Делать было нечего, и Му Яню вдруг взбрело в голову похулиганить. Он отыскал веревку, привязал её к вешалке с одеждой и спустил в окно. Добравшись до окна ребёнка, он быстро качнул вешалку и тут же втянул её обратно. Погодив пару секунд и не заметив никакой реакции, он повторил всё сначала, после чего снизу донесся грохот и какая-то возня.
Судя по звуку, Му Янь прикинул, что от испуга ребёнок грохнулся со стула. Он уже вовсю давился смехом, как вдруг услышал, что тот спросонья или с испуга выкрикнул его имя. В секундном замешательстве он ослабил хватки, и веревка вместе с одеждой свалилась вниз.
Следом донёсся громкий вопль ребёнка вперемешку с ругательствами.
Му Янь сам не понял, почему сплоховал: спустился вниз, подобрал одежду в куче сухих листьев, поднялся обратно и постучал в дверь.
Дверь отворилась, в комнате было светло от яркого света, а телевизор орал на полную громкость. Глядя на сморщенную физиономию ребёнка, он поднял одежду:
— Одежда случайно упала вниз, я услышал, как ты закричал, тебя не испугало?
Юй Юлэ вцепился в собственный воротник, переводя взгляд с одежды на Му Яня, и сделал вывод:
— Ты это специально сделал?
Му Янь рассмеялся в голос.
— Да как ты можешь! — с плаксивым выражением лица Юй Юлэ повернулся и ушёл в комнату, продолжая собирать книги и тетради, которые он сам же смахнул на пол.
Бросив испачканную одежду у входа, Му Янь проследовал за ним, прислонился к косяку спальни и стал подначивать:
— Кто только что говорил, что никогда больше на меня не сердится? Слова свои не держишь.
— ...Му Янь, мне часто кажется, что тебе хоть и исполнилось двадцать семь, — присев на корточки и складывая книги стопкой, пробормотал Юй Юлэ, даже не поднимая головы, — но ума у тебя на этот возраст всё равно не прибавилось.
Му Янь приподнял бровь, сообразив, что ребёнок прямо и обинуками называет его инфантильным, и легонько пнул того под зад.
Не ожидавший подвоха Юй Юлэ шмякнулся на пол и, жутко обиженный, уже не мог сдерживать улыбку:
— Сам-то! Разве не так?
— Чего разболтался? Живо закругляйся, убирайся и ложись спать.
Передразнив его тон, Юй Юлэ быстро привёл всё в порядок и нырнул под одеяло, но заметил, что Му Янь уселся за его письменный стол, и с любопытством спросил:
— А ты домой не пойдешь?
— Подожду, пока уснёшь.
— Это ещё почему?
— Ничему почему. Закрой рот и спи.
Лёжа на боку и подложив руку под подушку, Юй Юлэ какое-то время наблюдал за Му Янем, а затем произнёс:
— Когда мы встретились в первый раз, за кого ты меня принял? Ты ведь держал его за руку, даже обнимал, и при этом понятия не имел, как он выглядит.
Му Янь опешил. Заявление Юй Юлэ было весьма опасным: он-то думал, что этот малой просто дурачок, а тот, оказывается, всё прекрасно осознавал.
Затем он услышал вопрос Юй Юлэ:
— Это кто-то из интернет-знакомых? Ты завел друга по переписке?
Му Янь приподнял бровь:
— ...Угу.
— Вы, должно быть, очень близки, я это чувствую.
— С чего ты взял?
— Ты с ним совсем не так обращаешься, как со мной.
Услышав это, Му Янь даже удивился:
— И в чём же разница?
— С ним ты такой ласковый, эм... и намного терпеливее, всегда ему улыбаешься. — Юй Юлэ не удержался и скривил губы. — А как понял, что это не он, твое отношение тут же переменилось, стал таким холодным...
Терпения ноль, характер скверный да ещё и вредный — эти два пункта он благоразумно проглотил.Слушая, как ребёнок сам по себе воображает некоего виртуального интернет-друга, Му Янь едва не рассмеялся. Поскольку ему было совершенно всё равно, перед мальчишкой он представал во всей своей истинной красе, ни капли не скрывая скверного характера и периодических приступов ребячества, для которых в его возрасте уже давно пора было пройти. Теперь, когда они немного сблизились, он по-прежнему являл ему самую правдивую сторону своей личности.
Правда, похоже, это вызвало недовольство мальчишки. Впрочем, Му Яню даже нравилось наблюдать за тем, как тот недовольно бормочет что-то под нос.
Вскоре после этого разговора мальчик заснул. На нём были лишь футболка и шорты, беззаботно обнажавшие большие участки мягкой, упругой кожи. Взгляд Му Яня невольно прошёлся по его телу, после чего он мысленно отругал себя последними словами.
Но ноги у мальчишки действительно были красивыми, прекрасными во всех отношениях.
Подростковые разговоры крутились вокруг чувств и отношений — тем, о которых Му Янь давно уже не заботился. Если он и ждал, пока мальчик уснет, то вовсе не по какой-то сложной причине: он просто боялся, что тот от испуга не сможет сомкнуть глаз. Уходя, Му Янь не удержался и ткнул его в щеку, раз за разом напоминая себе про себя:
Он ведь ещё ребёнок.
Глава 10. Ты вовсе не заурядный бедняк
Выбрав время обеденного перерыва, Юй Юлэ со скрипом в сердце выложил триста юаней за подержанный телефон неизвестно какого по счёту поколения в ряду электроники. Множество номеров, которые он помнил наизусть, набирать больше было некому, поэтому пока что в его списке контактов значился один лишь Му Янь.
Ой, я умираю с голоду, у кого-нибудь есть что перекусить?
На дневной перемешене, услышав стоны сидевшего впереди парня, Юй Юлэ тут же вспомнил о маленькой булочке в своей парте. Он запустил руку внутрь, нащупал упаковку, но вытащить её так и не решился. Он уговаривал себя, твердил, что это проще простого — всего-то вытащить хлеб и протянуть однокласснику, и даже молчание здесь не выглядело бы странным, однако от одного этого действия сердце у него заколотилось от напряжения.
В конце концов этот крошечный эпизод, доставивший ему столько терзаний, разрешился сам собой: сидевшая по соседству девочка бросила парню пачку печенья. Юй Юлэ с облегчением выдохнул и медленно разжал пальце на булочке.
В какой-то момент ему показалось, что чей-то взгляд остановился на нём, судя по всему — со стороны старосты. Повернувшись, он, однако, заметил лишь, что тот целиком погружен в чтение. Юй Юлэ решил, что это просто мерещится, но воспользовался случаем и украдкой бросил на него ещё пару взглядов.
Он помнил, что этого парня звали Юань Цзинхао. Он был не только старостой класса, но и круглым отличником, учился до безумия хорошо, однако характером обладал довольно прохладным. Обычно он носил очки в тонкой черной оправе; плотненький, но чистенький и аккуратный, он всякий раз неизменно вызывал у Юй Юлэ ассоциации с детенышем панды — до того милым.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, Юань Цзинхао повернулся и встретился глазами с Юй Юлэ. Тот опешил и тут же уткнулся взглядом в крышку парты.
Эй, староста, разве сегодня после второго урока не начинается отгул? — парень, разговаривавший с Юань Цзинхао, изобразил пальцами быстрые нажатия на клавиатуру, намекая на игры. — Идёшь?
Юань Цзинхао немного подумал и бесстрастно обронил:
— Могу поиграть часок.
Сказав это, он снова перевёл взгляд на Юй Юлэ, но задержался лишь на мгновение и ничего не добавил.
Прислушиваясь к их разговору, Юй Юлэ чувствовал лишь зависть. Поскольку их беседы с Му Янем всегда протекали гладко, он наивно возомнил, будто теперь способен хоть отчасти нормально общаться с людьми. Следующим уроком стоял английский, для которого понадобятся те самые несколько листов с заданиями, что лежали в его рюкзаке, но он безнадежно потерял. Выпросить ксерокопию у одноклассника у него не хватило бы духу, оставалось лишь настроиться морально и слушать вслепую.
http://bllate.org/book/26693/3197463
Готово:
