Автомобиль резко затормозил в абсолютно тёмном месте. Линь Тан огляделся по сторонам: кроме пустой дороги, уходящей в ночную мглу, вокруг не было ничего.
— Брат, мы же ещё не доехали? — Линь Тан наконец очнулся от своих мыслей, осматривая пейзаж. Вспомнив все просмотренные ужастики про двоих мужчин в безлюдном месте, он осторожно покосился на Линь Су. — Брат, что случилось?
Это было пугающе.
Тихий, дрожащий голосок заставил сердце Линь Су сладко сжаться, но он сохранил на лице невозмутимую маску.
— Если бы ты проиграл, ты правда позволил бы ему делать с собой всё, что угодно? — спросил Линь Су, глядя прямо перед собой. Свет фар погас, и в наступившей темноте его выражение лица стало невозможно разглядеть.
Линь Тан с опозданием понял, что тот, должно быть, разозлился.
— Нет…
— Тан-Тан, в прошлый раз я успел вовремя, и всё обошлось. В этот раз тебе просто повезло. А что будет в следующий? — В голосе Линь Су звучала такая безнадёжность, что на душе у молодого господина стало тяжело.
Он хотел сказать, что не настолько глуп, что после того, как в прошлый раз едва не попался, он больше не даст Ху Цзе шанса. Но если бы не предупреждение Ло Чэня, он бы точно упустил момент. К тому же Ху Цзе явно подготовился заранее, и если бы не приезд Линь Су, Линь Тан проиграл бы с треском.
— Я… — он хотел сказать многое, но слова застряли в горле.
В густой темноте чья-то сильная рука легла ему на затылок. Прежде чем Линь Тан успел что-то сообразить, он ощутил жар чужого дыхания и мягкое прикосновение губ к своим.
Глаза Линь Тана расширились. Пальцы, сжимавшие его шею, чуть сильнее надавили, и поцелуй стал глубоким, словно у него пытались отнять всё дыхание. Мозг Линь Тана погрузился в полный хаос.
Кто он? Где он? Что он делает?
Когда контакт наконец прервался, в звенящей тишине салона были слышны лишь их тяжёлое дыхание и бешеный стук сердца Линь Тана.
— Тан-Тан, — раздался чуть хриплый голос.
— …М-м, — едва слышно отозвался Линь Тан.
— Я не хочу быть для тебя только старшим братом, — произнёс Линь Су.
В его голосе сквозила непреклонная властность. Не дожидаясь ответа, он убрал руку с затылка Линь Тана, и машина снова пришла в движение.
Фары прорезали тьму, но не рассеяли смятение в душе Линь Тана. За окном мелькали огни, а он украдкой поглядывал на мужчину за рулём. Казалось, нервничал только он один, а Линь Су был невозмутим, будто только что не он совершил этот дерзкий поцелуй и признание.
Как всё до этого дошло? Целоваться со своим братом — это же инцест! Но ведь они не связаны кровными узами… А-а-а, но он только недавно обрёл старшего брата, он не хотел превращать его в любовника! Хотя этот поцелуй… это был его первый поцелуй…
Мысли Линь Тана метались из стороны в сторону, превращаясь в запутанный клубок.
Линь Су, разумеется, видел его состояние. Если бы после такого поцелуя младший остался невозмутимым или влепил ему пощёчину — вот тогда были бы настоящие проблемы.
Механический голос 06 подал сигнал:
— Хозяин, вы что, правда были злы?
Система искренне подозревала, что хозяин намеренно исказил факты и не дал младшему господину сказать правду, лишь бы добиться этого поцелуя, пробивающего барьер между ними.
Линь Су тихо усмехнулся:
— А как ты думаешь?
Это было равносильно подтверждению.
Согласно плану Линь Су, сейчас было самое время разрушить границы. Сделать это, пока младший ещё не начал воспринимать его как настоящего брата, было гораздо лучше, чем когда родственные узы уже окончательно закрепятся — по крайней мере, не возникнет чувства предательства.
Всю дорогу они молчали. Как только машина остановилась у особняка Линь, молодой господин, щёлкнув замком, выскочил из неё и почти бегом скрылся внутри, оставив Линь Су лишь созерцать свою удаляющуюся спину.
06 удивился:
— Хозяин, вы не погонитесь за ним?
— Во всём нужна мера. Если давить слишком сильно, результат будет обратным, — Линь Су, хоть и не имел опыта в любви, видел её столько раз, что научился понимать её суть.
Линь Тан надеялся, что, увидев отца, сможет прийти в себя и спасти свою шкуру, но, войдя в дом, услышал от слуг, что отец уехал в командировку.
— Ладно, я очень устал, пойду спать, — бросил Линь Тан. Он не хотел оставаться даже в гостиной, но, запершись в своей комнате, не мог унять тревогу.
Снизу донёсся звук шагов Линь Су. Даже общаясь со слугами, тот оставался вежливым и обходительным, совершенно не демонстрируя своего превосходства.
А-а-а, не хочу это слышать! Линь Тан накрыл уши подушкой.
Однако, когда в доме воцарилась тишина, ему показалось, что он слышит шаги, проходящие мимо его двери. Чёткий стук начищенных кожаных туфель, длинные ноги в строгих брюках…
Неужели он окончательно свихнулся?!
Линь Тан в отчаянии раскинулся на кровати, не сводя глаз с двери. Может, он сейчас постучит, чтобы прислужиться? Все мужчины — похотливые волки.
Однако до самого утра никто так и не постучал.
В полной тишине молодой господин Линь лежал с открытыми глазами, не в силах уснуть, и продержался в таком состоянии до самого рассвета.
Как только в доме послышалось движение, он в панике вскочил. Не успев ни переодеться, ни умыться, он набил чемодан кучей одежды и решительно направился к выходу.
— Молодой господин, вы куда так рано с чемоданом? — спросила тётушка Чжан, готовившая завтрак. — Завтрак почти готов.
— По правилам университета я должен жить в общежитии, — ответил Линь Тан, останавливаясь. Но едва он это произнёс, как услышал наверху звук открывающейся двери. Испуганным зайцем он подхватил чемодан и бросился вон: — Я пошёл, пока!
Когда Линь Су вышел, он даже не успел заметить след от колёс его чемодана.
В механическом голосе 06 проскользнуло злорадство:
— В этот раз он не просто прячется, а сбежал.
— В общежитии он долго не продержится, — Линь Су был совершенно спокоен. Он завтракал как обычно, и во всём его облике сквозила лёгкая непринуждённость.
— Почему? — спросил 06.
Согласно данным, у людей, влюблённых по уши, падает IQ, они становятся тревожными и мнительными. Тот, кто сохраняет хладнокровие, либо не любит по-настоящему, либо просто подлец.
— К тем условиям он не привык, — Линь Су встал и отнёс посуду на кухню.
Молодой господин вырос в неге. Даже если в этом престижном университете в комнате жили по двое, этого было достаточно, чтобы Линь Тан, привыкший к мягким матрасам, почувствовал себя крайне некомфортно.
Всё вышло именно так, как предсказал Линь Су. Увидев свою койку в общежитии, Линь Тан чуть не задохнулся. Его сокурсники не только использовали его кровать как стол, но и оставили на ней весьма неприглядные следы.
Если бы молодой господин Линь смог там жить, это было бы чудом. Он поспешно выкатил чемодан из университета и направился прямиком в пятизвёздочный отель. Как только он зарегистрировался, сообщение об этом получили не только Линь Су, но и отец Линь.
— Почему это ты переехал в отель? — голос отца звучал прямо и сухо.
Раньше Линь Тан уже восемьсот раз пожаловался бы на Линь Су и выставил бы того за дверь, но сейчас слова застряли в горле:
— Ничего особенного, просто хочу получить новый жизненный опыт.
Лучшего оправдания придумать он не смог.
Конечно, у него были другие виллы, где он мог бы остановиться, но с какой стати? Тот парень живёт в его доме, а он должен бегать по чужим? Отель — это другое дело.
— Жизненный опыт в президентском люксе за двадцать тысяч в сутки? — отец едва не рассмеялся от злости. — Даю тебе три дня, чтобы вернуться. Будешь продолжать баловаться — заморожу все твои карты.
— Ты только и умеешь, что угрожать мне! — закричал в сердцах молодой господин, но в ответ услышал лишь гудки.
Быть нахлебником — это так жалко. В один миг тебя лишают всех финансовых потоков. Тирания, диктатура, народ требует восстания… но он не посмел.
По крайней мере, три дня у него было. Линь Тан решил потратить их на раздумья, где жить дальше.
Ло Чэнь отпадал — тот стал преданным псом Линь Су, и стоило Линь Тану появиться, как он тут же всё доложил бы. А Линь Тан хотел скрыться… Хотя, почему он вообще хочет скрыться?! Чёрт возьми!
И всё же сейчас он не хотел, чтобы Линь Су его нашёл.
Линь Су, получив сообщение об отеле, ответил лишь одной фразой: «Просто следите, чтобы он не натворил глупостей».
Если начать игру в догонялки, они только дальше разойдутся.
Линь Тан жил в страхе и постоянных раздумьях, но, к его удивлению, прошло три дня, а его никто не искал. Это вывело его из равновесия. Разве он не говорил, что не хочет быть только братом? Значит, ему всё равно? Даже за три дня не нашёл — явно не заботится.
— Так ты, в конце концов, хочешь, чтобы старший господин Линь нашёл тебя или нет? — Ло Чэнь, которого позвали на встречу, был в полном недоумении. Слушать жалобы молодого господина было всё равно что обсуждать сплетни с подружкой — это казалось чем-то нереальным.
— Конечно, не хочу! Если посмеешь сказать ему, я с тобой больше не дружу, — пригрозил Линь Тан.
Ло Чэнь поклялся:
— Я точно не скажу. А если скажу…
— Не надо клясться, такие страшные клятвы — это плохо, — Линь Тан отвернулся.
Ло Чэнь всё понял. Хотя он был шокирован тем, как кардинально изменились отношения между братьями, но раз уж они не кровные родственники, а его кумир держится молодцом, чего ему-то бояться?
Уйдя от Линь Тана, Ло Чэнь тут же доложил обстановку. Линь Су поблагодарил его, добавив, что сам не выдаст своего местоположения, проявив поразительную верность братскому долгу.
Ло Чэнь был тронут до слёз, считая, что их братская дружба просто невероятна, и ради неё он должен ограждать Линь Тана от всяких сомнительных компаний.
Когда Ло Чэнь ушёл, Линь Тан ждал-ждал, но никто не пришёл. Он не собирался принимать чувства Линь Су, просто считал, что нужно всё прояснить. Он ведь любит брата Хуна, да и с какой стати ему уходить из дома? Если кто и должен уйти, так это тот парень.
С этой мыслью Линь Тан дождался вечера, и, когда терпение иссякло, он подхватил чемодан и спустился вниз. У машины он увидел мужчину, курящего сигарету.
Строгий, идеально сидящий костюм, сигарета между пальцами, скрывающая его лицо в дымке… В отличие от мальчишек, притворяющихся взрослыми, Линь Су выглядел настоящим мужчиной — твёрдым и надёжным.
Заметив взгляд Линь Тана, он затушил сигарету и выбросил её в урну. Поняв, что его обнаружили, Линь Тан стиснул зубы и подошёл:
— Ты чего пришёл?
Эта сцена напомнила ему ту, что была у офиса группы компаний Шэнши, только вот настрой был совсем другим.
— Приехал забрать тебя домой, — Линь Су поднял руку, словно хотел погладить его по волосам, но на полпути опустил её.
Он не стал говорить о том, что было раньше, просто помог убрать чемодан в багажник и открыл переднюю дверь.
Линь Тан стоял рядом, чувствуя, что всё как-то неправильно. Он столько времени мучился, а тот, кто признался в любви, ведёт себя как ни в чём не бывало. Он ухватился за дверь, не садясь в салон, и, опустив голову, пробормотал:
— Насчёт того случая… я должен дать тебе ответ.
Линь Су наклонился:
— Садись в машину, там и поговорим.
— Мы поговорим прямо здесь! — Линь Тан упрямо стиснул зубы. Хотя это он должен был отказать, сердце почему-то бешено колотилось.
— Хорошо, — Линь Су отпустил дверь и выпрямился. — Три дня — достаточно времени, чтобы всё обдумать. Что ты хочешь сказать?
— Тот, кого я люблю, — это брат Хун. Даже если я ему не нравлюсь, я всегда-всегда буду… — Линь Тан встретился с ним взглядом и замолчал, не в силах продолжать.
Взгляд Линь Су оставался спокойным — настолько, что Линь Тану хотелось разбить это спокойствие.
Линь Су спросил:
— Ты когда-нибудь целовался с Шэн Хуном?
— Конечно, нет! — Линь Тан отвернулся, его уши покраснели. Его первый поцелуй достался этому человеку перед ним.
— Вы когда-нибудь спали вместе? — снова спросил Линь Су.
— Мы даже не целовались, как мы могли спать вместе?! — Линь Тан начал злиться.
Линь Су взял его за подбородок, наклонился ближе и, наслаждаясь тем, как Линь Тан напрягся, произнёс:
— Если вы ничего не делали и даже не были вместе, как ты можешь быть уверен, что это любовь до гроба?
Дыхание Линь Су было так близко, что Линь Тан боялся дышать. Он думал, что тот его поцелует, но Линь Су лишь провёл пальцами по его щеке, отпустил и обошёл машину, садясь на водительское кресло.
— Поехали домой.
— О… о-о. — Линь Тан растерянно сел на пассажирское сиденье. Пристёгивая ремень, он случайно взглянул в зеркало заднего вида и испугался своего раскрасневшегося лица.
Чёрт, кто этот человек с таким влюблённым взглядом?! Он что, болен?
Линь Тана высадили у ворот особняка. Когда машина Линь Су отъехала, он наконец выдохнул. Но, размышляя, как бы ему теперь избегать этого мужчину, он с удивлением обнаружил, что комната Линь Су пуста.
— Тётушка Ван! Тётушка Ван, где вещи моего брата? — сердце Линь Тана сжалось от нехорошего предчувствия.
— Старший господин подал прошение отцу, сказал, что хочет переехать поближе к компании, — ответила тётушка Ван. — Молодым людям нужна приватность, может, он завёл роман, кто знает.
Роман, как же! Тот, с кем он хочет завести роман, — это я. Линь Тан подумал, что должен радоваться, что больше не придётся прятаться, но на душе не было ни капли радости.
— И отец согласился? — не сдавался Линь Тан.
— Да, согласился, — подтвердила тётушка.
Когда он просил съехать, отец называл это ребячеством, а когда Линь Су — тот согласился так легко? Родной отец, называется, хм.
— Да пусть живёт где хочет, подумаешь, больно надо, — фыркнул Линь Тан, решив, что теперь ему будет только спокойнее.
Однако на деле…
— Молодой господин Линь, зачем вы держите пепельницу? — с недоумением спросил друг.
— Мне показалось, что эта пепельница довольно красивая, — Линь Тан не стал признаваться, что хотел взять бокал, но отвлёкся. — Посмотрите на этот узор, такая искусная работа.
Ло Чэнь не стал говорить ему, что все эти пепельницы штампуют на заводе и никакой искусности там нет.
— Нет, молодой господин Линь, вы в последнее время какой-то рассеянный, — заметил другой гуляка. — Неужели господин Шэн снова выкинул какой-то фортель?
— Причём тут он? — Линь Тан нахмурился. Если бы не этот парень, он бы уже давно забыл о Шэн Хуне.
Сейчас его голова была забита… нет, нельзя об этом думать! Он не тот человек, который бросается из крайности в крайность.
— Эй, ладно. Слушай, когда ты уже позовёшь своего брата, чтобы он научил нас гонять? — восхищённо спросил гуляка. — После того случая тот парень из семьи Ху даже носа не показывает.
— Можете не упоминать его, а? — Линь Тан почувствовал раздражение.
— Мы бы и не упоминали, но понимаешь, Ло Чэнь… он ведь положил глаз на твоего брата. Хочет, чтобы ты свёл их, — сказал гуляка. — Я впервые выступаю в роли свахи, уважь нас, а?
Влияние семьи Ло было чуть слабее, чем у семьи Линь, но они были сильными игроками. К тому же Ло Чэнь, будучи младшим сыном, был всеобщим любимцем, а его внешность была крайне популярна в гей-сообществе. Как говорили другие, он выглядел таким чистым, «хорошим мальчиком из приличной семьи», в отличие от него, Линь Тана, который выглядел как разряженная, вульгарная дешёвка.
Казалось бы, надо было просто послать их подальше, но Линь Тан не мог открыть рот. Стоило представить, что Линь Су будет целовать этого парня из семьи Ло так же, как его, как ему хотелось схватить бутылку и запустить ею в кого-нибудь.
— Молодой господин Линь, если вам не нравится, не тяните, чем раньше решите, тем лучше, — тихо сказал Ло Чэнь. — Это же шанс.
— Шанс твоей сестре! Кто сказал, что я не люблю? — Линь Тан машинально возразил, и когда слова сорвались с губ, в глазах потемнело. Ему захотелось напиться до беспамятства.
Возможно, вероятно, скорее всего, он всё-таки любит Линь Су.
Совсем чуть-чуть. Не то чтобы очень сильно.
Если бы…
Телефонный звонок прозвучал как гром среди ясного неба. Звонил помощник отца, наверное, опять нужно было что-то передать.
Линь Тан ответил, не особо вслушиваясь, но когда услышал, что произошло, подумал, что у него галлюцинации. Лицо его мгновенно побелело, губы задрожали:
— Что вы сказали?
— Господин Линь попал в аварию, когда возвращался, сейчас он в реанимации Центральной больницы. Господин, приезжайте скорее, — голос помощника звучал очень серьёзно, это не было похоже на шутку.
Линь Тан поспешно встал, и перед глазами всё поплыло. Друзья, заметив перемену в его лице, обеспокоенно посмотрели на него.
— Что случилось?
— Что такое?
— Ло Чэнь, отвези меня в Центральную больницу, быстро! — Линь Тан вцепился в воротник Ло Чэня, словно в спасательный круг.
В таком состоянии он не мог сесть за руль.
— Понял, поехали, — Ло Чэнь взял его под руку, не задавая лишних вопросов. В больницу едут не просто так, и если это так сильно ударило по Линь Тану, значит, человек, который там находится, очень ему дорог.
Ло Чэнь вёл машину быстро, к счастью, на пути не было красных светофоров. Они бегом пронеслись по коридору. Видимо, помощник первым делом оповестил его, потому что у операционной были только охранники и помощник.
Помощник встретил их:
— Молодой господин Линь.
— Как мой отец? — Линь Тан с тревогой схватил его за руку. — С ним ведь всё будет хорошо, правда?
— Пока неясно, — лицо помощника было мрачным. — Когда случилась авария, меня там не было. Знаю только, что это было массовое столкновение. Вам нужно подготовиться к худшему.
Массовое столкновение — шансы выжить минимальны, тем более отец Линь был уже в преклонном возрасте.
Линь Тан никогда раньше так ясно не осознавал возраст отца. Тот мужчина, который всегда был для него защитой, тоже может состариться, заболеть и покинуть его.
Линь Тан был в оцепенении. Когда Ло Чэнь усадил его на стул, он не мог согнуть ноги, чтобы сесть, словно окаменел.
— Линь Тан, — Ло Чэнь позвал его, но не получив ответа, взглянул на помощника. — Вы сообщили старшему брату?
Помощник не сразу понял, о ком речь, но после ответил:
— Я уже звонил старшему господину, он уже в пути.
Когда Линь Су съехал, система всё твердила, что он играет в «кошки-мышки». Он, конечно, преследовал эту цель, но не успел получить результат, как пришло известие об аварии.
Даже если он был бабочкой, взмахнувшей крыльями, некоторых вещей, похоже, избежать не удавалось.
Когда Линь Су прибыл в больницу, первое, что он увидел, — это Линь Тан, прислонившийся к стене с опущенной головой, выглядевший так, будто потерял весь свет и жизнь.
Он узнал у помощника ситуацию, затем подошёл к Линь Тану, заключил его в свои объятия и сказал:
— Не бойся, старший брат здесь.
В этот момент Линь Тану была нужна не любовь, а родная душа.
http://bllate.org/book/25356/3022232
Готово:
