Готовый перевод Your Straight Husband Is On His Way / Внимание: ваш прямолинейный муж уже в пути!: Глава 6

— Да.

— О, а сколько вы уже знакомы?

— Больше десятка лет, почти пятнадцать.

— Раньше у тебя была девушка? Или, может быть, у твоего друга?

— Нет, — Хо Цзинцзэ покачал головой.

— А нравились когда-нибудь какие-нибудь девушки?

— Нет, — с полной уверенностью ответил Хо Цзинцзэ.

— И ему тоже?

— Нет.

Врач еще раз внимательно оглядел Хо Цзинцзэ и снова спросил:

— А если у него появится любимая девушка, ты поможешь ему ее завоевать?

Хо Цзинцзэ нахмурился:

— С какой стати мне это делать?

— Отвечай на вопрос.

— Нет.

— Почему?

— Потому что... современные девушки нуждаются в защите, никто другой не сможет заботиться о нем так, как я.

Врач шумно вздохнул и спросил Хо Цзинцзэ:

— А тебе в голову не приходило, что... возможно, ты к нему неравнодушен?

— Я к нему и так неравнодушен, — без малейших колебаний признал Хо Цзинцзэ.

Врач покачал головой:

— Я не о той привязанности. Речь о чувствах, похожих на те, что возникают между мужчиной и женщиной.

— Да как такое возможно? Нет, доктор, вы что, любитель яоя?

Хо Цзинцзэ решил, что этот врач ничем не отличается от их фанатов-шипперов, которые только и ждут, как бы умилиться их взаимодействию.

Врач глубоко вздохнул и продолжил допрос:

— То есть ты считаешь, что твоя зависимость от него и все эти знаки внимания — это норма?

— Конечно, норма!

— Ладно, давай зайдем с другой стороны. Если бы на его месте оказался кто-то другой, какой-нибудь другой парень, ты бы стал относиться к нему точно так же?

— Да с чего бы вдруг! — отрезал Хо Цзинцзэ.

Врач развел руками:

— И после этого ты всё еще считаешь ваши отношения нормальными?

Хо Цзинцзэ умолк.

Если бы на его месте был кто-то другой... заставить себя стирать чужие носки... у меня сейчас сработает рвотный рефлекс...

Покупать другому парню ночной дожор... фу, тошнота...

Обнимать другого парня и капризничать... бр-р...

Нет, от одной этой картины глаза режет.

Так что же, у меня действительно проблемы?!

Хо Цзинцзэ не был уверен, испытывает ли он романтические чувства к Янь Чэну, зато твердо знал: мальчики ему не нравятся.

— Это совершенно нормально. Иногда симпатия к человеку вовсе не зависит от его пола или внешности.

— Подумай хорошенько, ты ведь находишь его красивым?

— Ну да...

— А возникало ли у тебя когда-нибудь влечение к нему?

— Нет, такого не было.

— А кто предстает в твоих фантазиях?

Хо Цзинцзэ не понял:

— В каких еще фантазиях?

Врач вкратце пояснил ему суть.

Хо Цзинцзэ покачал головой:

— Нет, я об этом не фантазировал.

Врач приподнял бровь:

— Проблема у тебя определенно есть, но не сказать чтобы серьезная. А твой друг — ты ему нравишься?

Хо Цзинцзэ немного подумал.

Вряд ли Янь Чэн испытывает к нему что-то подобное, верно? Иначе почему он отказался жить вместе? К тому же Янь Чэн уже заметил, что с ним творится что-то неладное, именно поэтому он больше не хочет делить кров и даже привел его к врачу...

Янь Чэн наверняка считает его противным! Наверняка думает, что влечение к своему полу — это психическое отклонение...

Небеса, и что же ему теперь делать?!

Фильм оказался вполне ничего

Янь Чэн терпеливо ждал у дверей кабинета, и стоило Хо Цзинцзэ выйти, тут же обеспокоенно спросил:

— Ну как? Что сказал врач?

Хо Цзинцзэ чувствовал себя настолько виноватым, что не смел поднять на Янь Чэна глаз.

Лучший друг, с которым они знакомы больше десяти лет, а он втайне испытывает к нему такие чувства... Ему было безумно стыдно перед Янь Чэном.

Янь Чэн никогда еще не видел Хо Цзинцзэ таким убитым. С чего бы такой обычный поход к врачу так сильно его подкосил?

— Что с тобой? Всё настолько серьезно? Ладно, пойду сам спрошу. — Янь Чэн сделал движение, собираясь зайти внутрь.

— Не ходи, — Хо Цзинцзэ загородил проход. — Всё в порядке, просто... просто я, похоже, слишком к тебе привязался. Врач только что меня вразумил, и я уже во всем разобрался. Я согласен с твоим решением, мы будем жить раздельно.

— Угу, — у Янь Чэна на душе скребли кошки.

Но ведь это он сам настоял на том, чтобы привести его сюда, пути назад уже не было.

Янь Чэн попытался сделать беззаботный вид:

— Тогда давай завтра каждый сам себе поищем жилье.

— Угу, — Хо Цзинцзэ чуть не расплакался.

Сердце сжалось от боли.

Найдется ли на свете человек несчастнее него?

Хорошая новость: он не болен, просто влюбился.

Плохая новость: объект его воздыхания — собственный лучший друг.

После выхода из больницы Хо Цзинцзэ ходил мрачнее тучи, словно потерял душу, и Янь Чэну стало его жалко.

Тогда он предложил развеяться и сходить в кино.

Они спустились с горы обратно в город и нашли ближайший кинотеатр. Сеанс Янь Чэн выбрал наобум, первый попавшийся.

Когда в зале погас свет, Хо Цзинцзэ наконец осмелился украдкой взглянуть на Янь Чэна.

Он всегда считал Янь Чэна самым красивым человеком на свете: у того были изящные черты лица с правильным строением черепа, словно сошедшим с 3D-модели в игре, и чистая, холодноватая фарфоровая кожа.

А черты лица и вовсе безупречны: ясные, лучистые глаза. Стоило Хо Цзинцзэ заглянуть в них, как он тут же чувствовал себя так, будто погрузился в прохладную гладь горного озера.

У Янь Чэна были тонкие губы. Обычно они казались бледными, но он любил острое, и после каждой порции перца его губы становились алыми, отчего кожа казалась еще белее, и это выглядело невероятно красиво.

Взгляд Хо Цзинцзэ задержался на губах Янь Чэна, и в голове внезапно промелькнула мысль: интересно, а каково это — поцеловать его?

Ох — ты — ж — ё — моё!

Да у него и впрямь появились такие мысли насчет Янь Чэна?!

Во всем виноват этот врач! До его слов он никогда ни о чем подобном не задумывался, так почему же стоило тому заикнуться, как его мысли тут же свернули не туда?

Дыхание сидевшего рядом человека сбилось, и Янь Чэн перевел взгляд с экрана на Хо Цзинцзэ.

Хо Цзинцзэ в панике принялся судорожно искать тему для разговора:

— Эм, а фильм-то и правда неплохой, ха-ха.

Янь Чэн посмотрел на него пару секунд и снова отвернулся к экрану.

Хо Цзинцзэ с облегчением выдохнул. Хорошо хоть в кинотеатре темно, и Янь Чэн не видит его раскрасневшегося лица, иначе он просто не знал бы, как оправдаться.

Фильм на самом деле был так себе — мелодрама. По сюжету главный герой любил главную героиню, та любила второго героя, а тот, в свою очередь, был влюблен в главного героя. В конце концов второй герой ради любви отступил и уехал далеко-далеко в одиночестве.

Ближе к финалу Хо Цзинцзэ мысленно примерил на себя роль второго героя. Вспомнив, что ему тоже теперь придется снимать отдельное жилье и держаться от Янь Чэна подальше, он полностью прочувствовал всю горечь и безысходность этого персонажа и разревелся в три ручья.

Янь Чэну тоже было не по себе. Он вдобавок ко всему еще сильнее проецировал на себя точку зрения второго героя, однако он уже давно морально к этому подготовился, так что до слез дело не дошло.

Но Хо Цзинцзэ своим ревом изрядно напугал Янь Чэна.

Обычно беззаботный Хо Цзинцзэ ну никак не мог реветь навзрыд из-за какой-то сопливой мелодрамы. Неужели этот поход к врачу и правда наградил его каким-то расстройством?

Янь Чэн протянул ему салфетку и мягко попытался успокоить:

— Ну не плачь ты. Смотри, даже девчонки вокруг не ревут.

Янь Чэн всегда был таким: внешне холодный и отрешенный, но к нему он относился неизменно хорошо.

С самого детства тот заботился о нем лучше всех, и если у него появлялось что-то вкусное или интересное, он обязательно делился.

Родители Хо Цзинцзэ один другого краше: отец заколачивал кучу денег, но месяцами не появлялся дома, а мать пропадала за маджонгом и почти не занималась воспитанием сына. Уже в шесть лет Хо Цзинцзэ научился самостоятельно ходить по кафешкам.

Его никто толком не воспитывал, поэтому хорошими манерами он похвастаться не мог. Драки и стычки стали для него привычным делом, и если родители потерпевших приходили разбираться к его маме, та просто откупалась деньгами.

Такая беспутная жизнь продолжалась недолго — вскоре он встретил Янь Чэна.

Янь Чэн залепил ему ссадину пластырем, предварительно обработав перекисью водорода.

Рана покрылась белой пеной, и Хо Цзинцзэ показалось это невероятно интересным, а Янь Чэн терпеливо объяснил ему суть реакции окисления и восстановления.

Восьмилетний Хо Цзинцзэ слушал с открытым ртом. В то время у них в школе еще не было химии, и учителя об этом не рассказывали.

Какой же этот Янь Чэн умный.

Позже Хо Цзинцзэ навел справки и выяснил, что это тот самый круглый отличник Янь Чэн, о котором постоянно говорят все учителя.

Хо Цзинцзэ стал то и дело навязываться Янь Чэну в компаньоны. Янь Чэн был начитан и эрудирован, в его запасе всегда находились удивительные истории.

За всю свою жизнь Хо Цзинцзэ не слышал от матери ни единой сказки на ночь, а рассказы Янь Чэна слушал с таким упоением, что готов был раствориться в них.

Постепенно его перестали привлекать драки и зависание в интернет-кафе, ему нравилось лишь слушать истории Янь Чэна.

Ему захотелось учиться с Янь Чэном в одном классе, чтобы видеться чаще, но Янь Чэн читал лекции в потоке для одаренных детей, а значит, нужно было туда поступить своими силами.

И он действительно поступил.

Более того, он стал соседом Янь Чэна по парте, и это соседство затянулось на долгие годы.

Позже он узнал, что Янь Чэн рос в неполной семье и даже никогда не видел своего отца.

Маленький Хо Цзинцзэ начал сочувствовать Янь Чэну и в то же время уважать его еще больше.

Пусть его собственный отец редко бывал дома, но отец у него все-таки был, а вот у маленького Янь Чэна его не было отродду, однако тот никогда ни на что не жаловался.

Сегодняшний врач сказал, что он просто слишком привык к присутствию Янь Чэна в своей жизни и перестал замечать собственные чувства, поэтому перспектива расставания вызвала у него такую панику.

Выход один — временно разъехаться и разобраться в собственных мыслях.

При этой мысли Хо Цзинцзэ разревелся еще пуще: он вовсе не хотел расставаться с Янь Чэном.

Он сидел посреди улицы такой здоровый детина и ревел, привлекая к себе всеобщее внимание. Янь Чэн с головной болью вытащил его из кинотеатра, купил по дороге два рожка с мороженым, и они уселись на бордюр у клумбы.

— Полегчало? — спросил Янь Чэн.

Хо Цзинцзэ сидел, опустив голову. Аккуратные, бледные ноги Янь Чэна соприкасались с его собственными. На коленке у Янь Чэна белел едва заметный шрам — он остался с тех пор, как они вместе полезли через забор в запретную зону.

Спортивные способности Янь Чэна уступали его собственным, но тот всё равно соглашался разделять с ним любые безумства. Правда, с тех пор Хо Цзинцзэ больше никогда не рисковал втягивать Янь Чэна в опасные авантюры.

Интересно, кто теперь станет заботиться о Янь Чэне вместо него?

Янь Чэн вздохнул — судя по всему, легче не стало.

— Мы же просто разъедемся, а не перестанем общаться. Когда мастер закончит обустраивать студию, мы сможем видеться хоть каждый день, — произнес Янь Чэн.

Хо Цзинцзэ резко поднял голову: точно, они же не прощаются навсегда!

— Пошли! — Хо Цзинцзэ неожиданно вскочил на ноги.

— Куда?

— Идем к мастеру. Студия обязательно должна открыться!

http://bllate.org/book/25248/3010055