Готовый перевод Bouncing in the Tycoon's Heart [Transmigrated] / Танцы на нервах у богатого магната: попал в книгу и не собираюсь страдать: Глава 3

Через пять минут Цзинь Шэньши получил досье на Янь Сяоцина.

Янь Сяоцин, двадцать лет, единственный сын младшей дочери председателя Корпорации Янь. Носит фамилию матери, отец неизвестен. С малых лет рос без должного воспитания, ни к чему не стремился, считался на периферии интересов Корпорации Янь.

Подкупил персонал отеля, чтобы проникнуть внутрь, в номере оставил заготовленные смазку и презервативы — определенно пришел подкатить к кому-то в постель.

Это что же, забрался до половины — и передумал?

Безобидная маленькая интерлюдия, сойдет за развлечение.

В июне в горах по ночам все еще прохладно. Этот горячий источник принадлежал Цзинь Шэньши, классический курорт города А для спасения от летней жары, а целебные свойства местных природных термальных вод отлично снимали усталость и боли в суставах.

Деловые переговоры сегодня прошли не слишком гладко, и Цзинь Шэньши велел помощнику разобраться с проштрафившимся сотрудником, переоделся в халат и собрался понежиться в источнике.

……

Янь Сяоцин, завернувшись в банное полотенце, широко расставив ноги и уперевшись руками в бока, стоял в лифте, похожий на циркуль.

— Тсс... — похоже, он потянул бедро.

И с чего это его угораздило угодить в роман?

Янь Сяоцин, парень с сайта Цидянь, сейчас мечтал только о том, чтобы выколоть себе оба глаза.

Начитавшись историй про главных героев-жеребцов, он захотел сменить обстановку и припасть к чистой любви в жанре 1 на 1. Кто бы мог подумать, что, открыв эту книгу под ярлыком чистой любви под названием «Когда в лесу расстаются», он после преодоления большей части сюжета не обнаружит там никакой героини, зато распахнет врата в новый мир.

Мужчина с мужчиной?

Ладно, это весьма чистая любовь, по крайней мере, здесь не будет сюжетов с принудительными абортами и вырезанием матки.

Янь Сяоцин не то чтобы дискриминировал гомосексуалистов, он не осуждал и не одобрял отношения между мужчинами, просто читал ради новизны. И в то же время глубоко сочувствовал второстепенному персонажу-пушечному мясу с тем же именем в книге.

Прекрасный юноша в расцвете сил, которого собственный парень подложил в чужую постель, а он все равно не меняет своих чувств. Это же не в голове вода, это кипяток какой-то.

Он читал и ругался, ругался и читал, пока этот «Янь Сяоцин» не сыграл в ящик, после чего забросил чтение. Кто же знал, что, открыв глаза, он окажется по ту сторону сюжета.

Все нормальные попаданцы вкусно едят и сладко пьют, а главные герои окружают их приторной заботой. Он же, угодив в роман, остался в одних трусах, да вдобавок с порога разыграл ожесточенную битву за неприкосновенность задницы.

Мало того, что влиятельный богач вознамерился сорвать хризантему, так еще и мерзавец-главный герой положил глаз на его тыл.

Он только что закончил «подкатывать к постели», подвергся «срыву хризантемы» со стороны главного злодея Цзинь Шэньши, а по ходу сюжета ему предстояла скорая встреча с подлецом — и новая попытка сорвать его цветок.

О небесах, до чего же тяжелая у него судьба!

Утешало одно: раз попытка подката провалилась, это ведь можно считать избавлением от сюжетной ветки злодея Цзинь Шэньши?

Янь Сяоцин в книге считался отпрыском богатой семьи, из тех, кто не знает забот о еде и питье. Теперь главное — отделаться от мерзавца-героя, найти повод улететь подальше, а дальше птицам воля, просторам раздолье.

— Динь! — лифт прибыл на первый этаж, и Янь Сяоцин, хромая и опираясь на стену, вышел наружу.

— Сяоцин, сюда. — Какой-то парень с охапкой одежды в руках затащил Янь Сяоцина в туалет.

Внутри кабинки.

— Потише, больно же... — Янь Сяоцин держался за бедро, принимая протянутую одежду.

Внутренняя поверхность бедра была потянута, при попытке поднять ногу на глаза навернулись физиологические слезы, и вид у него был до жалости трогательный.

— Сяоцин, он... он обидел тебя?

На сцене появляется мерзавец Линь Бе.

Выражение раскаяния, досады, растерянности и боли утраты драгоценности на лице Линь Бе заставило Янь Сяоцина изрядно испугаться.

Это ведь Линь Бе подложил Сяоцина в постель Цзинь Шэньши, и что за цирк он тут устраивает?

— Сяоцин, прости, я такой ничтожный. — Линь Бе схватил Янь Сяоцина за руку и отвесил себе две пощечины.

Янь Сяоцин: «……»

Брат, хочешь бить — бей своей рукой, ладно? Силы взаимодействия равны, ему ведь тоже больно, между прочим.

Выдернув руку, он закатил глаза и принялся разглядывать негодяя.

Как главный герой книги, Линь Бе действительно выглядел неплохо, да и актерские способности были на уровне. Если бы не знание сюжета и собственная традиционная ориентация, его бы обвели вокруг пальца на раз-два.

Линь Бе сокрушенно сокрушался:

— Сяоцин, во всем виновата моя бесхребетность, я ни на что не годен и не могу обеспечить тебе лучшую жизнь.

Янь Сяоцин с бесстрастным лицом ответил:

— Брат Линь, я не позволю тебе так говорить о себе.

Твою ж дивизию, увлеченный репликами негодяя, он сам не заметил, как выдал классическую фразу.

Уголки губ Линь Бе едва заметно дрогнули вверх, и он продолжил:

— Сяоцин, прости, я заставил тебя страдать. — Раскинув руки и зажав в пальцах носовой платок, он попытался заключить Янь Сяоцина в объятия, чтобы утереть слезы.

У Янь Сяоцина от мурашек заходился танец с саблями, превозмогая боль, он одним пинком оттолкнул подлеца.

Линь Бе: «……»

Линь Бе изумленно выдохнул:

— Сяоцин, ты что творишь?

Янь Сяоцин ревел белугой от боли:

— Брат Линь, не подходи, я... я уже испорчен.

Убирайся к черту, старик, мерзавец чертов.

Как ни читай, сколь бы отвратителен ни был Линь Бе, он все же главный герой.

Существует нелогичная вещь под названием сюжетная броня, а этот негодяй в конце концов уложит могущественного богача. Янь Сяоцин здесь человек новый, так что лучше по возможности избегать ООС...

Сведенные брови Линь Бе разгладились, сдерживая эмоции, он произнес:

— Сяоцин, такие слова хуже смерти для меня, как я могу брезговать тобой? Испорчен вовсе не ты, испорчен я.

Линь Бе закатал рубашку, распахнул ее, указывая на грудь, в стыде и гневе вымолвив:

— Сяоцин, моя душа здесь уже сгнила изнутри.

Да он в гробу видал этот спектакль.

Янь Сяоцин закрыл глаза и закатил их так красноречиво, как только мог.

Слезинки застыли на длинных ресницах, делая его жалким и совершенно беспомощным.

— Брат Линь, я устал, уходи.

Взгляд Линь Бе стал странным, он облизнул губы и тяжело задышал:

— Сяоцин, я не уйду, я не могу оставить тебя в таком виде. Как... как именно он обошелся с тобой?

Заставил сесть на шпагат и прогнуться в пояснице, насильно прижав к стене. Теперь бедро разорвано, а поясница едва не сломалась пополам.

Янь Сяоцин массировал поясницу, прислонившись к стене и натягивая штаны:

— Брат Линь, не надо об этом, он был так груб, я больше не хочу вспоминать...

При воспоминании о том, как его насильно прижали к стене в шпагате и чуть не оторвали яйца, Янь Сяоцина пробила дрожь.Линь Бе подался вперёд и тихо произнёс:

— Сяоцин, ты когда-нибудь слышал о перезаписи памяти?

Янь Сяоцин: «??»

Звучит донельзя высокопарно. Беспечный парень признаёт: ничего не понял.

Линь Бе продолжил:

— Сяоцин, ты можешь сравнивать меня с ним. Я буду обращаться с тобой нежно, тебе нужно лишь помнить обо мне хорошее. А всё то неприятное однажды унесёт ветром.

Вот же чёрт, этот подонок, оказывается, извращенец, помешанный на изменах. Какая же гадость. Что за отброса создал автор? Неудивительно, что подонок никогда не прикасался к Янь Сяоцину — оказывается, ему нравится такое.

У Янь Сяоцина волосы встали дыбом. Собрав все силы, он влепил Линь Бе пощёчину.

— Хлоп!

Тишина.

Рука ужасно болит. Правду говорят: действие равно противодействию.

Линь Бе явно не ожидал удара и застыл по меньшей мере на полминуты. Когда оцепенение прошло, в его глазах вспыхнул гнев, готовый превратить Янь Сяоцина в пепел.

«Даже сотрясения нет, неплохое телосложение у этого подонка».

Янь Сяоцин взглянул на свои тонкие ручки и ножки, потом на этого разъяренного дракона и почувствовал, что в следующую секунду его могут изнасиловать.

— А-а-а-а, не трогай меня! — в мгновение ока превратившись в мастера крика, Янь Сяоцин обхватил голову руками и принялся раскачиваться из стороны в сторону.

Линь Бе: «……»

Перестав раскачиваться, Янь Сяоцин схватился за сердце, изображая глубокое раскаяние:

— П-прости… брат Линь, я думал, ты — это он.

Он перешёл в режим полной обороны. Хоть тело и слабое, но простые приёмы вроде удара в пах или выкалывания глаз он освоить успел.

Заметив, что Линь Бе не шевелится, Янь Сяоцин искоса взглянул на него и, решив, что тот больше не набросится, наконец выдохнул. Не зря в своё время ходил на курсы актёрского мастерства.

— Не бойся, Сяоцин. Я пойду и прикончу этого гада.

Шок. Подонок тоже умеет говорить по-человечески?!

Янь Сяоцин открыл дверь туалетной кабинки:

— Брат Линь, просто отрежь ему инструмент, не надо убивать. Я не хочу, чтобы из-за меня на тебе висел труп.

Линь Бе: «……»

Тишина…

«Чёрт, трусливый подонок».

Линь Бе принудительно сменил тему:

— Сяоцин, ты видел документ с себестоимостью проекта Ланьди?

— Нет, — Янь Сяоцин покачал головой. — Я хочу домой.

— Мы в горах, только что прошёл дождь, возможны селевые потоки. Ни один водитель не рискнёт ехать по ночной дороге. Машина будет только завтра утром. В отеле есть горячий источник, он поможет снять воспаление и боль. Не хочешь искупаться?

Вернувшись к образу заботливого человека, Линь Бе с нежностью протянул ему ключ-карту.

Янь Сяоцин не поверил и зашёл в приложение вызова такси. И правда: в радиусе ста ли ни одной машины.

— Источники индивидуальные, прямо в номере, ещё можно заказать услуги массажиста. Я закажу тебе большой ужин из морепродуктов, поешь после купания. И лекарства от боли и воспаления пришлют прямо в номер.

Янь Сяоцин заколебался и сглотнул:

— Брат Линь, я не хочу отвергать твою доброту, но боюсь… он всё ещё не оставил меня в покое.

Линь Бе достал маленький стеклянный пузырёк с какой-то жидкостью и вложил его в руку Янь Сяоцина:

— Если он заявится, раствори это в воде и дай ему выпить. Он станет тихим.

Янь Сяоцин отказался:

— Брат Линь, я не посмею. Это незаконно.

«Отравить? Какой жестокий подонок».

— Это обычное успокоительное, он просто заснёт, — Линь Бе сунул пузырёк в карман брюк Янь Сяоцина. — Не волнуйся, я не приду тебя беспокоить. Прими ванну и хорошенько отдохни.

Янь Сяоцин: «……»

Раз уж приехал — надо приспосабливаться.

Промаявшись полночи, уставший и голодный Янь Сяоцин поразмыслил секунд двадцать и решил: сначала надо насладиться комфортом.

Найдя номер, он первым делом запер дверь на засов.

В спальне было огромное панорамное окно. Выйдя наружу, он обнаружил открытый бассейн размером с ванну.

Глубокая ночь в горах, прохладный ветерок. Янь Сяоцин погрузился в воду и наконец почувствовал облегчение.

«Скорее всего, номер дешёвый, это никакой не природный источник, просто горячая вода. Вода остыла, в обычной ванне и то лучше».

Отсюда было видно большой бассейн неподалёку, куда стекала вода прямо из скалы, окутанная густым паром.

Вот это — настоящий источник!

«Так поздно, там наверняка уже никого нет».

Янь Сяоцин внимательно присмотрелся, убедился, что вокруг ни души, и перелез через ограждение.

Природный источник оказался выше всяких похвал: снимал воспаление, успокаивал боль. Понежившись немного, Янь Сяоцин почувствовал, что пояснице и ногам стало гораздо легче.

От жара разморило, голова закружилась, и он, прильнув к краю бассейна, начал проваливаться в сон.

Цзинь Шэньши, уладив срочные дела компании, направился к источнику.

Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что в бассейне, предназначенном исключительно для президентского люкса, кто-то уже есть.

Белокожий юноша лежал на краю бассейна, его гладкая спина, обнажённая в свете тёплых оранжевых ламп, притягивала взгляд. Нижняя часть тела была погружена в воду, брюк на нём не было, и обнажённые ягодицы то появлялись, то исчезали в потоках проточной воды.

Цзинь Шэньши нахмурился, пошаркал тапками и, небрежной походкой хозяина жизни, подошёл ближе.

Он услышал, как спящий юноша пробормотал:

— Пришёл? Поясницу ломит, давай потише, слишком сильно, не выдержу…

Янь Сяоцин, слишком долго просидевший в источнике, слегка страдал от нехватки кислорода и в полузабытьи почувствовал, что кто-то подошёл.

«Массажист пришёл?»

Он встал на колени на каменную ступеньку внутри бассейна, обнажив поясницу, и почувствовал, как на неё легли чьи-то сильные руки.

«Эй, массаж так массаж, зачем хватать за загривок?»

Он обернулся и от испуга с громким всплеском рухнул обратно в воду.

http://bllate.org/book/26347/3154274