Хотя Си Ци провёл с Цзян Юйчэном всего около недели, у него не осталось особого впечатления о том, что тот за человек.
Но судя по всему, этот Цзян Юйчэн казался ещё более надменным, чем он сам.
Цзян Чэньхэ представил их Юань Цзяо и Си Ци: Это мой старший сын, Цзян Юйчэн. — А затем добавил, обращаясь к Цзян Юйчэну: Это тетя Юань и её сын Си Ци.
Цзян Юйчэн сидел по правую руку от Си Ци. Он равнодушно бросил взгляд на Юань Цзяо и Си Ци и кивнул в знак приветствия.
Холодный и высокомерный.
Вообще-то у Цзян Юйчэна были все основания для такого высокомерия.
Хотя Си Ци общался с ним недолго, в прошлой жизни после смерти Цзян Юйчэна Цзян Чэньхэ в один миг постарел и сильно сдал. Словно поминая усопшего, он часто рассказывал о том, каким выдающимся был Цзян Юйчэн.
Для Цзян Чэньхэ Цзян Юйчэн был предметом величайшей гордости. С самого детства, в учёбе ли или в способностях, среди сверстников здесь, в Хайбине, ему не было равных.
Смерть Цзян Юйчэна стала для него тяжёлым ударом.
Однако...
Си Ци взглянул на Цзян Минчэна, который сидел рядом с Цзян Юйчэном и играл в телефон. Тот даже не поднял век, когда вошёл старший брат.
Эти двое братьев казались не слишком близкими.
Юйчэн просто такой по характеру. Прожил столько за границей, ещё не привык к возвращению на родину, не обращайте внимания, — пояснил Цзян Чэньхэ.
Юань Цзяо бросила на Цзян Юйчэна взгляд: За границей?
Цзян Юйчэн кивнул и коротко ответил: Америка.
У меня тоже есть сын в Америке. Думаю, Америка такая большая, вы вряд ли знакомы.
Цзян Чэньхэ удивился: У тебя... есть ещё один сын?
Си Ци — мой младший сын, а ещё у меня есть старший, которого я с детства отправила в Америку... — Юань Цзяо, казалось, не горела желанием об этом говорить, её тон был безразличен. — Впрочем, неважно.
Цзян Чэньхэ нахмурился, но тут же расслабился: Ладно, неважно, давайте ужинать.
Атмосфера за столом царила не из приятных. После полученного ранее предупреждения от Си Ци Цзян Минчэн больше не смел болтать лишнего. И хотя Цзян Чэньхэ время от времени пытался разрядить обстановку, Юань Цзяо тоже отличалась холодным нравом и отвечала неохотно.
Натолкнувшись на стену непонимания со стороны Юань Цзяо, а также не получая поддержки от обоих сыновей, Цзян Чэньхэ был вынужден безостановочно искать темы для разговора с Си Ци.
Бедный Си Ци! Ему приходилось изображать послушного пай-мальчика и нельзя было выходить из роли. Отвечать на каждый вопрос не помогало даже разрядить атмосферу.
Но Си Ци считал, что атмосфера была столь неловкой процентов на восемьдесят из-за присутствия Цзян Юйчэна — этой не улыбающейся ни единому мускулом огромной ледяной глыбы.
Пока Си Ци набирал еду палочками, он украдкой бросил на него взгляд.
Хотя Цзян Юйчэн много лет прожил за границей, он отлично справлялся с отечественными бытовыми привычками. Пальцы на руке, державшей палочки, были отчетливо костлявыми, ел он уверенно, а в каждом его движении сквозило давнишнее... джентльменское воспитание?
Си Ци размышлял о том, что Цзян Юйчэна, судя по всему, позвали обратно для того, чтобы он начал осваиваться в компании и перенял семейное дело.
Семья Цзян владела огромным состоянием, но в прошлой жизни Си Ци даже не пытался вникать в это и тем более не собирался участвовать в интригах за наследство. Он лишь изредка слышал о различных сферах бизнеса Семьи Цзян.
Интересно, зарегистрировали ли Юань Цзяо и Цзян Чэньхэ брак, и где теперь его собственная прописка?
Стоило Си Ци задуматься, как последний зажатый им батат в сахарном сиропе со свистом сорвался с места.
Кусочек батата несколько раз забавно перевернулся по столу и покатился прямо к Цзян Юйчэну.
Он инстинктивно перевёл взгляд в сторону Цзян Юйчэна, и их глаза встретились — он прямо-таки утонул в глубоких глазах Цзян Юйчэна.
Любишь сладкое?
Сердце Си Ци ёкнуло. Рука, сжимавшая палочки, онемела. Сохраняя образ послушного юноши, он натянуто улыбнулся, изобразив лёгкую застенчивость и робость.
Угу.
Цзян Юйчэн подозвал официанта: Повторите порцию батата в сахарном сиропе.
Си Ци смутился и удивился: Спасибо.
Не за что.
Цзян Юйчэн всегда отличался холодностью и отстраненностью с людьми. Такая сухость за столом сегодня и впрямь выглядела не совсем вежливо, но то, что он проявил инициативу и заговорил с Си Ци, оказалось совершенно неожиданным для Цзян Чэньхэ.
Цзян Минчэн потыкал палочками в батат у себя в мише и цокнул языком: Боюсь, после этого в доме для меня не останется места.
Цзян Чэньхэ прикрикнул на него: Что за чушь ты несешь! Ешь давай!
Си Ци чувствовал себя как на иголках — изображать паиньку оказалось настоящим испытанием на выносливость.
Я отойду в уборную.
Юань Цзяо бросила на него взгляд.
По правде говоря, на протяжении всего этого ужина Юань Цзяо не сводила с Си Ци глаз.
Характер Си Ци Юань Цзяо знала как свои пять пальцев — он всегда был избалованным, строптивым и бунтующим.
Раньше на подобных семейных обедах он и двух кусков съесть не успевал, как убегал, а сегодня вдруг смог спокойно просидеть от начала до конца да еще вести себя так послушно.
Это стало для неё огромным сюрпризом.
Юань Цзяо перевела взгляд на Цзян Юйчэна: из-за него ли?
Цзян Юйчэн вытер руки салфеткой и небрежно бросил её на стол: Тетя Юань так смотрит на меня — у меня что-то на лице?
Юань Цзяо равнодушно отвела взгляд: Нет.
Цзян Юйчэн поднялся: Я отойду в уборную, прошу меня извинить.
Брови Юань Цзяо сошлись на переносице ещё сильнее.
В коридоре, ведущем к туалету отеля, Си Ци замедлил шаг и задышал полной грудью на свежем воздухе.
После недавнего короткого разговора с Цзян Юйчэном он почувствовал, что впечатление последнего о нём должно быть вполне неплохим — тот вёл себя весьма дружелюбно.
Хотя было непонятно, откуда взялось это внезапное дружелюбие со стороны Цзян Юйчэна, плохого в этом ничего не было.
Си Ци размышлял о том, что он совершенно одинок и ему нужно найти союзника.
А этот Цзян Юйчэн неплох. Может, через неделю спасти его?
Но если спасти Цзян Юйчэна, то он станет единственной неизвестной переменной, не создаст ли это какую-нибудь угрозу?
Си Ци немного встревожился.
Дверь в одну из частных комнат была приоткрыта, изнутри доносился громкий смех. Проходя мимо входа, Си Ци услышал обрывки фраз, которые прервали его размышления. Он замер на месте и невольно остановился.
Так значит, господин Цзян твердо намерен жениться на этой женщине, Юань Цзяо?
Си Ци заглянул внутрь через полуоткрытую щель.
В кабинете сидело с полдюжины золотой молодежи, компания выпивала, погруженная в угар развлечений.
Голос говорившего показался Си Ци знакомым.
Все эти люди были дружками Сун Сяо, избалованными мажорами из Хайбиня.
Сплошь любители покутить, требующие во всем только самого лучшего: гоночные клубы, ночные клубы, пьянки и бары. В одну компанию сбивались только те, кто чего-то стоил.
Конечно намерен, слышал, мать с сыном уже перевезли в Семью Цзян. Сун Сяо, поздравляю, ты окончательно отделался от этой парочки и теперь можешь спать спокойно. — В тоне звучало не столько злорадство, сколько дружеская подначка.
Ладно тебе, прекращай подкалывать его. Лучше помолись за себя, как бы через год-другой та бабенка не положила глаз на твоего отца.
Компания разразилась хохотом, кто-то даже начал яростно хлопать по столу.
Чего вы смеетесь? По мне так это у нее хватка: сначала вышла замуж за господина Хо, потом за господина Суна, а теперь заставила господина Цзяна без оглядки привести её в Семью Цзян. Из четырёх влиятельных семей нашего Хайбиня три оказались охвачены! Интересно, сколько на этот раз эта парочка продержится в Семье Цзян?
Ставлю свою Мазерати на то, что год!
Идёт, а я ставлю свою Ламбу на полтора года!
Ублюдки! Вы еще вздумайте ставить на это! Ставлю полгода!
Шумная компания вовсю веселилась без тени приличия.
Как думаете, а этот Си Ци не попытается подкатить к только что вернувшемуся из-за границы Цзян Юйчэну?
Кто знает. Но разве раньше Си Ци не заявился в комнату Сун Сяо в одной его рубашке... Тц-тц, а под ней ведь ничего не было. Цзян Юйчэну от него не уйти.
Вот это горячо! Конец, этому Цзян Юйчэну конец.
Вновь поднялся гомон и смех.
Сун Сяо, уговори отца, раз та женщина вышла замуж за Цзян Чэньхэ, перестань уже думать о ней. О чем только думает дядя? Кругом столько женщин, а он зациклен на Юань Цзяо.
У нее просто есть талант.
Какой еще талант?
А ты как думаешь? — Последовал многозначительный смешок.
Сун Сяо, у твоего отца скоро день рождения, появятся ли там твой бывший названный братец с матушкой?
Младший братец? Я никогда не считал его братом. — Сун Сяо с глухим стуком поставил пустой бокал на стол, а в глубине его глаз мелькнула неясная тень.
Точно, с чего бы этому сопляку равняться на нашего молодого господина Суна?
Сун Сяо говорил непринужденно, но улыбка его таила скрытый смысл: Больше всего мне хочется вдуть ему.
За столом на мгновение воцарилась тишина.
Черт возьми, Сун Сяо, у тебя такие замашки!
Вы ничего не понимаете, — Сун Сяо полулежал в кресле, галстук был небрежно распущен на шее, а три пуговицы рубашки расстегнуты, обнажая крепкую и мускулистую грудь. Он бросил случайный взгляд, а в глубине его глаз читалось лёгкое опьянение. — Этот щенок лучше всего выглядит, когда плачет.
Не ожидал, что у тебя такие вкусы! Так чего же ты раньше, когда он сам вешался тебе на шею, не взял его прямо на месте?
Сун Сяо, признайся, сколько ты уже заглядываешься на этого сопляка?
Сун Сяо щелчком зажег сигарету и, глядя на клубящийся дым, усмехнулся: Сколько ему было, когда они с матерью заявились в нашу Семью Сун? У меня нет таких извращенных вкусов. Тогда он был просто зеленым пацаном, и я действительно воспринимал его как младшего брата. Но этот парень оказался неблагодарным и вечно шёл мне наперекор. А теперь ему восемьдесят? Ой, то есть восемнадцать! Увидев его сегодня...
Улыбка стала многозначительной.
Надо же, молодой господин Сун оказывается способен на нежность и жалость.
Похоже, глаз он на него положил недавно. Только вот этот малец чертовски дикий, с ним трудно совладать.
Так тем интереснее.
Внутри комнаты звучал безудержный смех. Прислонившись спиной к стене в коридоре и слушая всю эту болтовню, Си Ци чувствовал, как ярость подступает прямо к горлу.
У Си Ци задрожали руки, в голове зазвенело и стало абсолютно пусто.
Ублюдки проклятые!
В тот самый момент, когда он уже собирался с ноги распахнуть дверь, боковым зрение он вроде бы заметил... Цзян Юйчэна?
Он бросил взгляд на людей в комнате, и его сознание мгновенно прояснилось, закрутившись с бешеной скоростью.
Силы были неравны, и если бы он ввязался в драку в одиночку, ничего хорошего из этого бы не вышло. Но раз здесь находился Цзян Юйчэн, вряд ли тот стал бы смотреть, как его бьют до смерти... верно?
Цзян Юйчэн приближался, и Си Ци в отчаянии со всей силы ущипнул себя за бок.
Из глаз брызнули слёзы.
Как же больно!
Цзян Юйчэн, на тебя вся надежда, только не дай мне умереть слишком жалко!
Цзян Юйчэн издалека заметил, что Си Ци прижался спиной к стене. Стоило ему подойти ближе, как он увидел, что Си Ци, словно маленький леопард, с размаху распахивает дверь в комнату.
На секунду он замер.
И тут же услышал донесшиеся из комнаты крики, перемежающиеся с рыданиями: Подонки! Сволочи! Я вас всех прибью! Ик!
http://bllate.org/book/25415/3029858
Готово:
