Готовый переклад Joy in Love Letters / Аромат запретных писем: Искушение богини: Розділ 17

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Питомец перебирал едой.

Цзян Няньли подняла миску для еды, издала несколько хриплых смешков и вернулась на кухню. Оставив Мин Си одну дуться на месте.

Потратив десяток минут на построение фраз, Мин Си с холодным лицом собралась было высказать ей всё, но застыла на пороге кухни, едва успев туда влететь.

Цзян Няньли пряталась внутри и рисовала, а в стоявшем рядом котелке булькала и пускала пузыри каша, испуская пар. Одной рукой она зажимала простенький планшет для рисования, а другой быстро что-то набрасывала на нём.

Это был далеко не первый раз, когда Мин Си видела её за рисованием — с тех пор, как Цзян Няньли поселилась в их доме, ей полюбилось что-нибудь черкать.

Каждый раз, когда она помогала Сяо Цзин делать уроки, в её руках неизменно оказывались бумага и кисть.

Рисуя, она была невероятно сосредоточена, и кончики её пальцев то и дело случайно пачкались в графитовой пыли. Лицо же оставалось невероятно красивым, даже покрытое серой пыльцой, — ещё более живым, чем в обычные дни.

Мин Си стояла у косяка двери, с замиранием сердца разглядывая серый след от карандаша на её левой щеке — такой бледный, что он вот-вот готов был раствориться в окружающем сиянии.

Заметив, что за ней наблюдают, Цзян Няньли отложила карандаш и подняла взгляд на неё:

— Ты что-то высматриваешь?

Мин Си только тогда пришла в себя и заикнулась:

— У тебя на лице... графит.

Цзян Няньли подняла руку иттерелась.

— И ещё там.

Мин Си шагнула вперёд и мягко вытянула руку, указывая на пятно.

Цзян Няньли склонила плечо к ней, подставив лицо:

— Тогда поможешь мне вытереть?

На неё пахнуло теплым дыханием, и Мин Си послушно подняла руку.

Она стирала след очень осторожно: кончиками пальцев поддержала подбородок Цзян Няньли, а большим пальцем легонько провела по серой полоске.

Вскоре Цзян Няньли подняла на неё глаза:

— Эй, неужели ты думаешь, что так сотрёшь? Посильнее давай.

Пойманная в ловушку этим взглядом, чистым, как весенний пруд, Мин Си замерла, едва не утонув в глубине этих глаз.

Цзян Няньли беспомощно вздохнула:

— Ладно, сама справлюсь.

Её ладонь легла поверх тыльной стороны руки Мин Си, пальцы раздвинули чужие пальцы, и она сама закончила начатое движение.

— Тебе так нравится рисовать? — Мин Си посмотрела на рисунок в её руках. — Получается даже лучше, чем у учителей, которые ведут рисование у нас.

Цзян Няньли поджала губы, словно полностью соглашаясь с этой похвалой.

— Тогда зачем ты пришла сюда искать работу? С твоими-то навыками в большом городе за тебя должны были драться, разве нет?

Цзян Няньли ответила:

— В большом городе не так-то просто выжить, а здесь жить куда свободнее.

— А откуда ты приехала?

Задав вопрос, Мин Си тут раз уж ты живешь у меня, я должна хоть что-то о тебе знать.

— Из Бэйчэна.

И впрямь большой город. Вспомнив едкие посты в интернете, которые ей доводилось читать, Мин Си поддразнила её:

— Говорят, в Бэйчэне, чтобы спуститься в метро, нужно сдать экзамен на четвёртый уровень владения языком? Рассказывают, что там люди могут ругаться по-английски прямо в подземке.

Понимая, что над ней подшучивают, Цзян Няньли неторопливо бросила на неё взгляд:

— Разве всё так преувеличено?

Мин Си поинтересовалась:

— И сколько ты собираешься пробыть в Ганчэне?

Цзян Няньли помешивала кашу в котелке:

— Посмотрим по обстоятельствам.

Посмотрим по обстоятельствам... Больше Мин Си ничего не спрашивала.

*

С тех пор как Цзян Няньли переехала к ним, Мин Си постепенно заметила за собой одну перемену.

Многие годы её взгляд никогда не падал сам собой на тот домик, но в последнее время эта привычка начала понемногу рушиться.

Было у неё и ещё одно открытие: кажется, она немного поправилась.

Только что вернувшись из таверны, она одной рукой зажала складку на талии, размышляя о причинах внезапного прибавления в весе, а другой толкнула калитку.

Цзян Няньли стояла возле домика, запрокинув голову и глядя на клочок ночного неба, и приветствовала Мин Си:

— Вернулась? Я пойду, принесу тебе сегодняшний поздний ужин.

Она также кивнула в сторону комнаты Сяо Цзин на втором этаже:

— Сегодня у Сяо Цзин отличное состояние.

Мин Си, всю дорогу размышлявшая о причинах своего полноты, в этот момент нашла ответ: во всём виноваты ночные перекусы, которыми её пичкала Цзян Няньли.

Вообще-то поначалу Мин Си наотрез отказывалась есть — ведь за чужую еду потом пришлось бы расплачиваться. Но пахло и правда невероятно аппетитно, особенно когда смотришь, с каким уплетeнием за обе щеки уплетает Сяо Цзин.

В конце концов Мин Си привыкла и втянулась: от супа из белых грибов и семян лотоса до тушёной свиной грудинки со стамбисом, а сегодня — декор из таро с красной фасолью.

Это таро было приготовлено великолепно: мягкое, нежно-сладкое, без малейшего намёка на твёрдую сердцевину, судя по всему, его вымочили в молоке, отчего оно приобрело еще больше сливочного аромата и густоты, чем в прошлые разы.

Доев содержимое собственной миски, Мин Си украдкой покосилась на тарелку Сяо Цзин и напустила на себя суровый вид:

— Знаешь ведь, что на ночь наедаться нельзя? Живо чистить зубы и спать.

Не дожидаясь согласия Сяо Цзин, она переложила к себе два куска таро из её миски и съела их сама. Сяо Цзин надулась, бросила палочки и отправилась умываться.

Видя, что настроение у Мин Си хорошее, Цзян Няньли придвинула стул и присела рядом с видом человека, который хочет что-то сказать, но не решается.

Щёки Мин Си в этот момент были раздуты от еды, она подняла на неё взгляд:

— Есть дело? Эм...

Цзян Няньли пододвинула ей стакан воды:

— Видишь ли, Сяо Цзин в последнее время чувствует себя намного лучше, и я думаю...

— Хочешь уйти? — Мин Си сделала пару глотков из стаканчика и спросила, опустя глаза.

— Нет, я хочу немного подзаработать. Я умею играть на гучжэне.

Фраза я умею играть на гучжэне была произнесена ею с таким предельно серьёзным видом, что невольно наводила на определённые мысли.

Мин Си уловила скрытый смысл: она хотела устроиться на работу в таверну. Ну да, права была пословица — поешь чужого, и станешь должен: после стольких дней ночных угощений отказать ей было и вправду невероятно трудно.

— Ик!

Она прочистила горло, крепко сжала в руке ложку и подалась чуть вперёд:

— Слушай, а ты помнишь нашу самую первую встречу?

Услышав этот вопрос, Цзян Няньли прищурилась и нарочно выдержала паузу в пару секунд:

— Самую первую встречу? Это когда я пришла в таверну искать у тебя работу?

Фразу самая первая встреча она произнесла с глубоким смыслом.

Камень свалился с сердца Мин Си: значит, в ту ночь у реки та женщина попросту не разглядела её лица.

Только тогда она успокоилась и ответила:

— В таверну — тоже можно. Только по вечерам у нас уже есть преподаватель, отвечающий за выступления на гучжэне, так что выходи в дневную смену.

В таких местах, как таверна, днем народу не так уж много, но работой это всё же можно было назвать, и Цзян Няньли согласилась.

*

В тот день Мин Си впервые увидела, как играет Цзян Няньли.

Много позже, вспоминая, в какой именно момент её сердце впервые ёкнуло от Цзян Няньли, Мин Си задавалась вопросом: было ли это тогда, когда ей на голову упала метёлка?

Или когда она стояла в бежевом одеянии времён Воюющих Царств с простым цицинем в руках, такая хрупкая, что казалось, она вот-вот растает?

Мин Си изначально собиралась спуститься вниз к Сяо Юэ, но вместо этого замерла на изгибе лестницы, вглядываясь в силуэт Цзян Няньли в профиль и слушая, как звуки струн смешиваются с винным ароматом и шумом таверны.

Она не разбиралась в музыкальных инструментах и была далека от подобных тонкостей, однако чувствовала: цицинь в руках Цзян Няньли звучал как-то иначе, в мелодии угадывалось нечто большее, чем в оригинале, какой-то ритм, которого она раньше не слышала.

Поскольку дело было днём, посетителей в заведении после пары сыгранных композиций не прибавилось.

На лбу Цзян Няньли уже выступила испарина, а белоснежная вуаль спускалась от переносицы до самого подбородка — настолько тонкая, что сквозь неё угадавались очертания губ.

Вскоре взгляд из-под лёгкой ткани резко метнулся вверх, устремившись прямо на Мин Си.

Вот же! Ну и чего ты на меня пялишься?

Мин Си машинально сделала крошечный шаг назад, её глаза принялись изображать отчаянные поиски Сяо Юэ, однако боковым зрением она заметила, что Цзян Няньли поднялась с места и собирается...

Ей пришлось снова перевести взгляд на Цзян Няньли:

— Эй, ты куда? — Забыв о поисках Сяо Юэ, она быстрыми шагами направилась к ней.

Цзян Няньли уже сняла гучжэн со стойки и прижала его вертикально к левому локтю, обхватив рукой.

Куда это годится? Мин Си подбежала к помосту и шёпотом отчитала её:

— Ты что творишь? А если уронишь инструмент? Он вообще-то безумно дорогой.

— Он не такой тяжёлый, как ты думаешь. Хочешь попробовать?

Не давая Мин Си времени на раздумья и отказ, она протянула ей инструмент.

— Эй, погоди...

Мин Си пришлось осторожно перехватить цицинь:

— Да что ты задумала в конце концов? Все гости смотрят!

Цзян Няньли обеими руками приподняла полы длинного одеяния и зашагала к выходу из помоста:

— Помоги донести инструмент, только аккуратнее со ступенями.

— Послушай, — как можно тише зашептала Мин Си, пытаясь сторговаться: — Сама донеси.

Посетители и работники смотрят, между прочим! У меня вообще-то репутация, я здесь номинально главная хозяйка этой таверны!

Глава 15. Шаг за шагом

Цзян Няньли проигнорировала её и продолжала идти, пока не остановилась у входа в таверну, после чего неторопливо обернулась.

Под всеобщими взглядами Мин Си пришлось протянуть ей гучжэн. Желая хоть немного сохранить лицо, она напустила на себя сердитый вид:

— Если народу не прибавится, урежу тебе зарплату за полмесяца!

Цзян Няньли: ...

Мин Си, разумеется, не собиралась торчать у входа и, взмахнув рукой, с лихим видом вернулась внутрь. В конце концов, с окна второго этажа всё, что происходило на улице, было видно как на ладони.

Поднявшись наверх, она прислонилась к незаметному уголку окна.

Тц, а инструмент-то и правда недешёвый... Мин Си машинально вытянула руку в окно, но тут же испуганно втянула её обратно.

Тем временем Цзян Няньли стояла на крыльце таверны, прижимая к груди вертикально стоящий цицинь. Кончики её правых пальцев чётко и ловко щипали струны, а лёгкие движения запястий не выдавали ни малейшей заминки.

В том, чтобы вытворять подобные трюки с гучжэнем, не было ничего сверхъестественного: когда-то давно, стремясь придать живости своим произведениям искусства, она специально взялась за изучение музыкального инструмента.

Можно сказать, это было перенесение художественного опыта из одной сферы в другую ради поисков вдохновения.

А те годы, что прошли в постоянной работе с камнем и строительными материалами, давно развили в ней немалую физическую силу, так что этот цицинь вовсе не казался тяжёлым — его вес был полностью в пределах нормы.

Лишь скрытое под вуалью лицо не позволяло разглядеть эмоции во взгляде, но пальцы, порхавшие над струнами, двигались стремительно, словно ветер, извлекая из классических звуков пульсирующий современный ритм.

На что это было похоже? Мин Си потерла подбородок подушечками пальцев, подбирая подходящее сравнение: словно Линь Дайюй под вуалью укрощает тяжёлый грузовик.

В этом почти безумном представлении, граничащем с полным крушением устоев, кто-то на улице уже начал покачиваться в такт пробивавшемуся сквозь классику диджейскому биту.

Зрителей становилось всё больше, и нахмуренные брови Мин Си наконец разгладились. Беспокойство о стоимости инструмента сменилось новой заботой: как заставить всех этих зевак зайти внутрь заведения.

Она ухватилась обеими руками за деревянную раму окна и крикнула толпе:

— Внутри представления ещё интереснее! Кто зайдёт в течение часа, получит бокал напитка в подарок к каждому столу!

В восприятии Цзян Няньли эта фраза звучала точь-в-точь как рекламный слоган какой-нибудь закусочной: открытие новой точки, при покупке дарим свиную рульку!

Звуки музыки резко оборвались. Цзян Няньли подняла глаза и неторопливо посмотрела на окно второго этажа — интересно, вспомнила ли она тот случай, когда в неё прилетела метёлка?

Стоило ей занести инструмент обратно в таверну и направиться переодеваться, как путь ей преградила Мин Си и принялась шёпотом торговаться:

— Отыграешь ещё час, только тогда сможешь пойти домой.

http://bllate.org/book/24852/2939180

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу