В тот самый момент, когда Кентонио был наиболее беспомощен, тот человек появился, восседая на спине единорога в сопровождении божественного света. Его высоко поднятое прекрасное лицо и источающая уверенность энергичность в глазах вызывали у окружающих невольное благоговейное желание опуститься на колени и пасть ниц, словно перед горделивым божеством.
— Строка из Рыцаря Магии.
…
Кентонио всегда отличался изворотливостью. Ради того, чего он желал, он был готов пойти на любые меры и заплатить любую цену.
Возвращение в прошлое лишь позволило ему еще искусно замаскировать эту изворотливость под маской. Он был твердо уверен, что Адриан тоже вернулся в прошлое вместе с ним, однако, когда в положенном времени он встретил того, кого и должен был встретить, Кентонио вдруг понял, что на самом деле всегда любил именно этого человека — того, кто в любое мгновение был преисполнен абсолютной уверенности.
— А вовсе не этого наивного юнца, который смотрит на всех с благоговейным обожанием.
Хотя в глубине его тела, возможно, и таилась переродившаяся душа Адриана, Кентонио испытывал жуткое отвращение к нынешнему обличью Адриана. Кентонио думал: если убить его, сможет ли душа переродившегося Адриана вернуть себе контроль над телом? Точно так же, как он сам, пожрав изначальную душу оболочки, обрести новую жизнь.
Кентонио полагал, что Адриан, как и он сам, переместился душой, но по какой-то причине душа того погрузилась в глубокий сон.
Однако в тот самый миг, когда Кентонио уже был готов нанести удар, он засомневался. Он не знал, все ли сложится так прекрасно, как он рассчитывал. Если он убьет изначальную душу в теле Адриана, а переродившаяся душа возьмет верх, какое выражение лица увидит эта душа, когда взглянет на него?
Ненависть, отвращение, сопротивление?
Кентонио не хотел этого видеть. К тому же неудача из прошлой жизни заронила в его сердце крошечную искорку беспокойства: а что, если душа Адриана вовсе не возвращалась в это тело, а он возьмет и уничтожит изначальную душу?
В конце концов, взвесив все за и против, он отказался от этой затеи.
Встретившись с Адрианом, Кентонио велел тому ждать его дома в небольшом городке, а сам отправился в лес на окраине. В прошлой жизни именно здесь Кентонио столкнулся с раненым Черным Магом Остином.
Сердце Нежити, то есть сердце некроманта — способ использования этой штуки поведал ему сам владелец.
В прошлой жизни Кентонио спас Остина, и в знак благодарности тот поделился с ним множеством никому не известных секретов и полезных чернокнижных искусств. Теперь же, когда Кентонио уже владел этими тайнами, ему, естественно, не было нужды тратить силы на спасение мага. Все, чего Кентонио жаждал заполучить сейчас, — это находившееся у Остина Сердце Предельной Чистоты.
Если бы тот отказался отдать Сердце Предельной Чистоты добровольно, то расправиться с раненым Черным Магом не составило бы труда — хватило бы и двух стрел.
Но Кентонио никак не ожидал, что в конце концов из лесу выйдут Ансэль и Бивис: один из них — будущий преемник папы, а второй — будущий Светлый Святой Рыцарь девятого ранга, такой же, как и Адриан.
Если ход событий не изменится, Адриан поступит в Храм и станет истинным рыцарем, а если он сам заблаговременно наладит отношения с людьми из Храма, то и будущих неприятностей станет гораздо меньше.
Поразмыслив немного, Кентонио сохранил на лице все ту же напускную фальшивую улыбку, которая придавала ему на редкость безобидный вид.
— Конечно, прошу за мной.
Кентонио шагнул вперед. На нем был комплект облегающей черной кожаной брони, двигался он быстро и элегантно, словно истинный джентльмен, ни на йоту не выказывая раздражения из-за чужих подозрений, и всем своим видом демонстрировал безупречные манеры.
— Мой отец — староста близлежащего городка, а матушка — травница второго ранга. Если вы не брезгуете, не желаете ли заглянуть ко мне, чтобы исцелить раны?
Произнеся это, Кентонио изящно развернулся, и его сапоги из оленьей кожи издали тихий хруст под ногами на сухих ветвях и опавших листьях.
— Хорошо, я бы хотел узнать, есть ли впереди церковь? — обратился к нему Ансэль.
— Там есть приходская церковь, — Кентонио на мгновение задумался. — Старый пастор Соргл всегда очень мягок с жителями…
— Вот как? Большое спасибо за хлопоты, да пребудут с вами свет и удача.
Улыбнувшись, Ансэль взмахнул рукой и направил на Кентонио лучик света. Свет упал на макушку Кентонио, покружил пару секунд и бесследно растворился. Этот жест с виду напоминал молитву, но на самом деле служил меткой.
— Святой Отец, мы тоже пойдем следом.
Заметив действия Ансэль и услышав об упомянутых пасторе и травнице, Бивис немного ослабил бдительность. В конце концов, целительная сила священнослужителей (пасторов) ниже пятого ранга способна лишь ускорить затягивание внешних ран — если, конечно, речь не идет о жрецах или епископах высочайших рангов, которые, впрочем, редко вмешиваются и спасают людей просто так. А травница как раз могла восполнить то, с чем не справлялось начальное исцеление.
— Благодарю за благословение, — бросил Кентонио через плечо, стоя к ним спиной.
Он прекрасно понимал, что это был за свет, и его глаза сощурились, а уголки губ тронула легкая усмешка.
…
— Господин, вы совсем не едите?
Мальчик набил рот куриной ножкой, в руке сжимал утиное крылышко, а все его лицо перемазалось жиром.
— Ешь сам… Я не голоден…
Посмотрев на уставленный мясными блюдами стол, Шил покачал головой. Для утоления голода ему требовалось лишь пламя чужих душ, и уже много-многие годы он не ощущал вкуса обычной еды.
— Вот как? Вы и правда хороший человек.
Мальчик поднял голову на Шила, а затем перевел взгляд на уплетавшего за обе щеки Остина.
— Ешь давай, еще раз поглазеешь по сторонам — вырву глаза, — закатил глаза Остин и постарался сделать свирепое выражение на бледном лице. По правде говоря, он привык есть очень мало, а сейчас набросился на еду лишь затем, чтобы восстановить силы.
— Угу-угу-угу, — мальчик испуганно закивал, хрипло угукая, и принялся снова запихивать в рот еду.
Прошел примерно страж времени, прежде чем Остин и мальчишка одновременно громко отрыгнули, а тарелки на столе оказались вычищены до блеска.
— Рассчитай нас, — Шил подозвал дородную хозяйку таверны.
— Уважаемый господин маг, с вас за этот обед всего тридцать три лунные монеты.
Хозяйка заговорщически потерла руки, а ее слегка располневшее лицо порозовело, точно персик в цвету.
— Держи, — Остин протянул ту самую солнечную монету.
Получив несколько монет со следами жира, они покинули маленькую харчевню.
— Плата внесена, нам пора идти.
Бросив бесстрастным тоном мальчишку и Остина, Шил взял посох, крутанулся на месте и зашагал к тому месту, где остался Кеннет. Мальчик стоял на прежнем месте и провожал взглядом удаляющиеся фигуры, его маленькие ладошки чуть сжались в кулаки, словно он о чем-то размышлял.
Мгновение спустя в глазах ребенка промелькнула решимость — приняв какое-то решение, он сорвался с места и побежал догонять уходящего Шила.
— Зачем вы так поступили? Разве нельзя было просто отдать солнечную монету? — с непониманием в голосе спросил Остин, глядя на Шила.
— Потому что он напомнил мне меня самого в прошлом…
Взглянув на постепенно проступающие впереди дома, Шил продолжил слегка ностальгирующим тоном: — Тогда я был точно таким же: ничтожным, словно букашка, которую любой может растоптать… Но он умен. Он знал, что если бы я действительно отдал ему золотую монету, сберечь ее он бы не смог.
— Выходит, этот пацан нас использовал?
Хоть Остин и был умен, но с подобным сталкивался впервые, хотя соображал быстро.
— До расчетов тут еще далеко…
Не успел Шил договорить, как резко остановился. Огонь душ в его глазницах замер, лишенный всякой жизни. Он повернул голову в определенную сторону: ровно в ту секунду ему показалось, будто оттуда повеяло слабым намерением убить, но враждебный порыв тут же бесследно растворился. Шил крепко сжал длинный посох костлявой рукой, принимая настороженную позу.
— Что-то случилось?
Хотя Остин не понимал, с чего бы Шилу вдруг так себя вести, он тоже тут же насторожился, окинул взглядом окрестности и недоуменно спросил:
— Если я не ошибаюсь, похоже, за нами кто-то следит…
Шил поглубже надвинул на голову черный капюшон и ответил бесстрастным голосом.
Остин тут же переспросил:
— Тогда наши истинные личности раскрыты?
— Не знаю, но сейчас нам лучше отсюда убраться…
http://bllate.org/book/24829/2936827
Готово:
