Когда Доктор Цэнь привез его в больницу, он сначала проверил у него пульс. Брови врача мгновенно сошлись на переносице, он поднял взгляд на Лянь Шэна и скомандовал:
— Идем в смотровую.
После этих слов Лянь Шэн занервничал еще сильнее и послушно поплелся следом за Доктором Цэнем. Всю дорогу он обхватывал руками живот и что-то тихо бормотал себе под нос, выглядя так, будто вот-вот расплачется.
После обследования в смотровой Доктор Цэнь и Лянь Шэн сели на скамейку внутри кабинета в ожидании результатов.
Вскоре врач, проводивший осмотр, озадаченно произнес «м?», глядя на бланк анализа, затем перевел взгляд на Лянь Шэна, а после — на Доктора Цэня.
— ...М?
Доктор Цэнь спросил:
— Это не ложная беременность?
Врач протянул ему бланк:
— Он вообще не беременен. Вы что, перепутали что-то или просто устали от сверхурочной работы?
Доктор Цэнь и раньше видел в животе у Лянь Шэна тень, по форме напоминающую Семена лотоса, но, будучи врачом, он никак не мог связать подобные аномалии с беременностью.
Тем более когда речь шла об асексуальном размножении у мужчины.
Однако тот факт, что зародыш внезапно исчез средь бела дня... выглядел поистине невероятно.
Выслушав слова врача, Лянь Шэн прикоснулся к своему уже вновь ставшему плоским животу. Его глаза покраснели, и он наконец не выдержал и заплакал:
— Малыш... Малыш исчез...
Его лицо было исполосовано слезами, которые капля за каплей скатывались по щекам.
Доктор Цэнь тяжело вздохнул, помог ему подняться и произнес:
— Пошли, дома отдохнешь.
Под ошеломленный взгляд врача Доктор Цэнь наконец привел этого капризного сорванца домой.
Стоило только открыть входную дверь, как Доктор Цэнь понес в спальню Лянь Шэна, который уже успел выплакаться и потерять сознание.
Лянь Шэн сквозь туман в голове чувствовал, как его подхватывают крепкие, сильные руки. Оттуда исходило такое тепло, что он бессознательно прижался ближе, потершись головой, словно желая подольше погреться в этой редкой и чистой нежности.
Уложив Сяо Лэнпэна на кровать, Доктор Цэнь уже собирался подняться и уйти, но Лянь Шэн в полузабытьи ухватил его за руку. Тепло чужой ладони заставило сердце Доктора Цэня болезненно дрогнуть.
— Не уходи...
Его голос дрожал от слез, а пальцы вцепились мертвой хваткой.
Доктор Цэнь посмотрел на следы от слез в уголках его глаз. Движение его руки замерло, и в конце концов он не стал вырываться, а лишь тихо произвел:
— Не уйду, спи.
Доктор Цэнь протер ему лицо влажным полотенцем, дождался, пока дыхание юноши выровняется, осторожно высвободил руку и вышел из комнаты.
Лянь Шэну приснился сон.
Ему привиделось, будто раньше Доктор Цэнь опустил то самое полностью иссохшее Семя лотоса в фарфоровую вазу на подоконнике и сказал, что так оно, возможно, сможет снова прорасти.
Хотя Лянь Шэн и понимал, что надежды мало, он все равно продолжал ждать.
Хватит уже маяться, нужно еще питательный раствор смешать, чтобы замочить в нем мертвые Семена лотоса.
Сяо Лэнпэн спросил:
— Малыш сможет снова прорасти?
Лицо мужчины расплылось, вокруг внезапно поднялся густой туман, и все заволокло белой пеленой.
Когда он проснулся, на дворе уже стоял полудень следующего дня. Тело было невероятно легким и свежим, словно он отведал нектара из неземных садов.
Он взглянул на Книгу листьев лотоса.
Хотя ему было очень горько из-за потери малыша, времени терять не стоило: нужно было как можно скорее вместе с Доктором Цэнем активировать оставшиеся Семена лотоса и родить ребенка.
Первый малыш, судя по всему, был тем самым состоянием ложной беременности, о котором говорилось в обрывках Книги листьев лотоса... Видимо, дело было в том, что у них с Доктором Цэнем не было... ну, того самого, поэтому активировать малыша по-настоящему так и не удалось.
На столе лежало лекарство, оставленное Доктором Цэнем. Лянь Шэн запил его теплой водой и снова погрузился в полудрему. То вставая, чтобы посмотреть телевизор, то засыпая с четырьмя оставшимися Семенами лотоса в руках.
Вот так в мучительных ожиданиях прошел день, и наконец наступил вечер — Доктор Цэнь вернулся с работы.
Вернувшись за полночь, Доктор Цэнь увидел свернувшегося калачиком на диване Лянь Шэна. В уголках его глаз еще блестели высохшие слезы, а в руке он сжимал измятое любовное письмо.
Там было написано пиньинем: Я люблю тебя.
Доктор Цэнь ничего не сказал, молча набросил на него плед, но когда повернулся, новость очнувшийся Лянь Шэн схватил его за полу одежды. Мужчина помедлил, но вырываться не стал и лишь тихо бросил:
— В следующий раз никаких подобных фокусов.
Лянь Шэн, конечно, понял, что тот злится из-за истории с иланг-илангом, и мог лишь согласно кивнуть.
Затем он моргнул, и его прекрасные светло-зеленые глаза забавно заблестели в свете ламп:
— Тогда я могу поспать с тобой? Я хочу активировать остальных малышей из Семян лотоса.
Доктор Цэнь не знал, как поступить с этим ребенком, поэтому пообещал пока подыграть ему, чтобы успокоить, а уж потом отправить на лечение:
— Отдыхай и выздоравливай.
Огонь в спальне погас. Ощущая присутствие лежащего рядом человека, Лянь Шэн тихонько придвинулся ближе, украдкой коснулся талии Доктора Цэня и тут же отдернул руку.
Заметив, что Доктор Цэнь не ушел, Лянь Шэн нерешительно потянул его за край одежды:
— Доктор Цэнь, мне приснился старейшина клана, он ругал меня...
Он не стал упоминать о рождении ребенка, просто изливал свою обиду.
Тело Доктора Цэня напряглось, но в конце концов он все же поднял руку и поверх одеяла похлопал Лянь Шэна по плечу.
Этот жест со стороны Лянь Шэна был истолкован как недвусмысленный сигнал к тому, что они могут лечь в постель. Он снова прижался к его груди и просунул маленькую ручку под пижаму Доктора Цэня:
— Доктор Цэнь...
Доктор Цэнь наконец заговорил:
— Хватит баловаться. У тебя после выкидыша организм ослаблен, спи давай. Еще раз сунешься — отправлю обратно в больницу, и тебя с ног до головы истыкают иголками.
Лянь Шэн так испугался уколов, что аж подпрыгнул и тут же отстранился. Услышав такое, он сначала огорчился, но, подумав немного, решил, что Доктор Цэнь просто переживает за его здоровье, и мгновенно сам себя утешил:
— Ну ладно...
Этой ночью Лянь Шэну снова приснился Племя Бессметных Лотосов. Во сне он видел дряхлого, доживающего свой век старейшину, который сжимал в руке почерневшую коробочку лотоса и с горечь допытывался:
— Посмотри! Последняя коробочка лотоса в клане тоже засохла! Если не появятся новые Семена лотоса, Племя Бессметных Лотосов будет полностью уничтожено!
— Почему ты до сих пор не забеременел? Забыл ли ты о своем долге?
— Как ты можешь смотреть в глаза своей семье?!
— Как ты можешь смотреть в глаза своей семье?!
— Как ты можешь смотреть в глаза всем нам?!
— ...
Лянь Шэн резко проснулся и, все еще дрожа от страха, похлопал себя по груди. Сидевший рядом Доктор Цэнь проснулся от шума:
— Что такое?
Внимательно посмотрев на Лянь Шэна пару мгновений, он протянул руку и кончиками пальцев нежно стер слезы с его лица. Кожа под его пальцами казалась невероятно горячей.
Поправляя одеяло, Доктор Цэнь тщательно подоткнул уголки, затем встал, чтобы зажечь успокаивающие благовония, стараясь двигаться как можно тише. Колечки дыма медленно поплыли к Лянь Шэну. Доктор Цэнь еще какое-то время постоял у кровати, прежде чем вернуться на свое место, чтобы продолжить отдых.
— Нечего забивать голову всякой ерундой.
Запах кедра... Такой чистый, такой приятный...
Как же хочется спать...
Успокоенный Доктором Цэнем, Лянь Шэн постепенно погрузился в крепкий сон, а духовная энергия вокруг его коробочки лотоса слегка заискрилась призрачным белым светом.
На следующий день, едва придя в себя, он увидел, что Доктор Цэнь еще не ушел. В руках тот держал миску. Заметив, что юноша проснулся, мужчина придвинулся к краю кровати:
— Ну же, пей лекарство.
Лянь Шэн слегка нахмурился.
Зная, что тот боится горького, Доктор Цэнь достал припасенные цукаты, чтобы задобрить его:
— Выпьешь лекарство, поправишься — и делай что хочешь.
Услышав это, глаза Лянь Шэна мгновенно засияли, словно он узрел чистейший, самый прозрачный родник:
— Правда?
Доктор Цэнь поперхнулся, но спустя мгновение медленно кивнул.
Лекарство оказалось ужасно горьким. Лянь Шэн пил его, кривясь и морщась так, что все лицо собралось в гармошку:
— М-м-м...
Не успел он выплюнуть лекарство обратно, как Доктор Цэнь молниеносным движением закинул ему в рот цукат.
— Никаких плевков, проглатывай.
От горечи у Лянь Шэна на глазах выступили слезы, и пара капель сорвалась с ресниц, упав прямо на тыльную сторону ладони Доктора Цэня, державшего пиалу.
Горячие и обжигающие.
Точь-в-точь как этот безрассудный, ничего не смыслящий в жизни ребенок перед ним.
— Так ты интерсекс? — неожиданно тихо спросил Доктор Цэнь.
Пострадавший от горечи Лянь Шэн поднял личико и растерянно моргнул:
— Чего?
Лишь спустя секунду до него дошло:
— Я же не человек, Доктор Цэнь, я же говорил вам, мы, бессмертные лотосы, восстанавливаемся очень быстро, и тогда мы сможем с вами м-м...
Доктор Цэнь снова заткнул Лянь Шэну рот цукатом. Когда его пальцы случайно коснулись мягких и теплых губ юноши, мужское движение резко оборвалось, а по телу от кончиков пальцев побежали электрические разряды.
Он едва ли не в панике затолкнул сладость внутрь, но кончик пальца успел мазнуть по уголку губ Лянь Шэня, оставив на прохладной коже капельку липкого сиропа.
Убирая руку, он заметил, как его собственные мочки ушей покрылись легким румянцем.
— ...Замолчи, — добавил Доктор Цэнь.
Напоив его лекарством, Доктор Цэнь стал собираться в больницу и перед уходом бросил:
— В телевизоре есть мультики, будет скучно — посмотри.
После этого он ушел, не оглядываясь.
Следующую неделю Доктор Цэнь пропадал на работе с утра до ночи. Лянь Шэн же целыми днями либо спал, лежа в постели, либо рассматривал с Семенами лотоса картинки и смотрел телевизор.
Однако на душе у него скребли кошки, и веселым он становился только по вечерам, когда возвращался Доктор Цэнь.
Шел восьмой день после выкидыша Лянь Шэна.
Судя по передаваемым из поколения в поколение медицинским знаниям старейшин, он уже полностью исцелился и мог без опаски приступать к активации второго Семя лотоса.
В этот вечер Лянь Шэн заранее умылся, прихорошился, а затем, следуя инструкциям Сяочжи, попытался приготовить сэндвичи и сварить суп. После множества неудач и подгоревших попыток у него наконец получилось вполне сносное блюдо.
Довольный, он расставил все на столе и стал ждать возвращения Доктора Цэня.
Он ждал.
И ждал.
Стрелка часов перевалила за одиннадцать, Лянь Шэн клювал носом за столом, то и дело роняя голову, а в руке все еще сжимал печенье, которое так и не успел поставить на стол.
Он испек его по инструкции: хоть форма и получилась крибоватой, на вкус оно было вполне ничего.
Стоило двери открыться, как он мгновенно встрепенулся. Глаза его засияли, но тут же погасли, и он тихо произнес:
— Ты вернулся... Я подогревал суп уже три раза, наверное, он снова немного остыл.
Шаги Доктора Цэня замерли у порога. Его взгляд упал на кривобокое печенье, а кадык судорожно дернулся:
— Больше не нужно меня ждать.
— Нужно, нужно! Доктор Цэнь, посмотрите на эту еду, я сам приготовил! Доктор Цэнь, попробуйте! — радостно воскликнул Лянь Шэн.
Лянь Шэн не знал, что люди ценят в еде тепло, а его суп и блюда уже давно остыли.
Тем не менее Доктор Цэнь не стал ничего возражать. Кончиком пальца он провел по чуть остывшему краю хлеба и, помедлив, все же взял один кусочек и откусил.
Хлебная корочка уже затвердела, а джем внутри засахарился. Он откусил кусок, и сухие крошки царапали горло, однако мужчина не поморщился. Вместо этого он пододвинул подогретое молоко ближе к Лянь Шэну и тихо произнес, чуть тише обычного:
— В следующий раз ешь хлеб сразу, пока он свежий и теплый.
http://bllate.org/book/25812/3085099
Готово:
