Цзи Линь: Вы, часом, не китайский Конан.
Казалось бы, столь жуткое и неразрешимое дело сдвинулось с мертвой точки, и остальные сотрудники полиции в конференц-зале слегка вздохнули с облегчением. Если догадки Цзи Линя верны, то убийца непременно входит в те дюжину с небольшим человек, что заходили в комнату и выходили из нее. Этот круг подозреваемых куда уже, чем при обычных убийствах: стоить лишь задержать этих людей и допросить каждого, как удастся вытащить на чистую воду истинного злодея, стоящего за кулисами.
Тан Чжун же нахмурился, настроенный не столь оптимистично: Но даже если была возможность отравить его, остается один несостыкующийся момент: ЛСД вызывает суицидальный импульс далеко не в ста процентах случаев, да и время его воздействия трудно предугадать. Как убийца мог быть уверен, что у Юй Вэньчэна внезапно возникнут мысли о самоубийстве и что он шагнет на лестницу именно в этот момент?
Цзи Линь потер подбородок, погрузившись в раздумья, и на его миловидном лице проступило не по годам зрелое выражение: Возможно, изначальная цель убийцы вовсе не заключалась в том, чтобы заставить Юй Вэньчэна выброситься из окна. Просто действие препарата совпало по времени, Юй Вэньчэн как раз подошел к лестнице, и у него как назло возникло желание покончить с собой. Несколько случайных совпадений сошлись воедино, породив столь драматичную сцену.
Тан Чжун: Но если убийца не хотел убивать Юй Вэньчэна, то какова же была его цель? Не будь всех этих совпадений, Юй Вэньчэн максимум помутился бы рассудком ненадолго, пришел в себя спустя пару часов, да и зависимости бы у него не возникло — какой смысл подмешивать такой яд?
Убить курицу, чтобы попугать обезьян, — ответил Цзи Линь.
Ты хочешь сказать, что Юй Дуцю намеренно использовал Юй Вэньчэна, чтобы предостеречь остальных от попыток совать нос в его новые проекты? На данный момент у Юй Дуцю и вправду больше всего подозрений: тут и мотив в виде недавней ссоры, и подходящая возможность для отравления...
Цзи Линь покачал головой: Нет, курица — это Юй Вэньчэн, верно, но обезьяна, по-моему...
Хлюбысь! Дверь конференц-зала распахнулась изнутри наружу.
Все в испуге вздрогнули и одновременно обернулись на звук.
Высокая статная фигура демонстративно шагнула внутрь. На черной рубашке, расшитой бусинами, молния расстегнута до самой груди, образуя глубокий V-образный вырез, а на бледной коже красовалось ожерелье в форме лезвие ножа, зловеще блеснувшее серебром и идеально гармонировавшее с выкрашенными почти в белый цвет серебристыми волосами.
Юй Дуцю тронул губы легкой улыбкой и выдал по-английски: Morning.
Находившиеся в конференц-зале оперативники в штатском и полицейские в форме были ослеплены этим вызывающим сияние настолько, что не могли смотреть прямо. Цзи Линь тихонько хмыкнул и бросил Тан Чжуну: Смотрите, обезьяна пришла.
Пэн Дэюй, которому каждый месяц приходилось ходить в парикмахерскую закрашивать краской появляющуюся седину, глядя на эту серебристую шевелюру, скривился: Я еще вчера хотел спросить... Это нынче среди вас, молодежи, модно так?
Толпа молодых полицейских отчаянно замотала головами: Мы, молодежь, вовсе не такие! Не обобщайте!
Прошу прощения, я еще не отвык от зарубежных привычек. Юй Дуцю быстренько порылся в памяти и выудил фразу, которую посчитал крайне уместной для приветствия народной стражи порядка: Трудитесь на благо родины, товарищи!
Лу Цин машинально отдала честь: Служу народу!
Громкая пощечина Цзи Линя вмиг опустила ее руку: Меньше смотри парады!
Ой-ой, совсем не умеешь жалеть девушек, неудивительно, что ты до сих пор без пары... Лу Цин обиженно подула на свою покрасневшую нежную ладошку и, пока не получила нагоняй, стремглав унеслась в угол.
Не сумев до нее добраться, Цзи Линь перевел гнев на того, кто сам лез на рожон: Господин Юй, зачем вы сюда пожаловали? Снаружи висит табличка Посторонним вход воспрещен, вы что, ослепли? Последствия создания помех полицейскому расследованию вам известны?
Словно не услышав его, Юй Дуцю поманил пальцем и подозвал стоявшего снаружи высокого молодого человека: Садись куда хочешь.
Лицо парня было холодным: Я недостоин сидеть с тобой на равных.
Юй Дуцю приветливо улыбнулся: Все еще дуешься? Утром я выразился резковато, зато теперь ты запомнишь это надолго.
Ты что, презираешь меня?
Мм, впрочем, можешь не принимать это близко к сердцу: среди присутствующих нет никого, кого я считал бы достойным уважения.
Нежданно-негаданно попавшие под перекрестный огонь сотрудники полиции района Синьцзинь: ...
Гнев Цзи Линя взметнулся до небес, слова с пожеланиями долгой и счастливой жизни всей родне собеседника уже подступили к горлу, но Пэн Дэюй вовремя наградил его взглядом, говорящим: Не горячись. Цзи Линь подумал секунду и решил, что и впрямь не стоит опускаться до споров с развращенным богатеньким мажором...
Вы что, фрукты здесь просто так поставили? Виноград даже не почищен? А ну очистите и принесите заново, — распорядился Юй Дуцю, обращаясь к нескольким по очереди ввалившимся официанткам. — Все ведь работали всю ночь? Я принес вам немного фруктов, отдохните пока, не стесняйтесь.
Он вел себя так, будто был здесь хозяином.
Цзи Линь посмотрел на тарелку с нарезанным драгонфруктом, поставленную прямо перед ним. Терпение его лопло, и он подскочил на месте, стукнув кулаком по столу: У нас в управлении вообще-то совещание! Какого черта ты устраиваешь балаган? Возомнил это место своей личной вотчиной?
Юй Дуцю слегка растерялся: Верно, этот отель принадлежит моей маме, да и этот конференц-зал мне разрешили занять по моему запросу.
... Внушительный пыл Цзи Линя в мгновение ока испарился, и он умоляюще посмотрел на Пэн Дэя.
Пэн Дэюй в упор уставился на отчет судмедэксперта, казалось, готовый прожечь в бумаге дыру.
Цзи Линь впал в отчаяние. Вся его ярость вмиг увяла, и он предпочел склонить голову перед лицом проклятого капитализма, медленно усаживаясь на место: Кхм, господин Юй, вы по какому-то делу?
Официантки покинули помещение, створки дверей конференц-зала снова плотно закрылись. Юй Дуцю уселся в кожаное кресло начальника во главе стола, вмиг превратив всех присутствующих в своих подчиненных: По поручению моего дедушки передаю привет Управляющему Пэну. Спасибо, что выручили в свое время, хотя я без понятия, в чем именно заключалась помощь. Заодно заглянул узнать, раскрыли ли вы дело.
Судя по тону, он возомнил себя не иначе как начальником городского управления.
Кто погорячее из полицейских, вроде одного из капитанов, тут же захотел огрызнуться в ответ, но Пэн Дэюй сохранил выдержку и, приподняв руку в успокаивающем жесте, осадил горячие головы молодых сотрудников. Сохраняя невозмутимость, он произнес: Польщен, что академик Юй все еще помнит такого мелкого сошки, как я. В деле наметились определенные успехи, однако это служебная тайна, разглашать которую не положено. Господин Юй может вернуться в номер и ждать новостей, чтобы не задерживать свои миллионные сделки, которые заключаются у вас каждую секунду.
http://bllate.org/book/26797/3216417
Готово:
