Линь Син вместе с Чу Мо хотел просто пройти через деревню и отправиться к задней горе.
Но когда они прошли примерно половину деревни, их вдруг окликнули:
— Син-гэ-эр, ты вернулся в деревню? А это и есть твой супруг?
Линь Син и Чу Мо обернулись на голос и увидели мужчину средних лет, рядом с которым стоял ребёнок.
Чу Мо уже хотел спросить Линь Сина, кто это, как услышал:
— Здравствуйте, дядюшка-староста. Да, сегодня я привёл супруга навестить дедушку.
— Ай, вот и хорошо! Син-гэ-эр привёл нового супруга показаться дедушке — и правильно. А то он и там, под землёй, всё равно бы за тебя переживал!
Староста деревни Сяошань Линь Шань увидел, что на лице Линь Сина больше нет прежней мрачности и безжизненности, и искренне порадовался за него.
Чу Мо заметил, что староста Сяошаня действительно от души рад за Линь Сина. Он вспомнил, как госпожа Е рассказывала, что староста Сяошаня много помогал Линь Сину и заботился о нём.
Подумав об этом, Чу Мо шагнул вперёд, сложил руки перед грудью и почтительно поклонился старосте Линю.
— Я, Чу Мо, приветствую старосту Линя. Большое спасибо за то, что прежде заботились о Син-гэ-эре.
Староста Линь не ожидал от Чу Мо такого глубокого поклона и тут же обеими руками помог ему выпрямиться.
— Хороший парень! Твою благодарность я принял, но зачем же кланяться так низко? Да и немного присматривать за Син-гэ-эром было моим долгом. Хотя дядюшка Линь перед смертью и просил меня приглядывать за ним, эти годы Син-гэ-эру всё равно жилось тяжело. Я так и не сумел исполнить поручение дядюшки Линя как следует и сам чувствую себя виноватым. Как же мне ещё принимать от тебя такие поклоны?
Слушая старосту Линя, Линь Син вспомнил, как тот заботился о нём все эти годы, и понимал, насколько ограничены были его возможности.
Будь на месте старосты кто-то другой, вряд ли он смог бы сделать больше. Поэтому Линь Син по-прежнему очень уважал старосту Линя.
На некоторое время воцарилась тишина.
Линь Син взглянул на Чу Мо и, не заметив ничего необычного, повернулся к старосте.
— Дядюшка-староста, вам не нужно винить себя. Вы не подвели моего дедушку. Я знаю, что вы многого не могли изменить. А вашу заботу обо мне и всё добро, которое вы для меня сделали, я, Линь Син, навсегда запомню.
— Хороший ребёнок. Лишь бы ты не винил своего дядюшку-старосту, — растроганно произнёс староста Линь.
Линь Син покачал головой.
— Не буду. Я помню только, как дядюшка-староста часто приносил мне еду и время от времени приходил к нам домой, чтобы предупредить дядю и тётку. Благодаря этому мне жилось хоть немного легче. Я всё это знаю. Просто вы — староста целой деревни, у вас множество дел, и иногда вы не могли за всем уследить.
Когда Линь Син договорил, староста Линь поднял голову, посмотрел на небо, а затем снова перевёл взгляд на Линь Сина и Чу Мо.
— Син-гэ-эр, теперь вы с парнем Мо стали супругами. Думаю, в семье лекаря Чу нравы не могут быть плохими. Живите с ним хорошо. В дальнейшем, разве что придёшь поклониться дедушке, можешь больше и не возвращаться в Сяошань. Хоть ты и разорвал родственные отношения с тем Линь Шу, всё равно лучше не видеть их и не портить себе настроение. Уже поздновато, так что веди парня Мо к дедушке.
Линь Син кивнул и уже собирался увести Чу Мо, когда староста Линь словно что-то вспомнил.
— Син-гэ-эр, когда закончите навещать дедушку, зайдите ко мне. У меня есть кое-что, что твой дедушка оставил на хранение. Он велел передать это тебе, когда придёт подходящее время.
— Хорошо, дядюшка-староста, я понял. Даже если бы вы не сказали, я всё равно собирался привести супруга навестить вас.
С этими словами Линь Син вместе с Чу Мо ушёл.
Деревня Сяошань, середина склона задней горы, соломенная хижина.
Неподалёку от хижины находился небольшой земляной холм — здесь был похоронен дедушка Линь Сина.
Придя туда, Линь Син молча принялся выдёргивать траву. Он знал: сын и невестка старого охотника, то есть его дядя и тётка, не приходят сюда поклониться дедушке.
Обычно сюда приходил либо сам Линь Син, либо староста Линь, но и староста не мог навещать могилу постоянно.
После прошлого посещения Линь Сина прошло уже немало времени, поэтому земляной холмик успел зарасти травой.
Чу Мо тоже взялся за работу. Они вместе пропололи могилу и вскоре всё привели в порядок.
Тогда Линь Син достал из корзины приготовленные госпожой Е подношения и одно за другим расставил их перед могилой.
Налив вина, он тихо произнёс:
— Дедушка, Син-гэ-эр пришёл тебя навестить.
— Дедушка, прости меня! Я так долго не приходил. Как тебе там живётся?..
Линь Син ещё долго говорил, рассказывая обо всём, что случилось с ним в последнее время.
Чу Мо молча оставался рядом. Наконец Линь Син словно вспомнил о нём, взял его за руку, подвёл к могиле старого охотника и сказал:
— Дедушка, Син-гэ-эр вышел замуж. Я вышел за старшего брата Чу Мо из семьи дядюшки Чу. Вот он, мой супруг. Сегодня как раз день моего первого возвращения после свадьбы. Матушка, моя свекровь, специально приготовила для тебя подношения.
Когда Линь Син договорил, Чу Мо опустился перед могилой старого охотника на колени.
— Дедушка, я Чу Мо, супруг Син-гэ-эра. Сначала хочу извиниться перед вами: я пришёл увидеть вас только сейчас. Дедушка, будьте спокойны. Я буду хорошо заботиться о Син-гэ-эре и не позволю никому его обижать. Даже себе самому не позволю!
Едва Чу Мо договорил, Линь Син сразу добавил:
— Дедушка, теперь ты можешь за меня не переживать. Супруг, матушка, младший брат и вся семья Чу очень хорошо ко мне относятся!..
Закончив поминовение старого охотника, Линь Син повёл Чу Мо к соломенной хижине неподалёку от могилы.
В одном месте он пошарил рукой, достал спрятанный ключ и открыл дверь.
Наблюдая за его уверенными движениями, Чу Мо спросил:
— Син-гэ-эр, это тот дом, где ты прежде жил с дедушкой?
Линь Син вошёл внутрь, обернулся к Чу Мо и кивнул, приглашая его следовать за собой.
— Супруг прав. Именно здесь мы с дедушкой жили. Когда дедушка подобрал меня, мы сначала жили вместе с дядей и тёткой. Тогда я был ещё маленьким и не знал, что произошло. Только позже услышал от других, что дядя и тётка почему-то очень меня не любили. В те годы дедушка всякий раз, возвращаясь с охоты, ругал их. Однажды он очень рассердился и сразу увёл меня сюда. С тех пор мы с дедушкой жили здесь. Помню, дядюшка-староста уговаривал дедушку переселиться вниз, но дедушка не соглашался. Лишь когда я однажды заболел, дедушка, беспокоясь обо мне, снова спустился со мной к подножию горы и построил ещё одну соломенную хижину у края деревни…
Войдя в хижину, Линь Син перестал что-либо скрывать и рассказал Чу Мо обо всём, что пережил за эти годы.
А в глубине души он, пожалуй, надеялся, что после этого Чу Мо станет ещё больше его жалеть и ещё сильнее любить.
http://bllate.org/book/25979/3149204
Готово:
