Однако на этот раз всё пошло иначе, и люди перестали в первую очередь обращать внимание на состояние Цзи Бая.
Единственным, кто думал в этот момент о Цзи Бае, был Синъе.
Во рту у него таяла шоколадка, которую ему сунул Цзи Ань, и, ощущая её сладкий вкус, он украдкой бросал взгляды на Цзи Бая.
Цзи Бай в этот момент опустил голову, и у Синъе не было возможности разглядеть его выражение лица, поэтому пришлось перевести взгляд на его одежду. На этот раз надетые на нём вещи явно отличались от мешковатой одежды, в которую были облачены он сам и Цзи Линь, полностью соответствуя статусу любимого младшего сына из богатой семьи Цзи.
И ещё более яркой, чем его наряд, была та поистине цветущая и беззаботная жизнь, которой жил Цзи Бай.
В кратком описании линии судьбы говорилось, что Цзи Бай — человек чистый, добрый и талантливый, у него множество сторонников, и все любят его, выказывая ему особое расположение.
Но ведь всё это изначально ему не принадлежало, подумал Синъе.
Синъе отвел взгляд, а Цзи Вэнь и Су Цинь вскоре один за другим спустились вниз. Бурные эмоции Су Цинь уже улеглись, но, заметив Синъе и Цзи Линя, она всё же слегка замедлила шаг и остановилась на мгновение.
По сравнению с ней Цзи Вэнь держался куда более решительно. Подойдя к стоявшим ребятам, он обратился в первую очередь к Цзи Баю:
— Цзи Бай, я должен кое о чём с тобой поговорить.
Сердечко Цзи Бая отчаянно заколотилось. Он поднял голову, и глаза его покраснели ещё до того, как он успел произнести хоть слово. Затем, умоляюще глядя на Цзи Вэня, он тихо проговорил:
— Папа, я тоже очень рад, что Синъе вернулся. Просто я был так удивлен, что совсем забыл поприветствовать его. Я виноват.
Цзи Бай не знал, что именно произошло, но инстинктивно чувствовал: то, что собирается сказать Цзи Вэнь, для него крайне неблагоприятно.
Цзи Вэнь отчетливо почувствовал охвативший Цзи Бая страх — подобное чувство паники почти никогда не возникало у Цзи Бая, — однако ничуть не колеблясь произнес:
— Цзи Бай, ты не ребёнок нашей семьи Цзи.
Встретившись с невероятным взглядом Цзи Бая, Цзи Вэнь продолжил:
— Ты ведь знаешь матушку Ли? Это она тогда забрала Синъе. На самом деле она не только увезла Синъе, но и подменила ребёнка. Ты вовсе не брат-близнец Синъе, ты — сын матушки Ли.
Цзи Бай резко сжал кулаки, но тут же быстро разжал их и машинально перевёл взгляд на стоявшую рядом Су Цинь.
В следующее мгновение Цзи Бай заметил в глазах Су Цинь проблеск жалости, однако, не успел он заговорить, как она тут же отвела взгляд.
Су Цинь вовсе не была глуха к ужасу и растерянности, охватившим сейчас Цзи Бая, но на этот раз она была не в силах, как прежде, броситься утешать его. В конце концов, родные родители Цзи Бая забрали их собственного ребенка, и судя по словам Цзи Вэня, обоим мальчикам пришлось несладко, в то время как Цзи Бай жил в семье Цзи в роскоши и изобилии. Су Цинь ненавидела тех двоих и неизбежно переносила часть своего гнева на Цзи Бая.
Страх в душе Цзи Бая сменился озлобленностью. В глубине души он понимал, что всё это, скорее всего, правда, хоть ему и отчаянно не хотелось в это верить.
К тому же Цзи Бай не понимал: неужели даже если он не их родной ребенок, они должны быть с ним так жестоки? Ведь в семье Цзи рос именно он! В роскоши и с прекрасным образованием воспитывался он, а не те двое диких детей из деревни! Неужели эти люди действительно способны вот так запросто перечеркнуть столько лет привязанности?
— Папа, неужели я в последнее время в чём-то провинился, раз вы сочиняете такую ложь, чтобы посмеяться надо мной? — Цзи Бай моргнул, и дорожка чистых слёз скатилась по его щеке.
Несмотря на то, что в душе царила полнейшая паника, Цзи Бай знал: он ни в коем случае не может вот так просто во всём признаться, иначе они чего доброго отправят его обратно. Он не хотел возвращаться! Он — юный господин семьи Цзи, как он может вернуться назад?!
Цзи Вэнь глухим голосом произнёс:
— Это дело уже тщательно расследовали.
Сделав паузу, он посмотрел на явно доведённого до крайнего отчаяния Цзи Бая:
— Ты столько лет прожил в семье Цзи. Если хочешь, я буду содержать тебя до самого университета, но после этого твоя дальнейшая судьба уже не будет связана с семьей Цзи.
Услышав, что Цзи Вэнь не собирается немедленно отправлять его к матушке Ли, Цзи Бай чуть-чуть перевёл дух. Но стоило ему осознать истинный смысл слов Цзи Вэня, как он вновь злобно стиснул зубы. Глубоко вздохнув, он подскочил к Су Цинь, обнял её и взмолился:
— Мама, неужели и ты от меня отказываешься?
Цзи Баю было всего-то десять лет, и вот так прильнувший к ней он выглядел до крайности жалостливым:
— Мама, я же всегда звал тебя мамой... Как я могу оказаться чужим ребенком?
Он жалобно повернулся к Цзи Вэню:
— Папа... то, что происходит сегодня — это ведь просто страшный сон, правда?
Су Цинь почувствовала, как её сердце смягчилось. Поколебавшись немного, она опустилась на колени и обняла Цзи Бая в ответ:
— Сяобай... тебе не кажется, это не сон. Ты действительно не наш ребенок, ты...
Су Цинь осеклась. Ей совершенно не хотелось произносить вслух имена тех двоих, от одной мысли о них у неё сводило зубы.
Почувствовав заминку Су Цинь, Цзи Бай поспешил заявить:
— В моём сердце я всегда буду ребенком папы и мамы! Если папа и мама меня бросят, куда же мне тогда идти?
Голос Цзи Бая был полон ужаса, растерянности и недоумения. Чувство легкого отторжения, затаившееся в душе Су Цинь, мгновенно испарилось. В её голове тут же пронеслось: матушка Ли совершила такой подлый поступок, подменив детей, но сколько тогда было её маленькому Цзи Баю? Откуда он мог что-то знать? Цзи Бай был воспитан ею лично, она учила его читать, наставляла на путь истинный, и сейчас он ещё даже не вырос, только начал познавать этот мир — как он мог вынести столь внезапное известие?!
Ощутив колебания Су Цинь, Цзи Бай понял: по крайней мере сейчас один человек временно встал на его сторону, и Су Цинь по меньшей мере не станет вымещать на нём злобу за поступок матушки Ли.
И действительно, в следующее мгновение он услышал, как Су Цинь сказала Цзи Вэню:
— Мальчик ещё совсем маленький, неужели наша семья Цзи не сможет прокормить одного ребёнка? Лучше пусть он по-прежнему живет дома.
Изначально намерение Цзи Вэня заключалось в том, чтобы раз уж Цзи Бай — ребенок тех двоих, то из уважения к прошлым годам совместной жизни Цзи Вэнь позволил бы ему жить отдельно и приказал бы слугам о нём заботиться.
Тогда Су Цинь хоть и сомневалась, испытывая жалость, но правда, открывшаяся столь внезапно, заставила её испытывать куда больше гнева, поэтому в конце концов она согласилась с предложением мужа.
Однако теперь Су Цинь заколебалась: такой маленький Цзи Бай — как он сможет выжить во внешнем мире?
Цзи Бай уткнулся лицом в грудь Су Цинь, а в глубине его глаз мелькнуло торжество: он так и знал, что Су Цинь не устоит.
Цзи Вэнь уже собирался что-то ответить после короткой паузы, как вдруг раздался чей-то голос:
— Какой же братец Цзи Бай несчастный. Раз уж так вышло, давайте позволим братцу Цзи Бай остаться дома.
http://bllate.org/book/26424/3163416
Сказали спасибо 0 читателей