В глазах Фэй Ланя Е Линвэй был всего лишь ребенком, не правда ли?
Фэй Лань обратил внимание на существование Е Линвэя во многом благодаря его детским выходкам: то он украдкой притаится за забором его дома, то тайком пишет письма Цзян Хуэй.
Как же это наивно.
Под пристальным взглядом Фэй Ланя Е Линвэй почувствовал, как у него занемели щеки. К счастью, его прервал Гао Линьхао. Повернувшись к Е Линвэю, он принялся его наставлять:
— Не смотри туда, куда не следует, понял?
Он произнес это в шутливом тоне. Е Линвэй послушно ответил, что понял, а сам тут же принялся открыто разглядывать затылок Фэй Ланя.
Гао Линьхао: ???
Парень подскочил и закрыл Е Линвэю глаза ладонью. Е Линвэй, ничуть не смутившись, захлопал ресницами прямо в его ладонь. Гао Линьхао почувствовал, как его ладони коснулось что-то мягкое, и, словно обжегшись, тут же отдернул руку. Плюхнувшись на стул, он пробормотал:
— Настоящая беда, просто настоящая беда.
Сегодня был понедельник. Короткая утренняя самостоятельная работа закончилась, и после завтрака в столовой должна была состояться церемония поднятия флага. На ней планировалось подвести итоги экзаменов за прошлую неделю, наградить отличившихся и провести работу над ошибками, а также подвергнуть критике тех, кто проявлял леность или нарушал школьные правила.
Е Линвэй съел завтрак, приготовленный домашней помощницей. Пока остальные устремились в столовую, он остался в классе, чтобы немного отдохнуть, и только когда зазвучал сигнал трансляции, направился к спортплощадке.
Выйдя из учебного корпуса, Е Линвэй лениво обвел взглядом площадку. Гао Линьхао, привалившись к какому-то парню, заливался смехом, а перед ним стоял Фэй Лань. Вокруг Фэй Ланя сгрудилось несколько высоких парней, которых Е Линвэй не узнал — скорее всего, из других классов.
Сцена в точности повторяла ту, что он видел в коридоре: Фэй Лань хранил молчание, изредка поглядывая в телефон, в то время как окружающие его люди без умолку болтали. Казалось, им было всё равно, отвечает ли им Фэй Лань — одно лишь присутствие рядом с ним уже было для них величайшей честью.
Очень странно.
Е Линвэй уже хотел отвести взгляд, но парень, стоявший ближе всех к Фэй Ланю, прямо посмотрел на него. Замешкавшись на секунду, он затем дерзко присвистнул Е Линвэю.
Е Линвэй склонил голову и в ответ вызывающе и пренебрежительно усмехнулся.
Как раз в этот момент Фэй Лань посмотрел в ту сторону. Его взгляд не задержался на Е Линвэе, он сразу перевел его на Чэнь Фэнбао:
— Нравится?
Чэнь Фэнбао, смотревший вслед Е Линвэю, не задумываясь выпалил:
— Нрави... — Его слова оборвались на полуслове, потому что он почувствовал, как Брат Лань смотрит на него. Взгляд у того был пугающе спокойным.
Поэтому фраза на языке трансформировалась в:
— Не нравится, совсем не нравится.
Парень, которого обнимал Гао Линьхао, с трудом повернул голову, чтобы посмотреть на Е Линвэя. Видна была только спина, лица разобрать не удалось. Он обернулся и спросил Фэй Ланя:
— Брат Лань, это тот самый из Седьмого класса?
Гао Линьхао тут же вклинился в разговор:
— Ага. Ума не приложу, почему в Седьмом классе его так травили. В нашем классе к нему, кажется, относятся вполне неплохо.
Школа была невелика, и тех, кто подвергался групповой изоляции, быстро замечали в других классах. О травле Е Линвэя так или иначе знали все.
Ли Цзин хмыкнул:
— Ты правда думаешь, что это одноклассники хотели его травить? В таких классах всегда есть зачинщик, и чаще всего это классный руководитель. Ей даже делать ничего не нужно — простое игнорирование является лучшим поощрением для их издевательств.
Порядки в классе никуда не годятся.
Гао Линьхао выразил восхищение:
— Брат Цзин, ты такой проницательный!
— Я собираюсь собрать свои изречения и выпустить книгу. Потом купишь пару экземпляров, чтобы поклоняться.
Гао Линьхао оттолкнул Ли Цзина:
— Тогда дай подумать, в каком темном углу дома мне спрятать твою книгу, чтобы мама не нашла...
— Какая же ты дрянь.
Ли Цзин равнодушно взглянул на часы:
— Мой жизненный девиз: не спорить с идиотами. Я иду на церемонию поднятия флага, прощай, никчемный человек.
Гао Линьхао: ...
Чэнь Фэнбао, который чуть было не сболтнул лишнего, пребывал в сильном волнении. Увидев, что Ли Цзин предлагает разойтись, он тут же поспешил следом, остальные тоже покинули место.
Фэй Лань, выглянув из-за плеча Гао Линьхао, увидел, как Е Линвэй чинно стоит на месте своего класса. Похоже, он не совсем понимал, какое место в строю занять из-за своего роста, и часто, когда впереди вставали двое, он отступал на пару шагов назад, выглядя со спины немного растерянным.
С какого момента у Чэнь Фэнбао появился этот восхищенный взгляд при виде Е Линвэя? Фэй Лань задумался: наверное, с тех пор, как несколько дней назад Е Линвэй перевелся в Первый класс, подстригся, открыл глаза, научился держать спину прямо и перестал бегать глазами при ходьбе.
У него красивое лицо, Фэй Лань знал это давно.
Но он еще мал. Фэй Лань держал в руке телефон и дважды постучал пальцем по погасшему экрану. Экран засветился, на заставке был изображен аниме-персонаж: из его обнаженной спины росли белые крылья, сплошь покрытые кровью. Одно крыло было пышным, от другого же остался лишь скелет, отломанный и лежащий у ног.
Он еще мал, такой нежный. Фэй Лань опустил глаза, спокойно думая о том, что он может не сводить счетов с Е Линвэем и, в случае чего, сделать для него исключение.
— Брат Лань, пошли, покемон пришел.
Е Линвэй стоял в середине строя. С ростом 176 см он как раз попадал в средние ряды. В старшей школе все начинают стремительно расти, а у Е Линвэя слабое здоровье, и рост дается ему с трудом, но прибавить еще пару-тройку сантиметров — не такая уж большая проблема.
Классы по очереди выдвигали знаменосцев, и в этот раз очередь дошла до Первого класса. Е Линвэй посмотрел на трибуну: Линь Чудун был главным знаменосцем.
Е Линвэй взглянул лишь на мгновение — к Линь Чудуну он не испытывал ни малейшего интереса. Как раз в этот момент их взгляды встретились — Линь Чудун как раз спускался с трибуны.
Сам того не зная, Е Линвэй обладал необычайно красивыми глазами — персиковые глаза, от природы наполненные нежностью. Он равнодушно отвел взгляд, что в глазах Линь Чудуна выглядело как застенчивость.
Линь Чудун так разволновался, что едва не споткнулся.
Фэй Лань стоял в самом конце строя. Он видел всё это в мельчайших деталях и лишь усмехнулся, не испытывая особых эмоций.
И правда ребенок, раз ему нравятся такие люди.
Линь Чудун был очень зол. Как только церемония поднятия флага закончилась, он в ярости прорвался сквозь толпу. По пути он хотел прямо при всех отчитать Е Линвэя.
Но потом ему показалось, что Е Линвэй не заслуживает столь сурового обращения, и он решил проявить милосердие, сменив тактику на более мягкую.
— Пойдем со мной, мне нужно с тобой поговорить, — бросил Линь Чудун и зашагал прочь, будучи уверенным, что Е Линвэй, взволнованный и растерянный, последует за ним.
Он дошел до густых камфорных деревьев, настороженно огляделся по сторонам и, убедившись, что никого нет, вздохнул и обернулся:
— Е Линвэй, ты...
Перед ним был лишь утренний прохладный воздух да разбросанные по земле пожухлые листья.
Е Линвэй вовсе не пошел за ним. Линь Чудун услышал, как в его голове что-то гулко взорвалось, а затем ощутил, как лицо заливается краской. Он не мог в это поверить, это было за гранью понимания.
Конечно, Е Линвэй не пошел за ним.
На самом деле, он даже не расслышал, что крикнул Линь Чудун. Постояв немного и преодолев еще несколько лестничных пролетов, Е Линвэй почувствовал, как сердце стучит в груди, словно тяжелый молот. У него не было сил даже говорить, поэтому, вернувшись в класс, он просто уронил голову на парту.
Гао Линьхао ткнул Фэй Ланя в спину:
— Смотри, у него такой бледный вид.
Фэй Лань перевернул страницу книги и небрежно хмыкнул в ответ.
Гао Линьхао, не дождавшись реакции, подпер подбородок рукой и кивнул. Красивые люди даже в болезненном состоянии выглядят прекрасно, хотя в глазах его Брата Ланя все люди на одно лицо.
Он еще немного понаблюдал за Е Линвэем, а когда собрался доделать домашнюю работу, которую нужно было сдать после обеда, заметил, как староста их класса с хмурым видом направляется к задним рядам.
Гао Линьхао удивился: их староста всегда был сама обходительность, а тут — явная потеря самообладания.
Гао Линьхао с любопытством наблюдал, кто же смог вывести Линь Чудуна из себя — ведь тот больше всего на свете боялся своей матери.
Он воочию увидел, как Линь Чудун подошел к парте Е Линвэя и толкнул его. Лицо Гао Линьхао мгновенно вытянулось.
Даже если он никогда не думал об этом всерьез и знал Линь Чудуна дольше, чем Е Линвэя, подсознательно он чувствовал, что Линь Чудун не достоин Е Линвэя, и дело было вовсе не в красоте последнего.
Гао Линьхао дернул Линь Чудуна за одежду:
— Эй, староста, потише, человек же спит.
Линь Чудун холодно ответил:
— У меня к нему дело, не лезь.
Гао Линьхао: ...Черт, подумаешь, учится хорошо!
Е Линвэй проснулся от толчка. Когда он поднял голову, в глазах на мгновение потемнело, и он тихо простонал. Гао Линьхао вытянул шею, обеспокоенно спросил:
— Ты в порядке? Он не сильно тебя толкнул?
— Все хорошо, — ответил Е Линвэй.
Он посмотрел на Линь Чудуна:
— Что тебе нужно?
Парень сидел, задрав лицо, его шея была тонкой и белой, с идеальным изгибом. Две пуговицы на рубашке были расстегнуты, открывая вид на ключицы. Лицо Линь Чудуна начало гореть, он отвел взгляд и сухо выпалил то, что подготовил заранее:
— Я хотел сказать, чтобы ты перестал ко мне липнуть. Ты действительно мешаешь мне. — Линь Чудун не заметил, как выражение лица Е Линвэя стало странным, и продолжил: — Я же забочусь о тебе. Сейчас главное для нас — учеба. Если ты сможешь поступить в Пекинский университет, я, может, еще смогу...
— Ученик Линь Чудун, — перебил его Е Линвэй, подперев щеку ладонью и лениво откинувшись на край парты. — Повторяю еще раз: ты мне не интересен.
— Не занимайся самовнушением, — добавил Е Линвэй неторопливо и холодно. — Кто не знает, тот может подумать, что это ты играешь со мной в недотрогу, потому что я тебе нравлюсь.
Сказав это, Е Линвэй сам на секунду замер, а затем рассмеялся:
— А ведь, возможно, так оно и есть.
Он даже не подумал о том, как отреагирует Линь Чудун. Тот и так совершил невероятный для себя поступок, придя к Е Линвэю на глазах у всего класса, чтобы сказать подобное. Он не ожидал такой реакции.
Одноклассники не знали о чувствах Е Линвэя к нему, и подобные слова могли их ввести в заблуждение. Линь Чудун побледнел от гнева и беспокойства:
— Что ты несешь?!
Это был самый большой позор в его жизни.
Е Линвэй устал после этих слов. Организм нынешнего владельца тела был слаб, веки начали опускаться, и он стал похож на маленького олененка, которого обидели.
Линь Чудун хотел продолжить свои нотации, не заметив, что у Е Линвэя совсем не осталось сил на общение с ним.
— Не надо постоянно... — начал было Линь Чудун, собираясь сказать, чтобы тот не занимался ерундой, но не успел закончить. Резкий скрежет стульев о пол заставил его вздрогнуть. Он невольно обернулся, чтобы посмотреть на источник звука.
Взгляд скользнул по Гао Линьхао — тот сидел неестественно прямо, глядя перед собой с чрезмерной серьезностью.
Фэй Лань вошел из коридора и с силой пнул стул, но не сел, а остановился, глядя на Линь Чудуна спокойным взглядом:
— Староста, урок начался.
http://bllate.org/book/26240/3143266
Готово:
