Так называемое знакомство с родителями...
Фан Цянь вошёл внутрь, и не прошло много времени, как мне позвонил Хуан Чжао. В трубке стояла гробовая тишина, я тоже не знал, что сказать, поэтому просто стоял на месте, зажав телефон в руке, и не шевелился.
Наконец я услышал, как в трубке Лю Ин окликнула его, и тогда Хуан Чжао тяжело вздохнул и сбросил вызов.
Когда всё стихло, я убрал телефон, лениво вышел на балкон и закурил. В клубах дыма я слегка прищурился: как именно переплелись судьбы Хуан Чжао и Ян Чэня, Хуан Чжао и Лю Ин, Лю Ин и Ян Чэня — я не знал, да меня это и не касалось.
На самом деле в тот момент я даже немного сочувствовал Хуан Чжао, ведь настоящий Ян Чэнь уже никогда не сможет узнать о его чувствах и никогда больше не сплетётся с ним судьбами.
Но сочувствие есть сочувствие — это лишь мимолётное чувство, а моя, Фан Туна, жизнь должна была продолжаться.
Выкурив две сигареты, я вернулся в гостиную. Внутри царила абсолютная тишина. Медленно и вальяжно оглядев квартиру, побродив туда-сюда пару кругов, я наконец толкнул дверь в комнату по соседству с комнатой Фан Цяня и лёг спать прямо там. Больше всего мне, конечно, хотелось лечь рядом с Фан Цянем, но, подумав немного, я решил, что лучше не стоит.
Наверное, из-за того, что мы ночевали под одной крышей, спалось мне на редкость крепко и спокойно... Проснувшись, я обнаружил, что за окном уже стемнело. Сквозь полудрёму до меня донеслись голоса из гостиной. Я медленно приподнялся на кровати и зевнул. Прислушавшись, я понял, что один голос принадлежал Фан Цяню, а второй казался смутно знакомым, вот только я никак не мог сообразить, кому именно.
Хотя я прекрасно знал, на что способен Фан Цянь, на душе всё равно скребли кошки, поэтому я быстро оделся, открыл дверь и вышел.
Как раз в этот момент до меня донёсся холодный голос Фан Цяня:
— Я же говорил: твоего брата здесь нет, он уже ушёл, вы ошиблись адресом... — В его голосе проскальзывали нотки какого-то странного раздражения.
Однако прежде чем он успел закончить, я распахнул дверь и вышел, невольно поставив его в неловкое положение. Возвращаться в комнату под устремлёнными на нас взглядами было уже поздно, поэтому я кое-как изобразил бодрость и помахал рукой человеку, сидевшему напротив него. Вялым и лишённым сил голосом я бросил:
— Старший брат...
Увидев меня, Янь Фэн слегка качнулся, одна его нога неторопливо закинулась на другую, а на лице внезапно проступили мягкость и улыбка — от него веяло невыразимым расслаблением.
Фан Цянь замер, глядя на меня, затем перевёл взгляд на дверь комнаты, из которой я вышел, бросил короткий взгляд из-под сведённых бровей, плотно сжал тонкие губы и ничего не сказал.
Я потёр нос, уселся рядом с Фан Цянем и виновато усмехнулся Янь Фэну:
— Старший брат, а ты какими судьбами?
— Разумеется, пришёл забрать тебя, — лениво произнёс Янь Фэн. — Только вот не знаю, отпустит ли тебя господин Фан. — Он легко улыбнулся, и его заурядные черты лица отчего-то неожиданно озарились особой привлекательностью.
Фан Цянь услышал это и с прохладной усмешкой ответил:
— Что за слова такие у господина Оуяна? Ноги у него длинные, если захочет уйти, разве я смогу его удержать?
Лицо его было совершенно бесстрастным, а взгляд не задерживался ни на мне, ни на Янь Фэне. Янь Фэн тихонько хмыкнул:
— Вот как?
Наблюдая за их пикировкой, я поспешно вмешался:
— Старший брат, я не хочу возвращаться, поезжай домой сам.
Янь Фэн посмотрел на меня, слегка изогнув брови:
— Точно не вернёшься?
— Я хочу остаться и позаботиться о Цяне, — тихо сказал я.
Янь Фэн чуть приподнял свои благородные брови, окинул взглядом меня и Фан Цяня с полуулыбкой во взоре, а затем поднялся на ноги и произнёс:
— Не хочешь — как хочешь. Но надеюсь, ты крепко-накрепко запомнил насчёт завтрашней поездки в аэропорт. Сам знаешь, у деда скверный характер.
Я опустил глаза. Он твой дед — это тебе его характер хорошо знаком, а я-то откуда знаю?
Досказав своё, Янь Фэн поднялся и ушёл. Лишь когда он скрылся, я поднял голову и посмотрел на Фан Цяня. Тот как раз смотрел на меня в ответ, и из-за того, что мы сидели совсем близко, я даже смог разглядеть маленькую родинку у него между бровями.
Фан Цянь смотрел на меня немигающим взглядом из-под изящных бровей.
— Ты что, испугался, что я уйду? — вспомнив то, что он только что говорил Янь Фэну, моё сердце внезапно смягчилось, и я не удержался от тихого вопроса.
Фан Цянь в ответ холодно фыркнул. Понимая, что он разозлился, я попытался увернуться от его удара, но он оказался проворнее Цянцзы и действовал куда решительнее, так что увернуться мне так и не удалось. В итоге оба моих глаза симметрично украсились синяками.
Затем Фан Цянь поднялся, достал из холодильника банку ледяного пива, а я тем временем потёр ноющие веки и предложил:
— Цянь, поехали завтра со мной к дедушке?
Фан Цянь замер на секунду со стаканом в руке, после чего мягко улыбнулся мне и тихо переспросил:
— Поехать с тобой к твоему дедушке?
Его улыбка цвела так ярко, словно разом распустились три тысячи персиковых деревьев, придавая ему невероятно привлекательный вид.
Я само собой разумеющееся кивнул, подошёл к нему и забрал пиво из его рук:
— У тебя слабый желудок, нельзя пить ледяное натощак. Я приготовлю тебе что-нибудь горячее.
Фан Цянь молча смотрел на меня долгую минуту, а затем едва заметно кивнул. Я расплылся в улыбке.
Видя, что он согласился, я был искренне рад. Разумеется, мне не хотелось допытываться, почему он вдруг передумал — всё это было неважно.
Фан Цянь опустил глаза, бросив на меня короткий взгляд, а я тихо сказал:
— Посмотри пока телевизор или сделай зарядку, отдохни немного, а я приготовлю поесть.
Он едва заметно кивнул. Много-много позже, прижимая к груди этого вредного возлюбленного, я вдруг вспомнил ту сцену и невольно улыбнулся про себя. Фан Цянь тогда холодно фыркнул на меня — он, конечно же, догадывался, чему я улыбаюсь, и его белые мочки ушей слегка покраснели. Очарованный этим зрелищем, я прижался губами к его прекрасным, совершенным губам...
Но в тот момент я думал лишь о том, как приготовить для него нормальный ужин и накормить досыта.
По правде говоря, до восемнадцати лет я вообще не умел готовить. Позже, когда мы с Фан Цянем скитались по улицам, нам вечно не хватало ни еды, ни одежды.
Честно говоря, ощущения тогда были непередаваемые. Желудок Фан Цяня от природы был куда чувствительнее и изнеженнее, чем у обычных людей, и в те дни ему пришлось несладко. По возвращении в Сичэн я несколько месяцев подряд усердно изучал кулинарные рецепты, чтобы поправить его здоровье.
Только вот я уже пять лет ничего не готовил, удастся ли мне воспроизвести тот самый вкус?
Зайдя на кухню и открыв холодильник, я обнаружил, что он пуст: нашлось лишь два помидора, одно яйцо, один огурец и горсть лапши.
Я покачал головой: сразу было ясно, что о себе этот человек совсем не заботится.
Я обжарил помидоры с яйцом, следом слегка потушил огурец и сварил миску прозрачного лапшичного супа, после чего вынес всё это к Фан Цяню.
Фан Цянь окинул взглядом еду, его изящные брови сошлись на переносице. Взяв палочки, он медленно сделал пару глотков, но постепенно его движения замедлились. Он отложил палочки и застыл, ошеломлённо глядя на меня.
Я подпёр щёку рукой и смотрел на него в ответ, но прежде чем я успел что-то сказать, Фан Цянь вдруг встал со словами: Я пойду покурю — и направился на балкон.
Я поднялся следом и посмотрел на него. Фан Цянь стоял на балконе спиной ко мне, и фигура его казалась совсем хрупкой.
Я чуть нахмурился и молча наблюдал за ним, пока не опустилась ночь, а в темноте не замигал огонёк тлеющей сигареты.
Вскоре Фан Цянь затушил окурок и вернулся в комнату. Не дожидаясь, пока я заговорю, он сразу ушёл к себе отдыхать.
Когда он скрылся, я тихо вздохнул.
Этой ночью я ворочался в постели и не сомкнул глаз до самого утра. Проснувшись на рассвете в полубессознательном состоянии, я вышел в гостиную и застал Фан Цяня: свежий и бодрый, он сидел на диване и читал газету. Заметив меня, он равнодушно бросил:
— Уже поздно.
Я кивнул:
— Я приготовлю тебе завтрак.
— Как хочешь. В конце концов, ехать к твоему деду, а не к моему, — Фан Цянь одарил меня соблазнительной улыбкой. — Если считаешь, что времени ещё вагон, иди на кухню и потранжирь его.
http://bllate.org/book/25023/2959116
Готово: