Жизнь, казалось, ничуть не изменилась, но в этой размеренной тишине с каждым днем становилось все слаще. Люди, состоящие в отношениях, обычно становятся более привязчивыми, и, по мнению Мин Цзина, по крайней мере Цинь Чу был именно таким.
Приближались финальные экзамены, и каждый вечер Мин Цзин следил за тем, как Цинь Чу учится. Сам он сидел в стороне за компьютером, а когда Цинь Чу сталкивался с чем-то непонятным, слегка подсказывал ему.
В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь шуршанием кончика ручки по бумаге. Повторив материал целого раздела, Цинь Чу бросил взгляд на увлеченного в сети Мин Цзина. В голове вдруг мелькнула мысль, учиться расхотелось окончательно, и он просто отбросил ручку. Широким жестим движением он в следующее мгновение подхватил Мин Цзина и усадил к себе на колени, совершенно не смущаясь того, что стояла жара и прижиматься друг к другу было знойно.
Мин Цзин сидел на коленях у Цинь Чу и, покачав головой, невольно усмехнулся. Он отложил планшет, протянул руку и нежно провел пальцами по красивому лицу Цинь Чу:
— Ты что удумал, уже всё повторил?
Цинь Чу придвинулся ближе к точеной шейке Мин Цзина, легко коснулся ее поцелуем и сонно пробормотал:
— Всё повторил.
Мин Цзин отвернул голову и тихо рассмеялся:
— Перестань, щекотно.
Цинь Чу издал недовольное мычание и усилил хватку, не позволяя Мин Цзину вырваться: одной рукой он обхватил его за талию, другой придерживал за шею, притягивая ближе и погружаясь в глубокий, жадный поцелуй, яростно сминая его губы. Каждая частичка тела Мин Цзина сводила его с ума; ему казалось, будто он страдает неизлечимой болезнью — ненасытной жаждой, имя которой Мин Цзин, и каждую секунду, в каждой мысли он страстно желал лишь одного: теснейшей близости с этим человеком.
Нацеловавшись до сбивчивого дыхания, Цинь Чу лишь нехотя немного отстранился. Он бережно обхватил ладонями лицо Мин Цзина, не сводя взгляда с его влажных, затуманенных глаз, пока вновь не совладал с собой и, сдержанно и терпеливо оставив на его лице еще несколько поцелуев, хрипло произвел:
— Так и хочется проглотить тебя целиком и съесть.
Мин Цзин с трудом перевел дыхание, изогнул брови и мягко улыбнулся:
— Ну уж нет, так не пойдет.
Он поднял глаза, взглянул на часы и, заметив, что уже поздно, тихо проговорил:
— Время позднее, давай спать. С чего это мне кажется, что ты немного похудел? Неужели учеба дается слишком тяжело?
Мин Цзин бережно провел пальцами по заметно похудевшему лицу Цинь Чу, испытывая легкую жалость.
Цинь Чу поймал руку Мин Цзина, притянул к себе и легонько прикусил за палец:
— Я буду спать с тобой.
— Хорошо.
Цинь Чу приподнял бровь:
— Сегодня больше не отказываешь мне?
Мин Цзин рассмеялся:
— Затаил обиду?
— Хм, даже если бы ты не разрешил мне спать с тобой, я бы всё равно ночью залез к тебе в постель.
— Какой же ты наглый.
Цинь Чу подхватил Мин Цзина на руки и понес к кровати:
— Разве ты не прочувствовал мою наглость еще давным-давно? Хочешь вернуть товар назад, да поздно уже.
Мин Цзин весело рассмеялся:
— И не подумаю возвращать.
Кровать Мин Цзина была односпальной: обычному человеку лежать на ней еще было куда ни шло, но вдвоем с ростом Цинь Чу под метр восемьдесят пять становилось откровенно тесно.
Мин Цзин прильнул к боку Цинь Чу:
— В какой-нибудь выходной давай купим новую кровать, эта совсем маленькая.
Цинь Чу просунул одну руку под шею Мин Цзина, а второй обнял его за талию:
— А мне эта кровать нравится.Мин Цзин смутился: — Ты ведь просто любишь обниматься со мной вот так.
— Раз уж ты раскрыл мои намерения, к чему теперь скрываться? Я буду спать, обнимая тебя вот так всю ночь.
С этими словами он сильнее сжал руки, прижимая Мин Цзина к груди.
В последнее время Цинь Чу был особенно склонен к потере контроля над ци, особенно когда дело касалось Мин Цзина — любое, даже самое легкое прикосновение кожи к коже заставляло его терять над собой власть.
В тот самый миг, когда он прижал Мин Цзина к постели, внизу его живота снова вспыхнуло желание. Оба они были мужчинами, к тому же в расцвете сил, и когда рука Цинь Чу забралась под одежду Мин Цзина и принялась бесстыдно оглаживать его тело, тот тяжело задышал. Он перехватил шаловливую руку Цинь Чу и с укоризной произвел:
— Завтра вставать спозаранку, прекрати баловаться.
Цинь Чу мрачно и пристально уставился на Мин Цзина, его взгляд потемнел. Он опустился ниже и впился губами в кадык Мин Цзина, словно голодный зверь, жадно принявшись его облизывать.
Глухим голосом он произнес:
— Мне тяжело.
С этими словами он откинул покрывало, накрывавшее их снизу, и сквозь тонкую ткань штанов принялся ластиться к Мин Цзину, капризно притираясь к нему.
— Помоги мне, пожалуйста.
Он взял руку Мин Цзина и прижался лицом к его шее, тяжело дыша, осыпая ее легкими поцелуями и продолжая умолять.
Мин Цзин густо покраснел. Полное сил и притягательное тело Цинь Чу слегка опьяняло его, и, подчиняясь движениям чужой руки, он начал ритмичногладить его. В ушах стояло все более тяжелое дыхание мужчины, а от поцелуев Цинь Чу его собственное тело расслаблялось, источая слабую дрожь. Среди легкой дрожи раздался тяжелый выдох Цинь Чу, и его рука скользнула ниже по телу Мин Цзина.Ночь была густой и темной, окутанной затуманенным страстью дурманом...
Долгое время спустя Цинь Чу издал тихий вздох. Он чувствовал себя невероятно блаженно — словно погрузился в теплый источник, источающий мягкое тепло. Лень разлилась по каждой клеточке его тела, заставляя страстно желать одного: прижать к себе Мин Цзина и пасть вместе с ним в эту бездонную пропасть.
Он поцеловал Мин Цзина в веки и, заметив, как тот утомлен, хрипло проговорил:
— Я помогу тебе привести всё в порядок, а ты спи.
— М-м... — к этому моменту Мин Цзин уже валился с ног от усталости и с полным душевным спокойствием принял заботу Цинь Чу, чувствуя, как на душе у него сладко, будто он окунулся в медовый бочонок.
В полусне до его слуха донесся системный звуковой сигнал.
Динь!
[Задание: «Пользователь Мин Цзин [С/У] целевого персонажа Цинь Чу» успешно выполнено (1/1).]
[Уважаемый пользователь Мин Цзин, здравствуйте! Уровень благосклонности целевого персонажа Цинь Чу к вам повысился на 20, текущая близость: 320/1314.]
Мин Цзин нахмурился и сонно бормотал что-то себе под нос.
В последнее время благосклонность Цинь Чу к нему не только росла всё с большей частотой, но и увеличивалась в цифрах, и вот незаметно она уже достигла отметки в 320.
Он ведь лично пообещал, что будет сопровождать его все последующие годы и собственными глазами увидит, как тот превратится в мужчину. Интересно, хватит ли этой близости до того самого моментов...
Из последних сил цепляясь за остатки воли, перед тем как погрузиться в глубокий сон, он услышал собственный голос:
— А-Чу, что, если у меня не окажется достаточно времени, чтобы сопровождать тебя так долго?
— Я не позволю.Полагая, что Мин Цзин бредит, Цинь Чу не принял эти слова всерьез, но не мог отрицать, что после услышанного у него на душе стало как-то неспокойно. Он потрепал Мин Цзина по волосам и повторил:
— Я не разрешаю.
Мин Цзин остался в офисе сверхурочно. Стрелки настенных часов тикали, и теперь в помещении он остался совсем один.
Сидя перед компьютером, он ловко стучал пальцами по клавиатуре, вводя данные. Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем он временно отвлекся от работы и перевел взгляд с экрана.
Уличные фонари уже зажглись, и город, окутанный ночной темнотой, сиял яркими огнями. Мин Цзин встал, подошел к панорамному окну, уперся в него обеими руками и, наклонившись, посмотрел на открывающийся снаружи вид.
Стоявший на столе телефон внезапно зазвонил. Подойдя ближе, он увидел, что это вновь настойчивые, бесконечные звонки от Цинь Чу.
Помотав головой и невольно усмехнувшись, он поднес телефон к уху и ответил. Недовольный голос того человека сквозь трубку тяжело донесся до него:
— Я внизу у твоего офиса.
Мин Цзин:
— ...Если я не ошибаюсь, сейчас у тебя должно быть время вечерней самоподготовки.
Цинь Чу небрежно бросил:
— Какая разница, где читать книги? Я захватил учебники с собой, составлю тебе компанию.
Мин Цзин ничего не мог поделать с Цинь Чу, поэтому ему пришлось спуститься вниз, чтобы встретить его.
Цинь Чу принес с собой два пакета с едой. Открыв их, они обнаружили внутри жареные пирожки, яичные тарты, сосиски, лепешки с зеленым луком и молочный чай. Мин Цзин еще не ужинал, и теперь, уловив запах еды, его желудок тут же громко заурчал.Цинь Чу обошел Мин Цзина и стал по одному выкладывать на стол принесенное угощение. Тем временем Мин Цзин то и дело протягивал руку, брал золотисто-желтые яичные тарты и отправлял их в рот. Вид человека, уплетающего еду с таким довольным выражением лица, заставил Цинь Чу невольно улыбнуться.
Между бровей пролегла легкая тень улыбки. Цинь Чу усадил Мин Цзина на место и протянул ему палочки для еды.
Мин Цзин, разумеется, не стал церемониться. Взяв палочки, он одну за другой принялся уплетать жареные пирожки. Цинь Чу поднес к его губам стакан с чаем с молоком, и Мин Цзин сделал несколько гдотков прямо так. Не прошло и минуты, как в желудке появилось ощущение сытости процентов на шестьдесят-семьдесят.
Мин Цзин остановился и протянул руку, чтобы помассировать живот. В этот момент Цинь Чу тоже протянул руку, накрыл ладонь Мин Цзина своей и стал ее легко массировать.
Спустя какое-то время Мин Цзин вспомнил, что Цинь Чу ничего не ел, подвинул оставшуюся еду в его сторону, между делом подцепил палочками кусочек яичного тарта и поднес к нему: — Почему ты не ешь? Смотреть, как ем я, — не дело.
Цинь Чу отвел предложенный тарт в сторону, большим пальцем стер с губ Мин Цзина капли чая с молоком, поднес палец к собственным губам и слизал их.
Мин Цзин: «……» Он обвел языком вокруг рта и спроил: — Ч-что это ты делаешь?
— Я хочу съесть тебя, — прошептал Цинь Чу, опустив взгляд.
Он подался вперед, ближе к Мин Цзину, приподнял его подбородок и, не сводя глаз с тех манящих губ, медленно и неотвратимо поцеловал его.
Динь!
[Уважаемый пользователь Мин Цзин, здравствуйте! Уровень благосклонности целевого персонажа Цинь Чу к вам повысился на 20, текущая благосклонность: (340/1314)]Мин Цзин оттолкнул потерявшего над собой контроль Цинь Чу и с смущенным видом произвел:
— Давай-ка... приберемся и пойдем домой.
На его губах осталась влага от поцелуев. Взгляд Цинь Чу потемнел, он притянул его обратно в объятия и слизал капли.
— Разве ты не будешь работать? Я останусь здесь с тобой.
Мин Цзин, прерывисто дыша, отвернулся:
— Ничего страшного, придем завтра и все доделаем, не поздно.
Цинь Чу хрипло рассмеялся и, прижавшись к самому уху Мин Цзина, прошептал:
— В офисе было здорово, довольно возбуждающе.
Мин Цзин: «……» — пару раз слабо ударил его кулаком в грудь. Успокоившись, он с усилием поднялся на ноги и серьезно сказал:
— Хватит баловаться, пошли домой.
Выйдя из офисного здания, они поняли, что на улице недавно прошел дождь. Дождь смыл с земли пыль, и в воздухе поднялся свежий запах влажной почвы. Стоя у входа в компанию, Мин Цзин посмотрел на ночное небо над головой и вздохнул:
— Надо же, оказывается, шел дождь, а мы и не заметили.
Цинь Чу подошел и взял его за руку:
— Ничего страшного, я взял зонт.
— Э?
Цинь Чу слегка откашлялся:
— Перед выходом из университета однокурсник напомнил.
Мин Цзин кивнул:
— Зонт твоего однокурсника?
— М-м… одолжил. — Он постеснялся признаться, что силой отобрал его у приятеля.
В лужах на неровной дороге собралось немало дождевой воды. На Мин Цзине сегодня были белые повседневные брюки и белые кожаные туфли, и он как раз пытался найти способ обойти преграду, когда Цинь Чу подошел к нему, слегка присел и бросил через плечо:
— Запрыгивай, я тебя понесу.
— Э? Не нужно так…
Цинь Чу нетерпеливо глянул на него:
— Залезай, не хочу повторять в третий раз.
Эх, раз уж хочет нести — пусть несет.
Мин Цзин мысленно скривил губы, но стоило ему лечь на спину Цинь Чу, как тот крепко обхватил его за бедра, и в тот же миг он надежно устроился на широкой спине парня.
Мин Цзин легонько постучал Цинь Чу по голове и поддразнил:
— Какой же ты властный.
Цинь Чу бесстыдно ответил:
— Разве не такой тебе и нравится?
Мин Цзин невольно усмехнулся, крепче обнял Цинь Чу за шею, а губы его сами собой растянулись в широкой улыбке.
Дзинь—
Уважаемый пользователь Мин Цзин, уровень благосклонности целевого лица Мин Цзин к вам повысился на 20, текущая степень близости (360/1314).
Системное уведомление заставило Мин Цзина слегка вздрогнуть, и руки, обнимавшие шею Цинь Чу, сжались с новой силой.
Летний ночной ветерок приятно обдувал тело, но сам он ощутил холод, пробирающий до мозга костей.
Что же делать…
Прошло всего каких-то сутки, а степень близости подскочила так быстро. Не случится ли так, что в один прекрасный день она взлетит лавинообразно и вмиг заполнится до отказа?
На сердце у Мин Цзина тяжело сжалось, ведь он понял, что сейчас совсем не хочет расставаться с Цинь Чу. Ему не хотелось делать тому больно, к тому же он уже пообещал всегда быть рядом — это было обещание, которое он дал собственными устами…
http://bllate.org/book/25418/3030126
Готово:
