Большинство гостей собралось в банкетном зале, и из сада доносился лишь едва слышный гул оживленного веселья.
Се Гуаньнин стоял у края беседки, даже не оборачиваясь, и лишь спустя долгое время неторопливо заговорил:
— Чжоу Хэнъюань, сегодня тебе исполнилось восемьнадцать, ты совершеннолетний. Ты должен понимать, что такое выгода и вред, должен знать, что делать можно, а чего делать нельзя.
Чжоу Хэнъюань сжал кулаки так, что побелели костяшки, а глаза покраснели:
— И что же такое выгода и вред? Кто вообще установил правило, что мне нельзя любить тебя?
Се Гуаньнин на мгновение прикрыл глаза, чувствуя внутреннее бессилие.
Чжоу Хэнъюань крепко сжал зубы и выпалил:
— Или дело в... или дело в том, что моя мама раньше приходила к тебе и что-то наговорила?
Ветер шевелил листву, и в сумеречном мире воцарилась унылая тишина.
Се Гуаньнин помолчал немного, повернулся к нему и прямо, без утаек, произвел:
— Твоя мать действительно приходила ко мне.
За три месяца до вступительных экзаменов в университет, сразу после занятий, Се Гуаньнин встретил у ворот школы Госпожу Чжоу. Хотя после того, как она обозначила цель своего визита, Се Гуаньнин и удивился, он все же послушно последовал за ней в самую дорогую кофейню поблизости.
За столиком Госпожа Чжоу держалась с изяществом, говорила мягким и нежным голосом, плавно и подробно объясняя причину своего прихода:
— Вы с Хэнъюанем еще молоды, кровь бьет в голову, и вам вечно хочется заявить о себе на весь мир.
— Но именно потому, что вы молоды, в вашей жизни еще ничего не предопределено. Скажи, что если потом, оглядываясь назад, ты пожалеешь об этом? Что тогда делать?
— Я знаю, ты хороший ребенок. Просто характер у Хэнъюаня слишком вспыльчивый и доверчивый, он вечно за все берется с пылом, но ни в чем не знает постоянства. Я сама измучилась с ним, вот и решила поговорить с тобой...
Сначала Се Гуаньнин ничего не понимал, но постепенно до него дошло, и он испытал одновременно шок, гнев, а под конец даже некоторое веселье.
Он прекрасно знал, что в глазах некоторых людей его происхождение — не более чем шутка, нечто недостойное внимания, но все же никак не ожидал, что кто-то станет принимать такие меры предосторожности заранее.
Се Гуаньнин решительно прервал ее речь, заявив лишь, что они с Чжоу Хэнъюанем просто одноклассники и между ними нет никаких иных отношений. Госпожа Чжоу явно замерла на секунду, а затем мягко улыбнулась и произнесла:
— Если ты так думаешь, это, конечно же, замечательно.
Она улыбалась кротко:
— В конце концов, Хэнъюань — единственный сын Семьи Чжоу, и люди, с которыми он общается и заводит отношения в будущем, ну никак не могут быть абы кем, сам понимаешь.
Сердце Се Гуаньнина тут же ушло в пятки.
На вид Госпожа Чжоу была мягка, но на деле каждое ее слово разило Се Гуаньнина прямо в сердце, напоминая о его низком происхождении. Се Гуаньнин отнюдь не привык терпеть унижения, и если бы не ради Чжоу Хэнъюаня, он бы наверняка вспылил прямо на месте.Оба они, можно сказать, расстались далеко не в лучших чувствах. В последующие дни Се Гуаньнин смотрел на Чжоу Хэнъюаня волком, но тот парень издавна таскался хвостом за Се Гуаньнином и уже успел неплохо изучить его нрав. Мало того что он не сердился, так еще и проявлял все больше усердия.
Именно тогда Се Гуаньнин и почуял неладное.
Говорят, участники событий слепы, а со стороны виднее. Се Гуаньнин держал Чжоу Хэнъюаня в таком подчинении, что тот беспрекословно ему повиновался, и уже привык, что тот крутится у него за спиной и зовет братом Се, никогда даже не помышляя о каких-то иных возможностях. На этот раз слова госпожи Чжоу хоть и вызвали у него раздражение, но все же заронили зерно сомнения в его сердце. Когда гнев утих, он взглянул на все со стороны и обнаружил, что Чжоу Хэнъюань действительно держится с ним слишком близко.
Даже если совесть Се Гуаньнина была чиста и он общался с альфами и омегами открыто и непринужденно, с какой стати Чжоу Хэнъюаню было липнуть к нему при каждой выпавшей возможности?
В сердце Се Гуаньнина закралось тревожное сомнение. Он воспользовался случаем, чтобы пару раз проверить свои догадки, и его душевное равновесие тут же пошатнулось.
Изначально он держался уверенно и считал госпожу Чжоу сумасшедшей, но теперь выходило, что она говорила не просто так.
Се Гуаньнин был всецело поглощен зарабатыванием денег и мечтал как можно скорее вырваться из Клана Се, а ко всяким там нежностям и романтике изначально не испытывал ни малейшего интереса. Тем более что семья вроде той, за которой стоял Чжоу Хэнъюань, сулила сплошные хлопоты. Как раз тогда приближались выпускные экзамены, и Се Гуаньнин под предлогом подготовки совершенно естественным образом отдалился от него. Он рассчитывал, что после окончания экзаменов они поступят в разные учебные заведения и в будущем будут видеться крайне редко, так что чувства этого парня постепенно улягутся. Однако он никак не ожидал, что в ту самую ночь после экзаменов, на общей вечеринке, тот парень устроит ему публичное признание.
Школа, в которой учился Се Гуаньнин, славилась как знаменитое частное заведение, где учились сплошь мажоры, у которых водились деньги. В ночь окончания экзаменов они забронировали огромный ВИП-зал в самом роскошном баре Столичной планеты, и весь вечер там стоял невообразимый галдеж и царило оживление. Се Гуаньнин тоже поддался общему настроению и пропустил пару бокалов, но никак не ожидал, что ближе к полуночи, когда он уже собирался уходить, Чжоу Хэнъюань вдруг схватил его и сквозь слезы принялся в любви.
То ли под воздействием алкоголя, то ли еще отчего-то вокруг на мгновение воцарилась тишина, а затем раздались все усиливающиеся крики и уговоры согласиться. Се Гуаньнин и без того был не в восторге от того, что оказался в таком положении, а от выпитого спиртного у него в душе и вовсе поднялся такой буран, что он небрежно бросил отказ и с помрачневшим лицом вышел из зала.
С тех самых пор они виделись сегодня впервые.
Лицо Чжоу Хэнъюаня было слегка бледным, он в панике и суете пытался что-то объяснить:
— Я не знал… Моя мать… Я прошу прощения за свою мать, брат Се…
Се Гуаньнин придал голосу весомости:
— Чжоу Хэнъюань.
Чжоу Хэнъюань мгновенно замолчал.
Се Гуаньнин смотрел на него, и его персиковые глаза больше не излучали привычной улыбки — они были холодными и глубокими, поразительно тихими.Чжоу Хэнъюань, мы знакомы уже столько лет. Как по-твоему, если я чего-то захочу или мне кто-то понадобится, разве я откажусь от этого из-за чьих-то парой брошенных слов?
Вокруг воцарилась тишина.
Чжоу Хэнъюань приоткрыл рот, и его глаза мгновенно покраснели.
Разве Чжоу Хэнъюань не понимал? Именно потому, что он всё понимал, он и не смел подходить к нему первым.
Все мы взрослые люди, давай сохраним друг другу хоть немного приличия. Се Гуаньнин легко вздохнул, и его голос немного смягчился: С днём рождения.
С этими словами он повернулся и зашагал прочь.
Провожая взглядом всё уменьшающуюся фигуру, Чжоу Хэнъюань вдруг громко окликнул его:
— Брат Се!
Се Гуаньнин на миг замер.
Чжоу Хэнъюань произнёс:
— То, что я люблю тебя — это моё дело, и я от этого не откажусь.
Лицо Се Гуаньнина омрачилось, он лишь бросил в ответ:
— Только разберись с Госпожой Чжоу, сделай так, чтобы она больше не цеплялась ко мне и не докучала клану Се.
— Как знаешь.
·
Се Гуаньнин не любил подобные светские мероприятия и не хотел снова чувствовать себя неловко в одном помещении с тем маршалом Цзяном, поэтому он просто нашёл укромный уголок в саду и посидел там какое-то время. Увидев, что гости начинают постепенно расходиться, он тихонько вернулся в банкетный зал.
Госпожа Се как раз прощалась с Госпожой Чжоу. Се Гуаньнин смотрел прямо перед собой, молча ожидая её в стороне.
Госпожа Чжоу заметила его, и её взгляд помрачнел. Се Гуаньнин не желал тратить на неё время и сделал вид, будто ничего не заметил.
С недовольным выражением лица Госпожа Чжоу уже собиралась что-то сказать Госпоже Се, как вдруг к ним широким шагом подошёл Чжоу Хэнъюань и положил руку ей на плечо. Выражение лица Госпожи Чжоу застыло, и она через силу улыбнулась.
Когда Госпожа Се с дочерью подошли ближе, Се Гуаньнин молча последовал за ними. Госпожа Се бросила на него взгляд, в котором читалось явное недовольство, но из-за обстановки ей пришлось промолчать.
Лишь когда они выехали за пределы поместья семьи Чжоу и уселись в ожидавлший их семейный автомобиль, Госпожа Се повернулась к нему. На её лице отчетливо читалась ярость:
— Что это у тебя за отношения с семьей Чжоу?
Се Гуаньнин ответил:
— Ровно такие, какими вы их видели: я не нравлюсь Госпоже Чжоу.
Госпожа Се: — Я спрашиваю тебя про молодого господина Чжоу!
Се Гуаньнин посмотрел на неё:
— А что не так с молодым господином Чжоу?
Его глаза были черны как смоль, и в отсветах ярких уличных фонарей казались еще более чистыми и глубокими, чем самые дорогие чёрные бриллианты:
— Мы с молодым господином Чжоу всего лишь обычные однокурсники, что между нами может быть?
Госпожу Се охватила ярость вперемешку с досадой. С одной стороны, она жалела об упущенной возможности оказаться так близко к успеху: если бы на его месте была её Цзяжань, она бы наверняка ухватилась за этот шанс обеими руками, и, возможно, это помогло бы клану Се подняться на новую ступень. С другой стороны, она думала, что, к счастью, между Се Гуаньнином и Чжоу Хэнъюанем ничего нет. Иначе этот приемыш оказался бы у них над головой, и они потеряли бы всякое лицо. Да и если подумать об их отношениях с кланом Се, сближение с семьей Чжоу еще неизвестно, обернулось бы для них благом или нет.
Окинув его свирепым взглядом, Госпожа Се холодно предостерегла:
— Помни своё место. Всё, что у тебя есть, дано тебе кланом Се, и не смей зариться на то, что тебе не принадлежит!
— И еще: кто ты такой и кто семья Чжоу? Кто разрешил тебе так разговаривать с Госпожой Чжоу? Если бы ты вдруг вызвал её неудовольствие, смог бы ты за это ответить?
Опустив взгляд, Се Гуаньнин небрежно бросил:
— Разве не вы сами говорили мне не позорить клан Се? Я ведь совсем не умею танцевать, и если бы я поступил так, как она велела, завтра клан Се наверняка стал бы посмешищем на всей Столичной планете.
Госпожа Се рассмеялась от злости и, тыча в него пальцем, выпалила:
— Ты что, еще и меня упрекаешь в том, что я не наняла тебе учителя танцев?
Се Гуаньнин глянул на этот палец и слегка нахмурился. С трудом сдержав раздражение, он отвернулся и застыл на месте, не произнеся ни слова.
Госпоже Се и без того претила его вид полного равнодушия, а накопившееся за весь вечер раздражение заставило её разозлиться настолько, что у неё даже заболел живот:
— Хорошо, прекрасно! Раз уж ты такой умный, добирайся домой сам.
С этими словами она затащила Се Цзяжань в машину, и мгновение спустя автомобиль со свистом промчался мимо него, не колеблясь ни секунды.
Се Гуаньнин опустил веки и медленно выдохнул, чувствуя, как вокруг сразу стало намного тише.
Густая пелена тёмной ночи нависла над землей. Помимо тусклых фонарей, вокруг сиял лишь свет далёкого поместья.
Се Гуаньнин огляделся по сторонам и невольно вздохнул.
Поместье семьи Чжоу располагалось в самом сердце Столичной планеты, и все окрестные дома принадлежали сплошь влиятельным и знатным людям. Именно поэтому безопасность здесь охранялась из рук вон строго, и случайной машине проехать внутрь было почти невозможно. Не говоря уже о том, что в столь поздний час поймать такси было бы настоящей задачей.
Се Гуаньнин достал коммуникатор и принялся листать список контактов, собираясь спросить, не сможет ли Вэнь Ли заехать за ним. Но не успел он отправить сообщение, как яркие фары внезапно осветили всё вокруг. Се Гуаньнин прищурился и машинально посмотрел вперед: к нему медленно приближался и плавно тормозил флаер.
Окно медленно опустилось, являя миру невероятно красивое, почти демоническое лицо:
— Привет, — приветливо помахал он рукой.
Сердце Се Гуаньнина ёкнуло. Скользнув взглядом по его лицу, он перевёл глаза чуть дальше.
В мягком свете салонного освещения чёткие черты профиля мужчины казались на удивление теплыми и мягкими. Он всё так же был одет в костюм, но галстук выглядел слегка расслабленно, а верхняя пуговица рубашки расстегнулась, добавляя к его привычной благородной элегантности немного непринуждённой беспечности.
Заметив его взгляд, мужчина обернулся. Его глаза, спокойные, как безмятежное море, смотрели ровно и мягко:
— Садись в машину.
http://bllate.org/book/24869/2942775
Готово:
