Лу Чи сделал вид, что ничего не расслышал, и с невозмутимым выражением лица направился ко второму гостю. Пока он наливал чай, то из чистого любопытства поднял голову и взглянул на человека, но от этого взгляда перепугался настолько, что прямо-таки пролил воду на того.
Он узнал в этом человеке старшего молодого господина клана Цинь, Цинь Цзиня, который давным-давно собирался сделать из него духовного питомца.
Заметив, что одежда Цинь Цзиня насквозь промокла, Лу Чи сразу пришел в себя, поспешно заизвинялся и принялся рукавом стирать с него капли, однако Цинь Цзинь отпрянул, словно от удара током, а его лицо густо покраснело.
— Эй… Я сам, — Цинь Цзинь отступил на шаг, растерянно блуждая взглядом по сторонам, и применил заклинание, из-за чего его одежда мгновенно высохла.
Лу Чи был готов отвесить себе пару затрещин: сейчас он в человеческом обличье, чего ему бояться?! К тому же он уже вступил в Секту Яошэн, так что этот точно не посмеет снова забрать его в качестве питомца.
Подумав об этом, Лу Чи значительно успокоился, засучил рукава и, присев на корточки, принялся собирать осколки чашки, даже не заметив, как за его спиной сузились зрачки Цинь Му, который в упор уставился на светлый крестообразный шрам у него на правом запястье.
Выполнил круг заданий секты: 1.
Награда: 300 очков опыта, +1 к репутации.
Закончив разносить чай всем присутствующим, Лу Чи услышал системную подсказку и взглянул на своего наставника. Тот удовлетворенно кивнул, и, получив молчаливое разрешение, Лу Чи с подносом в руках отступил назад.
После этого он вместе с Сюн Бао отправился к Старшему соратнику Ань за распределением обязанностей. Да! У каждого ученика в Святой Обители Яо была своя работа: внешние ученики отвечали за мелкие поручения, тогда как внутренние занимались ключевыми делами — например, Сюн Бао как раз взял на себя повседневные закупки.
— Грамотен? — Ань Цзинь листал гроссбух и задал вопрос, даже не оборачиваясь.
Лу Чи застыл с приоткрытым ртом, глядя на невероятную красоту перед собой и не в силах вымолвить ни слова. В его голове одна за другой проносились мысли о несравненной красоте, озаряющей царства, и лишь когда Сюн Бао легонько толкнул его в бок, он наконец пришел в себя.
Погодите-ка! Старший соратник! Мужчина?!
Он чувствовал, что после попадания в этот мир его привычные представления о реальности рушатся вновь и вновь!
С таким-то старшим соратником поиски спутников жизни для учеников Секты Яошэн наверняка станут сущим кошмаром… Скольких же натуралов он умудрится сбить с пути истинного?
Лу Чи невольно захотелось утереть горькие слезы.
— Ты — умеешь — читать? — Ань Цзинь поднял голову, прищурился, улыбнулся и процедил по слову.
Заметив это, Сюн Бао повел себя крайне бессовестно и отступил на шаг назад, полностью открещиваясь от Лу Чи.
Лу Чи вздрогнул, торопливо кивнул, а потом, подумав, помотал головой.
— Так умеешь или нет? — в голосе Старшего соратника уже отчетливо слышалось нетерпение, а его пальцы продолжали барабанить по столу.
— Не умею, — честно признался Лу Чи. Иероглифы традиционного письма казались слишком сложными для запоминания; подумать только, он учился целых десяток лет, а угодив сюда, превратился в самого настоящего неграмотного! Бывало ли во всем мире создание несчастнее него?
— Младший соратник Лу, ты разве не умеешь читать? Ничего страшного, здесь можно всему научиться со временем, это совсем просто, — Сюн Бао похлопал его по плечу.
— Раз не умеешь читать, отправляйся следить за лекарственными полями. Сейчас люди нужны только там да в книжном павильоне.
Лу Чи согласился.
— Каждое утро в час мао являйся к дяде Чжуну и делай всё, что он велит.
Тот кивнул.
Поймав взгляд Ань Цзиня, Сюн Бао в панике схватил Лу Чи, отвесил вместе с ним поклон и поспешил ретироваться: если не уйти сейчас, беды не миновать.
Затем Сюн Бао поводил Лу Чи по дворам и залам различных секций и филиалов. Чтобы запомнить такое море имен и связать их с нужными людьми, действительно требовалось немало времени.
Вторая половина дня отводилась под личное время учеников: каждый мог заниматься отработкой приемов или совершенствовать иные навыки. Большинство запиралось в своих комнатах для медитации, поэтому на всем пути им почти не попадались живые души.
Обойдя каждый уголок обители, Лу Чи попрощался с Сюн Бао, вернулся в свою комнату и, скрестив ноги, уселся на кровати. Открыв вкладку навыков и уставившись на Истинное Руководство Цинлин (предназначено для демонов-практикующих), он зашел в тупик: как, черт возьми, это тренировать?
Раз не получается сообразить, стоило сначала попробовать на практике. Он закрыл окно и, следуя подсказкам в голове, попытался ощутить духовную энергию. Поначалу он думал, что на это уйдет уйма времени, однако не прошло и мгновения, как он почувствовал: окружающие его потоки воздуха словно излучают мягкое сияние самых разных цветов.
Разум еще не успел среагировать, а тело уже действовало само: инстинктивно Лу Чи начал вдыхать и поглощать эти потоки. Алые, желтые, синие, зеленые, золотые — разноцветные струи воздуха бурной рекой, подобно радуге, устремились внутрь его тела.
Успешная тренировка, получено очков опыта: 50!
Успешная тренировка, получено очков опыта: 100!
Успешная тренировка, получено очков опыта: 50!
Назойливый электронный писк зазвучал в ушах с демонической настойчивостью, и Лу Чи был готов изблювать кровь от досады.
Он торопливо открыл панель персонажа, перешел к системным настройкам и отключил звуковое сопровождение.
В мире воцарилась тишина. Глубоко вздохнув, Лу Чи продолжил медитацию, а когда заглянул в панель персонажа уже глубокой ночью, обнаружил, что длинная полоска опыта практически не сдвинулась с места. Точнее, сдвинулась, но лишь на мизерную долю — примерно как один крошечный шаг при беге на дистанцию в тысячу метров.
Лу Чи почувствовал, как на него обрушивается поистине колоссальное давление…Наступила ночь. Лу Чи почувствовал, что весь взмок от пота, и отправился к источнику за горой, чтобы смыть усталость. Вернувшись, он переоделся в новенькую форму ученика, которую получил только сегодня. Длинные одежды цвета воды и неба сидели на нем безупречно, придавая ему поистине возвышенный, почти бессмертный облик.
Он небрежно откинул назад влажные длинные волосы, позволяя каплям воды стекать по плечам, и, не обращая на это внимания, зашагал к своей комнате.
Толкнув дверь, он вошел в полумрак. Из-за своей кошачьей природы Лу Чи прекрасно видел в темноте, поэтому, не зажигая света, сразу направился к кровати и прилег.
— Ох ты ж ё!
Лу Чи подскочил так, словно его ужалило, и, подобно кузнечику, отпрянул в самый угол комнаты.
— Кто здесь?!
Небольшой холмик на кровати пошевелился. Лу Чи решил, что это просто сбилось одеяло, но никак не ожидал увидеть там человека. Неужели он перепутал комнаты?
Лу Чи вихрем выскочил наружу и огляделся по сторонам. Нет, всё верно!
Вернувшись к кровати, он рывком откинул одеяло, и его взору предстал свернувшийся клубком юноша.
Лу Чи нахмурился. Он протянул руку и потряс спящего, который пребывал в глубоком дурмане. Лицо незнакомца показалось ему смутно знакомым — кажется, он его где-то уже видел.
— Эй! Просыпайся!
— М-м? — юноша потер глаза и затуманенным взглядом уставился на Лу Чи.
Сердце Лу Чи на мгновение пропустило удар, но он тут же принял строгий вид:
— Проснись. Ты ошибся комнатой.
Юноша еще некоторое время бессмысленно смотрел перед собой, а затем внезапно подался вперед и навалился на Лу Чи.
Вопреки ожиданиям, юноша оказался вовсе не таким уж слабым, и Лу Чи, к своему удивлению, не смог его оттолкнуть, оказавшись прижатым к кровати.
Он не знал, смеяться ему или плакать: неужели этот парень совсем сонный? Лу Чи попытался выбраться, но обнаружил, что его руки и ноги намертво скованы.
Черт возьми! Он что, коала или осьминог? Профессиональный борец, что ли?
Впервые видятся, а он сразу бросается в объятия — к чему такая горячность? Лу Чи, скованный, попытался отодвинуться вглубь кровати. Деревянные доски неприятно давили на кости, но, по крайней мере, здесь можно было хоть как-то устроиться под одеялом.
Юноша что-то невнятно пробормотал во сне, прижался головой к груди Лу Чи и еще крепче сжал его в объятиях, едва не лишив того дыхания.
Лу Чи почувствовал, как в груди стало жарко и щекотно. Опустив взгляд, он увидел, что его воротник расстегнулся на две пуговицы, а чьи-то нежные, соблазнительные губы прижались к его правой стороне груди.
Лу Чи застыл, и в его теле предательски отозвалась постыдная реакция.Если так пойдет и дальше, завтра утром он попадет на первые полосы криминальной хроники.Кто знает, не прихлопнет ли его самого Учитель одним ударом за какую-нибудь связь с мальчиками! При этой мысли Лу Чи невольно вздрогнул, вернув себе каплю ясности ума. Он изо всех сил заворочался и наконец высвободи１ руку, а затем толкнул юношу вперед, сбросив того на пол.
Юноша глухо стонóл и медленно выпрямился.
Лу Чи быстро зажег масляную лампу и только теперь смог разглядеть лицо гостя.
— Ты ведь не с утра ли...
Он помнил, что днем этот юноша был вместе с Цинь Цзинем и старейшиной Мо, а значит, судя по всему, тоже являлся учеником старейшины Мо. Из-за инцидента с Цинь Цзинем Лу Чи тогда не смел лишний раз поднимать голову, поэтому запомнил всё смутно — оставалось лишь какое-то общее впечатление.
Теперь же, приглядевшись, Лу Чи был поражен до глубины души. Господи, да это же настоящий ангел!
Оленьи, чистые и прозрачные глаза, нежные, как лепестки сакуры, губы и безупречно белая кожа.
Если бы не совершенно плоская грудь, Лу Чи почти решил бы, что перед ним лолита... Нет, стоп! Вполне возможно, что она просто еще не до конца развилась... И тогда единственным способом проверить это оставалось... Лу Чи перевел взгляд на несколько сантиметров ниже...
Невинное личико юноши на мгновение исказилось, но он тут же опустил голову, и его тело забилось в легкой дрожи.
— П-прости... Я боюсь спать один, поэтому...
— Ты ведь ученик старейшины Мо, верно?
— Да, меня зовут Цинь Му, — послушно кивнул юноша.
Фамилия Цинь? Лу Чи едва заметно нахмурился, после чего снова предложил:
— Тогда давай так: ты ложись здесь, а я постелю на полу.
Раз уж это гость, было бы неприлично выгонять его посреди ночи. Лу Чи только поднялся, собираясь достать одеяло, как почувствовал, что его затянули за полу одежды.
— А я не могу спать с тобой?
Лу Чи дернул уголком рта и вздохнул:
— Твоя манера спать...
Юноша задрал личико и серьезно произнес:
— На этот раз я обещаю не ворочаться! Хочешь, свяжи меня веревкой?
Видя, что тот настроен столь решительно, Лу Чи не смог отказать снова. Он уложил юношу у стены, а сам лег с краю.
Кровать в гостевой комнате была не такой уж маленькой, так что вдвоем они поместились с запасом. На этот раз Цинь Му послушно лежал у стенки и не шевелился, в то время как Лу Чи старался держаться ближе к краю, повернувшись к нему спиной.
Неизвестно, сколько времени прошло. В комнате раздавалось ровное, размеренное дыхание, а исходивший от юноши легкий ненавязчивый аромат постепенно помог Лу Чи расслабить натянутые нервы, и он незаметно провалился в сон...
http://bllate.org/book/24911/2947981
Готово:
