Готовый перевод The Little Stutterer / Заика: Глава 12

Он уже давно не был ребёнком. Мысли нынешнего Чжоу Сяндуна Цзян Нин угадать едва ли могла.

В конце концов Цзян Нин осторожно опустила Чжоу Сяндуна на пол, усадив его с опорой на стену, нащупала и подняла ключ и отперла дверь.

Потребовалось немало сил, чтобы втащить Чжоу Сяндуна в комнату. От всех этих усилий она обессиленно опустилась на край кровати и долго не могла перевести дух.

На кровати, нахмурившись, крепко спал Чжоу Сяндун. Казалось, ему снится кошмар. От него так сильно пахло алкоголем, что вскоре перегар заполнил всю комнату Цзян Нин.

— И сколько же ты выпил? Неужели тебе плохо живётся? Зачем ты снова всё усложняешь? — тихо пробормотала Цзян Нин.

Но ворчание ворчанием, а руки уже сами принялись за дело. Заметила, что Чжоу Сяндуну неудобно спать, Цзян Нин поднялась, сняла с него куртку и обувь, а затем молча сходила в ванную, принесла таз с горячей водой и стала вытирать ему шею и лицо.

Всю дорогу она почти не смела смотреть на Чжоу Сяндуна, а когда закончила со всеми делами, не знала, чем себя занять.

Не находя себе места, она потёрла слегка озябшие руки, погрела их дыханием и отвела взгляд, нарочито рассматривая комнату, однако её глаза всё равно неудержимо вернулись к Чжоу Сяндуну.

К этому моменту Чжоу Сяндун уже погрузился в глубокий сон. Он лежал совсем рядом, на её кровати, вытянув руки поверх одеяла — всего в ладони от её руки, покоившейся на краю матраса.

За окном царила непроглядная тьма, ночь становилась всё холоднее и сырее, и во всём доме с отдельными квартирами только в их окне горел одинокий свет.

Рассматривая его, Цзян Нин приободрилась. Её взгляд медленно скользнул выше, и она принялась без стеснения разглядывать лицо Чжоу Сяндуна.

У него были высокие надбровные дуги, выразительная переносица, узкий разрез глаз и глубокие глазницы. Открыты ли были его глаза или закрыты, черты лица казались невероятно точёными. Ей казалось, что он совсем не похож на уроженца юга — скорее на кочевника или персонажа, сошедшего со страниц комикса.

В конце концов взгляд Цзян Нин задержался на его сжатых тонких губах. Совсем недавно он с безумной страстью целовал её этими губами, с упрёком обвинял в том, что она сыграла с ним, и с такой неуверенностью молил, что отдаст ей всё, что у него есть, лишь бы она не бросала его.Вокруг царила тишина, и странное чувство тихо расползалось в груди. Цзян Нин невольно затрепетала, а затем, поддавшись порыву, склонилась над Чжоу Сяндуном, медленно приближая к нему лицо.

Она прильнула к нему сбоку, одной рукой опираясь на кровать, а другую подняла, касаясь подушечкой пальца его губ.

— Чжоу Сяндун, ты только что сказал, что готов отдать мне всё что угодно. Что именно ты мне отдашь?

Чжоу Сяндун не ответил. Взгляд Цзян Нин начал рассеиваться, она продолжала смотреть на его губы. Слегка надавив подушечкой пальца вниз, в тот самый миг, когда Чжоу Сяндун нахмурился, она тихо произнесла:

— Что ты мне отдашь?

Цзян Нин задала этот вопрос во второй раз. Сама того не замечая, она говорила с легкой дрожью в голосе.

— Раз не хочешь говорить, я возьму это сама.

Цзян Нин полностью смягчилась и, договорив, решительно приникла к его губам.

Сначала она недолго ласкала их по внешнему краю, проявив достаточно терпения и подготовив почву, и лишь в конце издала легкий стон, чуть сильнее надавив языком и разомкнув его зубы.

Наконец она просунула язык внутрь. Цзян Нин никак не ожидала, что виновник её ночных грез окажется таким мягким. В ту самую секунду, когда их языки соприкоснулись, ее длинные ресницы рефлекторно задрожали, и она крепко зажмурилась.

Ночь окончательно погрузилась в манящую и чувственную пелену.

Цзян Нин лежала поверх Чжоу Сяндуна, снова и снова сплетая их языки, разделяя их и вновь соединяя — неутомимо и бесконечно повторяя это долгое время. Лишь когда она почувствовала, что во рту начинает жгуче болеть, она с неохотой отстранилась от него, перекатилась набок и легла рядом, вся раскрасневшаяся и тяжело, прерывисто дыша.

Её взгляд был прикован к Чжоу Сяндуну. Говорят, что мужчины теряют голову от выпивки, но, судя по всему, всё это лишь отговорки, которые мужчины придумывают, чтобы оправдать свои ошибки. Она так долго дразнила Чжоу Сяндуна, а он всё спал как убитый; единственным изменением, пожалуй, было то, что его брови наконец расслабились и перестали хмуро сходиться на переносице.

Напоследок Цзян Нин накрыла своей слегка вспотевшей ладонью тыльную сторону руки Чжоу Сяндуна. Так они и проспали всю ночь бок о бок, пока на улице окончательно не рассвело. С неохотой поднявшись с постели, она в спешке собралась и ушла на работу.

Чжоу Сяндун спал очень крепко и снова видел тот соблазнительный сон, главными героями которого по-прежнему были они с Цзян Нин.Он проснулся только в десять утра и совершенно ничего не помнил из того, что произошло прошлым вечером после того, как он напился. Обнаружив, что лежит на постели Цзян Нин, он так испугался, что чуть не свалился на пол.

Чжоу Сяндун окончательно протрезвел. Он в панике огляделся по сторонам и даже невольно выкрикнул:

— Цзян Нин?

Но ему никто не ответил. В комнате стояла такая тишина, что было слышно, как падает игла, и он различил даже собственное сбивчивое дыхание.

Что вообще произошло?

Как… как вышло, что он безо всякой на то причины завалился спать на кровать Цзян Нин?

У Чжоу Сяндуна ужасно разболелась голова. Сидя на краю кровати, он одной рукой вцепился в розовую простыню под собой, а другую прижал к раскалывающейся голове, изо всех сил пытаясь восстановить события вчерашнего дня.

Вчера Чжоу Сяндун очень долго колебался и в конце концов решил напрямую спросить Цзян Нин, что она на самом деле к нему чувствует.

Поэтому он отправился к ней в офис. Когда он прибыл на место, девушка на ресепшене сидела в телефоне. Уткнувшись в экран и увлеченная чем-то очень интересным, она совершенно не замечала человека, который подошел вплотную к стойке.

Чжоу Сяндун не сердился. Он просто молча ждал в стороне, пока сотрудница наконец не поднимет голову. Увидев это, он вежливо улыбнулся ей и произнес:

— П-подскажите…

Не успел он договорить, как девушка на ресепшене перебила его:

— Вы пришли к преподавателю Цзян с двадцать четвертого этажа?

Чжоу Сяндун на мгновение замер, слегка кивнул, а затем озадаченно посмотрел на нее.

Девушка улыбнулась и пояснила:

— Я вас знаю. Разве вы не носили преподавателю Цзян обеды в контейнерах каждый день до самого недавнего времени?

Поскольку сотрудницы ресепшна на каждом этаже компании Цзян Нин работали посменно, Чжоу Сяндун не помнил девушку, стоящую перед ним, но она его узнала. В последние дни главной темой для сплетен за обедом среди девчонок из приемной был как раз этот мужчина и Цзян Нин с двадцать четвертого этажа.

Он был слишком уж необычным: высокий и красивый, но при этом заикающийся. Эти яркие черты так сильно контрастировали друг с другом, что забыть его было просто невозможно.

Девушка не удержалась и снова подняла глаза, чтобы получше разглядеть Чжоу Сяндуна. Тот под ее пристальным взглядом молча покосился на запертые створки турникета неподалеку.

В здании действовала пропускная система, и он не мог пройти внутрь.

Ему пришлось снова перевести взгляд на сотрудницу ресепшна. Ее настойчивое разглядывание доставляло ему дискомфорт, но хорошее воспитание не позволяло выйти из себя, поэтому он просто кивнул и спросил:

— Скажите, а Цзян Нин с-сегодня пришла… пришла на работу?Его голос звучал тихо, а опущенные уголки глаз придавали ему тяжелый, давящий вид. Администраторша только теперь осознала, как не профессионально себя повела, поспешно отвела взгляд, откашлялась и произнесла:

— Хорошо, подождите минуту, мистер, я сейчас посмотрю…

Пощелкав мышкой перед монитором, она уже через минуту ответила Чжоу Сяну:

— Нет. Учитель Цзян сегодня вообще не отмечалась по карте.

— …

Взгляд Чжоу Сяна потемнел. Он знал, что Цзян Нин не хочет его видеть, но никак не ожидал, что ради этого она снова солжет.

Почему?

Он никак не мог взять в толк — почему? Ведь еще прошлой ночью они были так близки, а теперь она вмиг отвернулась, словно незнакомка, и снова прячется от него, совсем как десять лет назад.

Чжоу Сяну очень хотелось позвонить ей и спросить, в чем дело. Он уже достал телефон, но в последний момент передумал.

Ему больше не хотелось сидеть с мобильником в руке, изнывая в ожидании. Он хотел собственными глазами увидеть, что именно она задумала на этот раз.

С каменным лицом Чжоу Сян сел в машину и поехал к холостяцкой квартире Цзян Нин. Обнаружив, что дома ее нет, он выбрал ресторанчик, откуда был прекрасно виден единственный вход в жилой комплекс, уселся у окна, заказал пару закусок и бутылку крепкого алкоголя. Молча, он стал наблюдать за толпой людей, снующих туда-сюда.

Он прекрасно понимал, насколько отвратительно выглядит со стороны — в этот момент он был точь-в-точь мерзким сталкером, но ничего не мог с собой поделать.

Он прождал с самого утра до глубокой ночи, пока ресторан не закрылся, но Цзян Нин так и не появилась.

Куда она делась?

Неужели поиграла с ним разок, сочла это скучным и просто выбросила его?

Чжоу Сян не находил ответа. Его взгляд окончательно потух, а на душе скребли кошки.

Молча прихватив с собой наполовину пустую бутылку, он расплатился с хозяином, вошел на территорию жилого комплекса и направился прямо к подъезду, где жила Цзян Нин.

Что было потом?

Чжоу Сян хлопнул себя по лбу, силясь выудить из памяти хоть какие-то подробности.

Что в конце концов произошло?

Видел ли он Цзян Нин?

Это она привела его домой, помогла снять одежду и обувь и уложила на свою кровать?

А где тогда она спала прошлой ночью? Неужели… они спали вместе?

Бесчисленные вопросы роились в голове, но память Чжоу Сяна упрямо застревала на одном-единственном кадре: он сидит, скорчившись, в темном углу и пьет в одиночестве.

Он быстрым взглядом окинул смятую постель, вдруг ощутил жгучую жажду и, оглядевшись, сразу заметил стул, стоявший у кровати. На нем стоял стакан воды, который Цзян Нин нарочно налила для него.

Похоже, она заранее знала, что ему захочется пить.Чжоу Сяндун неожиданно для самого себя ощутил, как по сердцу разливается волна тепла. Долго вглядываясь в стакан с водой, он наконец протянул руку, взял его и поднёс к губам.

Вскоре он почувствовал легкое жжение и боль: губы казались горячими наощупь и, судя по всему, слегка опухли.

Озадаченный, Чжоу Сяндун направился в ванную. Увидев в зеркале своё растрёпанное отражение и распухшие, покрасневшие губы, он уже не смог сохранять прежнее хладнокровие. Достав телефон, он тут же набрал номер Цзян Нин.

Его сердце бешено колотилось, а сам он сидел как на иголках, ожидая ответа. Больше всего на свете ему хотелось услышать её голос, услышать, как она сама скажет, что он ей тоже нравится, и что вчера ночью они...

Лицо Чжоу Сяндуна залилось краской. Затаив дыхание, он томился в мучительном ожидании.

Гудки шли всего секунду или две, прежде чем вызов сбросили. В трубке раздались короткие гудки.

Чжоу Сяндун с недоумением посмотрел на экран, куда только что звонил. Его бросало из стороны в сторону, словно на американских горках: только что взмыв под самые облака, он мгновенно рухнул вниз.

Он начал сомневаться во всех своих прежних радостных догадках, как вдруг крепко зажатый в руке телефон звякнул.

Чжоу Сяндун торопливо поднёс его к лицу, дрожащим большим пальцем нажал кнопку разблокировки и быстро прочитал сообщение от Цзян Нин.

Я на совещании. Ты проснулся?

Из-за этого обычного вопроса Чжоу Сяндун снова занервничал. Пальцы, державшие телефон, подрагивали. Не успел он ответить, как пришло ещё одно сообщение от Цзян Нин:

Как ты спал?

Окончательно потеряв душевное равновесие, Чжоу Сяндун взял себя в руки и отправил в ответ всего четыре иероглифа:

Я хочу тебя увидеть.

Он не хотел ждать ни секунды, его обуревало непреодолимое желание встретиться с ней немедленно.

В это время Цзян Нин сидела на совещании в компании. Увидев сообщение от Чжоу Сяндуна, она тоже покраснела. Лишь спустя долгое время она ответила:

Приеду к тебе сразу после работы.

Отправив сообщение, Цзян Нин положила телефон экраном вниз на стол и снова подняла глаза на презентацию, которую показывал коллега.

В её глазах постепенно расплывалась улыбка. Окружающие голоса стихли, а в мыслях возник образ Чжоу Сяндуна.

Чжоу Сяндун, который разговаривает; Чжоу Сяндун, который крепко спит; Чжоу Сяндун, который после изрядной дозы алкоголя страстно целовал её...

В тот момент Цзян Нин отчётливо поняла, что сдаётся — шаг за шагом, капля за каплей...

Добровольно и с радостью.

Глава 18. Желаемое исполняется

Весь рабочий день Цзян Нин провела погружённой в собственный внутренний мир. Сидя на своём месте и подперев голову рукой, она время от времени глупо улыбалась пустоте.

Лю Сяодань ещё никогда не видела Цзян Нин такой и, испуганно глядя на неё, спросила:

— Цзян-лаоши, вы переживаете из-за сегодняшней рабочей аттестации?

Приближался конец года. Для таких технических специалистов, как Цзян Нин и Лю Сяодань, важнейшей задачей было выявление любых возможных рисков в системе, недопущение ни единой бреши, обеспечение стабильности её работы и защита нового делового года.

С чего бы Цзян Нин пугать подобные вещи? Отработая три года офисным клерком, она давно к такому привыкла. Поэтому, с самым невозмутимым видом глянув на новенькую Лю Сяодань, она пустила в ход запугивание:

— Да уж, как тут не переживать? Знаешь ли, в конце прошлого года я не выполнила рабочие показатели, и мне урезали новогоднюю премию ровно наполовину!

Лю Сяодань тут же шумно ахнула, судорожно втянув воздух, и стремглав отвернулась от рабочего места Цзян Нин. Снова погрузившись в дела, она с мученическим видом застучала по клавиатуре.

Заметив её реакцию, Цзян Нин прикрыла рот рукой и тихонько хихикнула. Затем она собралась с мыслями, открыла документ и тоже вернулась к работе.

Время летело быстро. Как только пробили пять тридцать, Цзян Нин словно пятки маслом намазала — в мгновение ока её и след простыл. Ошеломлённая Лю Сяодань так и осталась стоять у своего стола, молча проглотив застрявшую в горле фразу: «Может, поужинаем вместе?».

Цзян Нин и сама не ожидала, что будет так нетерпеться увидеть Чжоу Сяндуна. Ей уже исполнился тридцать один год, она давно не юная девочка, и эта суета была ей совсем не свойственна. Однако совладать с собой она не могла, до того ей хотелось следующей же секундой умчаться к Чжоу Сяндуну и рассказать, как сильно она по нему скучает.

Спустившись вниз с максимальной скоростью и шагнув через вращающуюся дверь, она услышала телефонный звонок. На экране высветилось непрочитанное сообщение с незнакомого номера.

Тревожно шагая вперёд, Цзян Нин открыла диалог, и уже в следующее мгновение её шаги начали замедляться.

В сообщении была всего одна фотография. Женщина с бокалом вина радостно улыбалась в объектив, а позади неё стоял Чжоу Сяндун, тоже слегка улыбаясь.

Этот снимок словно умел говорить. У него вдруг выросли бесчисленные рты, которые в один миг сорвали Цзян Нин с небес и безжалостно швырнули в бездонную пропасть.

У входа в компанию она остановилась как вкопанная. Боковым зрением заметив у здания припаркованный чёрный Порше, она поняла, что это Чжоу Сяндун ждёт её.

Он ждал тихо и спокойно. Прямо рядом с ним рос куст зимней сливы с бледно-жёлтыми лепестками — сдержанными, но яркими, робкими, но выразительными. Какое-то время Цзян Нин даже не могла понять, на цветы ли она смотрит или на стоящего под ними Чжоу Сяндуна.

Чжоу Сяндун быстро заметил Цзян Нин. Увидев, что она остановилась и не идёт дальше, он уверенно зашагал навстречу.

Вскоре он подошёл вплотную и заглянул ей в лицо. Мочки его ушей слегка покраснели, и, объясняя своё появление здесь, он пробормотал:

— Я... я подумал, что ты вот-вот... вот-вот закончишь работу, поэтому приехал... приехал за тобой.

Столкнувшись с его горящим взглядом, Цзян Нин на миг затрепетала длинными ресницами, а затем отвела глаза. Прищурившись, она посмотрела куда-то вдаль и тихо произнесла:

— Вот как. И давно ждёшь?

Заикаясь, Чжоу Сяндун ответил:

— Н-нет... н-н... нет... совсем недолго.

Вообще-то он лгал. Весь этот день Чжоу Сяндун был не в силах заняться чем-либо ещё. Он прождал здесь весь второй половине дня лишь ради того, чтобы дождаться окончания смены Цзян Нин и увидеться с ней как можно скорее.

К счастью, Цзян Нин не стала допытываться дальше. Чжоу Сяндун легко выдохнул и предложил:

— Я отв-везу... отвезу тебя домой.

Сказав это, он быстро вернулся к машине и услужливо открыл перед Цзян Нин пассажирскую дверь. Она стояла на месте ни жива ни мертва, с виду нерешительная, но в конце концов всё же подошла и, согнувшись, села в салон.

Машина тронулась. Пока Чжоу Сяндун вел автомобиль, Цзян Нин не сводила с него глаз, глядя прямо и без стеснения, словно пытаясь разглядеть что-то скрытое или, возможно, выискивая нечто иное.

— Ты подстригся? — внезапно спросила она.

Не сводя глаз с дороги и не смея бросить на сидевшую рядом Цзян Нин даже беглого взгляда, Чжоу Сяндун и так вел машину на нервах. От её вопроса он напрягся ещё сильнее, руки на руле невольно сжались. Прошло немало времени, прежде чем из его горла вырвалось тихое:

— Угу.

Чжоу Сяндун чувствовал странную тревогу. Иногда он презирал себя за такую слабость, но перед лицом Цзян Нин все эти реакции казались врождёнными инстинктами, с которыми он был не в силах совладать.

Больше они не разговаривали. Доставив Цзян Нин к её жилому комплексу, Чжоу Сяндун поднялся наверх вместе с ней.

Едва перешагнув порог, Цзян Нин принялась суетиться по хозяйству: сначала поставила греть воду на кухне, затем заглянула в гостиную, чтобы включить кондиционер, принялась стирать вещи, мыть полы...

Она старалась не обращать на Чжоу Сяндуна внимания, но квартира была слишком тесной — настолько, что в присутствии еще одного человека развернуться становилось негде, а делать вид, будто его нет, оказалось ещё труднее. Не прошло и много времени, как шагнувший ей навстречу Чжоу Сяндун перехватил её за запястье и произвел:

— Отдохни... отдохни немного, а остальное я... я сделаю.

Как же трогательно с его стороны было попытаться закончить всю оставшуюся работу по дому! Но для Цзян Нин это стало последней каплей, и она взорвалась.

Больше не в силах притворяться хладнокровной, она со злостью швырнула швабру в сторону и, словно разъярённая фурия, тыча пальцем в Чжоу Сяндуна, крикнула:

— Чжоу Сяндун, не думай, что я ничего не знаю!

Ошеломлённый Чжоу Сяндун смотрел на рассерженную Цзян Нин. Сейчас она напоминала ему разозлённого зверька: пусть и выпускающего когти, но всё же куда более живого, чем её прежняя мрачность. По крайней мере, она не скрывала свои чувства перед ним, а позволяла им выплеснуться наружу.

— Я... я не... не совсем понимаю, — честно ответил он. Он никогда не умел читать мысли Цзян Нин; сейчас он знал лишь то, что она чертовски зла, но понятия не имел, почему.

Цзян Нин едва не захлёбывалась гневом. Больше всего на свете она терпеть не могла двуличных подлецов, сидящих на двух стульях сразу, и надо же было такому случиться, чтобы этим человеком оказался именно Чжоу Сяндун. Собственная недавняя влюбленность казалась ей верхом глупости. Горько усмехнувшись про себя, она отвернулась, не желая показывать Чжоу Сяндуну, как теряет контроль над эмоциями — ей было бы стыдно.

Однако эти мелкие движения не укрылись от взгляда Чжоу Сяндуна. Обладая чуткой натурой, он умел улавливать малейшие перемены в настроении Цзян Нин. В ту секунду, когда у неё покраснели глаза, он не выдержал и протянул руку, легко коснувшись её плеча:

— Чт... что с тобой?

Он не совершил никаких лишних движений, рука лишь невесомо легла на плечо, но Цзян Нин от этого взвилась окончательно.

Да он ещё и лапы распускает?! Как у него только совести хватает распускать руки?!!

Мгновенно смахнув его грязную руку со своего плеча, Цзян Нин резко развернулась и, вскинув подбородок, сердито глянула прямо в глаза Чжоу Сяндуну:

— Ты сам натворил делов, и ещё спрашиваешь, что со мной?!

Чжоу Сяндун нахмурился, но упрямо повторил всё то же самое:

— Я... я правда не понимаю.

http://bllate.org/book/25104/2984025