Цинь Ань отсутствовал недолго, вернувшись через десять с лишним минут. Он поддерживал Бабушку Цинь, которая вошла в дом, а в руках у него была коробка.
Войдя, он обнаружил, что в гостиной остался только Вэй Цзиньсинь, а двое его помощников куда-то подевались. Ранее Цинь Ань подумал, что они уехали, так как не видел их машины снаружи. Вэй Цзиньсинь остался, а рядом с диваном добавился чемодан.
Бабушка Цинь с первой же встречи прониклась симпатией к Вэй Цзиньсиню. Она усадила его рядом, завела разговор о житейских делах и не забыла попросить Цинь Аня надеть костюм лучшего выпускника, чтобы примерить.
Цинь Ань, услышав это, проворчал: Бабушка, на улице такая жара, дай мне хоть немного передохнуть, я устал. Он опустился на диван и с обиженным видом посмотрел на старушку.
Бабушка Цинь рассмеялась: Вот ведь, такой уже большой, а капризничаешь из-за обычной накидки, неужели это так тяжело?
Бабушка, дело не в тяжести, а в том, что мне действительно не по себе. Сейчас так жарко, позволь мне отдохнуть, а когда я остыну, то обязательно надену его для тебя, хорошо? — Цинь Ань начал хитрить.
Ох и упрямый ты, вечно ищешь отговорки. Настанет день, когда захочешь надеть эту вещь, да придется выбирать момент, и что тогда будешь делать? — в словах Бабушки Цинь чувствовался глубокий смысл.
Вэй Цзиньсинь перевел взгляд с Бабушки Цинь на Цинь Аня. Истинная правда: пожилые люди подобны мудрецам! Одним взглядом она раскусила его истинные намерения!
Старушка внимательно посмотрела на него и произнесла: Дитя, с каким важным делом ты пришел в наш дом? Мой старик сейчас отсутствует, можешь рассказать мне.
Вы слишком добры. Мы могли бы отойти в сторону и поговорить? — вежливо и уклончиво ответил Вэй Цзиньсинь.
Цинь Ань, проживший на свете уже две жизни, сразу понял намек и поднялся: Бабушка, я пойду наверх, примерю костюм лучшего выпускника и посмотрю, как он сидит.
Ступай, милый, иди, — с доброй улыбкой ответила Бабушка Цинь.
Когда Цинь Ань скрылся на втором этаже, Бабушка Цинь с улыбкой спросила: Ты пришел навестить моего маленького Аня, не так ли?
Откуда вы узнали? — Вэй Цзиньсинь не на шутку удивился. Несмотря на то, что ему едва перевалило за двадцать и он казался весьма зрелым для своих лет, он не смог скрыть удивления.
О, я заметила нефритовый кулон у тебя на шее, как только ты вошел. В детстве его носил мой маленький Ань, а позже он подарил его моему будущему внуку-супругу. — Сказав это, она с улыбкой посмотрела на юношу.
При упоминании внука-супруга Вэй Цзиньсинь нервно дернул уголком рта, но ничего не ответил, лишь кивнул, молчаливо соглашаясь с таким определением.
Ты кажешься славным парнем. Надеюсь, ты будешь хорошо относиться к нашему Аню. Он невероятно добрый ребенок, никогда не доставлял хлопот. Если же однажды вы поймете, что не сходитесь характерами, просто скажи нам заранее, чтобы мы могли позаботиться о будущем Аня, — искренне произнесла Бабушка Цинь. В конце концов, их семья не могла сравниться с Семьей Вэй из Пекина, здесь и сравнивать было нечего.
Вэй Цзиньсинь задумался: неужели я выгляжу как человек, который бросает старое ради нового? Почему все в Семье Цинь относятся ко мне с недоверием? И Цинь Ань наверняка не знает, что он его жених, иначе не был бы таким беспечным, позволяя ему свободно входить и выходить из дома, не сказав лишнего слова.
На самом деле, Вэй Цзиньсинь был прав. Знай Цинь Ань о своей помолвке, он ни за что не стал бы поступать в Пекинский университет — ведь это место ближе всего к Семье Вэй. В данный момент Цинь Ань наверху разглядывал мантию лучшего выпускника. Хотя он надевал её множество раз с самого детства, этот наряд был особенным: его собственноручно вышила седьмая тетушка. Несмотря на шелковую ткань, на ней был вышит карп, символизирующий прыжок через Врата Дракона — пожелание удачи на экзаменах.
Подумав об этом, Цинь Ань с улыбкой надел мантию. Глядя в зеркало, он чувствовал себя героем оперы в костюме зятя императора. Он даже прихватил черную шапочку, внимательно её осмотрел и почувствовал, будто перенесся в эпоху династии Мин. Усмехнувшись, он спустился вниз в этом одеянии, прихватив складной веер. Идя по дому, он обмахивался им — даже при включенном кондиционере ему нравилось это ощущение.
Когда Цинь Ань, помахивая веером, спустился с лестницы, Вэй Цзиньсинь, подняв голову, остолбенел. Он моргнул, а затем, словно в забытьи, достал телефон и сделал снимок, стараясь, чтобы Цинь Ань этого не заметил.
Цинь Ань подошел к Бабушке Цинь: Бабушка, ну как? Твой внук выглядит статно? — и он пару раз взмахнул веером.
Бабушка Цинь кивнула и улыбнулась: Неплохо. Руки у седьмой тетушки золотые, мой внук в этом наряде просто загляденье.
Раз красиво, то ладно. Пойду переоденусь, в этом чувствую себя странно. Я ведь не живу в древности, в футболке и шортах куда удобнее, — с этими словами он собрался идти наверх.
Подожди. Проводи Жуньцзэ в гостевую комнату на втором этаже, пусть он приведет себя в порядок. В ближайшее время ты будешь его сопровождать, чтобы он мог хорошо отдохнуть здесь. Он не чужой человек, а внук старого друга твоего деда, — сказала Бабушка Цинь. Это было их предварительное соглашение с Вэй Цзиньсинем: они боялись, что правда о его личности смутит Цинь Аня. Жуньцзэ было его вторым именем.
Цинь Ань, ничего не заподозрив, кивнул: О, хорошо. Идем за мной. Мне семнадцать, а тебе сколько?
Мне двадцать один год, — улыбнулся Вэй Цзиньсинь, подхватил чемодан и последовал за ним. Цинь Ань хотел помочь с багажом, но в этом костюме это было крайне неудобно, поэтому он воздержался.
Поднявшись на третий этаж, он поселил гостя в соседней комнате и, сказав, что тот может чувствовать себя как дома, поспешил к себе переодеваться — наряд был настоящей обузой.
Когда Цинь Ань ушел, Вэй Цзиньсинь огляделся. Он впервые гостил в деревне. Обстановка была не роскошной, но практичной: добротная деревянная мебель, простая деревянная кровать — совсем не чета тем импортным кроватям, к которым он привык дома. Впрочем, спать на такой было в новинку. Он нажал на матрас — мягко, не жестко. Постельное белье из простого хлопка небесно-голубого цвета выглядело очень уютно.
Разложив вещи, он решил спуститься вниз. Он заранее привез подарки для всех и теперь разложил их, подписав, чтобы ничего не перепутать — об этом позаботился его секретарь. Вещей для Цинь Аня было больше всего, пришлось совершить два захода. Закончив, он постучал в дверь Цинь Аня.
Цинь Ань как раз закончил наводить порядок в комнате. Услышав стук, он открыл дверь и, увидев вещи в коридоре, посмотрел на Вэй Цзиньсиня: Это что?
Подарки для тебя. Слышал, ты блестяще сдал экзамены. Не знал, что тебе нравится, поэтому выбрал то, что по душе мне самому. Надеюсь, ты примешь их, — улыбнулся Вэй Цзиньсинь.
Цинь Ань знал, что на приветливого человека руку не поднимают, поэтому ответил: К чему такие церемонии? Подумаешь, занял первое место, не такое уж это событие. Входи. — С детства он привык к подобным знакам внимания.
Вэй Цзиньсинь подумал: Действительно, занимает первое место постоянно, для него это уже обыденность!
Войдя в комнату Цинь Аня, он заметил, что она сильно отличается от его собственной. Она была просторной, а все убранство, не считая небесно-голубого постельного белья, состояло из огромного шкафа — видимо, для одежды. На прикроватной тумбочке стояла фотография Цинь Аня: он на фоне зеленых пшеничных полей, с гитарой в руках, улыбаясь во весь рот. Похоже, селфи.
Из вежливости, передав подарки, Вэй Цзиньсинь вернулся в свою комнату. Умывшись, он позвонил дедушке и бабушке в Пекин, попросил их не волноваться и сообщил, что уже разместился в доме семьи Цинь. Старец Вэй тут же спросил: Хорошо. Кстати, как там мой будущий внук-супруг?
Вэй Цзиньсинь с улыбкой ответил: Первое впечатление хорошее. Он не жеманный и лишен той заносчивости, что присуща людям в Пекине. Я хочу узнать его получше, так что не беспокойтесь, здесь я в безопасности.
Хорошо, внучек, я верю в тебя, — подбодрил его Вэй Чжэн.
Спасибо, дедушка. Кстати, может, вы с бабушкой приедете сюда погостить? У вас ведь есть здесь вилла, кажется, она недалеко от деревни Дунфэн?
Я подумаю, посоветуюсь с бабушкой чуть позже.
Хорошо, буду ждать.
Цинь Ань, закончив дела, отправился звать Вэй Цзиньсиня. Чего этот парень возится в комнате? Ужин на столе, дедушка уже вернулся, если не поторопиться, еда остынет.
Услышав стук, Вэй Цзиньсинь завершил разговор, подошел к двери и открыл её. Увидев Цинь Аня, он посторонился: Проходи.
Не надо, пошли скорее вниз ужинать, иначе все остынет, — с улыбкой ответил Цинь Ань.
Вэй Цзиньсинь на мгновение замер под сияющим взглядом Цинь Аня. Его улыбка была такой яркой и согревающей, что он невольно последовал за ним. Спускаясь по лестнице, он спросил: Тебе понравились мои подарки?
Ой, я как раз убирался в комнате и еще не смотрел. Давай гляну после обеда, хорошо? — виновато улыбнулся Цинь Ань.
Не спеши. Я просто подумал: если что-то не понравится, мы сможем поменять на то, что тебе по душе.
Вот оно что. Тогда поедим, и я посмотрю, а ты со мной пойдешь!
Договорились, — улыбнулся Вэй Цзиньсинь.
На самом деле Цинь Ань ни о чем таком не думал. Несмотря на то что прожил уже две жизни и ему было за сорок, он почувствовал, что с этим новым знакомым довольно легко общаться. Он больше не держал его на расстоянии, как в первую встречу — тогда он решил, что тот просто чужак.
http://bllate.org/book/24866/2942403
Готово:
