Ушло немало времени, прежде чем Жань Цзицю пришел в себя. Он с дрожью опустился на стул, но больше не смел смотреть на рисунок — уставившись в угол стола, он чувствовал, как его сердце колотится, словно барабан.
Прошло еще много времени, прежде чем он глубоко вздохнул, дрожащими руками придвинул альбом поближе и медленно перевел взгляд на картинку. Впрочем, разглядывать ее он не осмеливался: бросив пару торопливых взглядов, он поспешно перевернул страницу, словно обжегшись.
Иллюстрация на следующем развороте оказалась еще более откровенной. Жань Цзицю лишь скользнул по ней взглядом, и ему показалось, будто его кольнуло иглой, так что он поскорее отвел глаза.
Он резким движением захлопнул альбом и оттолкнул его подарова. Тяжело и часто дыша, он наугад выхватил с полки первую попавшуюся книгу и раскрыл ее, пытаясь вытравить из памяти только что увиденные непристойные образы.
Однако книга так и пролежала открытой битый час, но он не смог осилить ни единой строчки. Мелькнувший перед глазами рисунок словно пустил корни в его голове, накрепко завладев всеми мыслимыми чувствами и разумом, а мысли неконтролировались и разбегались в разные стороны.
Мужчина и мужчина… Разве они тоже могут заниматься подобным? Тогда он и Лю Ин…
В голове внезапно промелькнул образ: Лю Ин прижимает его к себе. Эта широкая грудь, крепкие, сильные руки и испускающий едва уловимый пот мужской запах…
Жань Цзицю судорожно вздрогнул и чуть не подскочил на месте. О небеса, как у него могли возникнуть столь бесстыдные мысли! И тут же в ушах зазвучал низкий голос:
— Господин — хозяин.
Эта фраза обрушилась на него, точно ушат ледяной воды, превратив в пепел его прежде раскаленные, палящие желания.
Жань Цзицю сидел на стуле, постепенно откинувшись назад, на спинку. Когда пламя страсти утихло, он медленно выдохнул и прикрыл глаза ладонью.
Хватит.
Жань Цзицю изо всех сил постарался вымести из головы весь этот хаос. Ему потребовалось немало времени, чтобы успокоиться и снова погрузиться в чтение.
Только священные каноны мудрецов могли исцелить те невыразимые мысли, что таились в его сердце.
Трудно сказать, сколько прошло времени, но лишь когда свет ламп настолько поблек, что читать стало трудно, Жань Цзицю опомнился. Поморгав ослепшими от напряжения глазами, он шумно вздохнул, отложил книгу и собрался было идти спать в свою комнату.
Отворив дверь, он с неожиданным удивлением понял, что сегодня стояла чудесная ночь. Чистый лунный свет окутывал землю серебристой дымкой, пейзаж во дворе просматривался насквозь, и его взгляд сразу же упал на человека, тренировавшегося под луной.
К его удивлению, Лю Ин еще не ложился и продолжал отрабатывать удары.
Жань Цзицю знал об этой его привычке: если не было дождя, тот не пропускал ни дня, выходя на тренировку и в лютые морозы, и в летнюю знойную пору. Впрочем, сегодня он занимался явно дольше обычного.
Жань Цзицю невольно замер на месте, наблюдая за ним какое-то время.
Причина была проста: движения Лю Ина завораживали.
Его удары руками и ногами напоминали свирепый ветер, каждый взмах сопровождался резким свистом рассекаемого воздуха. Невероятная мощь сочеталась в нем с грозным величием, отчего невольно бросало в дрожь, заставляя покориться этой силе.
Стоило Жань Цзицю постоять так всего мгновение, как Лю Ин резко замер и повернулся в его сторону.
Сквозь тусклый лунный свет серебряным блеском отливала его обнаженная спина. Широкая грудь, мощные руки и сильная талия — серебряное сияние вырисовывало мужественное, ладное тело.
Сердце Жань Цзицю пропустило удар, а кровь прилила к голове, заполнив все мысли.
Он услышал стук собственного сердца — тук-тук, все быстрее и быстрее.
Разум твердил, что нужно немедленно отвести взгляд от этого тела и бежать в свою спальню, но он будто поддался злым чарам: как ни старался, он не мог оторвать глаз от фигуры воина, жадно желая разглядеть ее подробнее, отчетливее, и даже подумывал подойти поближе, чтобы коснуться этих крепких мышц.
Особенно взгляд Лю Ина, сейчас казавшийся невероятно острым, словно хищная птица, выслеживающая добычу. Тот упорно смотрел на него, не отрывая глаз, отчего Жань Цзицю казалось, будто он весь пылает в огне.
Его дыхание незаметно участилось.
Решимость держаться от Лю Ина подальше, принятая совсем недавно, перед лицом такого испытания казалась до смешного хрупкой.
Конец.
В отчаянии подумал он.
Жань Цзицю стоял как вкопанный, не в силах сдвинуться с места, а затем увидел, что Лю Ин направляется к нему.
Тот был по пояс голым, а на нижней части тела носил лишь легкие штаны, которые из-за тренировки насквозь пропитались потом и облепили бедра. При каждом шаге они подчеркивали рельеф крепких мышц, а внушительный бугорок между ног выделялся до того отчетливо, что было заметно даже то, как он слегка покачивается в такт движениям.
Жань Цзицю во все глаза смотрел, как тот приближается — пока между ними не осталось всего шага, пока густой запах пота не ударил ему в норо.
В лунном свете глаза Лю Ина слабо мерцали, неотрывно следя за ним, напоминая проголодавшегося за зиму волка, наконец-то обнаружившего добычу.
Жань Цзицю почувствовал, как его тело начинает непроизвольно дрожать, а ноги слабеют. Инстинктивно протянув руку, он попытался за что-то ухватиться, чтобы устоять, но внезапно ощутил странность под пальцами. Опустив взгляд, он понял, что вцепился в предплечье Лю Ина.
Текстура плотных мышц оказалась твердой, а влажная, чуть теплая кожа обожгла так сильно, что он едва не подскочил. Словно случайно схватившись за раскаленное железо, он поспешно отдернул руку и невольно отступил на шаг.
— Господин собрался спать? — спросил Лю Ин. Голос его звучал низко, с тяжелой хрипотцой, словно он не заметил странностей юного господина.
Жань Цзицю невпопад кивнул и, обойдя его, быстрыми шагами удалился.
Лю Ин развернулся и молча проводил взглядом суетливую фигуру, скрывшуюся в спальне. Углы его обычно бесстрастного рта чуть заметно смягчились.
Этой ночью Жань Цзицю ворочался и никак не мог уснуть. Стоило ему закрыть глаза, как в воображении тут же всплывало тело Лю Ина в лунном свете. Неизвестно, сколько он промучился, прежде чем забыться тревожным сном.
На следующий день он проснулся в привычном месте — в объятиях Лю Ина.
Его тело тотчас же заметно напряглось. Ощущение влажной прохлады и липкости между ног было ему не впервой, но на сей раз причина крылась прямо у него за спиной. Тот как раз собирался приподнять для него одеяло, а в носу уже витал отчетливый, тяжелый запах…
Не успей Жань Цзицю и глазом моргнуть, как он яростно прижал руку Лю Ина к постели и с окостенелым лицом произнес:
— Выйди сначала… Я полежу еще немного.
Услышав это, Лю Ин на миг замер, послушно убрал руку и поднялся на ноги.
Жань Цзицю с облегчением выдохнул, но в этот самый момент Лю Ин, выпрямившись, снова на секунду склонился к его уху и пробормотал низким голосом:
— Господину незачем стыдиться.
Пойманный с поличным, Жань Цзицю сначала замер, а затем со злости и смущения метнул на него свирепый взгляд и процедил сквозь зубы:
— Вон отсюда.
Тогда Лю Ин опустил глаза и отступил, прихватив с собой Уфу и Сань Жуя. Сань Жуй, который извечно глядел на Лю Ина волком и вечно был всем недоволен, сейчас тоже не горел желанием повиноваться, но стоило тому бросить на него взгляд из-под век, как мальчишка не посмел даже закатить глаза и покорно позволил Уфу вытащить себя за дверь.
Жань Цзицю еще долго сидел неподвижно, прежде чем поднялся с постели и кое-как переоделся.
http://bllate.org/book/26111/3127746
Готово:
