А Не тяжело вздохнул, и те немногие божества, что всё ещё влачили жалкое существование, уже приближались к своему концу.
Искра Наследия
Меня вовсе не интересуют причины твоего падения.
Этот отрезок времени, столь невыносимый для воспоминаний Богов, не вызвал в душе Ци ни единой ряби, однако, бросив эту фразу, он всё же сохранил вид слушателя.
Остатки души А Не становились всё более блеклыми, но взгляд, устремлённый на Ци, по-прежнему горел ясным огнем.
Я предсказал эту катастрофу, и хотя предотвратить её было невозможно, я ценой своего падения одним из первых оставил искру, надеясь, что с помощью твоей силы он сможет появиться на свет. Он унаследовал моё наследие и вместо меня станет Богом Ветра, свободным от оков здешних законов.
Ци насмешливо фыркнул.
В ваших словах всегда сквозит уверенность, будто я покорно приму всё это.
А Не с жалостью посмотрел на мрачное лицо Ци и издалека указал на другой берег глубокого моря.
Что ж, теперь я отвечу на твой первый вопрос: ты думал, что родился на том острове, но на самом деле Какес запечатал тебя в этой Затерянной Земле ещё до того, как у тебя появилось сознание.
Картинка на его ладони начала меняться: высокая чёрная тень, стоявшая спиной к берегу, осторожно опустила светящийся сгусток на морской утёс. Когда она попыталась в последний момент, перед тем как уйти, коснуться этого сгустка, её рука сильно обгорела.
Странное предчувствие захватило разум Ци, и в глубине души он чётко понял, что эта тень — воплощение Какеса.
Злой Бог предвидел знак своего упадка из-за тебя, но какое-то время не мог коснуться тебя, воплощающего Закон Доброты, и даже позже не смог лично явиться в Хоуту — всё это происходило из-за действия поглощенного им Закона Зла.
Ци закрыл глаза и перевёл дыхание; слова собеседника вновь обернулись в его сознании обличьем предчувствия, и он ответил А Не за него: Из-за того, что во время падения Богов ты воспользовался случаем и поглотил породившую тебя Половину Закона, Какес теперь утратил способность управлять барьером законов. Иными словами, я могу прорвать барьер лишь прибегнув к Силе Наследия различных божеств.
Кончики его пальцев, в которых прежде не оставалось никаких следов силы, пробили оковы после поглощения Пожирателя Душ, внезапно извергнув поток белого света. Он оставил на лугу несколько обжигающих следов, но алтарь остался совершенно целым — высеченные на камне руны вспыхнули на мгновение и полностью поглотили силу белого света.
Оплошность Ци дала А Не шанс вернуть себе инициативу, и он мягко убеждал: Всё, чем ты обладаешь до сих пор — фальшивка. Даже если я не напомню тебе об этом, ты всё равно станешь повсюду искать следы Какеса, чтобы снять печать.
Это вовсе не моя просьба, а сотрудничество с Богами. В конце концов, у тебя больше причин истребить Какеса, чем у кого-либо другого, если только ты не желаешь покорно принять участь быть им поглощенным.
Остатки души прежнего Бога Ветра внезапно рассеялись, а оставленные им слова, подхваченные песней ветра, надолго застряли в ушах Ци.
Взгляд его был темен и неясен, а дыхание сбилось из-за недавнего необычного расхода божественной силы. Среди этого вороха запутанных речей ясным оставалось по меньшей мере одно: чья бы то ни была воля — покровительство Богов или тайные происки Какеса — в один прекрасный день он лицом к лицу встретится с истинным обликом Какеса.
Две Половины Закона в конце концов неизбежно воссоединятся.
Ци перевёл взгляд на алтарь. После исчезновения остатков души А Не это место вернуло свой первозданный вид.
Чёрные колючие ветви обвивали стоявший посреди них круглый мраморный помост, а густые переплетённые узоры на нём не несли на себе следов времени.
Шипы терновника вонзились ему в подошвы ног, но так и не смогли, как того хотелось бы, насытиться струями крови, потому что из этой фальшивой оболочки не могла проступить ни одна капля крови.
Ци почувствовал прилив новой силы и понял, что часть только что высвобожденной им энергии была поглощена искрой под алтарем.
Его холодные пальцы провели по нескольким царапинам в центре помоста. Высеченные там линии были предельно простыми и разительно отличались от замысловатыми узоров по краям, напоминая траекторию движения ветра.
Ци опустился на одно колено и в тот миг, когда прижал правую ладонь к помосту, со всех сторон внезапно поднялся свирепый ветер, острый, как лезвие, полосующий его лицо, а тучи вдали над морем закружились в буйном танце в унисон с ревом разъяренных волн.
Он пробормотал себе под нос: Похоже, ты, появившись на свет, ненавидишь оковы точно так же, как и я.
Буря, поднятая вихрем, утихала еще нескоро. В столь шумной обстановке Ци неожиданно почувствовал толику умиротворения — возможно, потому, что алтарь в этот момент превратился нечто вроде ока бури.
Руны вокруг центрального помоста, на который легла его правая ладонь, постепенно засияли переливчатым золотым светом, и огромная втягивающая сила заставила центр глубоко просесть вместе с его запястьем.
Пальцы Ци коснулись холодной известковой оболочки, похожей на скорлупу яйца какого-то существа.
Расколовшиеся вокруг обломки камня мешали ему шарить пальцами дальше. Он слегка нахмурился, однако сейчас был не в силах потратить хоть каплю энергии на расчистку мусора вокруг.
К счастью, трещины быстро побежали дальше под ним. Он поднялся на ноги и ловко перепрыгнул на край помоста, дожидаясь, пока центральная площадка разрушится до конца.
Ветер, словно узнав о его намерениях, мгновенно ворвался на алтарь, доселе не затронутый бурей, но почему-то обо стороной то место, где он стоял. Лишние камни были полностью сметены, обнажив истинный облик искры у основания.
Это было яйцо высотой в половину человеческого роста, овальной формы. Его молочно-белая скорлупа была усыпана мелкими коричневыми крапинками, а в зазоре между верхней мембраной и верхушкой яйца смутно пробивался свет.
Ци с бесстрастным выражением лица подошёл ближе. Источник света внутри скорлупы отчетливо испускал ту самую силу, что вдобавок была только что забрана с кончиков его пальцев. Он легко постучал по поверхности яичной скорлупы, выражая нетерпение.
Противник остался к этому равнодушен — свет внутри скорлупы лишь потускнел, судя по всему, переваривая его силу.
Ци сел перед ним, скрестив ноги, закрыл глаза и стал притворно дремать, праздным образом ожидая восстановления сил. Хотя он был крайне недоволен словами А Не, сейчас ему оставалось лишь следовать проложенным ими путем и принять Силу Наследия Бога Небес.
Спустя несколько мгновений буря на море постепенно утихла, а на поверхности скорлупы наконец появились черные трещины. В то же время узкий туннель, по которому он пришел, словно из ниоткуда внезапно возник прямо на вершине утёса, обращенного к морю.
Ци отбросил беспечный вид. Лёгкий ветерок нежно потёрся о его щеку и, словно испытывая сожаление, помчался к морскому обрыву.
Зелёная тень вырвалась из скорлупы, и во время взлёта её похожее на журавля тело стремительно увеличилось в размерах. Потоки воздуха, поднятые тёмно-бурыми кожистыми крыльями, разорвали облака, а за мгновение до достижения небесного свода она резко ринулась вниз. Маленькие когти на краях кожистых крыльев развернулись, и она начала скользить вплотную к тёмно-синей глади моря.
http://bllate.org/book/26070/3121552
Готово:
