Ли Линфэн смотрел на него, и его взгляд в ночной мгле казался пугающе глубоким. Цзянь Чэнси даже почувствовал, как по спине пробежал холодок. Казалось бы, он не делал ничего предосудительного, но под пристальным вниманием Ли Линфэна невольно напрягся всем телом.
В этот момент тишину во дворе нарушил резкий звуковой сигнал.
На коммуникаторе Ли Линфэна высветилось сообщение от заместителя: «Генерал, сегодня вечером начинается торжественный банкет в Небесном городе. Во дворце повсюду ищут главнокомандующего. Как главного героя сегодняшнего дня, я считаю, что вам следует присутствовать — ради интереса или же ради солдат, но вы должны явиться и объявить всему миру, что армия вернулась домой».
Ли Линфэн прочитал сообщение и закрыл окно. Повернувшись к Цзянь Чэнси, он произнес:
— Скоро прилетит флагман. В Небесном городе устраивают банкет в честь нашего возвращения. Поедешь?
Цзянь Чэнси опешил и лишь через мгновение пришел в себя. Он осторожно переспросил:
— Банкет военных… я тоже могу? Будет ли это уместно?
Ли Линфэн стоял в ночной тени. В окружении соседей и детей фигура мужчины казалась одинокой. Он ответил низким голосом:
— Сегодня все родственники военнослужащих приглашены на торжество, чтобы встретить своих близких.
Сказав это, мужчина бросил на Цзянь Чэнси холодный взгляд. Казалось, он без слов намекал: присутствие здесь — единственное логичное решение.
Цзянь Чэнси, пронзенный этим взглядом, точно острым клинком, поспешил объясниться:
— Мне правда нужно прояснить один момент! Когда я получал приглашение, то специально заходил в администрацию, чтобы уточнить детали, но там сказали, что моего имени нет в списках!
Ледяное спокойствие Ли Линфэна, казалось, немного оттаяло:
— Правда?
Цзянь Чэнси быстро закивал:
— Конечно, конечно! Можете спросить бабушку Ли, она видела, как я уходил из дома.
Бабушка Ли, хоть и была в возрасте, прекрасно видела нынешнюю ситуацию. Раньше она из-за плохого зрения и старческой забывчивости приняла Ли Линфэна за любовника, но теперь, увидев доспехи и услышав про военный банкет, всё поняла. Она была неглупой женщиной и решила, что пора исправлять положение.
Подумав об этом, бабушка Ли деликатно кашлянула и кивнула:
— Ох, да-да, именно так! Цзянь Чэнси, этот ребенок, всё время, пока тебя не было, только о тебе и думал. Часто плакал, спрашивал, когда же ты вернешься. У меня сердце кровью обливалось, глядя на него. Я же сама видела, как он с детьми в администрацию ходил!
Цзянь Чэнси: «…»
Вторую часть он еще мог понять, но что за импровизация в первой? Откуда бабушка взяла эти слезы?!
Ли Линфэн приподнял бровь и перевел взгляд на Цзянь Чэнси:
— Правда?
Цзянь Чэнси: «…Кто-нибудь, спасите меня!»
Под пристальными взглядами окружающих инстинкт самосохранения Цзянь Чэнси достиг пика. Он стиснул зубы, с достоинством вынес этот «позор» и, натянуто улыбнувшись, подтвердил:
— Да.
Бабушка Ли тоже заулыбалась:
— Конечно! Я человек пожилой, врать не стану.
Казалось, на этом всё, но Ли Линфэн, чья логика, отточенная годами войны, была пугающе острой, неторопливо добавил:
— Значит, и та фраза про любовника тоже была правдой.
Речь шла о том самом любовнике. Улыбки Цзянь Чэнси и бабушки Ли застыли на лицах. Никто не ожидал, что маршал Ли окажется таким дотошным и найдет логическую брешь!
К счастью, в этот момент во дворе раздался голосок Ли Суйсуй:
— Папа, когда ты узнал, что твоего имени нет в списках, ты очень расстроился. Ты даже поставил фотографию отца на видное место, каждый месяц тайком смотрел на неё и о чем-то шептался.
Ли Линфэн был удивлен. Цзянь Чэнси смотрел на его фотографию? Он был уверен, что за эти годы тот окончательно забыл о его существовании, развлекаясь с любовниками. Иначе… почему он не прислал ни одного сообщения?
Цзянь Чэнси в отчаянии посмотрел на дочь. Он смотрел на фото не из тоски, а лишь для того, чтобы почтить память «покойного муженька», а шептался, молясь, чтобы дух покойного помог семье разбогатеть!
…Самое важное — уметь вовремя выкрутиться. Тот «муженек» был таким свирепым, что если разозлится — жизни не видать. Главная черта Цзянь Чэнси — умение приспосабливаться, поэтому он лихорадочно придумал оправдание:
— …Суйсуй права. В конце концов, я долго был один, дети подрастали, и мне хотелось, чтобы они знали, как выглядит их отец, вот я и доставал фотографию.
Упоминание детей сработало. Ли Линфэн посмотрел на двух малышей, стоявших перед ним. Такие крошечные, едва доходящие ему до колен, — эти нежные жизни были его плотью и кровью. Все эти годы он был в долгу перед ними.
При этой мысли в сердце человека, которого на полях сражений называли хладнокровным монстром, пробилось тепло, которого он сам не ожидал. Ли Линфэн сказал Цзянь Чэнси:
— Скоро прибудет флагман. Собирай детей и поехали со мной.
Цзянь Чэнси удивленно переспросил:
— Так скоро?
Ли Линфэн слегка нахмурился:
— А что, есть проблемы?
В те годы, когда он уходил на службу, семья Ли не была бедной. Ли Линфэн был наемником, каждая его миссия была хождением по лезвию ножа. Он обладал огромной силой, но из-за врожденного отсутствия эмоций был куда безжалостнее других, поэтому сумел накопить немало денег. После того как он спас Цзянь Чэнси, они прожили несколько счастливых лет.
Позже, когда родились дети, характер Цзянь Чэнси изменился. Он стал раздражительным, часто жаловался, почему они не могут вернуться в Небесный город, и не хотел жить в таком грязном месте, как Земной город.
Казалось, с тех пор он стал совсем другим человеком. Именно поэтому Ли Линфэн решил пойти в армию. Только совершив военный подвиг и получив повышение, он мог перевезти всю семью в Небесный город.
http://bllate.org/book/25048/2971823
Готово:
