Готовый перевод The Robot Doesn't Speak, It Just Raises Kids / Робот не говорит, он просто растит детей: Глава 12

— Тьфу! Ублюдок остается ублюдком. Как бы ты ни был на меня похож, ты всего лишь ничтожество с грязной кровью в жилах!

Юй Цюнь, видя такое поведение жены, засуетился, пытаясь жестами утихомирить её. Он в тревоге надеялся, что супруга наконец замолчит. Нынешняя позиция Вэнь Чэнхуэя ясно давала понять: он защищает Юй Фанцзиня. Если она продолжит скандалить, их клану Юй не поздоровится!

Однако, несмотря на опасения, слова Тан Хуэйлань показались ему логичными. Он и сам минуту назад чуть было не поверил, что детей при рождении перепутали. Но, независимо от того, что именно двигало ими, он предпочел считать, что Юй Фанцзинь просто сбегал сделать пластическую операцию. Всё ради того, чтобы подменить Юй Цзяоцзяо и выйти замуж за Вэня, а может, и вовсе занять место их дорогого отпрыска в семье Юй!

Эта парочка представляла Юй Фанцзиня в самом неприглядном свете, совершенно забыв, что именно они в своё время связали его и отправили в дом Вэней. И именно они, боясь разгневать клан Вэнь, поспешили сменить ему фамилию, вписав в семейный реестр Юй. Правда, в реестре он пробыл всего два дня, прежде чем его перенесли в документы Вэнь Чэнхуэя. Но даже эти два дня казались чете Юй чем-то оскверняющим, словно их священную землю испачкали мусором.

Вэнь Чэнхуэй похлопал Юй Фанцзиня по спине, успокаивая, и только потом перевел взгляд на Тан Хуэйлань. Его голос звучал ровно, без тени эмоций:

— Не слишком ли бурно реагирует ваша домработница? Господин Юй, вам стоит держать прислугу в узде. Как она смеет прыгать через голову хозяев и лаять на людей?

Затем, словно что-то вспомнив, он достал телефон, взглянул на дату и вдруг усмехнулся:

— Ах да, кажется, на следующей неделе официальный благотворительный прием. Это важное мероприятие, так что, пожалуйста, не приводите с собой домработницу, чтобы не стать посмешищем.

— Ты… — Тан Хуэйлань задохнулась от ярости и унижения.

Она — известная международная модель, её популярность была неоспорима. К тому же, она не раз виделась с Вэнь Чэнхуэем, сопровождая Юй Цюня на светских раутах. Он намеренно публично унизил её! Этот мужчина, как и гласили слухи, был коварным и мерзким типом!

Она уже открыла рот, чтобы продолжить брань, но Юй Цюнь не выдержал. Одно дело — ругать Юй Фанцзиня, у которого нет поддержки, но Вэнь Чэнхуэй — сумасшедший, его нельзя трогать! Юй Цюнь только недавно привел дела клана Юй к процветанию и не хотел банкротства из-за неконтролируемого языка жены.

Решившись, он отвесил Тан Хуэйлань звонкую пощечину. Не обращая внимания на её ошеломленное лицо, он с подобострастной улыбкой повернулся к Вэнь Чэнхуэю:

— Ха-ха, господин Вэнь, не буду скрывать, это моя жена. Она не из знатного рода, поэтому порой ведет себя мелко и недальновидно. Прошу, не принимайте близко к сердцу, простите ей сегодняшнюю выходку. Если вы не хотите её видеть, в следующий раз я сделаю так, чтобы она не попадалась вам на глаза.

— Ты извиняешься передо мной? — Вэнь Чэнхуэй приподнял бровь. Его лицо выражало нечто среднее между улыбкой и насмешкой, в которой сквозил холод.

Поняв, что так просто не отделаться, Юй Цюнь нервно вытер пот со лба:

— Э-э… — он с натянутой улыбкой посмотрел на Юй Фанцзиня, которого прижимал к себе Вэнь Чэнхуэй. — Фанцзинь, дядя всегда хорошо к тебе относился, да и тетя Тан тебя не обижала. Посмотри…

Мужчина недоговорил, но любой умный человек понял бы намек. Если бы это был прежний Юй Фанцзинь, он бы, возможно, ухватился за этот шанс, чтобы избежать гнева. Но сегодня у него не было возможности даже открыть рот.

Вэнь Чэнхуэй снова опередил его:

— Заставляешь его извиняться? Ты что, угрожаешь? Считаешь, что мою жену можно так просто обидеть?

Юй Цюнь в испуге вытер пот со лба:

— Нет-нет, что вы!

Возможно, молчание Юй Фанцзиня придало ему смелости, и он решил продолжить подставлять парня:

— Я… я хотел сказать, что мы никогда не делали ничего плохого Фанцзиню, мы всегда относились к обоим детям одинаково. Моя жена сегодня просто вышла из себя из-за того, что он вытворял в школе. Мы ведь и подумать не могли, что он пойдет на пластику ради подмены. Он был таким послушным ребенком, и видеть, как он изменился, нам очень больно! Но, раз уж моя жена первой начала кричать, Фанцзинь, дядя извиняется перед тобой. Не сердись на тетю Тан, хорошо?

В этой тираде он тонко намекнул, что Юй Фанцзинь — человек коварный, при этом выставив себя жертвой обстоятельств. Если бы Юй Фанцзинь отказался прощать, любой счел бы его неблагодарным. Однако здесь, кроме Вэнь Сыюаня и Ли Цюнцюн, никто так не думал.

Цюань Чжэнфэй даже едва сдержал смешок. Эти богачи совсем оторвались от реальности. Посмотрите на их молодую госпожу — кожа да кости! Сразу видно, что он голодал. Разве у человека, которому не на что купить еду, найдутся деньги на пластическую операцию? Идиоты. Непонятно, на какой удаче клан Юй вообще поднялся с таким главой.

— Неудивительно, что все вокруг говорят, что вы глупы, — Вэнь Чэнхуэй счел это донельзя нелепым. Он рассмеялся, погладил Юй Фанцзиня по голове и вздохнул: — К счастью, у моей жены нормальный интеллект. Если бы он был таким же, как вы, это было бы очень печально.

Юй Фанцзинь в растерянности поднял голову, посмотрел на мужчину, а затем на Тан Хуэйлань. В его голове мелькнула невероятная мысль. Но он тут же отбросил её как невозможную… или нет? В голове царил хаос, и он отвел взгляд, не желая больше думать.

Вэнь Чэнхуэй успокаивающе погладил ребенка по голове. Видя его смятение, он не захотел больше возиться с этой парой и махнул рукой, приказывая телохранителям «выпроводить» гостей. Он не стал прямо объявлять, что Юй Фанцзинь — настоящий наследник Юй. В этом не было смысла. Лучше посеять зерно сомнения, заставить их подозревать друг друга и метаться между двумя сыновьями.

Когда слепцы из клана Юй наконец увидят истинное лицо Юй Цзяоцзяо, его мальчик при его поддержке станет недосягаемым для всех. Тогда эти бесстыдники приползут сами, ради репутации или иных целей. Но ничего, когда они доведут дело до предела, когда Юй Фанцзинь перестанет ждать от них чего-либо и перестанет расходовать свои «очки счастья» на них, он обнародует все злодеяния, что эти отбросы творили годами. Пусть их империя рухнет, и тогда им негде будет даже поплакать. Вот это — высший пилотаж возмездия.

Вэнь Чэнхуэй остался доволен своим планом и добавил в него еще пару пунктов.

Гости ушли, в гостиной воцарилась тишина. Вэнь Сыюань и Ли Цюнцюн, наблюдавшие за этим фарсом, чувствовали, что их мозг отказывается работать. Будучи биологическими родителями Вэнь Чэнхуэя, они привыкли считать себя выше остальных, поэтому плачевное состояние Юй Цюня их не особо тронуло. Напротив, когда посторонние ушли, Ли Цюнцюн попыталась сократить дистанцию с сыном.

Но как только она приблизилась, путь ей преградили телохранители. Улыбка на её лице мгновенно увяла. Чувства к сыну у неё были сложными, она сама не могла определить, что это за странная психология. Но отношения их были далеки от теплых, и Ли Цюнцюн, не смея злиться, лишь жалобно смотрела на него.

— Чэнхуэй, посторонние ушли, отпусти телохранителей. Держать столько людей в доме — не дело.

Вэнь Чэнхуэй кивнул и равнодушно ответил:

— Хорошо.

Ли Цюнцюн, видя его холодность, занервничала:

— Сынок, не вини нас с отцом за то, что мы плохо относились к Фанцзиню. Мама просто злилась, что он подменил Юй… Юй Цзяоцзяо. Я боялась, что он навредит тебе, и ты никогда не проснешься. Только поэтому.

— Понятно.

Вэнь Сыюань, видя такое отношение к Ли Цюнцюн, пришел в ярость:

— Что это за тон?! Твоя мать сбилась с ног, пока ты был в коме, а я разрывался на работе! Если бы не ты, стали бы мы в таком возрасте так надрываться? А ты, едва открыв глаза, решил устроить нам проверку? Что, подрос, оперился, и сердце стало диким? Не забывай, кто тебя родил! Всё, что есть у клана Вэнь, мы дали — мы можем и забрать!

— Сказал? — Вэнь Чэнхуэй стал еще холоднее.

Чем холоднее он был, тем сильнее разгорался гнев Вэнь Сыюаня. Особенно после того, как последние дни в компании его все превозносили, называя господином Вэнем. В этом потоке лести он возомнил, что его способности ничем не уступают сыну. Он даже начал винить своего отца: мол, он такой талантливый, почему старик решил передать компанию внуку, а не родному сыну?

В конце концов, он сам был виноват в своей никчемности. Старый господин Вэнь не раз пытался его воспитать, но Вэнь Сыюань был безнадежен. Мир говорит, что А-Доу нельзя было спасти, но тот хотя бы послушно следовал стратегиям Чжугэ Ляна. Вэнь Сыюань же умудрялся ошибиться, даже если ответ был у него перед глазами. Ему давали дочернюю компанию — он её губил. В молодости за ним подчищал старый Вэнь, в зрелости — собственный сын. Прошло сорок с лишним лет, а он так и остался пустым местом.

Вэнь Чэнхуэй не собирался пока их трогать. Как робот, он не был подвержен ненависти и не мог сопереживать чувствам оригинала. Сейчас его заботило лишь психологическое состояние Юй Фанцзиня. Этот ребенок пережил травмы от обоих, и пока он не мог дать им отпор. Поэтому Вэнь Чэнхуэй решил оставить их в покое: пусть подрастет, и сам решит, как отомстить. А пока нужно вернуть компанию и сбить с них спесь.

Вэнь Чэнхуэй взмахнул рукой:

— Ладно, не хочу тратить на вас время. Проваливайте. Я скоро буду в компании, и за всё, что вы там наворотили, мы еще посчитаемся.

После этих слов гнев Вэнь Сыюаня испарился, а в глазах Ли Цюнцюн мелькнул страх. Они переглянулись, но не успели ничего сказать — телохранители безжалостно выставили их за дверь. Оставшаяся охрана и дворецкий Цюань, видя, что лишние люди ушли, тактично удалились, оставив пространство для этой «молодой пары».

Однако…

Вэнь Чэнхуэй, разобравшись с ними, внезапно почувствовал неловкость. Это была всего лишь их вторая встреча. И всё это время он продержал парня в объятиях. Не слишком ли это нагло с его стороны? В его первоначальном плане не было такой близости. Он хотел начать с дружбы, а закончить — родственными или дружескими узами. Робот не считал, что способен дать любовь, поэтому четко определил свою позицию. Но… он только что несколько раз назвал его «женой»? И это слетело с языка так естественно…

В огромной гостиной осталось двое, и воздух наполнился неловкостью. Спустя долгое время Вэнь Чэнхуэй кашлянул и просто поднял парня на руки, чтобы отнести наверх. Комната для прислуги, где жил Юй Фанцзинь, была не местом для него, а в других комнатах — учитывая нравы тамошних слуг — вряд ли было чисто. В конце концов, Вэнь Чэнхуэй отнес его в свою главную спальню.

Его спальню слуги тоже почти не убирали. Но никто не знал, что дворецкий Цюань каждую ночь тайком приводил людей, чтобы убраться и ввести Вэнь Чэнхуэю дневную дозу питательных веществ. Если бы не они, тело господина уже давно бы начало разлагаться.

Уложив Юй Фанцзиня на кровать, Вэнь Чэнхуэй сел рядом:

— Жена, есть вопросы?

— …Есть, — Юй Фанцзинь опустил голову. Он отчаянно хотел понять смысл слов, сказанных родителям. — Ты сказал, что я похож на… на тетю Тан… что это значит? Я… я её ребенок?

Он говорил запинаясь, но с надеждой смотрел на Вэнь Чэнхуэя. Он хотел знать, не сын ли он домработницы Ван Фан, а родной ребенок клана Юй. Неужели у него могли быть любящие родители, и он мог бы не жить такой тяжелой жизнью?

— Да, на самом деле ты биологический сын Юй Цюня и Тан Хуэйлань, — Вэнь Чэнхуэй не стал скрывать. — Но скажи, ты считаешь, что этот ответ важен?

Юй Фанцзинь замер. Важен ли этот ответ? Даже если они его родители, это не отменяет того, что ради Юй Цзяоцзяо они раз за разом причиняли ему боль. Даже если они не знали правды, ущерб уже нанесен. Сможет ли он просто простить? И если Юй Цзяоцзяо и он действительно были перепутаны, то они восемнадцать лет любили и баловали Юй Цзяоцзяо. Откажутся ли они от него ради Юй Фанцзиня? Найдется ли ему место в том доме?

Юй Фанцзинь был умен. Когда первая радость улетучилась, он стал спокойным и трезвым. Он поднял взгляд на Вэнь Чэнхуэя, в его голосе дрожала неуверенность:

— Откуда ты это знаешь? Ты… хочешь вернуть меня обратно?

http://bllate.org/book/25053/2973402