Хотя это и раздражало, новичковый ритуал всё же приходилось проходить. Цзинь Лаң был вынужден у всех на виду, сдерживаясь, высвободить свою духовную силу.
Эта оболочка изначально была создана Владыкой Демонов путём отделения духовного тела, при этом намеренно был внедрён лишь древесный духовный корень, так что перед всеми предстал чистейший, лишённый всяких примесей одиночный Древесный духовный корень.
И вполне предсказуемо, это потрясло всю эту шпану из Секты Цанлань.
Особенно ярко загорелись глаза у троих глав пиков. Первым выступил вперед глава пика Чишуй — это был крупный, широкоплечий бугай, чья фигура натягивала даосский халат до устрашающих очертаний. Огромным голосом, исполненным грандиозной мощи, он рявкнул:
— И надо же такому случиться — прекрасный материал с одиночным Древесным духовным корнем! Отлично подойдёт в ученики на мой пик Чишуй!
Другой старец с благородной осанкой, в просторных одеждах с широкими рукавами, погладил седовласую бороду и насмешливо фыркнул:
— Попадись он к тебе на пик Чишуй, так ты его своей варварской техникой до смерти замучаешь! Лучше пусть идёт на мой пик Сяолань, только там смогут по достоинству оценить столь чистейший духовный корень.
— ...Старый хрыч, делать тебе нечего! С какой стати ты приплёлся отбивать моих учеников? Пошёл вон, вон, вон, иди обратно свои пилюли стряпай!
— Варвар! Если такой чистейший духовный корень достанется тебе, это же просто пустая трата!
— Даже если не брать в расчет духовный корень, одна только внешность ученика Цзинь Лана обязывает его принадлежать моему пику Цюнфан.
Заговорила, разумеется, писаная красавица в длинном розом платье, с чистым и нежным лицом, возраст которой было совершенно невозможно определить. Как только глава пика Цюнфан произнесла эти слова, множество окружавших её миловидных юношей и девушек согласно захихикали.
Сцена перебранки трёх глав пиков выдалась на редкость живописной. Цзинь Лаң не произносил ни слова, лишь слушал и слегка улыбался.
Черты лица пятнадцатилетнего юноши были мягкими, красивыми и утонченными; если бы не нефритовая корона, скреплявшая волосы, да плоская грудь, его вполне можно было бы принять за ослепительную, несравненную девушку.
Ветер разглаживал облака, растрёпанные пряди волос слегка колыхались, неизвестно чьё сердце при этом задев.
Видя, что трое старших никак не могут прийти к согласию, внезапно с небес опустилась синеватая фигура.
Знакомый способ приземления, знакомый угол, знакомое лицо.
Сегодня они видят его уже во второй раз.
— Старший брат пришёл!
— Приветствуем старшего брата.
Окружающие поспешно отдали дань уважения, и трое старших глав пиков наконец прекратили перепалку. Глава пика Чишуй холодно хмыкнул, и его редкая бородка забавно задергалась вверх-вниз.
— Ци Чжу, на вашем пике Ляньци уже приняли троих учеников с одиночными духовными корнями, неужели вы и на этого положили глаз?
Старший брат Е Цичжу легко рассмеялся и, сложив руки в поклоне, ответил:
— Дядя шутит, как Ци Чжу смел бы.
Обернувшись, он встретился взглядом с Цзинь Ланом. Его брови едва заметно дрогнули, выдав сложную гамму чувств. Казалось, тот факт, что вершину покорил именно Цзинь Лаң, ничуть его не удивил.
Кивнув с улыбкой, он таким образом поприветствовал его.
Цзинь Лаң тут же учтиво ответил на поклон, отчего стоявшие рядом трое глав пиков занервничали еще сильнее.
Глава пика Сяолань произнес:
— Ци Чжу, что это значит? Ты вроде бы не собирался отбивать ученика, но при этом преграждаешь нам путь. Вечно ты перенимаешь у своего наставника всякие дурацкие привычки, ну-ка быстро уступи дорогу.
— Дядя, не спешите, Ци Чжу, конечно же, не собирается ни у кого отбивать учеников. Просто этот ученик считает, что следует уважать волю самого человека, пусть он выбирает сам. Это куда лучше, чем если бы дяди и тети устроили свару, разрушив взаимное согласие.
Вот ведь хитрый лис, одним предложением перевёл всё давление прямо на Цзинь Лана.
Впрочем, это полностью отвечало его собственным планам — Цзинь Лаң изначально не желал тратить время на эту компашку мелких сошек.
Он, как водится, вежливо и почтительно поклонился трём почтенным мастерам и старшему брату, поблагодарив их за проявленную заботу, после чего объявил о своём намерении найти учителя.
— Цзинь Лаң желает лишь стать учеником Небесного Владыки Хуэйюаня.
— ... — остолбенели и те, кто разыгрывал представление, и те, кто за ним наблюдал.
Спустя мгновение глава пика Цюнфан раскрыла шёлковый веер и принялась неспешно им обмахиваться.
— Тц, еще один безумец, решивший свести счеты с жизнью.
Благочестивый и величественный Е Цичжу шагнул вперед, опустив взгляд, словно пытаясь убедить его одуматься:
— Пик Ябай не принимает учеников, даже номинальных. Младшему брату Цзинь Лану не стоит тратить усилия впустую. Пик Ляньци — тоже превосходное место, и если ты изъявишь желание, я смогу уделять тебе больше внимания на пути самосовершенствования.
Глава пика Чишуй тут же выскочил вперед и принялся отчитывать Е Цичжу:
— Ах ты паршивец! Только что говорил, что не собираешься отбирать ученика, а теперь хочешь увести парня у нас из-под носа, пока мы не смотрим!
— Благодарю старшего брата и всех почтенных глав за доброту, но Цзинь Лаң уже принял решение: в этой жизни он признает своим наставником только Небесного Владыку Хуэйюаня.
Глава пика Цюнфан чутко уловила нотку сплетен и, бессознательно подыгрывая Цзинь Лану, мягко подготовила для него почву:
— Какая же у тебя связь с дядей Хуэйюанем?
О, отлично, именно этого он и ждал.
Вторая форма Секретного руководства по преодолению волн Лин Юэ: Давление на жалость.
Цзинь Лаң слегка опустил ресницы, и исполненный амбиций юноша погрузился в воспоминания. Летящие шелковые ленты придавали его облику лёгкую нотку меланхолии.
Поразмыслив пару мгновений, юноша словно бы сомневался, стоит ли предавать огласке эту тайну. Впрочем, сомнения длились недолго:
— Когда Цзинь Лаң был маленьким, его семью постигло страшное несчастье, и лишь благодаря милосердию Небесного Владыки Хуэйюаня мне посчастливилось сохранить жизнь. Уже тогда Цзинь Лаң дал себе клятву: в этой жизни я желаю лишь войти в обитель Владыки, чтобы искоренять зло и защищать справедливость!
Только что пережив небесную кару, Цзинь Лаң выпаливал эти наглые речи с такой легкостью, что уже совершенно не боялся удара молнии с небес.
Он выражался обтекаемо, но все присутствующие прекрасно знали одну вещь: если Небесный Владыка Хуэйюань и вмешивался лично, то это почти всегда было связано с заклинателями демонов. К тому же уровень жестокости в таких делах обычно превосходил любые воображаемые пределы. Буря в головах присутствующих мгновенно закрутилась миниатюрным торнадо, и взгляды, которыми они смотрели на Цзинь Лана, тут же наполнились сочувствием, жалостью и толикой сердечной боли.
Этот красивый и послушный юноша наверняка претерпел немало лишений, прежде чем дойти до сегодняшнего дня.
Услышав столь непреклонное решение, трое глав пиков уже не могли больше возражать. Лишь глава пика Сяолань не удержался от попытки совершить отчаянный рывок и напоследок предостерег:
— Тебе стоит хорошенько всё обдумать. Неизвестно, когда Небесный Владыка соизволит выйти из уединенной медитации, а даже если и выйдет, вряд ли он примет тебя в ученики лишь из-за пары громких фраз. Лишь выбрав конкретный пик, можно стать внутренним учеником. Если будешь упорствовать, в лучшем случае потеряешь несколько лет, в худшем — загубишь всю жизнь, впустую растеряв свой талант одиночного духовного корня!
http://bllate.org/book/26995/3254248
Готово:
