Первая школа была полузакрытого типа. По принудительному правилу тридцать лучших учеников каждого класса обязаны были жить в общежитии, а остальные могли выбирать между проживанием на территории школы или приходящим обучением. Впрочем, даже приходящим ученикам строго запрещалось уходить домой в обеденный перерыв.
Выходные у Сун Цы были полностью захвачены Сун Жоюнь. А ведь в это воскресенье он должен был заранее вернуться в школу, чтобы обсудить план занятий на завтра.
— Ты ведь не приходящий учитель, а просто классный руководитель, зачем тебе что-то планировать? Не пойдешь — ничего не случится, — Сун Жоюнь умылась и протянула ему резинку для волос с запястья. — Заплети мне волосы.
Глядя на резинку в ладони, он на несколько секунд задумался, после чего его длинные пальцы скользнули в ее мягкие, послушные локоны и закрепили прическу.
Сун Жоюнь нанесла маску, посмотрела в зеркало на получившийся высокий хвост, склонила голову, разглядывая его с разных сторон, и искренне похвалила:
— А ты молодец, Сун Цы, неплохо справился.
Сун Цы мягко улыбнулся, и в его ясных глазах отразилась теплая нежность:
— Сойдет?
Сегодня Сун Жоюнь не стала краситься, лишь слегка коснулась губ помадой, а затем потащила Сун Цы с собой по торговым центрам.
Он, нагруженный множеством пакетов, шел следом за ней, не выказывая ни капли недовольства. Напротив, на его лице всегда играла улыбка. Молодой человек был хорош собой, а его глаза, напоминавшие щенячьи, придавали ему особую, невольно притягивающую обаяние, когда он улыбался.
От него исходила мягкая аура, создававшая ощущение, что, глядя на кого-то, он окружает этого человека безграничной заботой, заставляя невольно терять голову.
Это зрелище буквально ослепляло одиноких посетителей торгового центра. Особенно девушки были настолько заворожены, что готовы были упасть в его объятия.
[Сердцебиение: 150]
Сун Цы заслонило розовыми сердечками и золотыми четырехугольными звездами, всплывающими прямо перед глазами — дешевые спецэффекты в духе пятикопеечных игр.
Подавив желание прибить системного кота, он очень вежливо улыбнулся:
— Будь добр, отключи спецэффекты и звуковые оповещения, спасибо.
Мао Сан, сбитый с толку мощной волной недовольства Сун Цы, кубарем покатился в сторону, поспешно отключил эффекты и звук, а затем принял вид испуганного зверька, молящего о пощаде и ласке.
Сун Цы задумчиво посмотрел на спину девушки и вдруг спросил:
— Жоюнь, как долго ты собираешься оставаться в Аньши?
— Полгода.
Подумав о том, что через десять с лишним дней им предстоит расстаться и неизвестно, когда они снова увидятся, Сун Жоюнь не удержалась от жалоб:
— И о чем только думал отец, отправив тебя в такую глушь?
Вспомнив, что видела в школе вчера, она не удержалась от колкости:
— А та железная койка? В ней и метра восьмидесяти не будет! Понятия не имею, как ты там помещаешься. На днях обязательно поговорю с отцом, чтобы он перевел тебя обратно.
— Я приехал сюда не для того, чтобы наслаждаться жизнью, — Сун Цы был немного обескуражен, но все же нежно убрал за ее ухо выбившуюся прядь волос. — Жоюнь, не надо постоянно беспокоить дядю Суна. Я приехал в Аньши по собственному желанию.
Сун Жоюнь, видя, что он отказывается принять ее заботу, расстроилась:
— Ты настолько не хочешь возвращаться? Не хочешь быть со мной?
— Я вовсе не это имел в виду, не накручивай себя.
Сун Цы взглянул на чайную лавку неподалеку и прищурился:
— Впереди магазин с твоим любимым брендом чая, давай купим по стаканчику?
— Иди купи, я подожду здесь.
Сун Жоюнь посмотрела на длинную очередь, подошла к скамейке, села и приподняла подбородок.
Сун Цы, глядя на ее детское упрямство, ласково улыбнулся и поставил пакеты рядом:
— Жди меня здесь, я скоро вернусь.
Сун Жоюнь взмахнула телефоном:
— Хорошо, давай быстрее.
Сун Цы встал в конец очереди. Непонятно почему, но покупателей сегодня было необычно много. Дойдя до середины, он обернулся в сторону Сун Жоюнь.
Она сидела, уткнувшись в телефон, и, судя по всему, увидела что-то веселое, раз так искренне рассмеялась. Хорошее настроение заразительно — его лицо невольно расслабилось.
Девушки в очереди рядом едва не лишились дара речи, крепко сжимая телефоны. Боже, откуда взялся такой красавец? Он только что улыбнулся, как кто-то может улыбаться так сладко и притягательно?
Одна яркая девушка незаметно проследила за взглядом Сун Цы — вдали на скамейке сидела девушка. Неужели это его подруга?
Та девушка, глядя на профиль Сун Цы, подумала, что он словно сошел со страниц манги — воплощение мягкости и благородства. Ее осенило вдохновение, она вспомнила фотографию, которую присылала подруга — не ожидала, что встретит его вживую.
Сун Жоюнь выключила телефон и подняла его, чтобы использовать как зеркало, поправляя челку. В отражении экрана она заметила, что какой-то мужчина смотрит на нее, и их взгляды встретились.
Легкий ветерок шевельнул пряди на лбу, прохлада пробралась под тонкую блузку, заставив ее поежиться. Она повернулась в ту сторону, но незнакомец в очках тут же опустил голову, уткнувшись в смартфон.
Сун Цы подошел к ней с чаем:
— Три части сахара, горячий.
Ветер стал холоднее, Сун Жоюнь накинула пальто и снова обернулась, но того мужчины уже не было.
Сун Цы проследил за ее взглядом, но под деревом было пусто:
— Что ты там высматриваешь?
— Ничего, показалось.
Наверное, она ошиблась, вряд ли тот человек смотрел на нее.
Сун Жоюнь отбросила эти мысли, взяла чай с уже вставленной трубочкой и усмехнулась:
— Сун Цы, а ты молодец, похвально.
— Жоюнь, я вообще-то твой старший брат, — Сун Цы рассмеялся, но не придал этому значения. Он поднял пакет с выпечкой: — Хочешь кусочек?
Сун Жоюнь, глядя на изысканные пирожные в форме лотоса, тут же проголодалась и кивнула ему:
— Покорми меня.
Сун Цы покачал головой, в его янтарных глазах светилось безграничное снисхождение, а губы тронула мягкая улыбка:
— Ну что мне с тобой делать.
Сун Жоюнь держала чай, хотя могла бы пить его одной рукой, но ей хотелось покапризничать, а Сун Цы воспринимал ее как маленького ребенка, которого нужно баловать.
Жуя лакомство, она пробормотала:
— Поздно уже, пора возвращаться.
В этот момент на телефон Сун Цы пришло сообщение от Му Цзиньнянь: Учитель Сун, не могли бы вы в следующий раз принести мне несколько учебников?
Судя по имеющейся информации, Му Цзиньнянь была безнадежной ученицей, которая целыми днями прогуливала уроки и уже два года прочно удерживала звание последней в школьном рейтинге.
И вдруг она сама просит об учебе? Она верила, что под ее чутким руководством та сможет встать на путь истинный, и эта мысль ее согрела.
Мао Сан вдруг выскочил, раздвигая виртуальные стены экрана, и высунул голову: [Хозяйка, мяу~]
— Я тебя звала?
Сун Цы, увидев внезапно загоревшийся экран и этого глупого кота с розовым облачком над головой, в котором было написано: Чего, мяу?, брезгливо произнесла:
— Не звала. Появился так быстро, голова зачесалась, решил, что мозги начали расти?
Мао Сан: _(:з」∠)_
Получив такой удар, ошарашенный Мао Сан сжался в изголовье кровати, впав в глубокую депрессию.
—
Сун Жоюнь шла впереди. Вечером температура резко упала, поднялся холодный ветер. Она плотнее запахнула пальто, пытаясь укрыться, но толку было мало.
— Что за погода в этом Аньши, весна на дворе, а до сих пор такой холод, — не выдержала она.
Сун Цы, увидев покрасневший от мороза нос Сун Жоюнь, снял свое пальто, накинул ей на плечи и застегнул молнию, укутав ее с ног до головы.
— Теперь не холодно?
Сун Жоюнь, ошеломленная такой близостью, даже не успела сообразить, что происходит. Она лишь невнятно промычала в ответ, а сердце ее забилось в бешеном ритме.
Сун Цы, заметив, что она витает в облаках, решил, что она еще не отогрелась:
— Скоро дойдем до парковки, там станет теплее.
— Знала бы, заставила бы тебя подогнать машину прямо к торговому центру, — проворчала она.
Хотя внешне она казалась недовольной, внутри ее охватило странное, теплое чувство радости.
Сун Жоюнь заметила, что он остался в одной тонкой рубашке. Ей хотелось проявить заботу, но не хотелось показывать это слишком явно, чтобы не выглядеть суетливой, поэтому она небрежно бросила:
— Тебе не холодно?
Сун Цы взглянул на ее гордое личико, словно насквозь видя все ее уловки. Ему было забавно, и он с удовольствием подыграл:
— Нет, не холодно.
Они сели в машину. Даже несмотря на то, что ее вид сейчас оставлял желать лучшего, она не спешила снимать пальто.
От него все еще исходил тонкий, едва уловимый аромат цветов — трудно было сказать, каких именно. Запах был легким, спокойным и безмятежным, прямо как сам Сун Цы — мягкий до глубины души.
http://bllate.org/book/24986/2954623
Готово:
