Фу Мучуань нахмурился. Что за глупости? Разве учеба может быть важнее друга? Он снова толкнул Лян Цзиняо локтем, призывая того продолжать.
Раз Лян Цзиняо смог прийти сегодня, значит, у него хватило смелости. Вот только в данный момент он растерялся и понятия не имел, как возразить. А умный и красноречивый Шэнь Лэань был так завален делами в Цзянчэнском университете, что выкроить время не смог.
Вдвоем они были совершенно не ровня Цинь Хэяну.
У Фу Мучуаня было что сказать, но слова застряли в горле, и он лишь взглядом подгонял Лян Цзиняо. Они заранее предвидели, что Цинь Хэян не позволит им увидеться, поэтому по дороге придумали самый примитивный и невоспитанный план.
Получив задание, Лян Цзиняо с тяжелым сердцем встретился взглядом с мрачными глазами Цинь Хэяна, сорвал голос и завопил:
— Пэй Юй! Мы пришли за тобой!
Интеллигентный Фу Мучуань тоже дошел до ручки и издал неестественно высокий для него вопль:
— Сяо Юй! Сяо Юй!
Два яростных крика ранеслись по всему Шаньюэвааню. Управляющий Чэнь и тетушка Ван испуганно выскочили из кухни, в то время как Цинь Хэян спокойно сидел в гостиной, а его убийственный взгляд был острым и леденящим.
Ближе к полудню Пэй Юй проспал всю первую половину дня.
Звукоизоляция в спальне виллы была превосходной, так что до комнаты долетали лишь смутные отзвуки безрассудных воплей Фу Мучуаня и Лян Цзиняо. Проспав слишком долго, Пэй Юй немного растерялся, но вчерашняя усталость и болезненная слабость исчезли без следа.
Пэй Юй открыл глаза и пришел в себя примерно за минуту, постепенно собирая мысли воедино. Только тогда он заметил, что одна сторона постели пуста: на простыне остались следы от тела, но тепло уже остыло — брата не было рядом.
Он тут же откинул одеяло и выпрыгнул из кровати, даже забыв обуться. Стоило открыть дверь спальни, как снизу до него донесся оглушительный шум, заставивший юношу в замешательстве замереть.
Взгляд Цинь Хэяна был донельзя мрачным. Он как раз собирался без всяких церемоний выставить обоих непрошеных гостей из Шаньюэвааня, но внезапно подсознательно поднял голову, и его зловещее выражение лица мгновенно переменилось:
— Сяо Юй?
Шум внизу вмиг стих. Все присутствующие дружно перевели взгляд наверх, и сцена замерла, будто на нее нажали кнопку отключения звука.
В ту же секунду десятки глаз уставились прямо на него. Пэй Юй застыл у верха лестницы, чувствуя себя неловко: ему было стыдно и спускаться, и возвращаться назад. Он застрял на месте, не зная, что предпринять. Свое беспокойство он перенес на самого близкого человека и робко позвал Цинь Хэяна:
— Муж.
Стоило этим словам сорваться с губ, как радость на лицах Фу Мучуаня и Лян Цзиняо, только что увидевших друга, постепенно застыла и сменилась абсолютным, не поддающимся вероятию шоком. Они застыли с кривыми шеями, переглянувшись в полном молчании.
Фу Мучуань в ужасе подумал: «Что сейчас сказал Сяо Юй? Я ведь расслышал?»
Бви брови Лян Цзиняо сошлись на переносице: «Может, мы оба оглохли?»
Лицо Цинь Хэяна было совершенно обычным и даже почти приветливым. Однако, проходя мимо парочки, он понизил голос и зловеще предупредил их так, чтобы слышали только они трое:
— Врач сказал, что сейчас ему нельзя испытывать никаких резких перепадов эмоций. Вы будете просто слушать всё, что он говорит. И если случится хоть малейшая оплошность, я никого из вас не пощажу.
Пэй Юй стоял на площадке второго этажа, а высокий мужчина еще не подошел близко, но уже протянул руки.
Цинь Хэян за секунду всё понял, быстро поднялся по лестнице, перехватил его руки и притянул к своей талии. Обнимая юношу, он слегка наклонился и прижался щекой к его щеке, проверяя температуру. Щеки не были горячими, температура не вернулась. Прильнув к самому уху, он прошептал, не скупясь на похвалу:
— Малыш просто молодец.
Пэй Юй тихонько хмыкнул. Его ноздри щекотал легкий древесный аромат, вызывая странный зуд в сердце — ему казалось, что он внезапно подсел на запах брата.
Когда в объятиях оказалась мягкая, словно бамбуковый росток, фигура, на сердце у Цинь Хэяна стало невероятно тепло и легко. Но стоило его взгляду опуститься вниз на босые белые стопы, касавшиеся ковра, как его тон сменился на укоризненный:
— Почему без обуви? А если снова простудишься?
С этими словами он подхватил юношу на руки так, чтобы тот встал ногами на его собственные ступни.
Пэй Юй тихонько забормотал:
— Да я же просто без обуви, чего тут преувеличивать...
Заметив, как брови Цинь Хэяна нахмурились, он протянул руку и аккуратно разгладил их:
— Я просто запомню на будущее. Брату нельзя сердиться.
— Я не сержусь.
— Правда?
Их никого не замечающие нежности самым бесстыдным образом разворачивались на глазах у всех присутствующих.
Обладая острой интуицией, Пэй Юй почувствовал, как у него по спине пробежал холодок от сверлящего взгляда. Он повернул голову в чужих объятиях и увидел, как двое незнакомых мужчин внизу вытаращились на него так, будто средь бела дня увидели призрак.
Поскольку в доме были посторонние, Пэй Юй внезапно застеснялся и подсознательно попытался отпрянуть назад, но силы его были неравны силам Цинь Хэяна, так что он остался стоять на месте.
— Братец, у нас гости?
Цинь Хэян меньше всего на свете хотел касаться этой темы.
— Мм.
— Наверное, нам стоит спуститься? Некрасиво, если гости увидят.
То, как Пэй Юй раз за разом повторял слово «гости», словно подчеркивая дистанцию, доставило Цинь Хэяну невероятное удовольствие.
— Как скажешь, спускаемся.
Не успел Пэй Юй сделать движение, как мужчина слегка отстранился, снова наклонился, подхватил его на руки и под любопытными взглядами всех присутствующих понес вниз.
Усадив Пэй Юя на диван, Цинь Хэян сходил к обувной тумбе, вернулся с парой темно-серых тапочек и опустился перед ним на одно колено, чтобы обуть.
Лян Цзиняо от увиденного совершенно потерял дар речи. Они с Пэй Юем были соседями по комнате в Цзянском университете, и за шесть лет знакомства он никогда не видел друга с такой послушной стороны. Тот либо вел себя невероятно надменно, словно пуп земли, либо напускал на себя ледяное выражение лица, делая вид, что ему абсолютно плевать на весь окружающий мир.
Реальность трещала по швам. Лян Цзиняо подозревал, что Сяо Юй вовсе не страдает никакой амнезией — это этот пес по фамилии Цинь опоил его каким-то приворотным зельем, какой-то дрянью! Неужели это и есть амнезия? Да он же окончательно рехнулся!
Между троими мужчинами разгорелась скрытая борьба взглядов, полная смертельной опасности.
Минуту спустя Цинь Хэян наконец соизволил нарушить молчание и пояснить:
— Сяо Юй, это твои друзья — Фу Мучуань и Лян Цзиняо. Узнав о твоей аварии, они специально пришли навестить тебя.
Пэй Юй всё понял. Друзья пришли проведать его, а он совершенно ничего не помнит. Его голос прозвучал виновато и удрученно:
— Я в последнее время страдаю амнезией и почти никого не узнаю. Простите, что не признал вас.
Какой же вежливый ребенок! Лян Цзиняо моргнул: неужели это тот самый наш Юй-гэ, который еще на первом курсе полез в драку из-за койки в общежитии?
Фу Мучуань вздохнул:
— Как... как ты себя...
— Он спрашивает, как твои дела, сильно ли еще болит тело? — на ходу перехватил инициативу Лян Цзиняо.
Пэй Юй ответил холодным тоном, переведя на него взгляд:
— Цзиняо, дай сказать Мучуаню.
Лян Цзиняо тут же замолчал.
Фу Мучуань нисколько не обиделся на то, что его перебили. С детства он заикался и всегда тратил немало сил, чтобы выговорить всё до конца. В детстве другие дети не отличались терпением, а когда он повзрослел, взрослые тоже перестали проявлять терпение, лишь прикрывая его напускной вежливостью. Поэтому с малых лет он был немногословен, и единственным человеком за всю его жизнь, кто умел дослушать его до конца, оставался Сяо Юй — даже сейчас, когда тот потерял память.
— Как... самочувствие?
У самого Пэй Юй не было четкого понимания своего состояния, но уверенности в себе это не убавляло. Он улыбнулся, и его глаза превратились в полумесяцы:
— Уже почти полностью поправился!
Милый и наивный. Выглядело так, будто он всё еще тяжело болен.
Лян Цзиняо и Фу Мучуань синхронно вздохнули.
Пришло время обеда. Раз Цинь Хэян молчал, управляющий Чэнь не смел проявлять самодеятельность.
Переживая, что Пэй Юй останется голодным, Цинь Хэян из вежливости пригласил непрошеных гостей остаться на обед.
За обеденным столом.
Мозг Фу Мучуаня лихорадочно работал. Он быстро напечатал сообщение на телефоне, отправил его, а в следующую секунду пихнул под столом соседа.
Лян Цзиняо сделал вид, что всё в порядке, и невзначай завел разговор:
— Сяо Юй, после той аварии никто из нас, друзей, не мог с тобой связаться.
Пэй Юй как раз увлеченно грыз зеленый лук, а услышав это, задумался: с тех пор как он очнулся в больнице, ему, кажется, на глаза вообще не попадался никакой телефон.
— Связаться со мной? Муж, кажется, мой телефон куда-то пропал.
Цинь Хэян отозвался:
— Мм, я попрошу кого-нибудь привезти новый после обеда.
На экране телефона всплыло новое сообщение, и Лян Цзиняо тут же добавил, опираясь на подсказку:
— Сим-карта должна быть старой, так будет удобнее.
Пэй Юй согласно кивнул:
— Точно, братец, тебе нужно велеть восстановить мой прежний номер.
Цинь Хэян как раз наливал суп. Его взгляд тяжело и оценивающе скользнул по двоим заговорщикам. Он отлично понимал, против кого направлены все эти махинации. Если бы он действительно захотел запереть Сяо Юя взаперти, эти двое даже не смогли бы его спасти.
Многие вещи было неудобно обсуждать при Сяо Юе. Когда обед подошел к концу, Цинь Хэян под предлогом проводить гостей вышел с ними на улицу. На улице веяло прохладой, а Пэй Юй, только-только справившийся с лихорадкой, выходить не должен был и остался в доме.
Стоило Сяо Юю исчезнуть из вида, как Фу Мучуань прямо в лоб заявил:
— Ты не можешь... обманывать Сяо Юя. Его чувства.
Изначально он был против того, чтобы Цинь Хэян забирал юношу к себе. Перед тем как отправиться в Шаньюэваань, он думал, что раз между ними нет никаких чувств, то Цинь Хэяну не обязательно брать на себя эту ответственность. Но теперь любому было очевидно, как слаженно и гармонично они держатся вместе: потерявший память Сяо Юй стал гораздо более живым, чем раньше, но при этом безумно зависел от Цинь Хэяна.
Взгляд Цинь Хэяна стал ледяным и властным, отчего по спине пробегал мороз. Его чувства никому не позволено обсуждать.
Атмосфера накалялась. Лян Цзиняо поспешил вмешаться:
— Господин Цинь, Мучуань вовсе не имел в виду, что ты пользуешься ситуацией и обманываешь чувства Сяо Юя. Он имел в виду, что ты не должен обманывать его чувства! Тьфу, я сам не понял, что сказал... Короче говоря, всё, что мы тут устраиваем — вся эта суета исключительно ради Сяо Юя!
Давление было тяжелым, и Лян Цзиняо потащил упрямого Фу Мучуаня прочь. Перед тем как его утащили, Фу Мучуань бросил напоследок твердую фразу:
— Я жалею... что позволил ему в семнадцать лет познакомиться с тобой.
По дороге из Шаньюэвааня Лян Цзиняо не выдержал:
— Что за фразу ты бросил под конец? Это ты свел их тогда вместе, что ли?
Считая, что он нанес идеальный удар возмездия, Фу Мучуань молча кивнул.
Лян Цзиняо недоумевал:
— Тогда почему они вообще расстались? До сих пор между ними какая-то неловкость. Этот фиктивный брак — месть Цинь Хэяна или он действительно женился по любви?
Фу Мучуань покачал головой.
Прошло немало времени с тех пор, как гости ушли. Цинь Хэян так и стоял на месте. Осеннее солнце не жгло, но отбрасываемые тени делали его черты лица еще более резкими и глубокими. Слова Фу Мучуаня заставили его вспомнить обрывки прошлого, и лишь спустя долгое время он пришел в себя.
В тот раз, в каникулы между вторым и третьим годом старшей школы, Первая средняя школа Цзянчэна заставила учеников ходить на дополнительные занятия. Лето выдалось дождливым, и каждый ливень начинался неожиданно.
Цинь Хэян зашел в класс для выпускников, чтобы отдать бланки с тестами по химии, и между делом передал старосте класса задания, оставленные учителем на дом. Во время разговора за его спиной послышалось недовольное ворчанье: «Почему Юй-гэ опять куда-то уволок старик Чжоу?»
http://bllate.org/book/25470/3036390
Готово:
