Тем же вечером Цзян Чжиюй вернулся в общежитие.
Чжан Цзин, измотанная до предела, повалилась на кровать в отеле. Она коснулась пальцами блокатора феромонов на шее, и её охватило нехорошее предчувствие. По логике вещей, она не должна была чувствовать такой упадок сил, да и её период уязвимости в последние годы становился всё более непредсказуемым. А тут ещё та странная, неистовая реакция на запах омеги несколько дней назад.
Неужели...
Она закрыла лицо руками. При мысли о том, как в этом мире принято классифицировать феромоны АБО-групп, она испытывала одновременно жгучий стыд и странное предвкушение. Будет ли её период уязвимости протекать так же, как период течки у Цзян Чжиюя? Или она превратится в неуправляемое, агрессивное существо?
Из-за этих опасений она не решалась на близость с Цзян Чжиюем. К тому же, ему пора было возвращаться к делам: он всё-таки был студентом, да и пропустил несколько дней занятий, которые требовали его личного участия.
На следующий день они снова гуляли до самого вечера, а потом расстались на вокзале.
Цзян Чжиюй стоял перед ней, молча протянул руки и притянул её к себе. На вокзале было многолюдно, но эта новоиспечённая пара замерла в тишине, наслаждаясь короткими мгновениями близости. Он и представить не мог, что окажется в ситуации брака по расчёту, переросшего в любовь, и уж тем более не ожидал, что, едва начав любить, придётся расстаться.
— Я буду навещать тебя, как только появится свободное время, — почувствовав его смятение, пообещала Чжан Цзин.
Цзян Чжиюй процедил сквозь зубы:
— Почему временная метка действует всего три дня?
Чжан Цзин беспомощно улыбнулась. Юноша, похоже, был одержим ею до крайности: перед самым её отъездом он умудрился оставить на железе альфы несколько глубоких следов от укусов. Конечно, настоящей метки это не давало, лишь разжигало в Чжан Цзин ответное желание. Сейчас на шее Цзян Чжиюя, под блокатором, красовались неровные, рваные следы зубов. Хорошо, что у Чжан Цзин хватило рассудка не травмировать его по-настоящему.
Цзян Чжиюй смотрел на неё тяжёлым, пронзительным взглядом, его голос звучал глухо:
— Знал бы, что так будет, обманом заставил бы тебя поставить метку ещё дома.
Похоже, его больше не волновало, что Чжан Цзин увидит его тёмную сторону — в конце концов, эта сторона проснулась в нём только благодаря ей.
Чжан Цзин лишь обняла его за талию и нежно поцеловала. Она не могла позволить себе принять полное доверие омеги, пока сама ещё плохо понимала, что происходит с её собственным телом. К тому же, честно говоря, ей нужно было заново учиться тому, как правильно ставить метку. Даже этот простейший способ маркировки через железу она освоила лишь на ходу. Но Цзян Чжиюю знать об этом не стоило. Стыдно всё-таки.
Наверное, пережив один период уязвимости, она разберётся во всём сама.
Вернувшись в квартиру, она внезапно ощутила непривычную пустоту, хотя прошло всего два дня. Чжан Цзин почесала в затылке, переоделась в удобную домашнюю одежду и с удовольствием отправилась на кухню готовить ужин. Несмотря на усталость после дороги, ей хотелось устроить себе небольшой праздник в честь возвращения.
Дзынь.
Чжан Цзин нахмурилась. Их дом находился в уединённом месте, гости здесь бывали редко, а уж в девять часов вечера — и подавно. Кто мог прийти так поздно?
За дверью маячил мужской силуэт. Чжан Цзин окинула его беглым взглядом. Волосы средней длины, в беспорядке, густо залитые лаком — в них даже поблёскивали какие-то блёстки. Одежда — кричащий масс-маркет, а шипы на ботинках заставили Чжан Цзин невольно отвернуться. Уж простите, но сорокалетней женщине было трудно принять столь странную моду. Слишком уж вызывающе.
В нос ударила смесь запахов дешёвого алкоголя и табака. Чжан Цзин, чьи чувства обострились, не выдержала и громко чихнула.
— Вы что-то хотели?
Мужчина, заметив свет, пробивающийся из квартиры, прищурился и, невнятно что-то пробормоча, поднял голову. Теперь Чжан Цзин разглядела его лицо: оно было испачкано в чём-то тёмном — вероятно, размазался густой смоки-айз.
Боже упаси. Ошибся дверью, не иначе.
— Цзян… Чжиюй? Почему ты отрастил волосы? Ужасно выглядишь.
Бам!
Чжан Цзин с невозмутимым видом захлопнула дверь и быстро набрала номер охраны:
— Алло… Да, пожалуйста, немедленно уберите отсюда постороннего.
Если не считать этого мелкого недоразумения, вечер прошёл гладко: ужин, душ, порядок в делах. Высушив волосы, она устроилась в постели и отправила сообщение Цзян Чжиюю, заодно упомянув о странном ночном госте.
Надпись «Печатает...» висела долго, но в итоге пришёл лишь короткий ответ:
— Это мой брат, Цзян Чжиянь.
Тот самый подонок и псих, о котором упоминал Цзян Чжиюй? Вспомнив обрывки рассказов партнёра о том, как этот человек намеренно или случайно издевался над ним в прошлом, Чжан Цзин почувствовала, как внутри закипает гнев. Она перевела тему, они перекинулись ещё парой фраз и, измотанные днём, уснули.
К удивлению Чжан Цзин, на следующее утро этот самый Цзян Чжиянь снова объявился на пороге. Её разбудил настойчивый звонок в дверь. Было ещё до восьми. Приведя себя в порядок, она заглянула в глазок и увидела человека, чей вид кардинально отличался от вчерашнего. Черты лица те же, но волосы залиты таким количеством геля, что прилипли к черепу, обнажая лицо, поразительно похожее на лицо Цзян Чжиюя.
Чжан Цзин не собиралась открывать, но этот человек простоял под дверью целый час, периодически нажимая на звонок и создавая невыносимый шум. В конце концов, она в ярости распахнула дверь, её лицо было холодным и напряжённым.
— Что вам нужно?
— Не будь такой негостеприимной, невестка, — ухмыльнулся мужчина. Чжан Цзин показалось, что эта гримаса на лице, так похожем на лицо Цзян Чжиюя, выглядит особенно отвратительно.
Он, словно бесхребетный угорь, проскользнул в квартиру и бесцеремонно рухнул на диван. Цзян Чжиянь обернулся, одарив её своей идеальной, отрепетированной улыбкой, но тут же заметил, что Чжан Цзин взяла дезинфицирующий спрей и принялась старательно обрабатывать всё пространство от прихожей до гостиной.
Цзян Чжиянь: «...»
Неудивительно, что они сошлись с этим его братцем. Эта парочка стоит друг друга — такие же неприятные типы.
Он не подал виду, развалившись на диване, и принялся с любопытством осматривать гостиную.
— Похоже, ваша семейная жизнь налаживается. Цзян Чжиюй, этот угрюмый мальчишка, вряд ли смог бы поддерживать здесь такой порядок. Он всегда был мышью, прячущейся по углам.
Цзян Чжиянь бесцеремонно закинул ноги на спинку дивана. Он улыбнулся, и в уголках его губ мелькнула злая насмешка. Взглянув на Чжан Цзин, он притворился невинным, хотя в глазах плясали нехорошие огоньки:
— Как думаешь, что скажут учителя и однокурсники Цзян Чжиюя, когда узнают, что после банкротства семьи он вынужден прятаться в доме обычного альфы в роли любовника?
Чжан Цзин опустила взгляд. Похоже, Цзян Чжиянь не знал, что этот дом принадлежит его брату. Она прислонилась к шкафу; в своей строгой рубашке и очках она выглядела холодной и отстранённой, ничем не выдав своего раздражения.
Цзян Чжиянь, то ли разочарованный, то ли заскучавший, разочарованно скривил губы. И тут он услышал голос этой холодной альфы:
— Каким бы ни был Сяо Юй, он никогда не опустится до твоего уровня. Твоя зависть слишком заметна.
Зрачки Цзян Чжияня сузились. На мгновение он даже перестал дышать, а осознав сказанное, злобно рассмеялся:
— Ха? Зависть? Я завидую этому трусу?! Этой жалкой омеге?
Чжан Цзин не спешила спорить. Она спокойно сделала глоток воды.
— Топить печаль в алкоголе и ночами напролёт гнить в барах, как бездомный пёс... Это ты считаешь жизнью лучше, чем у Сяо Юя?
В глазах Цзян Чжияня вспыхнула ярость, он неприятно оскалился:
— ...А ты остра на язык.
Чжан Цзин видела, как побелели его пальцы, вцепившиеся в обивку дивана, и испугалась, что он испортит её любимую мебель. Она вздохнула:
— Я не знаю, почему ты скрываешь свою принадлежность к АБО, и мне это совершенно неинтересно. Но я не хочу, чтобы ты снова беспокоил Цзян Чжиюя. Мы хотим жить спокойно.
http://bllate.org/book/25498/3041326
Готово:
