Глава 15. Гости на вилле (часть 1)
После выполнения задания в уезде Цинъян команда Чэнь Сюна некоторое время пребывала в подавленном состоянии. Вернувшись в усадьбу, они усилили интенсивность тренировок, да и задания стали брать гораздо чаще.
Все эти ребята были подобраны во время миссий — в большинстве своём это были сироты, у которых не осталось ни отца, ни матери. Сяо Мин поручил их обучение Хуцзы.
Чэнь Сюн подобрал двух мальчиков: старшего назвал Шитоу, а младшего — Сяо Янем. Вслед за Хуа Юнем Янь Юньжоу подобрала ещё мальчика и девочку: девочку назвала Хуа Тянь, а мальчика — Хуа Шу. На самом деле Хуа Шу нашёл Чжоу Лин, но Янь Юньжоу посчитала, что он никудышный воспитатель, и попросту отобрала ребёнка. Чжан Пинь подобрал мальчика и девочку: мальчика назвал Ши У, так как нашёл его в пятнадцатый день месяца, а девочку — Сяо Юй, потому что в день, когда он её нашёл, шёл дождь.
Год назад Лю Бинчэн исполнил свою мечту и женился на матушке Ху. Сяо Мин устроил им свадьбу в Обители Слушающих Бамбук, а спустя полгода после бракосочетания матушка Ху забеременела.
Днём Чэнь Сюн и остальные действительно вернулись.
— Глава, в этот раз тот старик снова нас подставил! Пункт доставки находился в непосредственной близости от владений Культа Юймин. Хорошо, что старший брат и брат Лю проявили осторожность, иначе нам было бы не избежать конфликта с ними, — выпалил Чжоу Лин, как только они встретились.
— Обошлось без драк? — Сяо Мин выпустил облачко дыма. То, что в задании были расставлены ловушки, было ожидаемо.
— Нет. Самое странное, что они вели себя очень тихо, — ответил Чэнь Сюн. Это было неожиданно, ведь в мире совершенствующихся ходили слухи, что все адепты Культа Юймин — кровожадные безумцы.
— Усадьба Фэнъюй с ними не в ладах, мы несколько раз видели, как люди из той усадьбы скрещивали мечи с их последователями, — задумчиво произнёс Лю Бинчэн. — Говорят, что смерть прежнего главы связана с Культом Юймин.
— Глава, мы в провинции Буечжоу видели группу людей в чёрных балахонах, очень странных, — внезапно подала голос Янь Юньжоу.
— В чёрных балахонах? — Сяо Мин приподнял бровь. — И в чём их странность?
— Да-да, я ещё рассказывал об этом старшему брату и остальным. Группа была крайне высокомерной, смотрели на всех свысока. Мы встречали таких же раньше на горе Хуайюнь, как раз в тот день, когда познакомились с главой, — Чжоу Лин вспомнил тот неудачный опыт, когда он пытался спросить дорогу. Поскольку в тот день они повстречали Чжун Фэйчуаня, воспоминание врезалось в память особенно ярко.
— Они были закутаны с головы до ног, лиц не видно, но движения у них были скованные, выглядело это очень неестественно, — добавил Лю Бинчэн. — Второй глава даже сказал, что они похожи на деревянных кукол.
— Деревянных? — Сяо Мин слушал всё с большим недоумением.
— Ещё, ещё! В постоялом дворе мы слышали, что в провинции Буечжоу и уезде Гучжу в этом году пропало много людей, — Чжоу Лин похлопал себя по лбу, отчаянно пытаясь вспомнить детали, и добавил жестами: — И это не дети, говорят, в основном исчезают молодые крепкие мужчины, много среди них и людей из мира боевых искусств.
Сяо Мин выпустил дым. В голове промелькнула мысль, но она была настолько мимолётной, что ухватить её не удалось. Он небрежно схватил маленькое существо, ползающее по письменному столу. — С Цзаонигао всё в порядке?
— Эта толстая тварь кроме еды и сна ничем не занимается, такая лентяйка, — Чжоу Лин с презрением посмотрел на маленького бельчонка, барахтающегося в руках Сяо Мина.
В этом году способность Сяо Мина поднялась до 5-го уровня, и расход энергетических пилюль увеличился. Сяо Мин заставлял Чэнь Сюна и остальных брать Цзаонигао с собой на задания в надежде, что она обнаружит новые мутировавшие фрукты.
На следующее утро управляющий Линь пришёл в Обитель Слушающих Бамбук и сообщил, что глава Цинь из Виллы Гуйи и старшая госпожа Цинь прибыли с визитом.
Как только Сяо Мин переступил порог Зала Чжуцюэ, оживлённая атмосфера слегка застыла. Заметив их настороженные взгляды, Сяо Мин пришёл в отличное настроение, с улыбкой сложил руки в приветственном жесте и обратился к Чжун Фэйчуаню:
— Приветствую главу.
Чжун Фэйчуань улыбнулся и пригласил его:
— Мин-гэ пришёл? Иди скорее, поздоровайся с Лю Юнем.
Сяо Мин проследил за его взглядом и увидел красивого мужчину с ясными глазами и мягкими чертами лица. С первого взгляда он вызывал расположение — это и был Цинь Лююнь, Нефритовый принц Виллы Гуйи.
Цинь Лююнь замер, а затем слегка улыбнулся, отчего его лицо стало ещё мягче, как весенний ветерок, ласкающий ивы:
— Много слышал о великом имени заместителя главы Сяо. Сегодня, увидев вас, я наконец понял, что значит выражение: одно лишь присутствие заставляет забыть о земной суете.
— Что вы, что вы, глава Цинь тоже вызывает глубокую симпатию, — если он не ошибся, зрачки Цинь Лююня только что расширились. Неужели они уже встречались раньше? Сяо Мин перерыл свои воспоминания, но не нашёл ничего похожего. Неужели Цинь Лююнь знал его до потери памяти?
— Кхм-кхм.
Сбоку послышался кашель. Сяо Мин затянулся и обернулся:
— Каждый раз вижу старейшину Гао в таком болезненном состоянии. В вашем возрасте по ночам нужно соблюдать умеренность.
— Прекрати нести вздор! — старейшина Гао, покраснев от гнева, взмахнул рукавами. — Стыда у тебя нет, при свете дня говоришь такие непристойные вещи!
— Ой, я что-то не то сказал? — Сяо Мин жеманно прикрыл рот рукой, хотя смех в его глазах скрыть было невозможно. — Разве старейшина Гао не из-за того, что каждый вечер занят делами усадьбы, довёл себя до такого изнеможения?
Закончив, он многозначительно оглядел старейшину Гао и нанёс контрольный удар:
— Оказывается, я неправильно понял. Ну ничего, ничего, похоже, что пороховницы старейшины Гао ещё…
— Бах! — Гао Мохуа с грохотом опустил чайную чашку. — Заместитель главы, вы собираетесь вести себя вызывающе даже в присутствии гостей?
Сяо Мин надул губы и тихо пробормотал:
— Мелочный. Позавчера вы ещё наедине хвалили меня за то, какой я распутный и бесстыдный.
— Кхм, — Чжун Фэйчуань кашлянул, возвращая беседу в нужное русло. — Лю Юнь, ты прибыл с визитом, у тебя есть дело, которое нужно обсудить?
Неужели это тот самый человек, которого он знал? Цинь Лююнь с улыбкой смотрел на Сяо Мина. Он достал из-за пазухи письмо и передал его Чжун Фэйчуаню:
— Несколько дней назад Вилла Гуйи получила приглашение от Павильона Линлун. Нас особо пригласили посетить аукцион, который состоится через десять дней.
— Хм, три дня назад Усадьба Тысячи Листьев также получила приглашение, — Чжун Фэйчуань вскрыл конверт и бегло просмотрел текст. — Аукционы Павильона Линлун всегда были открытыми, почему в этот раз они прислали приглашения?
— Я слышал, что лоты на этом аукционе необычайны, поэтому до самого начала их держат в строгом секрете, — Цинь Лююнь нежно повернул голову, взглянул на девушку в синем платье рядом с ним и подшутил: — Вэйвэй целыми днями только и говорила о брате Чуане, вот мы и решили напроситься в гости на несколько дней.
— Что вы, не стоит такой официальности, — Чжун Фэйчуань бросил взгляд на Цин Вэйвэй, слегка покраснел и тихонько кашлянул. — Шесть Великих Вилл должны помогать друг другу.
От слов Чжун Фэйчуаня, которыми он пытался прикрыть свои чувства, Цин Вэйвэй застенчиво опустила голову. Мягкий, застенчивый юноша и стыдливая, нежная девушка — они смотрели друг на друга и выглядели как идеальная пара.
Чжун Фэйчуань влюбился в Цин Вэйвэй ещё в четырнадцать лет. Юношеские чувства всегда подобны поэзии, и эти волнения не могли укрыться от прежнего хозяина тела, который всегда следил за ним. Сяо Мин благодаря этому однажды украдкой видел Цин Вэйвэй. Двенадцатилетняя Цин Вэйвэй сильно отличалась от нынешней. Если тогда она была озорной, смышлёной и милой, то теперь стала благородной, нежной и элегантной, очень похожей по темпераменту на Цинь Лююня.
Подумав об этом, Сяо Мин перевёл взгляд на Цинь Лююня. Тот как раз украдкой наблюдал за ним, и в его глазах светилась радость долгожданной встречи.
«Ху», — Сяо Мин выдохнул дым и слегка изогнул губы. Наконец-то всё начинается?
В последующие дни прибывали люди из других усадеб. На некоторое время Цюшуйцзюй, где размещали гостей, стала весьма оживлённым местом.
Обитель Слушающих Бамбук находилась вплотную к Цюшуйцзюй, поэтому Сяо Мин специально приказал своим людям соблюдать осторожность.
Сяо Мин нервничал не зря: в последние три года противоречия между ним и Советом старейшин становились всё острее.
Первый старейшина, Гао Мохуа, был высокомерным и заносчивым, именно он управлял всеми делами и заданиями усадьбы. Из-за неприязни к Сяо Мину он особенно любил давать Чэнь Сюну и его команде смертельно опасные поручения. Но ребята, пройдя через огонь и воду, постепенно научились справляться сами, так что, если подумать, за это стоило сказать спасибо старому хрычу.
Второй старейшина, Чжоу Чанцю, был глазами усадьбы — каждое мелкое дело проходило перед его взором. Тренировочная площадка, которую Сяо Мин обустроил раньше, была полностью скопирована и использована в Зале Чанчунь. Зал Чанчунь был базой для тренировок учеников усадьбы. Чжоу Чанцю был изворотлив и осторожен, настоящая старая лиса, и на людях никогда не враждовал с Сяо Мином.
Третий старейшина, У Янь, создавал впечатление импульсивного и вспыльчивого человека. Он управлял Залом Лючунь, который отвечал за медицину и кадровые вопросы. Когда Сяо Мин приютил Чэнь Сюна и остальных, между ними возникли разногласия, и У Янь часто высказывал своё недовольство.
В эти два дня Сяо Мин решил обновить тренировочную площадку в роще: раздобыл колокольчики и велел ребятам развесить их там, где обычно ловили воробьёв.
На четвёртый день, как и ожидалось, случилась беда.
Сяо Мин как раз тренировал Хэ Цзычжэ, когда к ним, спотыкаясь, подбежал Ши У и в тревоге закричал:
— Глава Сяо! Старшего брата Чжан Пиня схватили люди из Зала Чанчунь!
Когда Сяо Мин и его люди прибыли в Зал Чанчунь, двор был полон народу. Чжан Пинь стоял на коленях в центре двора, связанный по рукам и ногам. Сяо Мин окинул его взглядом — невредим, ни единой царапины, отлично.
Чжоу Чанцю с улыбкой попивал чай, сидя неподалёку:
— Заместитель главы, по таким пустякам можно было просто прислать кого-нибудь передать слова, зачем же утруждать вас личным приходом?
— Погода сухая, я боялся, что из-за вашей неудовлетворённости вы по глупости расправитесь с человеком, — Сяо Мин поправил халат и сел.
— Что вы такое говорите, заместитель главы? Звучит так, будто я намеренно пытаюсь создать вам проблемы. Я лишь забочусь о безопасности усадьбы. В последнее время у нас много гостей, боюсь, как бы кто-то не знающий правил не оскорбил их. Разве этот парнишка сегодня не вломился в кабинет Зала Чанчунь без причины? Пока всё не выяснится, я не могу просто так его отпустить. Видите, я ведь ничего плохого с ним не сделал, — Чжоу Чанцю улыбался, как Будда.
— Говорите, чего вы хотите, чтобы отпустить человека? — Сяо Мин закурил, не желая тратить время на пустые разговоры.
— Заместитель главы прямолинеен. Разве вы не знаете, чего я хочу? — Чжоу Чанцю небрежно поставил чашку на столик рядом.
Сяо Мин, услышав это, вдруг обрадовался, рассмеялся и подался вперёд к Чжоу Чанцю:
— Вы правда этого хотите? Прямо здесь, на глазах у всех?
У Чжоу Чанцю возникло дурное предчувствие — почему эти слова звучат так двусмысленно? Учитывая внешность Сяо Мина, это невольно наводило на непристойные мысли. И действительно, прежде чем он успел что-либо сказать, губы Сяо Мина накрыли его собственные.
Поцеловав его, Сяо Мин с улыбкой коснулся его носа:
— Ну что ты, хочешь — так и скажи! Если молчать, как я могу узнать, чего ты хочешь?
У многих присутствующих челюсти отвисли до земли, в воздухе раздались звуки судорожных вздохов. Увернуться было невозможно! Чжоу Чанцю почувствовал, как кружится голова: он знал, что Сяо Мин бесстыдник, но не ожидал, что до такой степени.
Не обращая внимания на остолбеневшего Чжоу Чанцю, Сяо Мин подхватил Чжан Пиня и развернулся, чтобы уйти.
Ученики, удерживавшие Чжан Пиня, украдкой взглянули на позеленевшего Чжоу Чанцю и не решились преградить путь. Оказывается, старейшина Чжоу влюблён в заместителя главы? О боги, похоже, я узнал нечто невероятное!
— Чего стоите? Разойтись! — рявкнул Чжоу Чанцю с почерневшим лицом, захлопнул дверь и скрылся в доме, отгородившись от любопытных взглядов. Тут же он выплюнул изо рта пилюлю. Ради такой мелочи пришлось пожертвовать своей репутацией, которую он выстраивал полжизни.
Он понюхал пилюлю — только запах трав; лизнул — обычный дацинъе. Чжоу Чанцю снова засунул её в рот и проглотил. Внутри тела начала пульсировать энергия — вещь действительно стоящая. Если бы удалось достать рецепт, сила Усадьбы Тысячи Листьев несомненно возросла бы.
Вспомнив о том самом поцелуе, Чжоу Чанцю помассировал пульсирующие виски. Пилюля была съедена, так что теперь доказательств против него не было. Ну и ладно, лучше подумать о том, как теперь отчитываться перед теми двумя стариками.
http://bllate.org/book/25417/3030062
Готово:
