— Чече, Юань-Юань вернулась! Когда у тебя будет свободное время, мы навестим тебя, — боясь помешать работе Чэн Че, Цзян Ин всегда общалась с ним через текстовые сообщения или мессенджер. Чэн Че еще удивился, почему это она вдруг решила позвонить, а оказалось, что вернулась Линь Юань.
Линь Юань тоже был одним из немногих друзей Чэн Че. Они учились в разных вузах, но оба в этом же городе, правда, далековато друг от друга, поэтому после поступления в университет Линь Юань стал реже видеться с ними обоими.
Линь Юань знал о сексуальной ориентации Чэн Че и был единственным парнем, который, узнав об этом, все равно продолжал дружить с ним. Конечно, у Линь Юаня не было никаких видов на Чэн Че — история обошлась без подобных банальных поворотов. Линь Юань был чистокровным гетеросексуалом, натуралом до мозга костей. Он обожал красавиц, особенно с хорошей фигурой, и к такому плоскому созданию, как Чэн Че, не испытывал никаких чувств, выходящих за рамки дружеских.
В отличие от Чэн Че и Цзян Ин, Линь Юань учился на технической специальности. Некоторое время назад он уезжал в другую провинцию на соревнования и только что вернулся.
— Я в последнее время не особо занят, приезжайте, когда вам будет удобно. На входе в базу назовите сотрудникам мое имя, они вас ко мне проводят.
Новая историческая драма времен Китайской республики, в которой только что получил роль Чэн Че, называлась Бурные годы и снималась на той же кинобазе, что и Нежность пути бессмертных. У Чэн Че, исполнявшего роль четвертого по значимости мужского персонажа, сцены были от начала и до конца, но распределялись они неравномерно. Поэтому в последние дни у Чэн Че выходило в среднем по одной-две сцены в день, а когда выпадало свободное время, он даже мог вернуться в университет на пары.
Да-да, всё верно: Чэн Че предпочитал пойти на пары, лишь бы не идти на соседнюю съемочную площадку здороваться с Тан Шаои. Они и раньше-то не были особо близкими друзьями — нет, даже друзьями их назвать было нельзя.
Когда Цзян Ин и Линь Юань прибыли на съемочную площадку, Чэн Че уже закончил работу на сегодня.
— И это за каких-то несколько дней? А ты неплох, братец! — Линь Юань шутливо ударил Чэн Че в плечо и весело рассмеялся.
Чэн Че ответил тем же:
— Тоже мне! Сам-то ушел в тень и укатил на всекитайскую олимпиаду по физике, а мне, значит, нельзя податься в актеры!
Пока они оживленно предавались воспоминаниям, в их разговор внезапно вмешался чей-то голос:
— Че-эр? К тебе гости?
Эта внезапная уменьшительно-ласкательная суффиксация от великого киноактера заставила у всех присутствующих мурашки побежать по коже, однако сам Тан Шаои сохранял невозмутимый вид человека, для которого это было привычным делом.
У Чэн Че от такой фальши аж зубы сводило, но перед лицом стольких людей нельзя было лишать великого киноактера лица, и ему пришлось скрипеть зубами и подыгрывать:
— Пред... учитель. — Он уже почти назвал его предшественником, но вовремя вспомнил, что Тан Шаои велел в последнее время поддерживать образ учителя и ученика, так что на людях следовало звать его учителем.
Линь Юаня передернуло от отвращения, и он, наивно полагая, что говорит тихо, наклонился к уху Цзян Ин:
— С этими двумя всё в порядке?
В ответ он получил увесистый пинок от Цзян Ин:
— Заткнись! Это кумир моей юности!
Из-за необходимости по-прежнему не ронять авторитет киноактера на людях ужин, на который изначально собирались трое, превратился в посиделки вчетвером.
Чэн Че бросил взгляд на сидевших напротив двоих, которые явно вели себя сдержаннее обычного, а затем перевел взгляд на сидевшего рядом Тан Шаои с совершенно нечитаемым выражением лица. Атмосфера была такой странной... словно они, кхм, знакомились с родителями?..
Поскольку присутствовал Тан Шаои, они выбрали ресторан неподалеку от кинобазы. Здесь постоянно околачивались знаменитости, поэтому охрана была поставлена на должную высоту, и появление киноактёра не должно было произвести слишком уж шокирующего эффекта... ладно, это было справедливо лишь отчасти.
Проводив взглядом уже какую по счету волну желающих познакомиться с киноактером, Чэн Че бросил исподлобья взгляд на невозмутимого Тан Шаои, мысленно вздохнул и смирился со своей судьбой.
Ужин вышел прерывистым, а перед самым расставанием Чэн Че одарил Линь Юаня извиняющимся взглядом. Тан Юань махнул рукой, показывая, что не возражает, а что до Цзян Ин — ох, она до сих пор находилась в состоянии глубокого умопомрачения от того факта, что только что ужинала вместе со своим кумиром.
Завтра с самого утра у Чэн Че были съемки, поэтому сегодня вечером он решил остаться в апартаментах, выделенных новой съемочной группой, и добирался туда вместе с Тан Шаои.
— Обижаешься, что я увязался за вами и помешал вашему ужину? — Тан Шаои с нежностью взъерошил волосы Чэн Че.
Чэн Че попытался отстраниться, но было неуловко напрямую отвергать проявления близости Тан Шаои — в конце концов, тот очень сильно ему помог, да и ничего предосудительного не делал.
Тан Шаои, казалось, вовсе не замечал скованности Чэн Че. Он просто перенес руку ему на плечо, приобнимая, и продолжил:
— Думаешь, если бы я не пошел с вами, все прошло бы тихо-мирно? Эх ты, у тебя хоть должно быть осознание того, что ты уже звезда? Малейшая оплошность — и тебя могут поймать и начать травить изо всех сил.
— К тому же, стоило тебе уйти со съемочной площадки, как ты и вовсе перестал заглядывать ко мне. Или ты ждал, что я сам приду искать тебя?
В словах Тан Шаои Чэн Че вдруг уловил легкий оттенок обиды. Наверняка ему просто показалось!
— Другие только и делают, что цепляются за влиятельных покровителей изо всех сил, а ты хорош: есть за кого ухватиться, но ты не хочешь. Глупый глупыш.
Его голос — одновременно полный беспомощности и балующего тепла — звучал так, что у Чэн Че чуть кости не размягчились. Он покраснел от кончиков ушей до самого затылка.
— Пре... пред-пред-предшественник. — Заикаясь битый час, он выдавил из себя лишь это обращение и уставился на Тан Шаои круглыми от испуга глазами, точно перепуганный кролик.
— Тц. Какая бурная реакция. — Тан Шаои тихонько бормотал себе под нос, словно нашел какую-то забавную игрушку, и, конечно же, постарался сделать так, чтобы Чэн Че ничего не услышал.
Однако то, что Чэн Че не расслышал слов, вовсе не означало, что их никто не уловил. Стоит напомнить, что у Чэн Че все еще имелась система, и то, что Мутоу редко выходило на связь, вовсе не значило, что его не существовало!
— Дзинь! Внимание, тревога! Действия персонажа сюжетной линии Тан Шаои по отношению к хосту квалифицированы как домогательство. Желаете ли применить средства защиты от нежелательных ухаживаний?
Чэн Че вздрогнул от неожиданного звукового сигнала системы и, поспешно отключая тревогу, одновременно пришел в себя и заикающимся тоном выпалил:
— Я просто боялся побеспокоить старшего.
— Все в порядке, ты не помешаешь. — Тан Шаои притянул Чэн Че обратно под руку, и его голос, как и его поступки, не допускал возражений: — Завтра зайди ко мне, запомнил?
— А, ладно... — невнятно бросил Чэн Че и поспешил скрыться бегством.
Тан Шаои задумчиво посмотрел вслед убегающему Чэн Че и вдруг вспомнил их разговор с Юэ Саном после первой встречи. Что ж, воплотить ожидания в реальность казалось вполне возможным.
Вернувшись в апартаменты, Чэн Че рухнул лицом на кровать. В голове царила абсолютная пустота, он даже сам не понимал, о чем думает. Внезапно завибрировал телефон — пришло текстовое сообщение.
Шаря в карманах одежды, Чэн Че вытащил смартфон и увидел, что смска от Линь Юаня.
— Кстати, А-Че, вообще-то я сегодня хотел попросить тебя об одной услуге. Твой друг тут обзавелся пассией, и моя новая девушка тоже крутится в вашей индустрии, так что, А-Че, помоги ей по возможности! Твою невестку зовут У Сян, я велел ей обратиться к тебе, если возникнут проблемы!
Чэн Че отписал в ответ дежурное «без проблем», швырнул телефон куда подальше и, обнимая подушку, погрузился в какие-то свои мысли: — Ах ты ж лисичка мелкая! Неужели дед думал, что сможет спрятаться от тебя?!
Спустя несколько дней, имея сцены на первую половину дня, Чэн Че прибыл на съемочную площадку спозаранку.
— Сегодня в актерский состав вливается еще один новичок, на этот раз труппа должна быть в сборе...
Ожидая своей очереди, Чэн Че обычно изучал сценарий. Он редко участвовал в пересудах тех, кто собирался вокруг него, поскольку сам неизменно оказывался горячей темой для сплетен. И сейчас, услышав, что неподалеку снова кто-то болтает, Чэн Че даже не поднял головы — разве что удивился тому, что эта компания в кои-то веки не стала намеренно избегать его присутствия.
— ...Ты о ком, об У Сян? Девчонка собой ничего так, а фигура вообще отпад.
Чэн Че продолжал вполуха слушать обрывки чужих разговоров, как вдруг, уловив имя, которое Линь Юань упоминал пару дней назад, слегка приподнял бровь: неужели такое совпадение?
Впрочем, оказалось, что совпадения бывают еще круче.
Чэн Че намеренно пригляделся к новеньким на съемочной площадке и отыскал ту самую девушку по имени У Сян. Каково же было его удивление, когда он понял, что уже видел ее раньше.
С первого взгляда она показалась ему знакомой, а вглядевшись и вспомнив всё, Чэн Че сообразил: это же та самая девчонка, с которой он вместе ходил на прослушивание в кинокомпанию Чжунсин, сидевшая рядом с ним и вручившая Сюй Ханю карточку хорошего парня.
Первое впечатление об У Сян у Чэн Че сложилось неплохое, и, разумеется, сильнее всего врезалось в память ее поразительное декольте... Ничего не поделаешь, оно слишком бросалось в глаза.
О, кажется, теперь он понимал, почему Линь Юань запал на У Сян.
Пока Чэн Че разглядывал У Сян, та тоже заметила его, застенчиво улыбнулась, но подходить не стала.
Похоже, несмотря на столь аппетитную фигуру, эта девушка отличалась довольно наивным нравом. Еще во время прослушивания он заметил, что она, судя по всему, почти не пользуется косметикой, а стоило оказать ей малейшую услугу, как она тут же одарила Сюй Ханя статусом хорошего парня. Кстати, надо будет выкроить минутку и предупредить девчонку: Сюй Хань вовсе не такой уж славный тип, от него лучше держаться подальше.
У Сян досталась роль женщины-убийцы, чье место в этой драме сводилось примерно к функции вазы для цветов: никаких реплик, никакого актерского мастерства — требовалось лишь выйти, изрядно поиграть мускулами, погрозить кому-нибудь пару раз, а затем благополучно отдать Богу душу. Вот почему У Сян присоединилась к съемкам только сейчас, когда фильм уже подходил к концу.
Коль скоро она была девушкой его приятеля, стоило присмотреть за ней при возможности, рассуждал Чэн Че. Заметив, как какой-то сальный помреж пытается распустить руки и полапать У Сян, он тут же выступил вперед и позвал девушку к себе.
— Когда твои сцены? — ради приличия и чтобы избежать сплетен, Чэн Че заговорил прямо рядом с любителями почесать языки. Он не знал, афишируют ли У Сян и Линь Юань свои отношения, поэтому не стал упоминать имя Линь Юаня. — Друг просил о тебе позаботиться. Если возникнут какие-то трудности, можешь обращаться ко мне, он ведь скинул тебе мой номер телефона?
У Сян кивнула, и от этого движения ее роскошный бюст качнулся.
Хссс...
Услышав, как кто-то за спиной шумно втянул воздух, Чэн Че мысленно закатил глаза. Когда он сам только попал в шоу-бизнес, Цзян Ин жутко боялась, что его затянут в омут порочных интриг индустрии... Ха-ха, Цзян Ин явно не видела У Сян! Вот кто действительно рисковал угодить в лапы к хищникам! Настоящий белый крольчонок, честное слово.
Пожалуй, благодаря тому, что Чэн Че открыто взял У Сян под свое крылышко, тот похотливый помощник режиссера больше к ней не приставал. Единственной постоянной головной болью Чэн Че оставались визиты на съемочную площадку Тан Шаои, и эта пытка продолжалась вплоть до окончания съемок Нежности пути бессмертных.
Впрочем, проблема никуда не исчезла — она лишь трансформировалась в вопрос о том, как отбиваться от ежедневных набегов Тан Шаои на его собственные съемки.
Среди бесконечных терзаний Чэн Че дождался банкета по случаю завершения работы над Бурными годами.
Как только этот проект будет закрыт, Чэн Че предстояло со всех ног мчаться на съемки артхаусного фильма Суровая стужа. По крайней мере, теперь у него появится уйма времени, чтобы успешно избегать Тан Шаои.
http://bllate.org/book/25453/3034693
Готово:
