Ресторан китайской кухни этажом ниже наконец открылся. Дядя Чэнь, партнер папы Лина, даже нанял людей исполнить танец льва. Иногда казалось, что Чайна-таун в Штатах пропитан китайским духом даже сильнее, чем родные края. В первый день заведение было забито до отказа: всем хотелось новизны, и люди спешили оценить меню нового места. Судя по реакции посетителей, папе Лину и его компаньонам теперь предстояло засучить рукава.
Линь Ифэй же то и дело машинально косился на входную дверь — в любой момент на пороге мог появиться Крис.
Увы, каникулы пролетели от начала до конца, а от Криса не было ни весточки. Линь Ифэй снова позвонил в дом семьи Осборн, но трубку снова снял дворецкий Джордж.
— Скажите, Крис вернулся из Швейцарии?
— Да, молодой господин вернулся.
Услышав это, Линь Ифэй испытал одновременно и радость, и грусть. Радовало то, что они наконец-то оказались в одном городе, а грустило оттого, что раз Крис вернулся, почему же он не позвонил и не пришел?
— Могу я с ним поговорить?
— Молодой господин очень занят, сейчас неудобно.
Занят? Неужели состояние его мамы по-прежнему не внушает оптимизма?
При этой мысли брови Линь Ифэя сошлись на переносице. Возможно, сейчас действительно неподходящее время беспокоить Криса. После официального начала занятий можно будет просто приехать к нему в школу. Достав карту Вашингтона и хорошенько ее изучив, он понял, что Колледж Гриффит находится не так уж близко, так что придется наведаться туда в обеденный перерыв, пожертвовав отдыхом.
После начала учебного года Линь Ифэю пришлось привыкать к новой школе. Сам он был здесь редкостью: большинство учеников составляли местные белые, было несколько чернокожих, а остальные — выходцы из Испании и Кореи. Линь Ифэй оказался единственным китайцем, из-за чего он чувствовал себя неуютно и одиноко — во всем классе не с кем было разделить свое положение.
Это заставляло его еще сильнее скучать по Крису.
Настал обеденный перерыв. Линь Ифэй покинул школу, сел сначала на автобус, потом пересел на метро и примерно через час добрался до ворот учебного заведения. Колледж Гриффит был элитной частной средней школой, где учились дети из исключительно богатых и влиятельных семей, а уровень преподавательского состава и материально-технической базы был первоклассным.
Стоя у ворот и наблюдая, как внутрь изредка въезжают роскошные автомобили, а ученики щеголяют в безупречно сшитой школьной форме, Линь Ифэй вдруг почувствовал, что словно бы не сможет просто так перешагнуть этот порог.
Он так и стоял у входа, глупо надеясь, что Крис вдруг покажется из-за ворот.
Солнечные лучи слепили глаза. Линь Ифэй стоял в тени деревьев, чувствуя себя так, будто вот-вот растворится в этом ярком свете.
В конце концов, помявшись, он повернул обратно в сторону своей школы.
В тот вечер дома он снова позвонил в семью Осборн, и трубку опять взял Джордж.
— Могу я поговорить с Крисом?
— Прошу прощения, молодой господин...
Не дожидаясь, пока Джордж договорит, Линь Ифэй сбросил вызов.
Давай-ка я проверю твой уровень.
Несмотря на одиночество, Линь Ифэй продолжал жить своей жизнью, или, скорее, заново брал ее под контроль.
Школьные уроки по-прежнему навевали тоску, особенно если учесть, что в прошлой жизни до перерождения Линь Ифэй изучал строительную механику в университете, а математику и физику знал превосходно. К тому же после плотного обеда наваливалась непреодолимая дремота, так что на этом уроке математики ему стоило немалых трудов не клевать носом. В данный момент класс ломал голову над сложным уравнением, а учитель предпочитал позволить ученикам самим дойти до ответа методом проб и ошибок. Сначала попытался испанец, но зашел в тупик. Несколько американских белых тоже попробовали свои силы и завязали оживленную дискуссию. Корейцы, воспитанные в традициях, наиболее близких к китайским, молча сидели в полной тишине, ожидая готового ответа. И только Линь Ифэй подпер подбородок рукой, выглядя так, будто вот-вот уснет.
— Ли, кажется, ты уже знаешь ответ. Не хочешь выйти к доске и попробовать? — Мистер Хачина в старомодной в роговой оправе очках походил на ученого мужа, но голос его звучал мягко и доброжелательно — он всегда отличался терпением к озорным ученикам.
Линь Ифэй слегка растерялся, а мистер Хачина уже протягивал ему мел.
— Ничего страшного, просто попробуй, все равно никто не может решить.
В этот момент белые ученики уставились на него в ожидании провала, а на лицах парочки из них заиграли насмешливые улыбки. Во взгляде же корейских ребят читалась настороженность.
Линь Ифэй вздохнул, подошел к доске и всего за тридцать секунд справился с задачей, выписав даже итоговый ответ.
Мистер Хачина расплылся в широкой улыбке, а ученики в классе слегка зашумели от удивления.
— Отлично, Ли. Не мог бы ты объяснить классу ход своих мыслей?
На самом деле Линь Ифэй расписал все настолько подробно, что любой человек с хоть сколько-нибудь нормальным IQ должен был все понять с первого взгляда. Но раз уж мистер Хачина попросил, отказывать было неудобно. Когда он заговорил на чистейшем американском английском, местные ученики снова испытали легкий шок, а когда он вернулся на свое место, Линь Ифэй отчетливо заметил, что одноклассники больше не смотрят на него с прежним пренебрежением.
В тот же день после обеда Линь Ифэй заполнил бланк заявления и вступил в школьный клуб фехтования.
Во всем клубе состояло всего два парня и одна девушка — иными словами, без прихода Линь Ифэя они даже не смогли бы выставить команду на командные соревнования.
Парень, который привел его в клуб, оказался одноклассником Линь Ифэя по имени Марк Делла. Судя по наблюдениям Линь Ифэя, Марк был вовсе не склонен к расизму и ксенофобии, просто поскольку во всем классе никто не разговаривал с Линь Ифэем, Марк банально не знал, как подступиться к нему с первыми словами. Зато теперь, когда они шли вдвоем по школьной дорожке, Марк чувствовал себя гораздо непринужденнее.
— Эй, не ожидал, что ты так силен в математике... да и английский у тебя отличный! — Хотя Марк и пытался разрядить тишину между ними, говорил он совершенно искренне.
— Спасибо. Ты ведь тоже отлично знаешь физику.
— О? Ты заметил? Да, я просто обожаю физику! — Марк обернулся, сияя улыбкой. — После школы хочу поступить в Массачусетский технологический институт!
Линь Ифэй чуть улыбнулся. Он знал, что Марк силен в физике, потому что помнил это заранее — он чувствовал себя ребенком, которому уже выдали ответы на все вопросы, а единственной загадкой оставался лишь финал его истории с Крисом.
— Ты поступишь в Массачусетский технологический, и тебе еще дадут огромную стипендию, а тройка профессоров захочет стать твоими научными руководителями.
— Ого! Мне нравится это слышать! — Марк рассмеялся, как ребенок. — Звучит из твоих уст так, будто это обязательно случится в будущем! Кстати, ты фехтуешь на рапирах? Саблях или шпагах?
— На саблях.
— Ой, как здорово! — Марк пришел в полный восторг. — В нашем клубе парень из старших тоже фехтует на саблях, теперь нас трое, и мы сможем заявиться на межшкольный командный турнир!
— Точно! — подумав об этом, Линь Ифэй тоже искренне обрадовался.
Когда они добрались до помещения клуба фехтования, Марк слегка смутился:
— Ха-ха, для занятий нам выделили только этот класс. Немного тесновато, да и душа с раздевалкой нет. Ничего не поделать, школьный бюджет целиком уходит на футбольные и баскетбольные команды.
Линь Ифэй мягко улыбнулся:
— Я и этому рад, главное, что в нашей школе вообще есть секция фехтования.
Руководителем клуба был мистер Перри, преподавший старшеклассникам геометрию. В университетские годы он тоже состоял в клубе фехтования, правда, вечно сидел на скамейке запасных. Мистера Перри мало волновали победы и поражения — куда больше он хотел, чтобы ученики просто получали удовольствие от самого процесса.
— Эй, давайте поприветствуем новенького — Ли! — громко объявил мистер Перри в пустом классе.
Марк радостно зааплодировал, а другой парень по имени Филипп посмотрел на Линь Ифэя и брякнул фразу, от которой тот едва не хлопнул себя по лбу:
— Ты говоришь по-китайски?
— Говорю.
Марк легонько толкнул Филиппа в плечо:
— Ты опять за свое!
— Ой, я хотел спросить, говоришь ли ты по-английски? — Филипп смущенно почесал затылок.
— Говорю, — улыбнувшись, кивнул Линь Ифэй.
— Эй, добро пожаловать! — Катерина, единственная девушка в клубе, дружелюбно помахала Линь Ифэю рукой.
Мистер Перри хлорнул в ладоши:
— Так, все надевают экипировку и собираемся здесь!
Линь Ифэй быстро понял, что педагогический стиль мистер Перри действительно строится на совмещении учебы с развлечением. Половину времени в клубе они тратили на просмотр записей фехтовальных поединков, а остаток — на спарринги один на один, причем тренер подавал голос только тогда, когда ученики допускали грубые ошибки.
Судя по поединкам Марка и Филиппа, Линь Ифэй понял, что их уровень владения оружием был самым заурядным, а многие базовые движения выполнялись так коряво, что хотелось закрыть лицо рукой.
— Эй, парней больше нет, давай встанем в пару. Заодно покажешь нам свой уровень, — с улыбкой надевая маску, предложила Катерина. — Хоть я и мечтаю отобраться на школьный турнир в женском личном зачете, похоже, мастерства мне не хватает.
Марк повернулся и по-дружески предостерег Линь Ифэя:
— Ли, поосторожнее! Катерина — наш главный козырь!
Катерина выполнила приветствие оружием. Судя по опыту Линь Ифэя из прошлой жизни, она действительно была здесь лучшей.
Линь Ифэй тоже натянул маску. Мистер Перри с энтузиазмом скомандовал «Начали!», и Катерина пошла в атаку. Линь Ифэй слегка удивился, но легко увернулся, тут же перехватив инициативу. Прижав клинок Катерины к полу, он нанес легкий укол в ее плечо.
Катерина отступила на шаг, а на лице мистера Перри отразилось изумление: пусть удар был всего один, но движения Линь Ифэя отличались такой профессиональной точностью, какой отродясь не бывало у школьников, занимающихся фехтованием лишь в свободное время.
— А ты не промах! Еще раз! — Катерина снова ринулась вперед.
Проявив джентльменскую выдержку, Линь Ифэй отбил ее атаку, но контратаковать не стал.
Марк и Филипп тоже застыли на месте, наблюдая за происходящим с приоткрытыми ртами.
Правда заключалась в том, что перед Линь Ифэем Катерина выглядела абсолютным новичком. Мало того, что она не смогла заработать против него ни единого очка — самое главное, за все время она не провела ни одной опасной атаки.
Спустя пятнадцать минут Катерина с досадой сорвала маску. Глядя на ее пылающий вид, Линь Ифэй вдруг подумал, что, пожалуй, стоило поддаться ей пару раз.
Однако на ее лице не было и следа злости — напротив, в глазах светилась надежда:
— Ли, ты просто невероятен! Мне все равно! Ты должен меня учить, обязательно учи!
Мистер Перри рассмеялся:
— Ох, беда, моя подопечная меня бросила ради нового учителя.
По окончании тренировки мистер Перри позвал Линь Ифэя к себе в кабинет.
— Ли, твой уровень намного превзошел мои ожидания и даже выше, чем у большинства старшеклассников, которых я встречал. Тебя тренировал профессиональный наставник?
Линь Ифэй улыбнулся. Сейчас он чувствовал себя словно с чит-кодом: в его голове хранился колоссальный опыт, хотя физическая форма еще не вернулась к пиковым кондициям спортсмена, да и в тринадцать лет тело никак не могло тягаться с двадцатидвухлетним.
— Ребенок с такими данными должен продолжать тренироваться у тренера, разве нет? — серьезно спросил мистер Перри.
— У меня нет личного тренера. Раньше в Нью-Йорке у меня был друг с личным тренером, мы были очень близки и часто тренировались вместе, так что тот наставник заодно учил и меня, — Линь Ифэй знал, что объяснить свое «самоускорение» без лжи не получится.
— Вот как, какая жалость, — вздохнул мистер Перри. — Помимо Катерина, я думаю, ты вполне можешь выступить в личных соревнованиях. Соревнований, конечно, прибавится, но лишнего давления испытывать не стоит.
В американской системе образования получение удовольствия всегда ценилось куда выше завоевания чемпионских титулов.
— Хорошо, спасибо, мистер Перри, — кивнул Линь Ифэй. Если удастся выступить в личном первенстве, у него появится куда больше шансов встретиться с Крисом на спортивной арене.
Хотя материальное неравенство никогда не было для Линь Ифэя преградой, раз уж реальность воздвигла между ним и Крисом стену, оставалось лишь надеяться на честную встречу с ним на состязаниях.
Вернувшись домой, мама Линь сообщила ему, что дядя Чэнь перевез к ним свою дочь. Отныне двум полным семьям предстояло жить под одной крышей, и пусть это могло создать определенные неудобства, она очень надеялась, что Линь Ифэй проявит заботу о девочке.
Уже привыкнув ужинать в расширенном составе, Линь Ифэй посмотрел на сидевшую напротив Чэнь Манман со светлой кожей и робким выражением лица.
Дядя Чэнь всегда славился красноречием, и Линь Ифэй легко находил с ним общий язык.
— Послушай, Сяофэй, наша Манман ведь теперь учится в той же школе, что и ты! Только перевелась, наверняка еще не освоилась, ты уж присмотри за ней!
— Хорошо, без проблем! — Линь Ифэй перевел взгляд на Чэнь Манман. — Манман, а какое у тебя английское имя?
Манман бросила на Линь Ифэя быстрый взгляд, опустила голову, и ее щеки слегка порозовели:
— Анджела.
— Очень тебе подходит. Имя настоящего ангела, ты и сама выглядишь как ангелочек из книги.
Щеки Манман покраснели еще сильнее.
— Ах ты паршивец, еще сопляк совсем, а уже умеешь девчонкам зубы заговаривать! — мама Линь легонько стукнула сына по голове, но в ее глазах силела улыбка.
— Не бей меня по голове! Разучишься — где потом найдешь такого умного сына?
http://bllate.org/book/24883/2943909
Готово:
