Готовый переклад Eternal Companionship / Быстрое перемещение: Вечно вместе: Розділ 18

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Вот еще жилой дом, — Императрица была куда эмоциональнее Ци-вана. Женщины больше всего на свете боятся всякой ползучей и прыгающей гадости, у нее даже мурашки по коже побежали. Подхватив Императора под руку, она поспешила прочь, пока Ци-ван вежливо провожал их до выхода.

Чжоу Ян, прятавшийся на крыше в облике дикого кота, не удержался, скривил мордочку и пробурчал:

— Сами вы дикие коты и крысы, ничего-то вы не понимаете. Хм... Вместо того чтобы беспокоиться о чужих браках, лучше бы за Императором приглядели. Кто знает, может, та ведьма уже наложила на него порчу? Еще нахлебаетесь горя, вы, обитательницы гарема.

Вспомнив, что его младшая сестра — самая любимая супруга в императорском дворце, Чжоу Ян нахмурился: ведь по закону подлости первой жертвой станет именно она. Но если он начнет ее предостерегать, это может привести к обратному результату, так что лучше оставить все как есть.

Сейчас судьбы главных героев и ключевых фигур практически изменились: ведьма, которая должна была охмурить Ци-вана, оказалась во дворце, а главный герой, который по сюжету должен был наслаждаться любовью с героиней, женился на какой-то безымянной статистке. Ха-ха, становится все интереснее, подожду-ка я продолжения банкета!

Ци-ван, с трудом проводив высоких гостей, едва переступил порог, как сердце его пропустило удар: на кушетке возлежал Чжоу Ян. На нем была лишь тонкая нижняя рубаха, распахнутая на груди, открывая взору полоску нежной белой кожи. Широкие штаны задрались до бедер, обнажая гладкие, словно из слоновой кости, ноги. Чжоу Ян скрестил их и лениво покачивал ступнями. У Ци-вана от этой картины глаза на лоб полезли.

Войдя, Ци-ван первым делом уселся за стол и принялся жадно хлебать кашу, словно голодный демон. Чжоу Ян невольно принялся его разглядывать.

— Глядя на твой пыл, я тоже начинаю думать, что тебе стоит завести жену... — заметив недобрый взгляд Ци-вана, Чжоу Ян тут же поправился: — Впрочем, я вижу, что тебе больше нравятся мужчины. Раз уж ты уже погубил меня, не стоит портить жизнь честной девушке.

— Так ты ревнуешь! — глаза Ци-вана засияли, лицо расплылось в восторге.

— Мы с тобой определенно существуем в разных измерениях, — Чжоу Ян знал, что ирония не пробьет броню самовлюбленного принца, поэтому подыграл: — Да, ревную.

Ци-ван, полный уверенности, с наглым и соблазнительным видом заявил:

— Ты наверняка просто без ума от того, как я проявил себя прошлой ночью, правда?

Чжоу Яна передернуло, он не выдержал и, вскочив, направился к выходу. Ци-ван же принял это за смущение и, довольно ухмыляясь, принялся смаковать воспоминания о минувшей ночи. Хорошо, что Чжоу Ян не видел его похабной физиономии, а то драки было бы не избежать.

Император и Императрица не собирались отступаться, решив, что Ци-ван просто отнекивается. Теперь каждое утро после аудиенции они задерживали его, изводя бесконечными нотациями. Ци-ван, устав от этого давления, после долгих раздумий дал им ответ.

Он заявил, что страдает от мужской любви и не хочет портить жизнь добропорядочным женщинам, а посему наследников у него не будет. Если же императорская семья желает, он готов усыновить подходящего ребенка. Такая новость прозвучала как дар небес, но вместе с тем вызвала подозрения.

Ци-ван терпеть не мог, когда его донимают, и раз уж Император с Императрицей решили тратить время на пустые разговоры, он решил нанести ответный удар при дворе.

На следующий день несколько чиновников подали прошение о назначении Наследного принца. При дворе разгорелся нешуточный спор, фракции столкнулись лбами, и у Императора от этого шума разболелась голова.

По статусу самым достойным был Первый принц — законный сын Императрицы. По уму же всех превосходил Четвертый принц, сын Благородной супруги Шу. Спор шел именно между ними.

Изначально ни супруга Шу, ни Четвертый принц не помышляли о престоле, но Император всегда выделял только Первого принца. Хотя официального статуса у того не было, все видели, что государь готовит его в преемники. Однако неожиданная поддержка стольких сановников, вставших на сторону Четвертого принца, заставила мать и сына задуматься о борьбе за власть.

Когда Чжоу Ян узнал об этом, ему захотелось придушить Ци-вана. Император и так не жаловал Клан Чжоу и Благородную супругу Шу, скрывая недовольство за внешней милостью. Рано или поздно это должно было взорваться, а Ци-ван поднес факел к пороховой бочке! И, как назло, задел самое больное место Императора.

Поддержка Четвертого принца со стороны Ци-вана не останется незамеченной. Два генерала, чья власть и так пугала государя, объединились, чтобы продвинуть своего кандидата — это же прямой бунт! С подозрительным и мелочным характером Императора такое поведение равносильно требованию отречения.

Когда Чжоу Ян высказал свои опасения, Ци-ван лишь отмахнулся:

— Если я захочу поднять восстание, я захвачу столицу в любой момент. Зачем мне поддерживать Четвертого принца? Я мог бы просто сам сесть на трон, к чему эти мелкие интриги?

Чжоу Ян, выслушав этот поток высокомерия, вздохнул. Неудивительно, что ты лишь пушечное мясо: с такой-то силой, когда можно уничтожить кого угодно или захватить трон по щелчку пальцев, разве сюжет может продолжаться?

— Делай что хочешь, но не впутывай в это Клан Чжоу. Ты в крайнем случае можешь сбежать на Северо-Запад, а нам защищать столицу. Боюсь, в итоге от нас останутся только головы на плахе.

Ци-ван виновато потер нос и слабо возразил:

— В конце концов, решение о назначении Наследного принца принимает только Император. Мы лишь немного подталкиваем его, а кого выбрать — он решит сам. Я же не собираюсь по-настоящему бунтовать...

— Нужно еще, чтобы Император поверил, что ты не собираешься бунтовать, — Чжоу Ян посмотрел на небо. Лето в самом разгаре, а это значит, что впереди затяжные дожди и риск наводнений.

Инфраструктура в древности была несовершенна, и каждое стихийное бедствие приводило к нищете, а в сочетании с жестоким правлением — к народному гневу.

Чжоу Ян усмехнулся, в голове созрел план. Он подошел к Ци-вану и прошептал несколько слов на ухо.

Ци-ван расплылся в улыбке, подхватил Чжоу Яна за лицо и крепко поцеловал. Чжоу Ян закатил глаза, но уже не сопротивлялся так яростно, как раньше. В душе царила странная смесь чувств.

Человек — не дерево, у него есть сердце. За долгое время Чжоу Ян действительно начал считать его другом. Хотя это была дружба, граничащая с чем-то большим... будь что будет.

Стихийное бедствие стало проверкой для правительства. Император, понимая, что сам уже стар и не может руководить операцией, под давлением чиновников отправил двух главных претендентов на престол помогать пострадавшим.

По распределению обязанностей было ясно, что Император благоволит Первому принцу: тот был назначен главным, все решения принимал он, а Четвертый принц выступал лишь в роли помощника. Если случится провал, отвечать придется именно ему.

Чжоу Ян усмехнулся про себя и вызвался помочь Первому принцу в зоне бедствия.

Услышав это, Ци-ван не на шутку встревожился. Раз уж Чжоу Ян едет, то и он, не жалея себя, отправится следом! Он предложил направить на передовую дополнительные войска, аргументируя это тем, что зона бедствия обширна, а на Северо-Западе как раз есть свободные силы.

Император, видя, что Ци-ван и Резиденция генерала снова действуют заодно, пришел в ярость, но возразить не смог. Он сжал зубы и дал согласие, уже обдумывая, как уничтожить их всех одним махом. Даже ценой жизни собственного старшего сына.

Узнав, что Ци-ван бесстыдно увязался следом, Чжоу Ян мысленно застонал: что, если Император решит покончить со всеми разом? Он хотел перехватить Ци-вана после аудиенции, но опоздал: того снова вызвал Император.

— Ваше Величество, не буду скрывать: человек, который мне дорог — это второй сын генерала Чжоу. Прошу вас, когда я вернусь, даруйте нам разрешение на брак.

— Что?! Второй сын Чжоу! — объединение таких сил — это же катастрофа!

— Именно так. Но генерал Чжоу и его супруга вряд ли легко согласятся, поэтому я осмеливаюсь просить вас о милости. Даже если это приведет к разрыву с генералом, я не отступлю. В Великой Ся нет запрета на союзы между мужчинами. Прошу, примите во внимание мою просьбу.

— Ты сошел с ума? Или это у меня со слухом проблемы? Ты... ты... на самом деле... кх-кх-кх... — Император заикался, а потом поперхнулся собственной слюной и закашлялся.

Ци-ван всегда был дерзким, но Император не ожидал, что до такой степени. Мало того, что он хочет жениться на мужчине, так еще и положил глаз на драгоценного сына генерала Чжоу! С характером генерала они наверняка вцепятся друг другу в глотки...

Заметив, как забегали глаза Императора, Ци-ван понял, что цель достигнута. Он поклонился и вышел, оставив государя в глубоком раздумье.

На следующий день армия отправилась в путь и после ночного перехода к вечеру следующего дня прибыла на место.

Все были измотаны, и когда местный уездный начальник вышел их встречать, он не мог поверить, что перед ним высокопоставленные особы: все они были бледными и еле держались на ногах...

Все это — заслуга Ци-вана. Он привык к тяготам военной службы и не собирался жалеть «золотую молодежь» из столицы. От него исходила такая аура убийственного холода, что когда принцы попытались высказать условия, он просто отшвырнул их в сторону. К счастью, обошлось без травм, иначе скандала было бы не избежать. Принцы, злясь, проглотили обиду и молча доехали до места.

Первый принц с уездным начальником церемониться не стал — в конце концов, это не Ци-ван, а мелкий чиновник пятого ранга. Он высокомерно отдавал приказы, требуя лучшей еды и покоев.

Четвертый принц, напротив, вел себя скромно и вежливо, сразу начав расспрашивать о ситуации с бедствием и принятых мерах. Начальник был тронут, увидев, что хоть кто-то из них здравомыслящий, и подробно ввел его в курс дела.

Ци-ван и Чжоу Ян тоже сидели в зале, Сюэ Чжицян находился рядом с Чжоу Яном. Ци-ван был хорош в войне, но не в гидротехнике. Сюэ Чжицян, уже участвовавший в спасательных операциях, был опытным человеком и говорил по существу, поэтому Чжоу Яну почти не приходилось вмешиваться, лишь изредка подбрасывая идеи. К глубокой ночи они выработали план и разошлись по комнатам.

В полудреме Чжоу Ян почувствовал, как кто-то обнял его со спины вместе с одеялом. Знакомое ощущение позволило ему без сопротивления провалиться в сон.

На рассвете, когда рядом еще чувствовалось тепло, Чжоу Ян, зная, что Ци-ван ведет свою игру, не мог вырваться из этого круга. Он погладил теплое одеяло и опустил веки с легкой улыбкой.

Ци-ван, войдя в комнату, застал его за этим занятием. Он поставил завтрак на стол и поддразнил:

— С утра пораньше улыбаешься, весь светишься. О чем думаешь? Не обо мне ли?

— Кто о тебе думает! Когда я улыбался? Каким глазом ты это увидел? Не умеешь ты разговаривать, честное слово!

— О-о-о! Засмущался и злишься? Я обоими глазами видел, как ты глупо улыбался, еще и запрещаешь говорить...

Встретившись с его все более недобрым взглядом, Ци-ван решил не перегибать палку и замолчал. Подчиненные говорили, что любимых нужно баловать. Значит, и его Ян-Яна нужно баловать!

— Показалось, оба глаза подвели. Давай вставай, завтракай.

Услышав, как тот, не раздумывая, признал вину, Чжоу Ян почувствовал себя еще более подавленным. Неужели я и правда влюбился в этого самовлюбленного идиота? Стоп! Никаких подобных мыслей! Иначе он совсем зазнается!

— Первый принц не устраивал скандалов?

— Он? Наверное, спит без задних ног. Зато Четвертый принц и твой подчиненный с самого утра ушли осматривать зону бедствия. Неплохо! Не зря я присмотрел его в качестве наследника.

— Сюэ Чжицян? У него хорошие способности, он ценный кадр.

Если бы не было непредвиденных обстоятельств, после этого бедствия его бы повысили. В оригинале главный герой, возглавлявший спасательную операцию, проявил себя с лучшей стороны, и тысячи людей просили Императора наградить его. Императору это было на руку, и Сюэ Чжицян получил повышение, сравнявшись в ранге с оригинальным владельцем тела.

Но сейчас, из-за участия принцев, главная заслуга будет присвоена им. Как бы Сюэ Чжицян ни старался, максимум, на что он может рассчитывать — это повышение на один ранг.

Услышав, что Сюэ Чжицян ушел с Четвертым принцем, Чжоу Ян искренне улыбнулся: теперь заслуги наверняка достанутся его двоюродному брату.

Ци-ван, увидев, как он улыбнулся при упоминании Сюэ Чжицяна, не выдержал и хлопнул по столу. Чжоу Ян, державший в руках чашку с кашей, едва не расплескал ее.

— Ты чего бесишься?

— Почему ты улыбаешься, как только слышишь имя Сюэ Чжицяна! Я ни разу не видел, чтобы ты так улыбался мне!

Чжоу Ян моргнул. В душе возникло странное чувство радости — сладкое, неясное...

— Сюэ Чжицян помогает Четвертому принцу, и в итоге основные лавры достанутся ему. Четвертый принц — мой кузен, разве я могу не радоваться успехам своей семьи?

Ци-ван тут же принял подобострастный вид и принялся усердно подкладывать еду в чашку Чжоу Яна.

— Поешь, и я отведу тебя к Четвертому принцу. Поможешь ему немного, заодно и заслугу получишь.

— Не хочу... В Клане Чжоу и так два генерала, Император уже считает нас костью в горле, а если еще и я... Нет, я просто хотел прогуляться, чтобы Четвертого принца не обидели, никаких наград мне не нужно.

— Ты вечно всего боишься. Делай что хочешь, живи моментом, понимаешь?

Чжоу Ян хотел возразить, но не мог не признать: Ци-ван видит все яснее. Будь то чувства или карьера, он и правда слишком много сомневается. Из-за опасений за Мо Чэнъюаня он не мог искренне принять Ци-вана. Из-за заботы об Императоре и семье — не мог быть самим собой. Без контроля Системы он стал еще более скованным.

— Ци-ван, кажется, ты мне и правда нравишься...

Ци-ван, который как раз накладывал еду, застыл. Признание Чжоу Яна прозвучало так внезапно, что он не поверил своим ушам! Он ведь не ослышался?

— Ян-Ян, за слова нужно отвечать. Признание не должно быть только на словах, нужны действия!

Ци-ван вскочил и начал возбужденно ходить вокруг стола.

— Признание? Думаю, ты не так понял... Я имел в виду, что мне нравится твой стиль работы, я восхищаюсь тобой...

— Не нужно объяснять, оправдания — это лишь попытка скрыть правду. Когда ты в меня влюбился? Говори немедленно.

Как может существовать настолько самовлюбленный человек... Чжоу Ян почувствовал, как его редкий порыв нежности испарился.

— Сколько людей сейчас скитаются без крова и еды... Если тебе нечем заняться, лучше подумай, как им помочь. Ладно, я наелся, пойду осмотрюсь.

Чиновники построили временные бараки на возвышенности. Деревянные кровати стояли в ряд, люди спали вплотную друг к другу. Воздух был тяжелым, условия — ужасными. Если начнется эпидемия, она распространится мгновенно.

— Постройте еще несколько бараков. Между кроватями нужно оставить проходы, сделайте окна для вентиляции. Если кто-то почувствует недомогание — немедленно в изолятор.

— Чжоу Ян, твои взгляды во многом совпадают со взглядами Сюэ Чжицяна. Вы что, сговорились? Впрочем, вы проводите вместе столько времени, это неудивительно, — Четвертый принц не удержался от подколки.

Ци-вану это не понравилось. Он терпеть не мог, когда Чжоу Яна связывали с Сюэ Чжицяном. У него была предвзятость к Сюэ Чжицяну с самой первой встречи. Чжоу Ян теперь входил в его «защитный круг», и никто не смел к нему приближаться! Защищать и обижать его может только он сам.

— Четвертый принц! Мы нашли группу пострадавших, но мост разрушен, река отрезала их, еды нет, они долго не продержатся. Вы не могли бы взглянуть? Мы не знаем, что делать! — уездный начальник был в панике.

Среди пострадавших были жена и сын начальника, поэтому он потерял голову.

Четвертый принц поспешил к месту происшествия. Мост был старым, низким, и паводок разрушил его середину, оставив лишь два обломка по пять метров. Вода уже перехлестывала через остатки моста.

Ширина реки была около двадцати метров, течение — диким. Даже опытные пловцы не рискнули бы туда соваться.

Чжоу Ян уже обдумывал план, когда увидел приближающегося Первого принца. Он решил не спешить, а посмотреть, что тот предложит.

Такую бурную реку не переплыть, даже устоять на ногах было чудом.

— Может, найдем умеющих плавать, свяжем их веревками и попробуем перебраться?

— Четвертый брат, твой метод может сработать для взрослых, но там ведь дети! Если они испугаются и начнут дергаться, люди сорвутся, и мы потеряем жизни! Это не годится.

— Если люди смогут перебраться, мы закрепим веревки с обеих сторон, и спасатели смогут передвигаться по ним. Если вы считаете, что это не годится, предложите что-то получше, брат.

Первый принц мог критиковать чужие идеи, но придумать что-то свое было для него пыткой. Ум его был не слишком гибок, а в книгах, которые он читал, о подобном не писали. Он запнулся.

— Ну... может, ради безопасности просто перебросить еду... А когда вода спадет, они как-нибудь продержатся...

http://bllate.org/book/24984/2954403

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу