Тань Юэфэй закончил ставить иглы, и Хо Хао понес его капельницу, направляясь в класс.
— Фэй, что с ними сегодня такое? Почему мне кажется всё таким странным? — Хо Хао посчитал, что лучше расспросить обо всём напрямую.
У Таня Юэфэя в груди ёкнуло, он моргнул:
— Понятия не имею, может, объелись чего.
— ......
Сегодня язык Таня Юэфэя выглядел уже гораздо лучше, чем вчера. Доктор Ду велел ему поменьше разговаривать, продолжать лечение и еще немного продержаться — скоро всё пройдет.
Вернувшись в класс, Хо Хао повесил бутылку с лекарством Таня Юэфэя на пластиковую переносную стойку в последнем ряду, сел за свое место и долго вглядывался в собственную парту. Может, сесть с Тань Юэфэем за одну парту? В том, что они сядут вместе, ничего страшного не было, но как же Лю Ян? Поколебавшись добрую половину дня, он так и не сдвинулся с места: Лю Ян в нем нуждался, а он не относился к тем, кто забывает друзей ради новой пассии.
Тань Юэфэй одной рукой держал капельницу, а другой подпирал голову, наблюдая за Хо Хао. Сейчас его голова была забита теми вчерашними страстными картинами с участием Хо Хао — до чего же это было соблазнительно.
Взгляд его пылал, и с самого утра от него исходило сплошное томление.
Хо Хао достал очки, протер стекла и водрузил их на нос.
Тань Юэфэй впервые видел Хо Хао в очках, и в голове у него мгновенно всплыло слово «скрытый развратник». Хо Хао определенно не был таким уж пай-мальчиком, каким казался на первый взгляд.
Очки в роговой оправе с розово-золотым отливом покоились на высокой переносице. У Хо Хао были слишком длинные ресницы, и в очках он вечно чувствовал себя неуютно, поэтому надевал их крайне редко.
Прозвенел предупредительный звонок перед уроком, и «четверка» наконец вернулась в класс.
— Кхе-кхе-кхе...
Все четверо, вернувшись на свои места и заметив на Хо Хао очки, дружно покашляли.
— Братец Хао, ты что, близорукий? — поинтересовался Чжан Жуйян.
Хо Хао кивнул:
— Несильно, диоптрий нет и двухсот, обычно редко ношу. Скоро урок химии, будем делать опыты.
— О, братец Фэй говорил, что из десяти мужчин девять ветреные, и только очкарики те еще тайные соблазнители. Кажется, на тебе это правило подтвердилось.
Договорив, Чжан Жуйян посмотрел на Хо Хао и сам же залился смехом.
Хо Хао бросил взгляд назад на Тань Юэфэя и тут же отвернулся:
— Никакой я не тайный, я, блядь, вполне явный.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Окружающие громко расхохотались.
Тань Юэфэй поднес руку к лицу и прикрыл лоб, улыбаясь со страшным умилением.
Настоящий звонок на урок прозвенел громко и четко. Не прошло и нескольких секунд, как в класс вошел старик Хэ. Следом за ним шел еще один человек — парень с новой партой наперевес, стройный, невероятно красивый, вполне способный потягаться с Хо Хао. На нем была черная бейсболка, на шее висели черно-белые наушники, одет он был в черный спортивный костюм, а обут в кроссовки от Адидас. Штанины открывали щиколотки, на одной из которых красовалась связка золотых бубенчиков: по мере того как он шел по классу, бубенчики издавали мелодичный звон.
У Хо Хао отвисла челюсть, когда он разглядел вошедшего.
— Какого чёрта, ты какими судьбами? — завопил Хо Хао и резко подскочил со стула.
— Привет! — Ян Цзя поднял голову и одарил Хо Хао многозначительным взглядом.
— Кхе-кхе... Это новый ученик, переведенный к нам из экспериментального класса пятой школы. Давайте все его поприветствуем, — старик Хэ вовремя прервал их встречу старых знакомых.
Экспериментальный класс, снова экспериментальный класс — весь взор класса обратился на Ян Цзя.
— Всем привет, меня зовут Ян Цзя. Мы с старостой Хо Хао раньше учились в одном классе, — выпалил Ян Цзя и уставился на девочек из восьмого класса, окинув взглядом всех присутствующих.
— ......
По классу прокатилась волна аплодисментов.
С того самого момента, как появился Ян Цзя, лицо Таня Юэфэя почернело хуже тучи.
— Садись пока на самое последнее место в четвертом ряду, за одну парту с Тань Юэфэем, — старик Хэ указал на место Таня Юэфэя.
Ян Цзя бросил взгляд на парту Хо Хао:
— Учитель, можно я сяду с Хо Хао?
Хо Хао схватился рукой за лоб: этот парень что, с дубу рухнул? Какого черта он тут устраивает?
Старик Хэ выглядел растерянным: Хуан Ицзюнь специально распорядился насчет Хо Хао и Лю Яна, но и Ян Цзя был не из тех, кого можно обидеть — его привел лично директор Пань.
Хо Хао закатил глаза:
— Колокольчик, хорош. Сидеть с Тань Юэфэем всяко лучше, чем со мной, он учится ничуть не хуже.
Колокольчик было детским прозвищем Ян Цзя.
— Не хочу, я хочу сидеть только с тобой, я не собираюсь менять соседа, я пришел сюда ради тебя! — Ян Цзя даже не глянул на Таня Юэфэя, обиженно уставившись на Хо Хао.
Хо Хао плюхнулся лицом на парту. Вот ведь привятался, ай!
Лицо Таня Юэфэя при виде Ян Цзя полностью переменилось. Не прошло и нескольких секунд, как он в одиночку подхватил свою парту и пересел по левую руку от Хо Хао — к счастью, проход посредине оказался достаточно широким.
— ......
Хо Хао скосил глаза на Тань Юэфэя, а тот в ответ яростно на него зыркнул.
Брови старика Хэ сошлись на переносице: это еще что за фокусы?
Таню Юэфэю даже не потребовалось открывать рот: его пронзительный взгляд полоснул по старику Хэ, и все слова, которые тот хотел произнести, мгновенно застряли у него в горле.
— Кхе, ладно, давайте-ка так: на этом уроке мы полностью пересядем. Как раз конец месяца, а у вашего учителя химии неотложные дела, изначально планировалось провести урок самоподготовки.
Услышав о пересадке, все дружно скривились.
— Хо Хао, Тань Юэфэй, Ян Цзя, Сюй Чэньнуо, Лю Ян — вы пятеро сядете в третьем ряду на последнем месте. Кроме Лю Яна, вы четверо — самые высокие в классе, сядете спереди — загородите всем обзор. Лю Ян сядет ровно посередине, а Хо Хао и Ян Цзя — по бокам от него.
— Чего?! — в серединке будут сидеть сразу пять человек?! Класс был в шоке.
— Второй и третий ряды объединяются, последние люди из первого и четвертого рядов подтягиваются наверх. Сейчас мы не смотрим на рейтинги успеваемости: посередине сядут двадцать пять человек, в первом и четвертом рядах — по десять человек, а самые низкорослые сядут рядом с учительским столом, справа и слева. Сорок семь человек — как раз идеальное число.
После таких распоряжений старика Хэ все оживились: до чего же забавная идея, а сидеть по центру — одно удовольствие, да и пространство в классе сразу казалось просторнее. Толпа засуетилась, и не прошло и пяти минут, как все расселись на новые места (второй и третий ряды практически не сдвинулись).
Распорядившись насчет рассадки, старик Хэ удалился, превратив урок в часы самостоятельной работы.
Лю Ян, зажатый с обеих сторон четырьмя великими «небожителями», был близок к исступлению: разве ж это жизнь, издевательство какое-то.
Тань Юэфэй и Хо Хао ликовали в душе — Старик Сунь сработал на славу, они добились своего и стали соседями по парте. Больше всех был недоволен Ян Цзя.
— Эй, давай поменяемся местами, — Ян Цзя толкнул Лю Яна в локоть.
Лю Ян придвинулся ближе к Хо Хао:
— Не буду, я хочу сидеть со своим старшим братом.
— С братом? — Ян Цзя с недоумением уставился то на Лю Яна, то на Хо Хао.
Хо Хао кивнул ему:
— Он мой родной младший брат, я сюда пришел только ради того, чтобы подтянуть его по учебе, так что учитель нас не разлучит.
— Блядь!
Мысленно выругавшись, Ян Цзя перевел взгляд на Таня Юэфэя и немного удивился, заметив, что тот все еще собирается ставить капельницу.
— Эй, крайний, давай махнемся местами! — крикнул Ян Цзя Таню Юэфэю.
Тань Юэфэй ноль внимания на него обратил.
Не успел Ян Цзя продолжить, как с переднего ряда раздался девичий голос:
— Заткнись, на самоподготовке разговаривать запрещено.
Ян Цзя тут же обернулся: эта девчонка сидела прямо перед ним, и он приметил ее еще раньше.
— Ты еще кто такая? — спросил Ян Цзя.
— Заместитель старосты, Сунь Инь, — подсказал ему Сюй Чэньнуо.
— Замстаросты? Я ведь в прошлой школе тоже был замстаросты. Какое совпадение, давай пожмем руки, — Ян Цзя протянул руку Сунь Инь.
Сунь Инь сначала замерла, потом смерила его презрительным взглядом с ног до головы и фыркнула:
— У них там в экспериментальном классе все заместители такие? С виду чистой воды мажор-ловелас.
— ......
Хо Хао едва сдерживал смех: эта Сунь Инь была девицей занятной, да и глаз у нее был наметан отлично.
Уголки губ Ян Цзя изогнулись в улыбке, он достал из парты набор цветных неоновых маркеров и швырнул ей на стол:
— Дарю, в знак знакомства. Меня зовут Ян Цзя, домашнее можешь звать Колокольчиком — потому что я могу наколдовать для тебя всё, что пожелаешь.
Ян Цзя уже вовсю пустил в ход свои навыки обольщения.
В переднем ряду сидели Мо Чжэ, Лю Каймин, Чжан Жуйян, Сунь Инь и еще одна девочка — Лю Сяофэн.
Лю Сяофэн сидела ровно посередине, справа от Сунь Инь — Чжан Жуйян (раньше они с Сюй Чэньнуо сидели за одной партой, а теперь стали соседями по вертикали).
Стоило Чжан Жуйяну увидеть на парте Сунь Инь набор маркеров, как у него загорелись глаза. Не дожидаясь реакции девочки, он сгреб один маркер себе, вытащил черновик и чирканул пару линий: — Отличные фломастеры, самое то для любовных писем.
Сунь Инь с презрением глянула на Чжан Жуйяна:
— Вы, мальчишки, почему вечно думаете только о всякой пошлятине? Нормально учиться совсем не пробовали?
— Пошлятине? Я вообще-то взял черный цвет, — ответил Чжан Жуйян.
— Пф!
Лю Сяофэн как раз пила воду и мгновенно распышила ее фонтаном.
Сунь Инь тоже рассмеялась, а Чжан Жуйян покраснел до корней волос — ему еще никогда не доводилось сидеть с девчонкой за одной партой.
Ян Цзя пару секунд пристально разглядывал Чжан Жуйяна: неужели он встретил достойного соперника?
Если бы Чжан Жуйян узнал, какие мысли роились в тот момент в голове у Ян Цзя, он бы, пожалуй, со смеху покатился по полу.
※※※※※※※※※※※※※※※※※※※※
Спасибо маленьким ангелочкам за питательную жидкость, которой вы меня напоили~
Спасибо ангелочкам, поливавшим меня питательной жидкостью: Цзян Ли — 3 флакона, Сяо Ци — 50 флаконов.
Большое спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться! ^_^
«Спасибо всем за поданную питательную жидкость. Только что из-за глюка глава продублировалась, поэтому я временно заменил текст точкой, сейчас всё исправлено».
.
Перевод Ян Цзя
Началась перемена. У Таня Юэфэя почти закончилось лекарство — в день ему полагался всего один флакон, в основном для снятия воспаления.
— В туалет, — Тань Юэфэй запустил руку под форму Хо Хао и ощутимо огладил его за талию.
Хо Хао усмехнулся, поднялся, подхватив стойку с капельницей, и вышел вместе с ним.
Они направились в уборную. Там толпился народ, так что пришлось немного подождать снаружи, и лишь убедившись, что внутри никого нет, они вошли. Едва переступив порог, Тань Юэфэй втащил Хо Хао в кабинку и задвинул щеколду. Хо Хао даже растерялся:
— Тебе же вроде не по-маленькому?
Вместо ответа Тань Юэфэй притянул его за другую руку, и прежде чем Хо Хао успел сообразить, его прижали спиной к стене. Дверь оказалась заперта на замок.
— Мхм...
Тянуть резинку штанов казалось Таню Юэфэю пустой тратой времени; он вовсе не собирался справлять нужду. Его с самого вчерашнего вечера пекло изнутри, огонь желаний сжигал заживо — если немедленно не разрядиться, его просто разорвет на части.
Стоило Хо Хао увидеть это, как его лицо залилось краской, и он отвернулся в сторону:
— Ты можешь не вести себя так безумно? О чем ты вообще думал весь прошлый урок?
— О тебе. О том, как я тебя выебу, — произнес Тань Юэфэй.
— Блядь, да ты просто ходячий извращенец, в голове одна пошлость, — Хо Хао тут же вспомнил слова Сунь Инь и громко хихикнул.
— Не смейся. Как будем решать? Руками я не хочу, — Тань Юэфэй прижался к нему всем телом, запуская руку под рубашку Хо Хао. Их груди слились вплотную.
Хо Хао ошеломленно моргнул:
— Без рук? А как еще ты хочешь?
Тань Юэфэй прикусил его мочку уха:
— Разве ты не говорил, что я люблю...
Остаток фразы потонул в поцелуе: Хо Хао сам заткнул ему рот, развернулся, одной рукой удерживая стойку с капельницей, а другой обвив шею Таня Юэфэя, и страстно впился в его губы.
— ......
К тому моменту, как они наконец отстранились друг от друга, большая часть второго урока уже миновала. У Хо Хао горела огнем вся область паха: да уж, блядь, обошлись без рук, но стоило игле вылететь из вены, как Тань Юэфэй словно с цепи сорвался и принялся нещадно терзать его тело.
— Хао... как же классно...
Тань Юэфэй лежал у Хо Хао на плече, тяжело дыша. Его тело еще подрагивало, не успев прийти в себя от пережитого всплеска.
Густой мускусный запах заполнил всю кабинку туалета.
— Быстро кончай мне на замену, салфеток-то я с собой не брал.
Хо Хао прижался лбом к стене, пылая от стыда. Вчера ночью еще куда ни шло, но сейчас — средь бела дня! Они оба голышом занимались таким делом в школьном туалете, и это казалось жутко неправильным, главным же страхом оставалось то, что кто-нибудь мог вломиться внутрь без стука.
Тань Юэфэй отпустил его, вытащил из кармана школьной формы туалетную бумагу и предельно бережно привел того в порядок, лично помогая застегнуть одежду.
Они толкнули дверь и вышли. У ряда раковин Тань Юэфэй, даже моя руки, умудрился пристроиться сзади, обхватив Хо Хао за талию, так что они мыли руки вместе, переплетя пальцы в замок.
Лишь когда прозвенел звонок на урок, они выбрались из туалета. Возвращаться в класс они не стали, направившись напрямую на спортивную площадку — наступал час большой перемены и гимнастики.
Хо Хао повис у Таня Юэфэя на спине, полностью полагаясь на его поддержку — ноги нестерпимо ныли. И это они еще по-настоящему ничего не делали, а уже такая боль! Что же будет через пару дней, если они зайдут дальше? Хо Хао уже начал малодушно подумывать о том, чтобы дать задний ход. С другой стороны, впереди маячил день рождения, подарок ко дню рождения имел огромное значение. К тому же, если не сделать шаг к реальному развитию отношений, на душе так и не обретешь покоя. Он не хотел крутить с Тань Юэфэем какие-то краткосрочные романы — если уж сходиться, то раз и навсегда, без всяких расставаний. Само слово «расставание» он не произнес бы ни за что на свете: у разведенных людей редко бывает счастливый конец, с любовью всё то же самое.
Тань Юэфэй только собрался заговорить, как Хо Хао ладонью зажал ему рот:
— Ты сегодня и так наговорился выше крыши, заткнись и отдыхай. Отныне твоим устам полагается молчание.
— .......
Тань Юэфэй высунул кончик языка и легонько лизнул Хо Хао в ладонь.
Хо Хао мгновенно отдернул руку:
— И после этого ты смеешь называть меня озабоченным? Да ты сам, я погляжу, главный тайный извращенец.
— Явный, — поправил Тань Юэфэй.
Два явных извращенца соревновались, кто кого перещеголяет.
Хо Хао не мог удержаться от смеха: стоило завязать романтические отношения, как всё вокруг преображалось, и даже в глазах неизменно искрилось веселье.
Не успели они дойти до поляны, как к ним подтянулась вся банда из восьмого класса.
— Хо-Хо, вы куда запропастились на прошлом уроке? — Ян Цзя догнал Хо Хао.
Хо Хао, всё еще примостившись на спине у Таня Юэфэя, бросил на него взгляд:
— Сопровождал его в медпункт, надо было поменять лекарство.
Отличная отговорка, в которую никто и не подумал сомневаться.
— Вы что, были знакомы раньше? — Ян Цзя подозрительно оглядел их обоих.
— Конечно знакомы, он мой кореш детства, мы из одной деревни, — не моргнув глазом соврал Хо Хао.
Шедшие позади Сюй Чэньнуо и остальные едва сдерживали смех.
— О, тогда понятно, почему вы такие дружные, — Ян Цзя сдул со лба челку.
Хо Хао ухмыльнулся, соскользнул со спины Таня Юэфэя и закинул руку на плечо Ян Цзя:
— А мы с тобой разве не дружные? Я не из тех, кто забывает старых друзей ради новых. Что, ревнуешь? Но слушай, ты какого чёрта увязался за мной? А как же твоя новоиспеченная девушка?
— Расстались. Толку чуть, прилипчивая до тошноты, сплошная головная боль. Мы с ней еще пальцем друг друга не тронули, а ей то одно купи, то другое: сегодня платье подавай, завтра помаду, причем сразу по три-четыре набора. И подружкам ее тоже вынь да положь. Где я столько денег наберу? Отец и так уже начал урезать мне карманные расходы.
— .......
Все вокруг лишились дарза речи. Все мажоры так развлекаются? Судя по тому, как одевался Ян Цзя, его финансовое положение не составляло труда угадать.
— Хо-Хо, давай-ка сойдемся с тобой парочкой одиноких сердец, а? Чего хочешь — всё куплю, я люблю с тобой возиться, — Ян Цзя повернулся к Хо Хао.
— Ха-ха, извини, братец, одиноким сердцем я быть перестал. Я занят, у меня есть вторая половинка.
Лицо Хо Хао сияло от счастья, а у Ян Цзя отвисла челюсть:
— Пришел всего день назад и уже влюбился? Блядь, да кто... кто этот человек? Говори быстрее!
— Ближе некуда, прямо перед носом, — Хо Хао хитро подмигнул Таня Юэфэю.
— Чего? — Ян Цзя обернулся, но девушек поблизости не обнаружил — сзади выстроились сплошные парни, а впереди девчонки были далеко. — Это та длинноволосая? Фигура сзади ничего так, — он кивнул в сторону какой-то ученицы впереди.
Хо Хао покачал головой:
— Нет. Не угадаешь. Он у меня на сердце лежит. Когда придет время, я тебе первому скажу.
Ян Цзя закатил глаза:
— Ага, значит, ты еще даже не добился взаимности. Впрочем, верно, с твоей-то пай-мальчишеской наивностью попробуй подкати к девушке. Похоже, у тебя безответная любовь? Ладно, допытываться не буду, как добьешься своего — расскажешь. Если понадобится военный совет или план захвата, обращайся.
Хо Хао — наивный? Наивный?! О боже!
Тань Юэфэй молча стоял рядом, с головы до ног изучая Ян Цзя хищным взглядом.
Хо Хао с улыбкой кивнул, соглашаясь. Толпа ввалилась на спортивную площадку. Ян Цзя тоже был высоким — чуть ниже Хо Хао, ростом примерно метр восемьдесят два, почти вровень с Сюй Чэньнуо, Чжан Жуйяном, Лю Каймином и Мо Чжэ. Все они встали в самом конце шеренги.
Учителя сегодня выглядели подозрительно занятыми: на поле почти не было никого из преподавателей, судя по всему, из-за вчерашнего происшествия руководство до сих пор не выработало конкретного решения.
— Я утром слышал, будто вчера кто-то с крыши сиганул. Это правда? — Ян Цзя сгорал от любопытства, обращаясь к Сюй Чэньнуо. Они сидели за одной партой, и за два урока уже успели немного притереться друг к другу.
Сюй Чэньнуо кивнул:
— Угу, правда.
— Охренеть, да что за школа такая сумасшедшая? Раньше ходили слухи про убийства, а теперь еще и самоубийства пошли.
Стоило Ян Цзя высказаться вслух, как несколько рядов сзади — включая парней из соседних седьмого и девятого классов — уставились на него.
Хо Хао схватился за лоб и легонько пнул его носком кроссовки по голени:
— Поменьше болтай. Всё это домыслы, не неси чушь.
— .......
Зазвучала музыка для зарядки, строй стал расходиться. Не успели все толком выстроиться, как от школьных ворот внутрь одна за другой въехали с десяток черных машин.
Спустя пару секунд из учебного корпуса хлынула толпа преподавателей встречать прибывших — это было прекрасно видно всем ученикам на площадке.
Из черных седанов высыпало человек тридцать-сорок в строгих деловых костюмах. По одному их виду было понятно — чиновники, судя по всему, из городского управления образования. Стало очевидно, что так просто замять вчерашнее дело не удастся.
Помимо сонмища мужчин, из машины вышла женщина. Очень красивая женщина в черно-белом клетчатом платье, с мягкими волнами длинных волос, грациозная и элегантная, поверх платья на ней было надето черное пальто, а лицо украшал безупречный макияж. На вид ей было около тридцати с небольшим, а шею обвивало жемчужное ожерелье.
Вместе со всеми мужчинами в сторону учебного корпуса женщина не пошла. Она направилась прямо к спортивной площадке.
Все до единого делали зарядку и одновременно следили за ней глазами.
Мо Чжэ, завидев ее, занервничал так, что у него затряслись колени, а брови Таня Юэфэя сошлись на переносице.
Женщина шла вдоль рядов, заглядывая в каждый класс, пока наконец не остановилась перед строем восьмого.
Все восьмиклассники уставились на нее.
Отыскав взглядом того, кто ей был нужен, женщина неспешно прошла вдоль рядов и остановилась в самом хвосте — прямо перед Танем Юэфэем.
Весь класс вытянул шеи. Хо Хао стоял впереди Таня Юэфэя, и при виде этой женщины у него почему-то защемило сердце.
Тань Юэфэй прервал движения, массируя переносицу:
— Чего ты приперлась?
— Зашла проведать тебя. Как живот, лучше? — спросила женщина.
— Лучше. Уже прошло, — ответил Тань Юэфэй.
На губах женщины заиграла легкая улыбка. Она внимательно оглядела сына, встала на цыпочки и протянула руку, чтобы коснуться его лба.
Тань Юэфэй поспешно отшатнулся и, схватив ее за руку, потащил в сторону.
Хо Хао с нахмуренными бровями проводил их взглядом. Как раз в этот момент радиогимнастика подошла к концу, и прозвучала команда построиться.
— Мо Чжэ, кто это женщина? — обратился Хо Хао к соседу.
Стоило Хо Хао задать вопрос, как Сюй Чэньнуо, Чжан Жуйян, Лю Каймин и даже Ян Цзя разом уставились на Мо Чжэ.
Мо Чжэ тяжело вздохнул:
— Мать братца Фэя. Родная.
Охренеть!
И такая молодая?
http://bllate.org/book/25135/2988781
Готово:
