— Поддерживаю: милый, но с острыми коготками цундэрэ-котик х притворяющийся мягким и обходительным, а на деле настоящий демон — знатный господин! —
В комментариях к трансляции всё пошло совсем не в то русло. Лу Наньсин взглянул на экран и беспомощно вздохнул.
Кто-то рядом придвинулся ближе, и его влажное, теплое дыхание коснулось уха юноши. Уши Лу Наньсина моментально вспыхнули, и он поспешно оттолкнул человека, выведя его из кадра.
— Всё, на этом время приветствий заканчивается.
— Не смей двигаться! — добавил он, обращаясь к Дуань Юйаню, которого только что вытеснил из объектива.
Лу Наньсин поджал губы и бросил на него быстрый взгляд. Убедившись, что тот наконец-то послушно уселся на стул, он вернулся на свое место. Фанаты в чате всё еще обсуждали происходящее, явно не в силах отойти от атмосферы последних минут.
Но это было неважно.
Увидев, что злобных комментариев почти нет, Лу Наньсин почувствовал облегчение и вновь одарил камеру легкой, непринужденной улыбкой.
— Что ж, давайте перейдем к следующему этапу!
***
— Наньсин, примерь это.
В просторной комнате госпожа Цзи протянула юноше, стоявшему перед зеркалом, наряд с белым шлейфом из тюля. Юноша послушно взял одежду и направился в гардеробную.
Внутри.
Лу Наньсин повесил наряд на стену и, снимая свой нежно-фиолетовый костюм с глубоким вырезом, тяжело выдохнул.
— Это уже пятнадцатый?
— Семнадцатый, — поправила его Система.
— Нужно поторопиться.
Сняв одежду, Лу Наньсин взял с вешалки новый комплект. Глядя на белый атласный шлейф, он обреченно вздохнул:
— Если мы продолжим в таком темпе, то опоздаем к началу банкета в честь девяностолетия дедушки Дуаня, верно?
— Для своих это не так уж важно, но я бы на твоем месте больше беспокоилась о том, сколько еще нарядов тебе предстоит сменить.
Система мельком взглянула на гору одежды, которую госпожа Цзи только что подготовила за дверью, и молча вернулась к Лу Наньсину.
— По моим прикидкам, осталось еще не меньше десятка.
Лу Наньсин: «……»
Материнская любовь — это и правда тяжкая ноша.
После той трансляции отношения Дуань Юйаня и Лу Наньсина стали достоянием общественности. Госпожа Цзи с гордостью представила нового члена семьи в высшем свете, поэтому на девяностолетии главы дома Дуань Лу Наньсин присутствовал как полноправный хозяин дома. Правда, встречать гостей ему не требовалось, да и времени на это особо не было.
— Давай, переодевайся быстрее, — подгоняла его Система, не желая продолжать пустые разговоры.
Лу Наньсин снова вздохнул и продолжил примерку.
Тем временем за дверью гардеробной госпожа Цзи услышала внезапный стук.
— Лу Наньсин!
Раздался неясный, приглушенный голос. Госпожа Цзи как раз подбирала украшения к следующему образу, когда услышала настойчивый зов. Ее лицо осталось невозмутимым, а холодные глаза-фениксы лишь на мгновение скользнули в сторону двери.
— Тук-тук-тук!
— Лу Наньсин, ты здесь? Мне нужно с тобой поговорить!
Вероятно, испугавшись, что его услышат, голос стал еще тише. Но внутри никто не ответил. Госпожа Цзи неспешно развесила дорогие украшения на вешалки, отложила их в сторону и направилась к выходу.
Она распахнула дверь и посмотрела на мужчину, лицо которого показалось ей смутно знакомым.
— Это не то место, куда следует приходить гостям, — прозвучал ее холодный, ровный голос.
Внезапно встретившись с тем, кого никак не ожидал увидеть, Се Чжицзинь замер с поднятой для стука рукой, выражение его лица выражало полное замешательство.
Госпожа Цзи подняла взгляд, бросила короткий взгляд на гардеробную, а затем снова перевела его на «гостя», ведущего себя столь бесцеремонно.
Цок, цок, цок.
Тонкие каблуки звонко застучали по гладкому полу. Звук был приятным, но в нем чувствовалось странное, подавляющее давление.
— Вы… — Се Чжицзинь пришел в себя, обнаружив, что невольно отступил на несколько шагов назад.
Он снова взглянул на гардеробную, но юноши там не было — госпожа Цзи закрыла дверь, когда выходила. Она остановилась перед дверью, сложила руки на груди и, слегка наклонив голову, посмотрела на Се Чжицзиня сверху вниз.
Ее темные губы разомкнулись, и она холодно произнесла всего несколько слов:
— Зачем пришел?
Видя такую госпожу Цзи, Се Чжицзинь внезапно ощутил страх. Ее аура… чем она сейчас отличается от ауры самого Дуань Юйаня?
Се Чжицзинь на мгновение потерял бдительность, но тут же покачал головой, пытаясь собраться с мыслями. Он прищурился, оглядывая женщину перед собой, и понизил голос:
— Похоже, госпожа Цзи не в курсе, что вытворяет ваш сын?
Госпожа Цзи промолчала. Ее лицо оставалось безучастным, лишь левая бровь слегка приподнялась, словно приглашая его продолжить.
Се Чжицзинь нахмурился:
— Лу Наньсин вовсе не его парень! Первым хотел сделать его своей «птичкой» я! В тот день Дуань Юйань вмешался, вырубил моих людей, притворился мной и забрал Лу Наньсина, и до сих пор скрывает это! Он обманул всех вас! Лу Наньсин — не его парень, он мой!
От нахлынувших эмоций его голос стал громче, а лицо, которое он с таким трудом пытался контролировать, исказила гримаса ярости. Однако госпожа Цзи оставалась всё такой же спокойной. Она слегка развернулась, опираясь плечом о дверной косяк, и безмятежно смотрела на него своими холодными прекрасными глазами. Ее пальцы, окрашенные в темно-красный цвет, лениво поглаживали хрустальные подвески на рукаве, словно она коротала время.
Когда Се Чжицзинь наконец умолк, она неторопливо проговорила:
— Закончил?
Се Чжицзинь почувствовал неладное.
— Вы…
Госпожа Цзи опустила руку и медленно шагнула вперед. Раз, два… Она оказалась прямо перед ним, расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров.
— Ты из семьи Се, верно?
Се Чжицзинь нахмурился, глядя с подозрением:
— Да.
Госпожа Цзи смотрела на него сверху вниз, пронзительным взглядом изучая его лицо:
— Хочешь забрать его?
Се Чжицзинь стиснул зубы и ответил низким голосом:
— Да!
— … — Госпожа Цзи молча разглядывала его. Спустя долгое время она наконец развернулась и направилась обратно к гардеробной.
Словно согласившись.
Се Чжицзинь выдохнул, опустив глаза. Наконец-то хоть кто-то адекватный…
— Се Чжицзинь, ты бредишь?
Холодный голос пронзил воздух. Се Чжицзинь застыл на месте. Он в недоумении поднял голову, глядя на спину женщины, но та даже не обернулась, лишь достала телефон и отправила сообщение.
— Лу Наньсин — человек, которого выбрала я. Ты правда думаешь, что я позволю кому попало приближаться к нему? Не мечтай.
Каждое ее слово звучало пугающе спокойно, но в них сквозило нечто до боли знакомое. Слишком знакомое. Такая аура, такая властность и непоколебимость — он видел это только у Дуань Юйаня.
Дуань Юйань. Госпожа Цзи.
Се Чжицзинь сжал кулаки так, что они задрожали, а на шее и руках вздулись вены.
— У Се Чэнъюя много внебрачных детей. Если не станет тебя, у него найдется еще немало наследников. Твои позиции при нем и так пошатнулись. Если не хочешь, чтобы от тебя окончательно отказались, не устраивай сцен сегодня.
Госпожа Цзи обернулась и бросила на него взгляд через плечо.
— Или ты хочешь, чтобы я вытащила на свет то, что случилось три года назад, и вся семья Се отправилась за решетку?
В коридоре послышались быстрые шаги. Се Чжицзинь, стиснув зубы, обернулся и увидел приближающуюся охрану дома Дуань. Госпожа Цзи небрежно махнула рукой и, бросив напоследок фразу, вошла в гардеробную:
— Я не хочу больше видеть рядом с ним никого лишнего. Тебе стоит знать: мой характер куда хуже, чем у Дуань Юйаня.
***
— Тетушка, я готов.
Юноша вышел из гардеробной. На нем был костюм с атласным белым шлейфом, украшенный синими и фиолетовыми драгоценными камнями на груди.
— Как вам?
Голос юноши был легким, а на губах играла милая, подкупающая улыбка. Солнечный свет и легкий ветерок из окна коснулись его лица, заставляя пряди волос слегка развеваться. Его прекрасные глаза сияли ярче, чем сапфиры на его одежде.
Настроение госпожи Цзи мгновенно улучшилось. Она подошла к нему и положила руку на плечо. Подведя его к зеркалу, она лично застегнула на его шее колье баснословной стоимости, и в ее холодных глазах отразилось удовлетворение.
— Это колье подходит тебе больше.
Камни были дорогими, но не вычурными, изысканными, но не женственными — идеально для маленького кота, подумала госпожа Цзи. Юноша в зеркале прищурился, его улыбка была такой, что отвести взгляд было невозможно.
— Пойдем, гости наверняка уже собрались.
— Хорошо.
Юноша ответил и последовал за женщиной. Дверь гардеробной распахнулась, в коридоре царила тишина. Недавний спор казался лишь чьим-то дурным сном — сон прошел, и всё исчезло.
Лу Наньсин спустился вниз вслед за госпожой Цзи. Гости действительно уже собрались. Госпожа Цзи держала его рядом с собой, представляя каждому, и все видели, как сильно она к нему расположена, поэтому в разговоры неизменно включали и юношу. Лу Наньсин почти никогда не бывал на таких банкетах, но вел себя безупречно. Когда его хвалили, он не задирал нос, а когда молчал — тихо стоял рядом, внимательно слушая собеседников.
Так продолжалось, пока не подошел Дуань Юйань.
— Мама, Наньсин.
Мужчина подошел к юноше и естественно притянул его к себе. Наклонившись, он оставил нежный поцелуй на его губах, а когда выпрямился, рядом с госпожой Цзи уже стояла высокая фигура.
Дуань Юйань улыбнулся:
— Мам, я заберу Наньсина к дедушке.
Госпожа Цзи посмотрела на сына, который не сводил с нее глаз, и кивнула. Гости понимающе переглянулись.
Лу Наньсина отвели к главному герою вечера. Дальше банкет шел своим чередом, пока за окном не начало темнеть и гости не стали расходиться. Когда осталось всего несколько человек, Лу Наньсин, устав, прислонился к Дуань Юйаню.
— Так устал…
Дуань Юйань убрал с его лица упавшую прядь волос и поцеловал в уголок глаза.
— Ты отлично справился.
Юноша закрыл глаза и положил голову ему на плечо, тихо что-то пробормотав, словно мурлыканье кота.
— Дуань Юйань!
Вдалеке раздался шум. Лу Наньсин услышал звон разбитого стекла, топот ног и крики. Было очень шумно и хаотично. Он невольно нахмурился и посмотрел в ту сторону.
— Это…
Вдали мужчина в растрепанном виде вырвался из рук охраны и бросился к ним. Он бежал быстро, но в особняке было слишком много людей, и уйти далеко ему не удалось. Его перехватили в нескольких метрах от них.
— Лу Наньсин! Дуань Юйань тебя обманывает! Он не твой парень! Он самозванец! Он присвоил мою личность! Он всё это время лгал тебе, я — Шуй Юй!
Это был голос Се Чжицзиня. Лу Наньсин узнал его, и в то же время тон, которым тот говорил, показался ему пугающе знакомым.
— …Это тот самый, кто устроил скандал на трансляции? — Система тоже почувствовала неладное. — Откуда он знает твой сетевой псевдоним «Шуй Юй»?
Лу Наньсин поджал губы и с тревогой взглянул на мужчину рядом. Лицо Дуань Юйаня было спокойным, но в его глазах, обычно мягких, теперь читалось лишь равнодушие. Холодная, глубокая бездна.
Это была не его обычная реакция. Беспокойство Лу Наньсина усилилось, он невольно ухватился за запястье Дуань Юйаня, и его голос дрогнул:
— Юй-гэ…?
Мужчина не смотрел на него. Вдали Се Чжицзиня уже повалили на пол. Словно в отчаянии, он закричал:
— Не верь их лжи! Они все тебя обманывают! Седьмое июня! Это я договорился с тобой! Седьмое июня! Павильон Хуайшуй! Кабинет X32! И те броши-бабочки! Лу Наньсин, очнись! Я — Шуй Юй!
Четкие даты, точное место. Номер кабинета, время встречи, личные знаки внимания, которые могли знать только они, и этот никнейм.
Шуй Юй.
Шуй Юй.
Се Чжицзинь.
Если разбить «Цзинь»… получится «Шуй Юй».
Лу Наньсин погрузился в оцепенение.
— О чем задумался, Наньсин?
Возле самого уха послышался мягкий, улыбающийся голос. Лу Наньсин растерянно поднял взгляд. В его памяти Дуань Юйань всегда смотрел на него с улыбкой, но сейчас его глаза просто смотрели на него. Без улыбки. Без объяснений.
Почему он не оправдывается? Лу Наньсин не понимал. Раньше, при любом недопонимании, Дуань Юйань всегда всё объяснял. Почему не в этот раз?
…
Сознание плыло, Лу Наньсина охватила тревога. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем он смог вырваться из круга хаотичных мыслей. Когда он пришел в себя, окружающая обстановка изменилась. Пока он был в оцепенении, Дуань Юйань увез его из особняка. Они сидели в машине, но дорога была совсем не той, что вела к дому.
Лу Наньсин тревожно сжал ремень безопасности и обернулся к водителю:
— Юй-гэ, куда мы едем?
— Домой.
Голос мужчины был мягким, на губах играла легкая улыбка. Он бросил взгляд на Лу Наньсина, и его глаза в свете уличных фонарей казались особенно глубокими. Глубокими, нежными, но опасными.
Лу Наньсин поджал губы:
— Но это не дорога домой.
Мужчина посмотрел на него и просто улыбнулся. Никаких лишних объяснений. Когда загорелся зеленый свет, он продолжил движение.
Час спустя пробки наконец рассеялись. Лу Наньсина привезли к незнакомой вилле.
— Заходи.
Как и в любой другой раз, Дуань Юйань обнял его, крепко прижав к себе, не оставляя ни малейшего шанса вырваться. Лу Наньсин позволил завести себя внутрь. Вилла была огромной и пустой. Мебель была на месте, всё было чисто, хотя и чувствовалось отсутствие жизни — здесь явно часто убирались.
— Это место, где я жил раньше.
Мужчина поднялся с ним на второй этаж, мягко объясняя.
— Юй-гэ, я не хочу больше смотреть.
Мрак в доме усиливал тревогу юноши. Он невольно остановился и нервно произнес:
— Я… насчет того, что сказал Се Чжицзинь, ты не хочешь мне ничего сказать?
— Что именно ты хочешь услышать, Наньсин? — почувствовав сопротивление, Дуань Юйань тоже остановился и, улыбаясь, посмотрел на него сверху вниз. — Что хочешь услышать? Что это неправда, что он просто устроил переполох? Но что же делать…
Дуань Юйань опустил глаза и беспомощно вздохнул. А когда снова поднял их, его взгляд, полный мрака, встретился с глазами юноши.
— Что же делать? — спросил он.
Его мягкий голос внезапно стал низким, а слабая улыбка в глазах в этот миг показалась до жути опасной.
— То, что он сказал… всё это правда.
***
— Ты!…
Лу Наньсин округлил глаза, глядя на него с полным недоверием. Мужчина смотрел на него в ответ. В глазах, которые всегда светились нежностью, не осталось ничего, кроме холода. Острые, глубокие, полные скрытых эмоций глаза. Совсем не такие, какими он их помнил.
— Я… — Лу Наньсин открыл рот, но в голове был полный хаос.
Значит… он с самого начала ошибся человеком? Дуань Юйань — не Шуй Юй, а Се Чжицзинь был его целью? Но как же так? Разве задание не было помечено как выполненное? Лу Наньсин был в полном смятении.
— О чем ты думаешь, Наньсин?
Мужчина наклонился и схватил его за плечи. Он прижался к шее юноши, вдыхая его запах. Закрыл глаза, с жадностью втягивая аромат.
— Запах Наньсина… такой сладкий.
— …Юй, Юй-гэ.
Лу Наньсин испугался его вида. Когда его заставили поднять голову, в его глазах читался чистый ужас. Он никогда не видел Дуань Юйаня таким. От него исходила сплошная опасность.
— Юй-гэ, не надо, не делай этого. Мне страшно…
Дуань Юйань медленно открыл глаза. Он не двигался, лишь сохраняя эту позу, смотрел на лицо юноши. Руки, сжимавшие талию, невольно напряглись, а низкий, сексуальный голос в темноте сбросил маску нежности.
— Страшно? — он пристально смотрел на него. — Наньсин теперь боится меня? А что будет дальше? Что ты сделаешь потом? Расстанешься? Сбежишь? Сменишь имя и навсегда исчезнешь из моей жизни, будешь прятаться от меня вечно?
Он резко сжал объятия, притягивая к себе юношу, который пытался отстраниться.
— Уф!
Лу Наньсин оказался в тисках, дыхание перехватило. К счастью, мужчина, казалось, еще сохранял остатки разума. Убедившись, что юноша не может пошевелиться, он немного ослабил хватку, давая ему возможность дышать.
— Наньсин…
Влажное дыхание коснулось его кожи. Лу Наньсин невольно зажмурился, почувствовав, как рука гладит его по щеке. Вместе с влажным, полным собственничества голосом, рука медленно скользнула к уху.
— Я не позволю тебе уйти.
http://bllate.org/book/25059/2975479
Готово:
