Готовый перевод The Robot Doesn't Speak, It Just Raises Kids / Робот не говорит, он просто растит детей: Глава 11

Давным-давно, еще до того, как с Вэнь Чэнхуэем случилась беда, за ним бегали толпы мужчин и женщин. Но большинство из них вышвыривали прочь, даже не дав приблизиться, а особо настойчивым даже устраивали банкротство семейного бизнеса.

Самый громкий случай произошел на одном банкете, когда Вэнь Чэнхуэй невольно стал жертвой коварного плана.

Отравила его женщина, которая когда-то оказала ему услугу. Она преследовала его еще со студенческих времен, моталась за ним из-за границы на родину, бегала за ним целых пять лет и сделала для него немало.

Однако Вэнь Чэнхуэй неизменно отвергал ее чувства. Тогда она решилась на отчаянный шаг.

В тот вечер ей удалось пробраться в его номер, но Вэнь Чэнхуэй, не раздумывая, вонзил себе в бедро осколок стекла. Превозмогая дурман, он сбросил с себя одурманенную женщину и выставил ее за дверь.

Что случилось потом, никто не знал. Известно было лишь одно: спустя несколько дней пришла весть, что та женщина покончила с собой, выбросившись из окна.

Обыватели, не зная подноготной, поболтали об этом и забыли. Но в высшем свете все молчаливо сошлись на том, что это Вэнь Чэнхуэй довел ее до самоубийства, а некоторые даже подозревали, что он сам ее убил.

Доказательств не было, поэтому никто не осмелился выносить это на публику, а тем более — злить этого демона.

С тех пор за Вэнь Чэнхуэем закрепилась дурная слава, и никто больше не решался приближаться к этому опасному мужчине.

Нежелание Юй Цзяоцзяо выходить за него замуж было отчасти продиктовано именно этим.

Даже несмотря на то, что, увидев фото Вэнь Чэнхуэя, он был сражен его красотой и в душе у него все зудело от любопытства, Вэнь Чэнхуэй оставался лежачим больным, который неизвестно когда проснется.

И даже если бы он рискнул, то все равно боялся — а вдруг, очнувшись, Вэнь Чэнхуэй убьет его так же, как ту женщину, что пыталась шантажировать его прошлой добротой?

Поэтому он выбрал другого — здорового, красивого Вэнь Цзычэна, который вот-вот должен был прибрать к рукам Корпорацию Вэнь и славился своей мягкостью и добротой.

Юй Цзяоцзяо считал, что просто выбрал путь, по которому пошел бы любой на его месте. Он не был виноват.

Но сейчас...

Он смотрел, как Юй Фанцзиня бережно прижимают к груди, словно величайшее сокровище, и его глаза наливались жгучей завистью.

Юй Цзяоцзяо незаметно огляделся, перевел взгляд с Вэнь Сыюаня и Ли Цюнцюн на Юй Фанцзиня, которого они защищали.

Его глаза хитро блеснули, и он мягко, с деланной слабостью в голосе заговорил:

— Дядя Вэнь, тетя Ли, не сердитесь. Наверное, брат Чэнхуэй только пришел в себя и еще не понимает, что происходит. Давайте просто спокойно поговорим, и все наладится.

Сказав это, он перевел взгляд на Юй Фанцзиня и, ласково, но с едва уловимой угрозой, произнес:

— Ведь так, брат Фан... цзинь?

Стоило Юй Фанцзиню услышать этот голос, как он вздрогнул от страха.

В голове Вэнь Чэнхуэя тут же раздался сигнал тревоги.

— Внимание! Зафиксировано падение уровня счастья текущей цели до тридцати процентов! Если показатель упадет до нуля, мир будет перезагружен, а носитель — стерт из реальности. Примите меры!

Следом за механическим предупреждением в его сознании раздался панический голос Цзиньцзай 001:

— О боже! Кто бы мог подумать, что уровень счастья может падать! А если упадет до нуля, будет наказание! Что делать, что делать?! Носитель, что нам делать?! Если тебя сотрут, меня тоже запрут в черную комнату! Я же первый раз на работе, я не хочу в черную комнату, у-у-у! Что делать, спасите! Кто-нибудь, помогите мне! Носитель, ну соберись, не дай ему упасть до нуля! Мы же должны быть заодно, я не хочу страдать вместе с тобой!

Вэнь Чэнхуэй, у которого от этого шума уже гудела голова, просто заблокировал вопли Цзиньцзай 001.

Он снова переключил внимание на Юй Фанцзиня. Заметив, как тот дрожит, прижавшись к нему, он нахмурился.

Он действительно не ожидал, что уровень счастья может не только расти, но и падать, причем с риском наказания.

Но если мальчик так остро реагирует на один лишь голос Юй Цзяоцзяо, значит, задание и впрямь непростое.

Впрочем, тридцать процентов еще осталось — есть пространство для маневра.

Изначально он хотел действовать постепенно, чтобы Юй Фанцзинь сам научился сопротивляться и своими силами выбрался из тьмы к свету.

Но, глядя на то, как ребенок от ужаса стремительно теряет уровень счастья, было ясно: ждать, что он сейчас вскочит и поставит Юй Цзяоцзяо на место, не приходится.

Как только запал для сопротивления иссяк, восстановить его будет непросто.

Ладно, сегодня он сам со всем разберется. В конце концов, у них впереди целая жизнь.

Вэнь Чэнхуэй чуть поправил позу Юй Фанцзиня и, обняв его, откинулся на спинку кресла.

Внезапное движение мужчины заставило Юй Фанцзиня испугаться. Он тихо вскрикнул, забыв о словах Юй Цзяоцзяо, но прежде чем он успел что-то сделать, Вэнь Чэнхуэй снова прижал его к себе.

Оказавшись в объятиях мужчины, Юй Фанцзинь растерянно захлопал своими большими миндалевидными глазами, не понимая, что происходит.

Глядя на него, Вэнь Чэнхуэй невольно подумал: такой наивный, если его не обижать, то кто тогда?

Зато дрожь прекратилась.

Вэнь Чэнхуэй отвел взгляд от Юй Фанцзиня и посмотрел на Юй Цзяоцзяо. Его глаза стали холодными, как лезвие ножа.

— В наших семейных делах, ты, курица, что здесь кудахчешь?

Юй Цзяоцзяо с самого детства... кто смел называть его курицей?!

Он широко распахнул глаза, и слезы невольно покатились из них:

— Брат Чэнхуэй... как ты можешь так со мной разговаривать...

Вэнь Чэнхуэй не выносил этой фамильярности:

— Ты кто такой? Что за безродная дворняжка смеет называть меня по имени?

— Я нет, не то... я... — Юй Цзяоцзяо замялся, пытаясь представиться, но под ледяным взглядом Вэнь Чэнхуэя слова застряли в горле.

Он растерянно огляделся, надеясь, что кто-то вступится за него. Но отец и мать Вэнь были сами в ярости, родители Юй боялись даже дышать, лишь отчаянно подмигивали ему, призывая замолчать.

Оставался только Вэнь Цзычэн.

Но когда Юй Цзяоцзяо посмотрел на него, то увидел, что его возлюбленный помрачнел донельзя.

Взгляд Вэнь Цзычэна был холодным, как лед, ничуть не добрее, чем у Вэнь Чэнхуэя, а на красивом лице алели царапины от разбитого фарфора, что делало его вид пугающим.

Юй Цзяоцзяо мгновенно протрезвел, по спине пробежал холодный пот.

Точно, он чуть не забыл — Вэнь Цзычэн тоже не подарок!

Конец...

Он знал, что Вэнь Цзычэн не любит Вэнь Чэнхуэя. Но он только что помог ему, а Вэнь Чэнхуэй назвал его курицей и собакой. Раз они пара, не значит ли это, что он косвенно оскорбил и Вэнь Цзычэна?

Юй Цзяоцзяо боялся даже думать об этом.

Этот сумасшедший больше всего дорожит своей репутацией, он наверняка в ярости!

Юй Цзяоцзяо не хотел представлять, что будет, если Вэнь Цзычэн разозлится. И никто не знал, почему он так долго тянул с тем, чтобы прийти и досадить Юй Фанцзиню.

Вспомнив, как последние дни его мучили так, что он не мог встать с постели, он невольно вздрогнул.

Он окончательно прикусил язык, боясь смотреть на Вэнь Цзычэна или Вэнь Чэнхуэя.

Он просто развернулся и спрятался за спинами родителей, не смея произнести ни слова.

Родители Юй не понимали, что творится в душе у Юй Цзяоцзяо, полагая, что он просто испугался Вэнь Чэнхуэя.

Хотя они и сами дрожали от страха перед ним, они инстинктивно встали перед своим сыном.

Ли Цюнцюн и Вэнь Сыюань не придали значения поведению семейства Юй.

Они никогда не любили Юй Цзяоцзяо. Раньше они были добры к нему лишь потому, что надеялись: он поможет Вэнь Чэнхуэю очнуться.

Позже они решили: если Корпорация Вэнь все же достанется Вэнь Цзычэну, то, оказав услугу ему и Юй Цзяоцзяо, они смогут в будущем что-то от них получить. Поэтому, застав их в постели, они не стали устраивать скандал.

Однако Юй Фанцзинь вызывал у Ли Цюнцюн лишь презрение.

Сын прислуги, полный хитрости, осмелился строить козни против кланов Вэнь и Юй!

И теперь еще ластится к ее сыну! Кто знает, не злословил ли он о них за спиной?

Как такой человек может быть ее невесткой!

Кроме того, она разделяла мнение Юй Цзяоцзяо: Вэнь Чэнхуэй очнулся только потому, что сегодня пришел Юй Цзяоцзяо.

Иначе с чего бы ему просыпаться именно сегодня?

Она была уверена, что Вэнь Чэнхуэй ошибся, приняв Юй Фанцзиня за своего спасителя.

Раз так, то она, как мать, должна немедленно вмешаться, все объяснить и выставить этого сына прислуги вон.

Будущая госпожа Корпорации Вэнь не может быть таким отбросом!

Подумав об этом, Ли Цюнцюн шагнула вперед:

— Чэнхуэй, ты только пришел в себя и, возможно, не в курсе. Когда с тобой случилась беда, все врачи говорили, что надежды нет. Это мама, преодолевая все трудности, искала помощь и нашла мастера. Он сказал, что ребенок из семьи Юй принесет тебе удачу, и после обряда бракосочетания ты очнешься.

Вэнь Чэнхуэй кивнул:

— М-м, и что дальше?

Ли Цюнцюн, видя, что он не понял, замерла, но вдруг ее осенило, и она улыбнулась:

— Ах, какая я, сынок, ты ведь еще не видел младшего господина Юй? Вот он...

Она только хотела представить Юй Цзяоцзяо, как Вэнь Чэнхуэй ее перебил.

Он погладил ребенка по голове:

— Младший господин Юй разве не у меня на руках?

— Э? — Юй Фанцзинь растерялся, хотел поднять голову и что-то объяснить, но не успел он открыть рот, как рука Вэнь Чэнхуэя слегка надавила ему на макушку, возвращая в прежнее положение.

Прижавшись губами к пижаме мужчины, он дважды моргнул. Не понимая, что происходит, он в итоге просто замолчал.

Остальные, услышав это, замерли.

Спустя мгновение даже родители Юй наконец все поняли, и на их лицах проступила радость.

Они только что боялись, что Вэнь Чэнхуэй положил глаз на Юй Фанцзиня, и их семье конец.

Оказывается, он просто ошибся человеком!

Юй Цюнь тут же выскочил вперед, схватил Юй Цзяоцзяо и без лишних слов подтолкнул его к Вэнь Чэнхуэю:

— Господин Вэнь, вы ошиблись! Тот, что у вас на руках, — сын нашей прислуги, а это — настоящий младший господин Юй, Юй Цзяоцзяо. Вы очнулись именно потому, что он сегодня пришел!

Лицо Юй Цюня сияло от счастья — он чувствовал, что, присосавшись к такому могущественному дереву, как клан Вэнь, они наконец разбогатеют!

Он даже не заметил, как рядом с ним все сильнее мрачнел Вэнь Цзычэн, чьи глаза, казалось, вот-вот извергнут пламя.

— Господин Вэнь, вы не представляете, как сильно наш Цзяоцзяо вас любит! Когда была назначена свадьба, он от радости несколько дней не спал. А потом эта дрянь все подстроила и заняла место нашего Цзяоцзяо. Он так горевал, что исхудал до неузнаваемости. Похоже, если бы не махинации этого мерзавца, вы могли бы очнуться на несколько дней раньше!

Чем больше он говорил, тем злобнее становился его взгляд на Юй Фанцзиня.

Он уже привычно открыл рот, чтобы рявкнуть на него и приказать немедленно убираться из объятий своего «золотого зятя».

Вспомнив, как из-за одной фразы Юй Цзяоцзяо уровень счастья упал на двадцать процентов, Вэнь Чэнхуэй не собирался давать им шанса снова напугать Юй Фанцзиня.

Прежде чем Юй Цюнь успел что-то сказать, он перебил его:

— Довольно. Шумно.

От этих слов Юй Цюнь осекся, не зная, что и думать.

Но в следующую секунду Вэнь Чэнхуэй перевел взгляд на Тан Хуэйлань, стоявшую за спиной Юй Цюня.

Мужчина приподнял бровь, и его тон стал двусмысленным:

— Не ожидал, что господин Юй, проспав несколько дней, теперь предпочитает брать с собой прислугу?

— Что? — все опешили, не понимая, к чему он клонит.

Вэнь Чэнхуэй отвел взгляд и посмотрел на Юй Цюня, на его лице читалось явное недоумение.

— Что такое? Та женщина, которая так похожа на мою жену, разве не ваша служанка? — он вздохнул, — У вашей прислуги, похоже, отличная зарплата, вся в золоте и серебре, выглядит даже больше хозяйкой, чем вы сами.

Эту насмешку Юй Цюнь и Тан Хуэйлань пропустили мимо ушей, все их внимание было приковано к словам о сходстве.

Они попытались вспомнить внешность Юй Фанцзиня, и их лица вмиг изменились.

Юй Цзяоцзяо вытаращил глаза, переводя взгляд с Тан Хуэйлань на Юй Фанцзиня. Он был таким бледным, что забыл даже о своей фальшивой слезливости.

Вэнь Цзычэн понял, что тайна вот-вот раскроется, и, понимая, что медлить нельзя, тут же вмешался:

— Брат!

— М? — Вэнь Чэнхуэй поднял взгляд.

Вэнь Цзычэн помедлил, а затем продолжил:

— Мы все очень рады, что ты очнулся. Давай оставим прошлое в прошлом. Вижу, тебе очень нравится твоя жена, а я теперь встречаюсь с Цзяоцзяо. Можно сказать, мы ошиблись паланкином, но нашли любовь. Может, так и оставим?

Он ни в коем случае не мог допустить, чтобы происхождение Юй Цзяоцзяо стало достоянием общественности.

Если люди узнают, что он влюбился в сына прислуги и собирается прожить с ним жизнь, где ему потом прятать лицо?!

Такой позор он, конечно, постарается свалить на Вэнь Чэнхуэя.

Однако, стоило ему закончить, как он встретился взглядом с Вэнь Чэнхуэем и онемел.

Те самые золотисто-карие глаза смотрели на него без малейшего волнения. Казалось, ему все равно, что они говорят.

Даже зная, что у него на руках лишь ребенок из семьи прислуги с низкой кровью, он оставался невозмутимым.

Или, может быть, он и так все знал?!

По спине Вэнь Цзычэна потек пот, в душе зародился страх.

Вэнь Чэнхуэй был в коме, откуда он мог все это знать?!

Даже он сам узнал о том, что Юй Цзяоцзяо — сын прислуги, случайно подслушав разговор.

Если Вэнь Чэнхуэй знает об этом, то не знает ли он и о том, что это он пытался его убить?!

Он боялся даже думать о том, что Вэнь Чэнхуэй, возможно, все это время вовсе не был в коме, или же это была лишь дымовая завеса, чтобы выманить его из норы!

Вэнь Цзычэн все больше паниковал. Интуиция подсказывала: нельзя здесь оставаться, нужно уходить! Нужно вернуться и пересмотреть план!

Этого человека нельзя оставлять в живых, если Вэнь Чэнхуэй знает так много, он должен умереть!

Подавив страх, Вэнь Цзычэн снова заговорил:

— Брат, ты только пришел в себя, может, пусть дядя с тетей отвезут тебя в больницу на обследование? У нас с Цзяоцзяо свидание, не будем тебе мешать.

Сказав это, он прошел мимо Юй Цюня, схватил Юй Цзяоцзяо за руку и потащил его прочь.

Юй Цюнь был вполне доволен таким зятем, как Вэнь Цзычэн. Если бы Вэнь Чэнхуэй не очнулся, то Корпорация Вэнь в конечном итоге перешла бы к нему.

Но теперь, когда Вэнь Чэнхуэй пришел в себя, Вэнь Цзычэн перестал быть их фаворитом.

Однако мысли Юй Цюня все еще крутились вокруг сказанного Вэнь Чэнхуэем.

Внешность Юй Фанцзиня... так похожа на его жену...

Это... как такое возможно?!

В этом замешательстве Юй Цзяоцзяо был уведен прочь.

Хотя он и не хотел уходить, Вэнь Цзычэн сжимал его руку так сильно, что казалось, вот-вот сломает запястье.

Он не смел даже позвать родителей, боясь, что от боли закричит.

В итоге они первыми покинули особняк Вэнь.

Когда они ушли, в комнате снова стало тихо.

Вэнь Чэнхуэй погладил Юй Фанцзиня по голове:

— Малыш, повернись и посмотри, не твоя ли это мать.

С того момента, как Вэнь Чэнхуэй начал говорить, в голове Юй Фанцзиня была полная неразбериха, но он все же покорно ответил:

— Моя мама сегодня не приходила...

Если бы она пришла, сегодня досталось бы ему больше всего от нее.

Но, сказав это, он послушно повернул голову в ту сторону, куда указывал Вэнь Чэнхуэй, и посмотрел на Тан Хуэйлань с ее странным выражением лица.

Тан Хуэйлань впервые так пристально разглядывала Юй Фанцзиня. Раньше она не обращала на него особого внимания.

Присмотревшись сейчас, она действительно почувствовала, что это лицо до боли напоминает ее саму в молодости!

Глаза, нос, губы — если не считать оттопыренных ушей, все остальное было будто скопировано с нее. Чем дольше она смотрела, тем сильнее ее охватывал ужас.

Как такое возможно?!

Сын прислуги оказался похож на нее больше, чем ее собственный сын?!

Ли Цюнцюн и остальные тоже приглядывались к ним, и чем дольше смотрели, тем страннее им все казалось.

В их головах вдруг мелькнула невозможная мысль, но ее тут же прервал визг Тан Хуэйлань:

— Невозможно! Этого не может быть!

— Как эта дрянь может быть похожа на меня?!

Лицо Тан Хуэйлань исказилось от ярости. Она бросилась вперед, пытаясь вырвать Юй Фанцзиня из объятий Вэнь Чэнхуэя. Ее ужасающий вид, так не похожий на облик благородной дамы, напугал Юй Фанцзиня.

К счастью, уровень счастья не упал.

Похоже, страх и уровень счастья — не одно и то же.

Вэнь Чэнхуэй машинально успокаивал дрожащего мальчика, быстро обдумывая ситуацию и раскладывая все по полочкам в своей голове.

Что касается бросившейся на него Тан Хуэйлань, ему было все равно — дворецкий Цюань Чжэнфэй сам разберется.

И действительно, стоило Тан Хуэйлань приблизиться на пару шагов, как дворецкий ловко перехватил ее и жестко оттащил на прежнее место.

Следом из ниоткуда появились шестеро рослых мужчин в костюмах. Четверо из них окружили Вэнь Чэнхуэя и Юй Фанцзиня, взяв их под защиту.

Двое других сменили дворецкого, удерживая Тан Хуэйлань.

Такая сцена всех ошарашила, Тан Хуэйлань почти впечатали коленями в пол.

Если бы Вэнь Чэнхуэй не опасался, что мать, стоящая на коленях перед сыном, отнимет у ребенка годы жизни, Тан Хуэйлань уже давно бы стояла на коленях.

Впрочем, эта полусогнутая поза была ненамного лучше.

Юй Цюнь хотел было вмешаться, но, увидев двух охранников, которые были того же роста, что и он, но в несколько раз шире в плечах, мгновенно сдулся. Он прятал глаза, не смея взглянуть на громил, а тем более — на свою жену, и трусливо отступил на пару шагов.

Даже робот Вэнь Чэнхуэй в душе презирал его.

Взрослый мужчина, а не имеет смелости защитить свою жену. Его ребенку не повезло с таким отцом.

Тан Хуэйлань, будучи под контролем, продолжала бесноваться.

Она гневно смотрела на Юй Фанцзиня, в ее глазах мелькнула борьба, но больше было отвращения:

— Чжао Фанцзинь, не думала, что ты такая дрянь! Чтобы заменить Цзяоцзяо, ты даже решился на пластическую операцию! Ты думал, что, став похожим на меня, заставишь наш клан Юй считать тебя господином?!

http://bllate.org/book/25053/2973401