book/27043/3262889
Готово:
