— Раньше зубы от камня чистил?
Подойдя еще ближе, Сюй Ци услышал, что голос Ляо Цзиньсюэ звучал еще более бархатисто, чем тогда, когда тот стоял чуть дальше. Он проникал прямо в слуховой проход, щекоча каждый крошечный волосок и вызывая легкое оцепенение и зуд.
Слишком странно. Сюй Ци отвел взгляд и уставился в пол. На гладкой светлой плитке стояли две пары обуви: одна — туфли, которые он носил с самого начала работы, с подошвой, заново укрепленной из-за трещины, а вторая — туфли Ляо Цзиньсюэ, чья кожаная поверхность была отполирована до ослепительного блеска, словно у тех выставочных образцов из витрин магазинов роскошной одежды, которые можно увидеть только проходя мимо.
Сюй Ци почувствовал себя еще более неуютно. Он перевел взгляд на подкатываемое оборудование и сухо выдал два слова:
— Нет.
— Ложись.
Центр тяжести тела сместился вниз, потолочный светильник погас. Ляо Цзиньсюэ наклонился, чтобы отрегулировать высоту кресла, и при приближении от него повеяло ароматом, отличным от запаха дезинфицирующего средства.
В отличие от женских духов, которыми часто пользовалась Лян Юэ, это был холодный аромат, от которого при одном лишь вдохе на душе становилось прохладнее.
Сюй Ци не успел распробовать его как следует, как регулировка высоты уже завершилась. Сознавая, что именно он сейчас делает, Сюй Ци слегка оцепенел, с силой впившись ногтями в ладони. Ляо Цзиньсюэ уже отступил назад, опустил голову и надел пару резиновых перчаток, больше не глядя в его сторону.
— Во время процедуры может возникнуть небольшой дискомфорт, если что-то будет не так, подними руку и дай мне знать. — Ляо Цзиньсюэ опустил пониже стоматологический светильник, и в его тоне промелькнуло немного тепла — на мгновение, такое короткое, что оно показалось вспышкой яркого света.
Шагая в клинику, Сюй Ци больше всего думал о том, как держаться естественно, чтобы под прикрытием былой тонкой нити школьного знакомства вытянуть из Ляо Цзиньсюэ побольше информации. Чистка зубов была лишь отговоркой от начала и до конца.
Лежа сейчас на длинном кресле и слушая звуки запускаемого оборудования, он уже выбросил из головы все лишние мысли: у Сюй Ци осталось лишь одно-единственное подступающее к горлу чувство страха, которое набросилось на него с невероятной силой.
Яркий свет слепил глаза, жужжание приборов передавалось через чувствительные нервы полости рта прямо в мозг, причиняя легкую, похожую на уколы иголкой боль.
Привыкнув к яркому свету, Сюй Ци приоткрыл глаза, сквозь туманную пелену разглядев лишь нечеткие черты лица Ляо Цзиньсюэ. Он ощущал его неизменную сосредоточенность и холодность — словно тот выполнял работу, которую проделывал уже бесчисленное количество раз с самым обычным пациентом.
Шлейф духов еще не выветрился, и Сюй Ци по-прежнему чувствовал холодок, проникавший изнутри и постепенно распространявшийся по конечностям.
Чистка зубов заняла больше времени, чем он предполагал. Поднимаясь, Сюй Ци сделал резкое движение, и у него перед глазами все потемплело. Ляо Цзиньсюэ снял перчатки и сказал еще не пришедшему в себя Сюй Ци:
— На правом нижнем ряду есть зуб, похожий на кариозный. Если ты не спешишь, можешь сделать снимок и посмотреть.
Сюй Ци заподозрил, что ему послышалось. Он медленно моргнул пару раз, и зрение наконец прояснилось. Подобные непредвиденные обстоятельства не входили в его планы. Уперевшись руками в сиденье кресла под собой, он сухо спросил:
— Правда?
— Во время чистки именно на этот зуб твоя реакция была сильнее всего, да и цвет на нем темнее, чем на остальных. Лучше сделать снимок на всякий случай.
Раз врач дошел до такого, на его месте кто угодно уже послушно пошел бы на обследование. Сюй Ци не хотел выглядеть слишком неестественно, поэтому был вынужден сдаться и послушно поплелся за ассистентом Ляо Цзиньсюэ в рентгеновский кабинет на другом конце.
Пять минут спустя Сюй Ци сидел перед компьютером, глядя на собственный рентгеновский снимок, и в какой-то момент ему впору было подумать, что он и впрямь пришел сюда просто подлечить зубы.
— Этот зуб в правом нижнем ряду тебе раньше пломбировали, а теперь кариес поразил стоящую перед ним пятерку, — Ляо Цзиньсюэ уже снял маску и кончиком шариковой ручки указал Сюй Ци на зуб, который заметно отличался от остальных. — Как правило, вокруг запломбированных зубов риск возникновения кариеса выше. К тому же, если за ними недостаточно ухаживать, этот уже изнутри прогнил наполовину.
Описание прозвучало настолько наглядно, что Сюй Ци побледнел.
— Его нужно пломбировать?
Ляо Цзиньсюэ на мгновение задумался:
— Сегодня сначала почистим, а в следующий раз придешь — запломбируем.
Пара простых фраз предрешила судьбу этого зуба. Сюй Ци снова лег на то самое кресло, а его мысли от аромата духов Ляо Цзиньсюэ унеслись к астрономической стоимости предстоящего лечения.
Спустя полчаса все закончилось. Заморозка на правой щеке еще не отошла, и из-за этого странного ощущения Сюй Ци выговаривал слова гораздо медленнее обычного:
— Есть какие-то ограничения в еде?
Ляо Цзиньсюэ сидел за компьютером, занося в систему данные о приеме, и, даже не оборачиваясь, ответил:
— Ешь, когда пройдет наркоз. Ничего особенного соблюдать не нужно.
— Понятно, — произнес Сюй Ци.
В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь четким стуком клавиш под пальцами Ляо Цзиньсюэ.
Каждый палец, скользящий по клавиатуре, был узким и изящным. Сюй Ци уже успел заметить это, когда те только что залезли ему в рот, придерживая больной зуб. От макушки до пят Ляо Цзиньсюэ был воплощением безупречного совершенства, и кто бы ни оказался рядом с ним, даже самый уверенный в себе человек почувствовал бы себя ничтожным.
То, что Лян Юэ бросила его ради Ляо Цзиньсюэ, было делом очевидным и понятным, где все плюсы и минусы лежали на поверхности.
Знакомое чувство зависти и обиды, казалось бы, давно угасшее после окончания школы, вновь поднялось со дна души Сюй Ци, безмолвно разрастаясь и бурля.
— Доктор Ляо.
— Есть еще вопросы?
Сюй Ци теребил пальцами край рубашки, пока наконец не нарушил молчание и не выдавил сквозь зубы:
— Ты меня помнишь? Мы учились в одной школе, в десятом классе ты перевелся в Тринадцатую среднюю школу, и я был в соседнем седьмом классе. У тебя осталось об этом впечатление?
Ляо Цзиньсюэ перестал печатать. Его взгляд, устремленный на Сюй Ци, принялся неспешно изучать его, словно пытаясь выудить из памяти хоть отдаленно похожий образ. Эти несколько мгновений показались Сюй Ци целым веком, пока стук клавиш не возобновился вновь. Ляо Цзиньсюэ посмотрел в монитор, и его тон остался совершенно ровным:
— Сюй Ци? Припоминаю.
Припоминаю. Ради этих четырех слов Сюй Ци почистил зубы, посверлил их, а через пару дней ему предстояло еще и пломбирование.
Сюй Ци натянул на лицо подобие улыбки, прогоняя легкую тень мрачности с бровей, и постарался придать голосу беспечности:
— Ты теперь стоматолог, просто здорово... Помню, в старшей школе у тебя всегда были такие хорошие оценки...
— Угу, оплата на ресепшене.
Ляо Цзиньсюэ протянул ему листок бумаги, всем своим видом показывая, что продолжать разговор не намерен. Перебитый на полуслове, Сюй Ци не смог вымолвить больше ни единого слова.
В глазах Ляо Цзиньсюэ он, наверное, был просто чудаком, который спустя столько лет объявился и пытается завести знакомство под предлогом старого школьного товарищества? Как эта поверхностная, не стоящая внимания связь могла заставить Ляо Цзиньсюэ ослабить бдительность и принять его с распростертыми объятиями? Ему следовало догадаться об этом раньше.
http://bllate.org/book/26722/3200474
Готово:
