— Практика отнимает так много времени, а уровень культивации растет с трудом.
Бай Уцзинь пояснил:
— Вы изучаете основы высших техник духовного совершенствования. Их минус в том, что на начальном этапе они не дают боевой мощи, а прогресс идет медленно. Переход с уровня обычного духа на следующую ступень — это первое серьезное препятствие, требующее огромных затрат времени. Но есть и плюсы.
Все прислушались.
— Надежность, отсутствие побочных эффектов, риск отклонения в культивации минимален, фундамент становится незыблемым, а разум — ясным. С каждым новым прорывом скорость совершенствования будет заметно возрастать, и со временем вы приблизитесь к скорости чистого духовного тела.
— Можно спросить, насколько быстро совершенствуется чистое духовное тело? — робко поинтересовался кто-то.
В уголках глаз Бай Уцзиня промелькнула усмешка:
— То, на что обычному духу требуется сто лет, чистое духовное тело осваивает за год.
Ах! Толпа ахнула. Это звучало слишком невероятно, но все понимали, что это чистая правда.
— Когда мы попадем в высокоуровневые сюжетные миры, сможем ли мы искать предметы для укрепления божественной души? — Бай Ци покачал стакан с водой, мечтая, чтобы она превратилась в духовный чай.
— В мирах высокого уровня возможностей действительно больше, но и опасности подстерегают на каждом шагу. Вещи, предназначенные для питания божественной души, везде ценятся на вес золота, их не так-то просто заполучить, — охладил его пыл Бай Уцзинь.
Однако иногда нужно подбрасывать и пряник, чтобы была хоть какая-то мотивация:
— Если Бай Ци выполнит это задание, сила, полученная от прежнего владельца тела, будет равноценна нескольким тысячам лет совершенствования в высшем мире.
Бай Ци воодушевился. Какая же ему выпала удача! Остальные завидовали — Бай Ци начал игру с такого блестящего успеха.
***
— Чему ты так радуешься? — спросил Хань Е.
Глаза Бай Ци сияли:
— Мне просто повезло.
— Что случилось? — Хань Е стало любопытно.
— Можно считать это повышением уровня в медитации? — Бай Ци бросил на него быстрый взгляд. Неудивительно, что тот то площадки строит, то подарки дарит. Сам Бай Ци не чувствовал перемен в себе, но чуткие люди замечали разницу. Впрочем, даже осознав причину, он не сердился — ему нравилось, когда к нему хорошо относятся, и он был рад принимать эти знаки внимания.
Сердце Хань Е екнуло. Дело было не в суевериях: Бай Ци и раньше казался ему необычным, а если эти изменения зайдут еще дальше…
— Только сегодня понял, что уже давно перестал быть обычным человеком, — Бай Ци улыбнулся, ведь он больше не был обычным духом. — Следующего прорыва стоит ждать уже после смерти.
После смерти он получит силу прежнего владельца, что даст еще один мощный рывок. Хань Е крепко сжал руку Бай Ци:
— Не говори ерунды!
Бай Ци высвободил ладонь:
— Тише, тише. Если не хочешь — не буду.
Хань Е, прошедший через кровавые бойни, привык к смерти, но не мог вынести, если Бай Ци произносил это слово.
***
— Ребенок родился, — Хань Е специально вернулся, чтобы лично сообщить новость. — Наш ребенок родился.
Бай Ци был ошеломлен такой внезапностью:
— Разве не через пятнадцать дней?
— Врачи сказали, что преждевременные роды — это нормально, — Хань Е обнял Бай Ци, глядя на него с нежностью. — Наш ребенок унаследует все твои лучшие черты.
— Не волнуйся, не нужно красивых слов, я буду хорошо к нему относиться, — пообещал Бай Ци.
— Он — твоя кровь, — прошептал Хань Е ему на ухо.
Бай Ци застыл, взгляд его стал пустым:
— Что ты сказал?
— Я сказал, что это твой ребенок, — с улыбкой повторил Хань Е.
Ноги Бай Ци подкосились, он едва устоял на месте.
— Ты издеваешься?
Хань Е с довольным видом подхватил его:
— Мне кажется, маленькая копия тебя куда симпатичнее, чем маленькая копия меня.
Все, сюжет разрушен! Бай Ци в панике закричал в мыслях Бай Уцзиню:
— Уцзинь! Сюжет посыпался! Маленького Ханя нет, зато появился маленький Бай!
Бай Уцзинь ответил:
— Оу.
Бай Ци задохнулся от такой реакции. Это слишком спокойно. Стоп, нет!
— Почему ты не предупредил меня раньше?
Хань Е, видя, что Бай Ци остолбенел — наверное, испугался, — полуобнял его и повел к машине:
— Поедем посмотрим на ребенка.
Бай Ци механически кивнул, продолжая мысленную перепалку с Бай Уцзинем:
— Ты безответственный! Сюжет развалился, а ты молчал!
Бай Уцзинь невозмутимо отозвался:
— Сюжет начал рушиться еще тогда, когда ты снял печать со своих воспоминаний. Это уже не кровавая драма, а милая история под прикрытием. Система не выдала предупреждение, поэтому я хотел посмотреть, до какой черты дойдет этот мир.
Бай Ци был в ярости. Знал бы он заранее, не стал бы придерживаться сценария и так долго притворяться.
— Я боялся, что ты пустишься во все тяжкие, к тому же, кажется, тебе и так неплохо живется, — добавил Бай Уцзинь.
Бай Ци был в смятении. Неважно, что там с сюжетом, сейчас проблема в том, что у него есть ребенок! В прошлой жизни он никогда не растил детей, а теперь — бац, и готово!
Даже когда он взял маленькую жизнь на руки, Бай Ци все еще не мог прийти в себя.
— А где же твой ребенок? — внезапно спросил он.
— У меня была травма, детей в этой жизни у меня быть не может, — Хань Е ответил с безразличием. — Так что не надейся на других.
Чушь собачья. Бай Ци не верил ни единому слову, в оригинальном сюжете такого не было.
— Я вижу, как ты полон сил каждую ночь.
— Бодрость и способность к деторождению — разные вещи, — Хань Е не обращал внимания на сомнения. — Отныне это наш ребенок.
Бай Ци не хотел спорить — место было неподходящее. Но и дома Хань Е придерживался той же версии, даже предъявил целый ряд медицинских заключений.
— Что за врачи нынче пошли? — возмущался Бай Ци. — Фальсифицировать документы — это же полное отсутствие врачебной этики!
— Это не фальшивка, — вздохнул Хань Е. — В твоих глазах у меня совсем нет доверия? Я не сказал о ребенке раньше, потому что хотел сделать сюрприз, а не обмануть тебя.
Бай Ци усмехнулся:
— Даже призраки не поверят. Если ты действительно бесплоден, откуда в оригинальном сюжете взялся тот ребенок?
— Сегодня первый день ребенка дома, давай хотя бы создадим ему хорошее впечатление? — Хань Е был предельно мягок, у него не было сил спорить с Бай Ци.
Глядя на мужчину, который с таким счастьем держал младенца, Бай Ци прикусил язык.
— Ладно, — ответил он.
Новорожденный почти все время спал, а когда просыпался, Бай Ци не нужно было ни о чем беспокоиться — за всем следил персонал. Ему оставалось лишь брать малыша на руки и ласкать, никакой нагрузки.
Ночью Бай Ци сказал:
— Давай заведем еще одного, твоего.
— Я не лгу тебе, — Хань Е был искренне огорчен. — У меня нет причин врать о таком.
Бай Ци мысленно обратился к системе:
— Уцзинь, что происходит?
Бай Уцзинь:
— Сейчас проверю.
— Спи, я устал, — Бай Ци зарылся в объятия Хань Е, похлопав его по крепкой руке. — Верю тебе.
— С того момента, как я осознал свои чувства, я ничего от тебя не скрывал, — тихо произнес Хань Е в темноте.
— М-м.
***
Бай Уцзинь:
— Проверил прошлые события: жизнь Хань Е протекала нормально, никаких инцидентов.
Бай Ци оставался невозмутимым, но внутри росло неприятное чувство — его все-таки обманули.
— Однако, — добавил Бай Уцзинь, — та медицинская справка подлинная.
Бай Ци почувствовал облегчение:
— Значит, Хань Е сам стал жертвой обмана? Или перепутали анализы?
Бай Уцзинь изучал данные:
— Нет. В этой жизни у Хань Е действительно возникли проблемы со здоровьем. Я ищу причину… не могу найти? Странно, почему?
Бай Ци: все становится только запутаннее. Он решил не ломать голову — пусть Бай Уцзинь разбирается с тем, что невозможно вычислить.
Жизнь Бай Ци стала еще насыщеннее: с появлением малыша прибавилось и хлопот, и радости. Бай Ци хотел постоянно сидеть дома. Раньше Хань Е не смел принуждать его выходить, но теперь все изменилось: Хань Е одной рукой держал ребенка, а другой закинул Бай Ци на плечо и понес к машине, игнорируя протесты о неуважении к личности и деспотизме.
Когда его бросили на сиденье, Бай Ци попытался открыть дверь, но та не поддалась.
— Не трать силы, сиди спокойно. Сегодня ты идешь со мной на работу, — Хань Е усадил ребенка поудобнее. — Мир снаружи такой оживленный. Можешь посидеть в кофейне, прогуляться по магазинам, купить все, что захочешь. В обед поедим вместе, вечером попьем чаю и вернемся домой.
Хань Е представлял это как идеальную жизнь семьи из трех человек. Бай Ци развалился на сиденье, закинув ноги на колени Хань Е:
— Не то чтобы я не хотел выходить, просто воздух снаружи плохой, мутная ци, кармические преграды, все это мешает совершенствованию. Дома, в естественной и чистой среде, медитация идет гораздо лучше.
Хань Е лишь усмехнулся про себя. Именно поэтому он и заставлял Бай Ци выходить. Разве можно все время сидеть взаперти?
В итоге, благодаря настойчивости Хань Е, отсидеться дома не удалось.
— Почему ты стал таким деспотичным? — ворчал Бай Ци. С тех пор как появился ребенок, Хань Е изменился до неузнаваемости. Раньше он носил его на руках, во всем потакал, а теперь стал властным, решая все за него.
Хань Е делал вид, что не слышит, играя с ребенком. Он думал: раньше боялся оттолкнуть его, а теперь видел, что терпение Бай Ци к нему растет. Может, из-за ребенка, а может, из-за чувства вины. В любом случае, отношения стали стабильнее, и они смогут мирно состариться вместе. Было бы еще лучше, если бы они полюбили друг друга, но Хань Е пока оставалось лишь сожалеть об этом.
***
— Это и есть ребенок? Какой послушный, вылитый наш сын.
Внезапный визит Линь Цзинжун не удивил Бай Ци. Эта пара долго хранила молчание, узнав, что сын нашел суррогатную мать, но, учитывая его твердый характер, в конце концов смирилась.
Бай Ци колебался, стоит ли говорить правду. Честно говоря, обман с кровным родством казался ему некрасивым.
— Этот ребенок…
Хлоп! На стол упала пачка документов. Бай Ци узнал их — он уже видел эти бумаги и сомневался в их подлинности. Хань Е забрал ребенка и невозмутимо сел рядом с Бай Ци:
— Прошу прощения, но родных внуков вы в этой жизни не дождетесь.
Хань Вэнью:
— Что ты имеешь в виду?
Линь Цзинжун с подозрением посмотрела на ребенка:
— Это не твой сын?
На столе лежали документы — медицинское заключение. Супруги почувствовали, что происходит что-то неладное.
— Это невозможно! — Хань Вэнью в гневе ударил по столу. — Ты думаешь, я идиот, чтобы верить в такие отговорки?
— Семейный врач регулярно проверяет нас всех, это врачи мирового уровня! Ты пытаешься обмануть нас такими дешевыми методами? Неужели ты настолько нас не уважаешь, или считаешь, что раз мы проиграли, то с нами можно не церемониться? — Линь Цзинжун чуть не задохнулась от ярости.
— У меня нет причин лгать вам. Ни один мужчина не будет шутить такими вещами, тем более я. Как мои родители, вы что, до сих пор меня не узнали? — Хань Е усмехнулся.
— Дай мне объяснение, — нахмурился Хань Вэнью.
Хань Е пощекотал сына:
— Это нужно спросить у тебя, мой глубокоуважаемый отец. Кто заставил тебя наделать столько незаконнорожденных сыновей? Кто знает, где эти ублюдки достали лекарство, которое смогло обмануть даже семейного врача.
Лицо Хань Вэнью изменилось. Линь Цзинжун резко повернулась к мужу, ее глаза горели ненавистью.
— У них хватило способностей вступить в сговор с Яо Нином и отравить меня. Вы всегда любили совать нос в мои дела и прекрасно знаете, что за человек Яо Нин — ради выгоды он пойдет на все, — легко произнес Хань Е. — О, и спасибо тебе, мама. Если бы ты не пыталась расставить шпионов вокруг меня, желая контролировать каждый мой шаг и слово, у них бы не вышло подобраться к Яо Нину.
Линь Цзинжун бессильно опустилась на диван, не в силах поверить в услышанное:
— У тебя есть доказательства? Эти документы — подделка, верно? Или ты сам просто не уследил за здоровьем?
Она бросила острый взгляд на Бай Ци, который сидел в стороне:
— Может, стоит присмотреться к тому, кто спит с тобой в одной постели? Раньше я не слышала о таких проблемах, почему они появились только после его появления?
Хань Е:
— Мама, твой стиль — это беспочвенные обвинения? Зачем впутывать невиновных?
— Ты обвиняешь нас, не имея доказательств, а те люди уже мертвы, — Хань Вэнью сжал кулаки, не зная, верить или нет. — Впутывая нас, ты выставляешь нас виновниками, чтобы потом иметь оправдание в вопросе наследников? Чтобы мы не могли вмешиваться?
— Да, они мертвы, и я не могу предоставить доказательств, — тон Хань Е был холодным. — Поэтому я и не прошу вас верить.
Супруги замолчали.
Бай Ци, подперев подбородок, подумал: «Вот что бывает, когда ведешь распутную жизнь. Столько внебрачных детей, что даже главный герой попал под удар». В голове мелькнула мысль: «Уцзинь, а вдруг среди тех бастардов был перерожденец? Иначе как они могли навредить Хань Е?»
Бай Уцзинь:
— Ложь.
— М? Что ложь?
— Хань Е солгал.
Бай Ци перевел взгляд на Хань Е. Столько слов, и все — обман? Так из-за чего на самом деле у Хань Е проблемы?
***
Наедине:
— Ты не веришь? — спросил Хань Е.
Бай Ци:
— Я просто спросил. Ты обещал не лгать.
— Это была ложь, — прямо ответил Хань Е. — Я сам не знаю, когда и почему это началось.
Они медленно прогуливались, когда Бай Ци внезапно спросил:
— А ты не подозреваешь меня? Вдруг это моих рук дело?
— Тогда я был бы очень рад, — уголки губ Хань Е дрогнули в улыбке.
Бай Ци: у него что, с головой не в порядке?
— Если бы это сделал ты, значит, ты заботишься обо мне, — сказал Хань Е. — Боишься, что я женюсь и не смогу состариться с тобой, поэтому решил отомстить заранее.
Бай Ци был в глубоком недоумении.
— Жаль, — вздохнул Хань Е, — но это точно не ты.
Бай Ци:
— Так уверен? Ты разрушил мой жизненный путь, навязал мне будущее, которое спланировал сам, жестокими методами лишил меня надежд и мечтаний, превратив нормального парня с амбициями в того, кто вынужден склоняться перед тобой, став кем-то вроде презираемого эскортника. Может, это действительно моя месть?
Рука Хань Е дрогнула. Казалось, он услышал звук разбивающегося стекла — вся та хрупкая идиллия последних дней превратилась в мираж. Он услышал, как произносит:
— Даже если ты так говоришь, я знаю, что это не ты.
Бай Ци не понимал: почему он так верит ему? Оказывается, его репутация так хороша. Он говорил словами прежнего владельца тела. Ему казалось, что он выразился еще мягко. Даже если прежний владелец жил с Хань Е мирно, все, что произошло, не стереть. Все принуждения, унижения, издевательства, отчаяние, ненависть и страх не были игрой. Тот ад, из которого не было выхода, невозможно забыть.
Бай Ци не мог сказать, что во всем виноват только Хань Е. В конце концов, прежний владелец сам просил о помощи, чтобы спасти брата. Выбранный путь нужно пройти до конца, даже если на коленях, но он не мог смириться с этим. А властный Хань Е не мог принять сопротивление маленького человека. Один постоянно боролся, другой давил своей силой — столкновение двух огней породило разрушительный пожар.
Прежний владелец получил желаемое, но не хотел платить по счетам — это ошибка. Хань Е с его извращенными ценностями и незаконными методами — тоже ошибка.
Бай Ци тихо вздохнул:
— К счастью, у меня другие взгляды на жизнь, я не склонен к таким навязчивым идеям.
Даже если бы он не снял печать воспоминаний, он бы не пошел по пути прежнего владельца, но и не утонул бы в роскоши. Он — Бай Ци, тот самый Бай Ци из прошлой жизни, у которого всегда есть свои принципы, и никто не заставит его измениться.
— Прости, — Хань Е прислонился лбом ко лбу Бай Ци. — Но я не жалею, лишь бы удержать тебя.
Бай Ци печально вздохнул:
— Я не держу зла, потому что смотрю на вещи проще. Я не дал тебе шанса совершить что-то по-настоящему ужасное. Но если бы я был другим… тем, кого ты когда-то изучал в досье, думаешь, мы могли бы так мирно сосуществовать? Даже если бы мы преодолели все препятствия, разве тени в душе исчезли бы?
— Ты говоришь о гипотезе, которой не существует. Я люблю нынешнего тебя, а не того, что был в документах, — Хань Е опустил глаза. — Если бы ситуация была такой, как ты говоришь, раз мы смогли быть вместе, значит, все обиды были отброшены.
Бай Ци закатил глаза. Но прежний владелец не мог отпустить. Никакая любовь не выдержит испытания временем. Бесконечные повторения — он давно разлюбил его. Он предпочел бы больше никогда не влюбляться, чем вечно тонуть в океане отчаяния.
— Забудь, к чему спрашивать? У того, кто не прошел через это, нет права голоса. Ни у тебя, ни у меня, — Бай Ци потянул Хань Е за руку. — Давай просто жить настоящим.
Хань Е ответил твердо:
— Мы — лучшая пара. Не забивай голову, я сделаю все, чтобы тебе было хорошо. Мы будем вместе всю жизнь, а все эти домыслы не имеют к нам отношения.
Он так любил этого Бай Ци — прекрасного, особенного. Неважно, правдива ли теория о замене личностей в параллельных мирах, он любил этого живого, искреннего Бай Ци. Это человек, которого стоит любить всей душой.
— У-у… — Хань Е схватился за сердце, оно билось неровно, в голове зашумело.
— Что с тобой? — Бай Ци подхватил его. В оригинальном сюжете такого не было, главный герой всегда был крепким, как сталь. — Я вызову доктора Ли.
— Не надо! — Хань Е крепко вцепился в руку Бай Ци, перенося приступ головокружения. — Скоро пройдет.
Бай Ци в панике позвал систему:
— Уцзинь, что с главным героем? Сначала бесплодие, теперь головокружение, это совсем не по сюжету!
Бай Уцзинь:
— Я и сам не знаю!
Прошло лишь мгновение, и когда Хань Е снова поднял голову, Бай Ци остро почувствовал перемену. Человек остался тем же, но взгляд изменился. Такое спокойствие и мудрость, прошедшие сквозь века, не могли принадлежать нынешнему Хань Е.
— Ты…
— Не только он способен пробудиться из цикла перерождений, — Хань Е посмотрел на Бай Ци спокойным взглядом. — Ты не он. И совсем на него не похож.
http://bllate.org/book/25725/3076031
Готово:
