Совершенно не подозревая, что ему предстоит отправиться на курсы для родителей, Тань Цин сладко выспался, с наслаждением потягиваясь, и, протирая глаза, вылез из постели смутно соображая, что пора бы сходить в туалет.
Только толкнув дверь ванной, он нос к носу столкнулся с Жун Шэном, который как раз закончил свои дела.
Мужчины застыли друг напротив друга в полном уборе из Евы, слегка замернув.
Жун Шэн на секунду растерялся, но тут же быстро натянул штаны и с усмешкой протянул:
— Малыш, неужели с самого утра так приспичило?
Тань Цин неторопливо проследил взглядом, как Жун Шэн аккуратно заправляет хозяйство обратно, с некоторым сожалением окинул взглядом целые и невредимые швы на его брюках и вынес вердикт:
— Можешь не комплексовать, размер вполне внушительный, вот только кривоват малость.
Жун Шэн: «???»
Жун Шэн отчетливо понял, что его только что заигрывающе поддразнили.
Хотя в крутящемся в бесконечной суете шоу-бизнесе открытые соблазнения и флирт были делом привычным и вполне нормальным...
Самое страшное было в другом — он поймал себя на мысли, что от какой-то одной фразы его тело уже отреагировало возбуждением.
Жун Шэн списывал это на накопившееся за ночь напряжение, которому не нашлось своевременного выхода.
Поэтому, бросив на Тань Цин многозначительный взгляд, он протянул с подтекстом:
— Нравится?
Тань Цин зевнул, протиснулся мимо дверного косяка к унитазу и небрежно бросил в ответ:
— Понятия не имею. Нужно сравнить с несколькими другими, прежде чем делать выводы.
Жун Шэн: «……»
Жун Шэн с остолбеневшим выражением лица уставился на отчетливый бугорок, образовавшийся спереди на штанах, а затем перевел взгляд на Тань Цин.
Тань Цин, казалось, вовсе не нуждался в уединении и не видел ничего предосудительного в том, что Жун Шэн стоит над душой.
Он сонно нашарил пальцами пояс брюк, и его длинные, бледные и изящные пальцы провозились добрую половину минуты, прежде чем удалось расстегнуть молнию.
Видимо, расслабившись, он прикрыл глаза и чуть-чуть откинул голову назад.
В этот момент его хрупкая, тонкая шея оказалась полностью обнажена.
Жун Шэн так и замер на месте, долго не решаясь сделать и шагу.
Пока Тань Цин не закончил все дела, неторопливо и аккуратно приведя себя в порядок, не смыл за собой воду и, сонно моргая, послушно не застыл рядом с вопросом:
— Что у нас сегодня на завтрак?
В этот момент Жун Шэна посетило странное, сюрреалистичное ощущение.
Казалось, будто Тань Цин заглянул в эту квартиру не случайно, спасаясь от ночных обстоятельств, а изначально должен был жить здесь.
Вместе с ним.
Подобные мысли вызвали у Жун Шэна крайне смутные чувства, и его изначальное намерение сразу же ехать в офис претерпело резкие изменения:
— В холодильнике должны оставаться продукты, которые оставляла домработница, сейчас гляну.
— Угу.
Тань Цин послушно, след в след, последовал за Жун Шэном прямо на кухню.
Жун Шэн действительно давненько не появлялся в этой квартире; хотя домработница исправно приходила на уборку каждую неделю, содержимое холодильника явно давненько не обновлялось.
Вскрыв шестую пачку замороженных пельменей.
Тань Цин жалостливым взглядом погладил собственный живот и робко обратился к состоятельному президенту Жун Шэну:
— А мы можем сходить поесть в KFC?
Жун Шэн: «……»
Жун Шэн, отправившись на учебу за границу сразу после окончания начальной школы, не испытывал ни малейшего интереса к фастфуду, который любят разве что сопливые дети.
Поэтому, немного поколебавшись, он достал из шкафа новое серо-голубое пальто и протянул его Тань Цин, с усмешкой бросив:
— Ладно, поцелуй меня — и сразу поедем, согласен?
Утром в зале KFC было почти пусто.
Тань Цин выудил из кармана те самые очки с простыми стеклами, которые использовал накануне для маскировки в клубе, надел их и совершенно открыто вошел через парадный вход вместе с Жун Шэном.
Однако стоило им сделать заказ, как в процессе подготовки к выдаче одна из сотрудниц за стойкой, завязывавшая волосы в конский хвост, с любопытством уставилась на Тань Цин и нерешительно поинтересовалась:
— Простите... вы случайно не Тань Цин?
Тань Цин, пряча глаза за очковыми линзами, в упор уставился на окошко выдачи заказов и так аппетитно облизнулся, что едва не пустил слюнки.
Услышав вопрос кассирши, он с самым невинным видом помотал головой и легонько подтолкнул локтем стоявшего рядом Жун Шэна:
— А я еще хочу вон ту большую куриную ножку.
Жун Шэн помолчал пару секунд и тыкнул пальцем в меню:
— Добавьте ему еще две порции хрустящей жареной курицы.
Тань Цин тут же выставил вперед два пальца:
— И еще два острых куриных крылышка, и большую колу, пожалуйста, хи-хи-хи.
Жун Шэн: «……»
Жун Шэн расплатился за заказ и, наконец, окинул Тань Цин взглядом бизнесмена:
— Ты что, фигуру не держишь? Я смотрю, артисты в нашей компании готовы круглыми сутками питаться одним овощным салатом.
Тань Цин пускал слюнки на золотистую курочку за стеклом витрины и лишь спустя пару мгновений ответил:
— Я же не они.
Жун Шэн: — В смысле не они?
Тань Цин смахнул несуществующую слюну и без запинки выдал:
— Я сейчас безработный и временно не у дел, так что мяса не ел уже целую вечность.
Жун Шэн: «……»
Пожалуй, снедаемая сомнениями девушка-кассир, вручая Тань Цин увесистые бумажные пакеты с бургерами и крылышками, все же не удержалась и переспросила:
— Вы правда не Тань Цин?
Тань Цин поспешно свернул лавочку с поеданием еды прямо на месте, запихнул снеки в бумажный пакет, сделал жадный глоток из стакана с колой и отрапортовал:
— Меня зовут Лю Дачжуан вообще-то, а кто такой этот ваш Тань Цин?
Кассирша: «……»
Жун Шэн: «……»
В повисшей тишине, не лишенной определенной неловкости, Тань Цин спешно ретировался, прихватив пакеты.
У кассы остался лишь один Жун Шэн, которого девушка принялась разглядывать с удвоенным вниманием.
Ее хвостик задорно покачивался из стороны в сторону:
— Простите, вы ведь господин Жун Шэн, генеральный директор Шэнцзин Развлечения? Я видела ваше фото в журнале.
Жун Шэн на мгновение замер, привычным движением вытащил из кошелька пару хрустящих купюр крупного номинала, протянул их сотруднице и одарил ее непринужденной, обаятельной улыбкой:
— Он просто боится, что фанаты увидят, как он уплетает фастфуд, и это разрушит его сценический образ, он вовсе не со зла пытался вас разыграть. Сходите купите себе новую помаду, тот новый оттенок от Ив Сен-Лоран вам очень к лицу.
Девушка густо покраснела и смущенно замахала руками:
— Н-не нужно... я вообще-то обожаю Цин Цин! Я... я ему верю!
Жун Шэн приподнял бровь:
— Веришь ему?
Девушка убежденно заявила:
— Да! Все те скандалы наверняка сплошная ложь! А Хэ Минюй как вторая сторона вообще ни разу не вышел из тени! Вот же бесхарактерный трус!
Жун Шэн: «……»
Со сложными чувствами на душе Жун Шэн вернулся в машину и обнаружил, что Тань Цин уже практически прикончил все крылышки, ножки и наггетсы.
Причем так чисто, что на косточках не осталось ни единого кусочка кожицы или мяса.
В этот момент Тань Цин как раз аккуратно водворял обглоданную куриную косточку обратно в бумажный пакет, при этом облизав большой палец. Его губы, покрытые тончайшим масляным блеском, аппетитно зачмокали, а на лице читалось явное сожаление, что еда так быстро закончилась.
Затем алый кончик языка медленно и осторожно скользнул по губам, проходясь по ним сантиметр за сантиметром.
Брюки из костюмной ткани на Жун Шэне сегодня были не самые узкие, но он все равно испугался, что даже в них образуется недвусмысленный бугорок.
Поэтому он молча протянул спутнику салфетку и невпопад бросил:
— Та продавщица за кассой оказалась твоей фанаткой.
Ну конечно.
Тань Цин удивленно замер на полуслове:
— У меня что, и фанаты есть?
Жун Шэн хмыкнул:
— Угу, она сказала, что верит тебе.
Тань Цин вытер рот и с любопытством повернулся к нему:
— Во что верит? В то, что я не лез в постель к Хэ Минюю?
— ...
— Тогда ее картине мира придет конец.
Тань Цин вытер руки еще одной салфеткой и с видом человека, познавшего жизнь, изрек:
— Впрочем, ничего страшного, моя собственная картина мира ведь тоже рушилась.
Особенно когда его настигла небесная кара в виде молний.
Тогда он отчетливо понял, что все те годы воздержания, молитв и постов прошли даром.
Особенно если вспомнить времена, когда он был старейшиной-патриархом.
Сколько же красивых юношей и девушек мечтали практиковать с ним парную культивацию!
Эх.
Виной всему была лишь излишняя наивность в прошлом.
Заметив, что разговор стремительно уходит не в ту степь, Жун Шэн поспешно вернул беседу в нужное русло:
— Ну а дальше ты чем собираешься заниматься?
Вопрос был более чем актуальным.
Тань Цин отложил в сторону последнюю обглоданную куриную косточку, немного подумал и выдал:
— Я планирую устроиться в ночной клуб продавать алкоголь.
Жун Шэн: — ...По какой причине?
Тань Цин, продолжая жевать куриное мясо, принялся раскладывать все по полочкам:
— Судя по моим вчерашним наблюдениям, на продаже выпивки можно не только неплохо зарабатывать за счет процентов от продаж, но еще и самому прикладываться к бутылке совершенно бесплатно.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— А самое главное — я заметил, что остальные продавцы бухтаря в том клубе выглядят куда хуже меня. Если я туда пойду, то точно срублю кучу бабла.
У Жун Шэна даже дежурная усмешка застыла в уголке рта.
Тань Цин подчистую уплел весь набор из KFC, аккуратно запечатал бумажный пакет и вытащил из кармана телефон.
Наблюдая, как Тань Цин увлеченно тыкает пальцем в экран, Жун Шэн поинтересовался:
— Что ты делаешь?
Тань Цин набрал номер и смышлено пояснил:
— Звоню менеджеру того клуба. Сегодня собеседование, завтра выхожу на смену, послезавтра становлюсь лучшим работником по продажам и взбираюсь на вершину жизненного успеха.
Жун Шэн: — ...Это тебе кто такую ерунду наговорил?
Тань Цин с видом знатока сплетен ответил:
— Менеджер клуба и сказал. А еще он говорил, что у него там работает один крутой молодой господин, от которого без ума все богатые дамы. Стоит прошлой спонсорше остаться без денег, как он тут же переключается на следующую мамочку.
Жун Шэн: «……»
Жун Шэн счел планы Тань Цина крайне опасными:
— Помимо работы продавцом алкоголя, ты вообще думал о чем-нибудь другом?
Тань Цин похлопал ресницами, пару секунд глядя на Жун Шэна, а затем с величайшим воодушевлением произнес:
— Я еще хочу раздобыть список богатых дам, желательно составленный по убыванию их финансового состояния.
Машина Жун Шэна едва не влетела в бетонную колонну на подземной парковке Шэнцзин Развлечения.
Чжао Цун как раз припарковал машину и собирался направиться к лифтам, как вдруг, обернувшись, увидел, что ехавший позади него спортивный седан марки Ягуар резко затормозил буквально в десяти сантиментах от несущей опоры.
Служебную машину Жун Шэна в компании знал каждый.
Чжао Цун поспешно подбежал ближе, заглядывая в окно с самым участливым видом:
— Ой, господин Жун, вы в порядке? У вас случайно не заболело... Тань Цин? Ты-то какого черта здесь забыл?
Тань Цин осквернил лицо усмешкой, сунув в руки менеджеру пакет с мусором от съеденного фастфуда:
— Какая встреча, не сочти за труд, помоги выбросить, мой дорогой менеджер.
Чжао Цун закипел от злости, но не смел показывать эмоции при Жун Шэне. Он уже протянул руку, намереваясь распахнуть дверцу и вытащить Тань Цина наружу:
— Я еще с вчерашнего ужина тебе не припомнил, как ты прокатил двух влиятельных боссов, наглец эдакий! А ну выметаивайся из машины!
Жун Шэн просто объехал Чжао Цуна и припарковал автомобиль в положенном месте.
Пережив за утро несколько потрясений основ мироздания, он уже довольно быстро вернулся в нормальный режим работы и сделал Тань Цин знак пальцем:
— Пошли, малыш, поднимемся со мной в офис.
Тань Цин, все еще переживая, не осталось ли в выброшенном Чжао Цону пакете недоеденных куриных ножек, вскинул голову:
— Зачем это мы идем наверх?
Жун Шэн улыбнулся и, используя проверенную тактику завлекания, произнес:
— Идем, покажу тебе способ разбогатеть без всяких богатых дам.
Идет.
Тань Цин тут же послушно сел ему на хвост.
Личный помощник уже заварил кофе и приготовил к встрече материалы совещания, которые тут же положил на стол Жун Шэну.
Жун Шэн бегло просмотрел бумаги и бросил:
— Ся Цзин на месте? Пусть зайдет.
Помощник на высоких каблуках сбегал в рабочую зону сотрудников и, вернувшись, покачал головой:
— Господин Жун, я только что связалась с менеджером Ся, она сказала, что Жань Аньло с утра почувствовал себя неважно, поэтому она сопровождает его в больницу.
Жун Шэн небрежно бросил:
— В больницу? Серьезно заболел?
Помощник доложила:
— Говорят, они поехали в частную клинику семьи Цзи, там должна быть хорошая конфиденциальность. Господин Жун, позвонить им, чтобы уточнить детали?
Маленький театр, Тань Цин Цин: Ой, ты снова отказываешься признавать собственного сына, бессовестный негодяй.
Хэ Минюй: Я виноват.
Тань Цин Цин: Впрочем, не страшно, я могу подыскать ему другого папашу.
Хэ Минюй: ???
Тань Цин Цин: KFC такая вкуснятина, хи-хи-хи.
Жун Шэн: Скупаю все, едим сколько влезет!
Автор: До чего же жалко беднягу: мало того что на твою жену зарится толпа желающих, так кто-то еще и на твоего ребенка виды имеет... а самое страшное, что кое-кто вообще не прочь прибрать к рукам и жену, и ребенка разом, тц-тц-тц.
Хэ Минюй: Ты что, сущий дьявол?
http://bllate.org/book/24991/2955463
Готово:
