— Ли Яньлян!
Издалека донесся окрик Мэн Цзичжоу.
Неужели я накрутил себя? Ли Яньлян обернулся и поспешил вслед за братьями Мэн.
Тем временем в черном автомобиле неподалеку.
— Молодой господин, может, подождем, пока людей станет поменьше, а потом войдем?
Хо Чжэнъянь сжал губы в легкой улыбке:
— Я хочу жить с ним в одной комнате. Сходи и договорись.
— Молодой господин имеет в виду...?
— Того парня. Лучший ученик первой гимназии Южного города в этом году. Его фамилия Ли.
— Слушаюсь, я сейчас же всё устрою. Прошу вас, не беспокойтесь.
Хо Чжэнъянь захлопнул дверцу машины. Когда он подошел к воротам университета, на него сразу обратили внимание сотни людей.
Его высокая, изящная фигура, свободная и уверенная походка — он словно обладал врожденным обаянием, которое заставляло людей невольно тянуться к нему и громко выражать свое восхищение.
Толпа зашумела, как только он появился.
— Ого, какой он красавчик…
— И высокий какой, метр девяносто, не меньше! Наверное, модель?
— Вот бы мне такие глаза…
— Господи, его улыбка… это у него природный изгиб губ или он правда улыбается?
— Говорят, он с Северного города.
— Да? С Северного? Ты ведь оттуда, разве нет? В какой он школе учился, не знаешь?
— Вряд ли с Северного. Я знаю всех красавчиков местных школ, если бы видел кого-то настолько эффектного, точно запомнил бы. Нет, я его вижу впервые.
— В этом году столько красавцев!
— Такой утонченный, интересно, он Альфа или Омега?
— Надеюсь, Омега, тогда у меня появится шанс, хе-хе…
— Мечтай больше. Думаю, он одним ударом выбьет из тебя дух, ты только посмотри на объем его бицепсов.
— Может, проверим феромонами?
— Жить надоело? Хочешь, чтобы тебя отчислили?
…
Поскольку они учились на разных факультетах, Ли Яньлян уже успел разделиться с братьями Мэн. Он стоял у терминала, заполняя анкету на общежитие и ожидая, пока система автоматически распределит ему комнату.
Внезапно он почувствовал, как рядом возникла чья-то тень. Шум вокруг стал оглушительным.
— Приветствую.
Голос звучал необычайно приятно, словно весенний ветерок.
Ли Яньлян поднял голову и встретился взглядом с парой завораживающих глаз. Незнакомец улыбался, глядя прямо на него.
Это был невероятно красивый мужчина.
Почти одного роста с Ли Яньляном. Его волосы, в отличие от жестких и растрепанных прядей Ли Яньляна, были мягкими, блестящими и легкими, ниспадающими до плеч. Челка с пробоем посередине была заправлена за уши, а сзади виднелся «волчий хвост»; когда дул ветер, волосы оставляли на его белоснежной коже изящные тени.
Пряди, окрашенные в сине-фиолетовый цвет, притягивали взгляд.
Брови были тонкими и аккуратно очерченными, ресницы — длинными. В слегка приподнятых уголках глаз чувствовались хищные нотки, но из-за улыбки и мягких дуг под глазами мужчина казался лисом, который никогда не перестает улыбаться. Высокий, тонкий нос придавал лицу объем, а глазам — особую глубину.
Слегка изогнутая линия носа плавно спускалась к узким крыльям. Тонкие губы были плотно сжаты, но уголки рта приподняты, а подбородок казался маленьким и узким. Эта яркая внешность парадоксальным образом выглядела сдержанной и загадочной.
Ли Яньлян невольно задержал взгляд на его губах, подумав, что всё это лицо, пожалуй, было размером не больше его ладони.
Казалось бы, при таком телосложении пропорции лица должны выглядеть нелепо, но черты мужчины были настолько идеальны, а соотношение головы и тела настолько безупречно, что дисгармонии не чувствовалось вовсе. К тому же он не выглядел перекачанным — напротив, легкая худоба придавала ему облик чистого, утонченного юноши.
Неудивительно, что все вокруг так восхищались его красотой.
Если бы не тот факт, что его взгляд показался Ли Яньляну слишком манящим и тяжелым от скрытых желаний, он бы принял его за небожителя, спустившегося в мир смертных.
Но Ли Яньляна всё равно не покидало странное чувство. Ему казалось, что этот красавец смотрит на него… слишком агрессивно?
Это был инстинкт охотника.
Высшие хищники всегда ревностно охраняют свою территорию, и при приближении равного соперника у них тут же возникает острое чувство опасности.
— Похоже, тебе очень нравится моя внешность. Ты разглядываешь моё лицо уже… — Хо Чжэнъянь опустил взгляд на часы, — уже больше тридцати секунд.
В глазах Ли Яньляна мелькнуло смущение. Он ведь не мог признаться: Да, ты и правда очень красивый.
— И тебе привет.
Ли Яньлян ответил вежливо, но знакомиться не хотел. Интуиция подсказывала: этот человек не так прост. Он — красивая, но опасная штучка.
Однако прямо перед ним возникла протянутая ладонь.
— Хо Чжэнъянь. А как тебя величать?
Раз уж всё зашло так далеко, причин для отказа не было. Кожа на его руке была бледной, без единой морщинки, гладкой, с легким розоватым оттенком на кончиках пальцев и основании ладони. Кисть была тонкой, с четко очерченными костяшками.Однако мозоли между большим и указательным пальцами, а также на ладони выдавали в нем отнюдь не избалованного мажора.
— Ли Яньлян.
Ладонь ожгло теплом, кожа оказалась невероятно гладкой, как он и представлял. Ли Яньлян уже собирался выдернуть руку, но заметил, что собеседник мертвой хваткой вцепился ему в ладонь.
Ли Яньлян приподнял бровь:
— Это еще что значит?
Хо Чжэнъянь нарочно потянул руку Ли Яньляна к себе на грудь и, возвышаясь над ним на полголовы, чуть подался вперед, сокращая и без того близкое расстояние между ними.
Он понизил голос:
— Ты альфа?
— Ась? — Ли Яньлян недовольно нахмурился. — Знаешь — так отпусти.
— Скоро период уязвимости? Какой приятный цветочный запах, дикий ирис? — Хо Чжэнъянь специально обдал горячим дыханием ухо Ли Яньляна.
Ли Яньляну было крайне трудно привыкнуть к подобным вольностям. С самого детства он во всем следовал правилам, никогда ни с кем не флиртовал и не заводил романтических отношений. Все его силы уходили на борьбу за первенство, и на подобные глупости просто не оставалось времени.
Подобное поведение Хо Чжэнъяня жутко его раздражало.
Ли Яньлян всегда отличался завидным терпением, но сейчас он не скрывал злости:
— Отпусти. Это крайне невоспитанно.
Приближался период уязвимости Ли Яньляна, поэтому в последнее время он постоянно защищал железу с помощью маскировочных феромонов, чтобы не подвергнуться внезапному нападению каких-нибудь безумных омег, потерявших голову.
Подобное случалось и раньше.
Обычные люди вообще не способны учуять эти защитные феромоны, и даже при всем желании вряд ли смогли бы разобрать, какой это аромат.
Однако окружающие инстинктивно чувствовали исходившую от Ли Яньляна скрытую враждебность и агрессию, а потому старались обходить его стороной.
Но этот парень перед ним смог уловить защитные феромоны, что ясно указывало на одно: по силе он вполне мог с ним потягаться, и он тоже был альфой.
На губах Хо Чжэнъяня играла неизменная усмешка.
— Мне нравится запах цветов от тебя. Альфа с цветочным ароматом — это и правда большая редкость. Сладкий, но не приторный, очень приятный.
Люди вроде Ли Яньляна, находящиеся на вершине пищевой цепочки, всегда строго оберегали свои личные границы.
Заявлять, что его защитные феромоны пахнут приятно, было все равно что без спросу переступить черту и заигрывать с ним.
Для Ли Яньляна такое поведение было сродни домогательству и грубому нарушению его личного пространства!К тому же этот человек ещё и держал его за руку!
Держал за руку и говорил ему: «Как же вкусно от тебя пахнет!»
Даже если у него красивая внешность, разве можно так бессовестно этим пользоваться!
Хо Чжэнъянь сделал шаг вперёд, вновь сокращая дистанцию с Ли Яньляном.
— Я красивый?
Горячее дыхание обожгло ухо, и в груди Ли Яньляна всколыхнулось острое чувство опасности. Он отчётливо ощущал, как большой палец на его ладони нагло поглаживает и разминает кожу.
Недовольно уставившись в глаза Хо Чжэнъяню, он тихо предупредил:
— Отпусти, иначе встретимся в тренировочном зале.
Тренировочным залом в этом учебном заведении называлось специальное место, предназначенное для тех, у кого расходятся мнения и бушуют феромоны, — проще говоря, чтобы «устроить драку».
— Какой ты грозный~ Прости-прости~ Не ожидал, что тебе не понравится~
Только после этого Хо Чжэнъянь отпустил его руку и принёс извинения.
Однако улыбка на его лице давала Ли Яньляну понять, что этот гад не испытывает ни малейшего раскаяния.
Ли Яньлян неизменно считал этого человека невероятно высокомерным — с присущей мажорам и высшему сословию природной надменностью.
Именно таких людей он ненавидел больше всего.
Ему не хотелось иметь с Хо Чжэнъянем ничего общего, поэтому, прекратив этот спор, он отвернулся и уставился на экран терминала, желая поскорее разобраться с проблемой в общежитии.
Но сегодня операционная система работала на удивление медленно.
Неужели в этом году набралось слишком много первокурсников?
Ли Яньлян терпеливо стоял перед аппаратом в ожидании.
В этот момент одновременно ожили оба терминала.
Ли Яньлян: ?
Почему у соседа всё закончилось так быстро?
В сердце Ли Яньляна зародилось недоброе предчувствие, но он списывал всё на простое совпадение.
Забрав распечатанный бланк о зачислении и вытащив из паза выпавшую магнитную карту от комнаты, он уже хотел уходить, как за спиной снова раздался вопрос Хо Чжэнъяня:
— А у тебя какой номер комнаты?
Честно говоря, голос у него был и правда приятный — при условии, что он не произносил это столь противным тоном.
Ли Яньлян бросил на него косой взгляд:
— Тебе и до этого есть дело?
Хо Чжэнъянь пожал плечами:
— А вдруг мы соседи по комнате?
«Даже при всём совпадении не может же быть *настолько* удачно!» — подумал Ли Яньлян. Он опустил взгляд и бросил:
— 6602.
Назвав номер, он зашагал вперёд, даже не помыслив поинтересоваться, в какой комнате будет жить его преследователь.
Подхватив чемодан, Ли Яньлян направился прямиком в общежитие.
Двери лифта открылись. На шестом этаже располагалось всего четыре комнаты, причём коридор имел L-образную форму.
— Шестой корпус, шестой этаж, комната 602…Поднявшись на лифте на самый верхний этаж, Ли Яньлян прошел по коридору в самый конец и остановился у последней двери.
— Черт, 602 — это же самая дальняя, а 601 — панорамное кафе-сад?
— А 603…
Ли Яньлян выглянул в окно:
— А? Кладовая?
— Тсс…
Почему всё так странно?
Неужели в этой комнате кто-то умер? Почему она стоит особняком?
А что тогда 604?
Ли Яньлян оставил вещи у двери 602, подошел к 604 и с удивлением обнаружил, что там находится небольшая библиотека.
За исключением 602, все двери были стеклянными: сенсорные створки автоматически открывались, позволяя свободно заходить и выходить. Внутри царил изысканный и очень уютный ремонт.
Кто не знал, мог подумать, что он попал в какую-то элитную квартиру.
— …?
— Здесь что, настолько крутые условия? Разве это не четырехместный номер?!
— Неужели из-за высоких баллов на экзаменах мне досталось такое классное общежитие?
Озадаченный Ли Яньлян вернулся к двери 602, отпер её электронной картой, и тут же услышал характерный сигнал открывающегося лифта.
О? Сосед пришел?
Ли Яньлян только успел расстегнуть чемодан, как снова выскочил в коридор.
Интересно, кто же его сосед?
По правде говоря, он даже ждал этого с некоторым предвкушением.
Пока не увидал те самые улыбающиеся, чарующие глаза.
Комната 602
Его лицо мгновенно вытянулось:
— Только не говори, что ты тоже живешь в 602?
Хо Чжэнъянь поджал губы и мягко спросил:
— Что? Ты тоже здесь живешь? Какое совпадение!
Ли Яньлян:
— …
Сквозь зубы он процедил:
— Да уж, невероятное совпадение.
Раздраженно развернувшись, он скрылся в комнате.
Да как так-то?!
Хотя общежитие оказалось довольно большим и внутри имелись две отдельные спальни с кодовыми замками на отпечатках пальцев, Ли Яньлян всё же немного расслабился.
Глядя через гостиную на Хо Чжэнъяня, Ли Яньлян холодно бросил:
— Ты живешь в своей комнате, я — в своей. Будет лучше, если мы не станем друг другу мешать, заводить с тобой дружбу я не намерен.
С этими словами он с грохотом захлопнул дверь своей спальни, не оборачиваясь.
Щелкнул замок.
Хо Чжэнъянь тихо засмеялся, приложил мизинец к дверному замку, открывая его, и затянул веселую песенку.
Наступил вечер.
Ли Яньлян отправился в ванную, заодно прихватив грязную тряпку.
Во второй половине дня он на совесть отмыл всю комнату.
Тряпка в его руках почернела так, будто её только что раскопали в древней гробнице, не постирать её было просто нельзя.
Стоило ему открыть дверь, как рядом вырос темный силуэт.
Ли Яньлян поднял взгляд и недовольно уставился на этого мажора, который был выше его добрых полголовы:
— Выйди!
Хо Чжэнъянь ответил:
— Я хочу почистить зубы.
— Сначала я домою тряпку.
— Ванная такая огромная, к чему эта жадность? Здесь вполне хватит места для двоих.
Заметив, что Ли Яньлян молча сверлит его глазами, Хо Чжэнъянь мягко усмехнулся:
— Разве моя чистка зубов помешает тебе полоскать тряпку?
— …
Раздраженный Ли Яньлян молча шагнул в сторону, решив игнорировать наглеца, и принялся яростно тереть тряпку, пытаясь разорвать её в клочья.
— Ты что, кровный враг этой тряпке?
— Не твое собачье дело! — Ли Яньлян нарочно брызнул водой с чистой тряпки прямо на Хо Чжэнъяня. — Проваливай, я буду мыться.
Ловко увернувшись от брызг, Хо Чжэнъянь остался стоять у порога с сияющей улыбкой:
— Мы же оба альфы, чего ты боишься? Просто примем душ вместе, разве нельзя?
— Нельзя!
— Никаких компромиссов?
— Катись!
Скрипя зубами, Ли Яньлян вытолкнул Хо Чжэнъяня за дверь, захлопнул её и запер на задвижку — всё в одно движение, быстро и плавно.
С таким он в своей жизни еще не сталкивался!
Что за человек вообще?!
Ни стыда, ни совести!
Стоя под струями душа и намыливаясь, Ли Яньлян чувствовал такое бешенство, что был готов броситься в драку.
Как же прекрасно они жили в четырехместном номере раньше! Все были братьями друг другу и свято уважали чужие личные границы.
И что не так с этим Хо?
Почему он такой невоспитанный?
Все мажоры настолько лишены манер?
Или он делает это специально?
Судя по его виду, нельзя сказать, что он совсем обделен воспитанием, а значит, оставалось лишь одно объяснение: Хо Чжэнъянь делает это нарочно.
Совершенно точно нарочно!
Но завтра предстоит военная выучка, у него нет времени препираться с этим типом.
Успокоив нервы, Ли Яньлян выбрал полку и аккуратно расставил в уголке свой гель для душа, шампунь, пенку для умывания, эфирные масла и прочие баночки.
Потратив на гигиенические процедуры десять минут, Ли Яньлян стоял перед раковиной с мокрыми волосами, в свежих белых спортивных шортах и с полотенцем на шее.
Из-за пара зеркало затянуло пеленой — в нем виднелись лишь смутные, резкие черты его лица, а белизны зубов было не разглядеть вовсе. Пришлось протянуть руку, чтобы стереть конденсат, после чего он принялся за чистку зубов, внимательно глядя на свое отражение.
Мама говорила, что зубы нужно чистить тщательно, иначе в промежутках появится темный налет и быстро разовьется кариес.
Разянув рот, Ли Яньлян сосредоточенно проходился щеткой по каждому межзубному промежутку.
В этот момент из коридора донесся стук в дверь.
Звук был ленивым и неторопливым.
— Открой.
Ли Яньлян:
— …
Зажав щетку в зубах и не выплевывая пену, он буркнул:
— Погоди еще минуту.
— Спешу.
Ли Яньлян:
— …
— На крайняк, ты чисти свои, а я сделаю свои дела, мы же оба альфы, ничего страшного.
С протестующим мычанием Ли Яньлян рявкнул:
— Страшно!
— О, любишь поуже?
Ли Яньлян едва не задохнулся от гнева:
— Ты и зубы умудряешься чистить с пошлыми намеренками? Какая низость! Тебе самому не противно?
Как же это достало, даже зубы толком почистить не дают.
Ли Яньляну пришлось поспешно выплюнуть пену, быстро прополоскать рот и, с яростным выражением лица распахнув дверь, злобно зыркнуть на наглую ухмылку на пороге, после чего он вернулся в комнату.
Высушив волосы, Ли Яньлян завернулся в плед и лег, но раздражение в груди не утихало. Ворочаясь с боку на бок, он мысленно видел только эту самодовольную физиономию Хо Чжэнъяня.
Так и врезал бы ему! Невоспитанный хам!
Достав телефон, Ли Яньлян зашел в популярный школьный паблик и задал анонимный вопрос в боте:
#Что делать, если твой сосед по комнате — человек, которого ты люто ненавидишь?#
Ответ 1: Смени комнату.
Ответ 2: А что тут еще сделаешь, устрой ему темную?
Ответ 3: Терпи.
Ответ 4: Если совсем припрёт — побейтесь. Глядишь, в процессе драки проникнетесь чувствами и спать ляжете вместе.
Ответ 5: Эх, сделай шаг назад — и откроется целый мир. Словесные перепалки — это же не дележ имущества, зачем портить отношения окончательно?
Ответ 6: Встретимся на боевой арене, кто проиграл — тот и лох.
Ли Яньлян: …Пожалуй, если припрёт, проще все-таки сменить комнату, этот вариант кажется самым ненапряжным.
Но какую причину придумать? Не заявишь же куратору напрямую: этот тип пытался затащить меня в душ, поэтому я хочу переехать?
Тск, не слишком ли это капризно с его стороны?!
В конце концов, они просто два альфы, принявшие душ вместе, вроде бы ничего особенного.
Ли Яньлян внезапно замер в ужасе.
Что с ним такое? С каких пор он стал таким неженкой?
Он ведь никогда раньше особо не испытывал неприязни к людям!
Почему же сейчас всё иначе?
Неужели…
Ли Яньлян резко сел на кровати.
Он встретил достойного соперника!
Нахлынувшее возбуждение мигом прогнало остатки сна.
Уважаемый читатель, впереди еще много интересного в этой главе, пожалуйста, нажмите на кнопку ниже и продолжайте чтение!
Нет!
Стоп, нельзя об этом думать, нужно срочно спать, завтра ведь утренняя военная выучка.
Ли Яньлян торопливо зажмурился.
В Звездном научно-техническом университете из года в год существовала традиция: по окончании военной подготовки выбирать лучшего новобранца. Ли Яньлян обязан взять это первое место! Когда родители вернутся из командировки и узнают об этом, они несомненно будут счастливы.
Так он сможет доказать, что он не просто лучший ученик школы №1 города Наньчжэнь, но и способен подняться на вершину среди самых талантливых студентов всей страны. Гдидишь, даже сравняется со своими родителями-военными.
Хо Чжэнъянь? Тьфу.
Игнорировать, игнорировать, игнорировать!
Натянув плед с головой, Ли Яньлян погрузился в сон.
Утром он встал спозаранку, немного привелся в порядок и отправился на утреннюю пробежку — полезная привычка, выработанная за долгие годы. Общий сбор на военную подготовку был назначен на семь тридцать.
Сейчас небо только серело, так что, отбегав положенные десять кругов, он как раз успел бы перекусить.
В общежитии имелась полноценно оборудованная кухня, и вскоре он сможет сходить к задней воротам школы — говорят, там располагался колоритный и недорогой рынок. Ли Яньлян планировал прикупить продуктов и приготовить что-нибудь самостоятельно.
В конце концов, в такую раннюю пору столовая еще закрыта, и завтрак придется организовывать своими силами.
Вернувшись в комнату с пакетом продуктов, он обнаружил, что на часах ровно половина шестого.
Их комнаты располагались дверь в дверь. Проходя мимо и собираясь взять смену белья для душа, Ли Яньлян бросил взгляд внутрь: дверь спальни Хо Чжэнъяня была открыта, самого парня в комнате не оказалось.
Внутри царил идеальный порядок, вещи лежали ровно на своих местах, ни намека на беспорядок — пожалуй, даже чище, чем у самого Ли Яньляна.
Сам Ли Яньлян не был патологическим педантом, его вещи порой валялись где попало, просто он очень любил чистоту и регулярно устраивал уборку.
Но комната Хо Чжэнъяня выглядела так, будто ее только что сдали после ремонта для демонстрации.
Глядя на этот «образец порядка», Ли Яньлян озадаченно подумал: неужели этот тип тоже встал ни свет ни заря?
А он-то воображал его заносчивым, ленивым мажором, который палец о палец не умеет ударить.
В конце концов, манера держаться у Хо Чжэнъяня была весьма вальяжной, точь-в-точь как у тех избалованных богатеев, что получают дипломы исключительно по блату.
Судя по его опыту общения с золотой молодежью, у подобных принцев дома всегда держат опытных горничных, которые раскладывают их одежду и вещи строго по привычкам хозяина.
Такие люди обычно и пальцем о палец не ударяют по хозяйству.
Неужели он ошибся на его счет?
Но зачем тогда вставать так рано? Тоже побегать решил?
Хотя стоп, с какой стати он вообще о нем думает?
http://bllate.org/book/25036/2963494
Готово:
