За окном вовсю заливало солнце. В небольшой и очень изящной на вид квартире молодой человек с привлекательным лицом стоял перед зеркалом в полный рост и крутился из стороны в сторону, словно разглядывая того, кто отражается в стекле.
Этот человек перед зеркалом — Линь Си, которого старшие товарищи только что выпнули пинком из Пространства Главного Бога. Оболочка, в которую он переместился, носила имя Линь Тяоянь, и в этом мире ей отводилась роль крайне важного пушечного мяса — в конце концов, именно она способствовала развитию и заложила основу эмоционального тона между главным героем-апостолом и главным героем-получателем.
Вызвав системный интерфейс, Линь Си принялся внимательно изучать предысторию этого мира. Главный герой-апостол Ци Чжоу был крутым, дерзким и властным президентом, любившим содержать маленьких звезд и юных моделей, а пушечный мясо в лице Линь Тяояня оказался одним из многочисленных любовничков, которых содержал президент Ци.
Стоит упомянуть, что на самом деле Ци Чжоу вовсе не был столь легкомысленным и разнузданным, каким казалось его поведение, — напротив, в глубине его души неизменно таился светлый образ, от которого невозможно было избавиться. Этим белым лунным светом являлся главный герой-получатель этого мира по имени Лян Юйцзяо. Еще пять лет назад он уже был мало-помалу известным актером, а впоследствии из-за каких-то разногласий предпочел уехать за границу на стажировку.Из-за того, что внешность Линь Тяоянь слегка напоминала черты лица Лян Юйцзяо, Ци Чжоу в свое время и решил взять этого смазливого актера-пустышку, обладавшего лишь привлекательной внешностью, но напрочь лишенного актерского таланта, на свое содержание. Однако главным достоинством парня было то, что он вел себя послушно и кротко, никогда не зазнавался и не злоупотреблял чужой благосклонностью, поэтому Ци Чжоу баловал его все сильнее. Ци Чжоу даже искренне хотел вытащить этого маленького любовника в звезды, но, к сожалению, из-за характера и актерских способностей Линь Тяоянь был совершенно не способен справиться с ролями главных героев, так что в конце концов от этой затеи пришлось отказаться.
Как раз тогда, когда отношения между Линь Тяоянь и Ци Чжоу начали делать некоторые успехи, та самая заветная белоснежная луна в его сердце вернулась на родину. Казалось, после возвращения Лян Юйцзяо все прежние обиды и разногласия с Ци Чжоу испарились без следа, а Лян Юйцзяо к тому же неожиданно ответил согласием на ухаживания Ци Чжоу, и они стремительно превратились в завидно гармоничную пару.
А президент Ци, желая проявить себя с лучшей стороны, тут же порвал со всеми своими прежними любовниками. Чтобы Лян Юйцзяо ни в коем случае не узнал истинную причину, по которой он содержал Линь Тяоянь, мужчина даже выделил Линь Тяоянь солидную сумму денег, велев ему вернуться в родные края и начать там спокойную жизнь.
На самом деле Линь Тяоянь чувствовал глубокую обиду и нежелание мириться с таким положением дел. Хотя поначалу он согласился стать содержанкой Ци Чжоу лишь ради возможности продолжать сниматься в кино, постепенно он по-настоящему влюбился в этого мужчину. Вообще-то президент Ци всегда отличался щедростью и чуткостью по отношению к своим любовникам, да и в постели не имел никаких дурных привычек; пожалуй, его главным недостатком было лишь то, что у него совершенно не было сердца — ведь его собственное сердце уже давным-давно улетело за границу вслед за той самой белоснежной луной.Перед тем как отправиться в аэропорт, Линь Тяоянь, собрав вещи, все же не удержался и пошел к Ци Чжоу, чтобы признаться в своих чувствах. В душе Ци Чжоу боролись противоречивые эмоции, но он твердо верил, что его истинная любовь — это его «белый лунный свет». К тому же, чувствуя вину за все произошедшее, он перед самым отъездом предложил Линь Тяояню крупную сумму денег в качестве компенсации.
В прошлый раз Линь Тяоянь принял деньги, потому что, лишившись возможности сниматься в кино, действительно нуждался в средствах, чтобы пережить трудные времена. Но теперь, придя к Ци Чжоу, он искал вовсе не денег, поэтому отказался от них и сразу же отправился в аэропорт.
В конце концов об этом узнала Лян Юйцзяо. Он с глубоким презрением относился к Линь Тяояню, которого считал всего лишь содержанкой, а сам Ци Чжоу из-за терзавшей его вины постоянно пребывал в смятении. Желая удержать сердце Ци Чжоу, Лян Юйцзяо стал тратить на него еще больше времени и сил.
Однако Линь Тяоянь навсегда остался занозой в сердце «белого лунного света». Позднее к Лян Юйцзяо обратился один актер-статист, у которого не было денег на наркотики, и предложил решить проблему Линь Тяояня за вознаграждение.
Лян Юйцзяо подговорил этого человека изуродовать лицо Линь Тяояня, и тот действительно исполнил задуманное.
Линь Тяоянь, став жертвой изувечивания, решил, что это Ци Чжоу, не вынося вида лица, которое хоть немного напоминало Лян Юйцзяо, приказал его уничтожить. Охваченный отчаянием, он впал в депрессию. В конечном итоге, увидев репортаж о том, как Лян Юйцзяо, получив награду кинофестиваля, идет рука об руку с Ци Чжоу, он полоснул себя ножом по запястью, оборвав свою короткую жизнь.
Тяжело вздохнув, Линь Си раскинул руки в стороны и повалился на кровать, после чего вызвал системную панель в море своего сознания. Полупрозрачный интерфейс системы выглядел крайне лаконично.
Основная задача: вернуть волю Главного Бога.
Побочная задача: помочь Линь Тяояню стать кинозвездой.
Под основной и побочной задачами скрывалось еще несколько пунктов, но пока они были отмечены вопросительными знаками. По всей видимости, их еще предстояло разблокировать, да и коллеги перед его приходом не объяснили, в какой форме воля Главного Бога может проявиться в этом мире.
Хотя было не совсем ясно, как именно выполнять эту туманную основную задачу, с побочной все было предельно понятно. Помимо того, что нужно было стать кинозвездой, ему требовалось избегать любых факторов, которые могли бы превратить эту оболочку в пушечное мясо. Оставалось лишь надеяться, что этот «белый лунный свет» по возвращении в страну не натворит лишнего и не помешает выполнению миссии.
А что до того, как будут развиваться отношения между главным героем-атакующим и героем-принимающим? Какое ему вообще до этого дело?
Прежде всего, ему нужно было разорвать запутанную связь с Ци Чжоу, чтобы проложить путь к собственному будущему. Линь Си вовсе не считал, что, обладая его способностями, он обязан быть чьим-то содержанкой, чтобы добиться успеха. Он прошел через жесткий отбор, прежде чем попасть на стажировку в Пространство Главного Бога, неужели у него не хватило бы ума добиться признания самостоятельно?Итак, в отдельном кабинете элитного ресторана Линь Си с виду очень тревожно опустил голову и молча сидел. Сидящий напротив Ци Чжоу держал бокал с красным вином и слегка покачивал его, а его пронизывающий взгляд весьма вольготно разглядывал собеседника:
— Если я ничего не путаю, ты хочешь положить конец нашим отношениям?
Линь Си изо всех сил постарался сделать вид, будто его лицо покраснело от смущения, и произнес:
— Я получал немало заботы от генерального директора Ци с самого начала, и я уже этим вполне доволен. Раз уж вы планируете обручиться с мисс Сюй, то мне, разумеется, следует проявить благоразумие и уйти.
Он опустил голову и принялся вытирать несуществующие слезы, а в его кармане лежала самая свежая развлекательная газета. На ней было написано, что президент Ци и невинная красавица Сюй Ин рука об руку прогуливались по пляжу Иньчжоу, и их свадьба, судя по всему, не за горами.
Ци Чжоу нахмурился, и на его красивом лице проступили следы гнева:
— Сюй Ин приходила к тебе?
Линь Тяоянь был с ним уже два года и всегда вел себя послушно и кротко, поэтому Ци Чжоу был не против и дальше баловать его. Какая еще причина могла заставить его внезапно заявить подобное и разозлить его, кроме того, что эта женщина самовольно явилась без приглашения?
Если бы не необходимость подыграть пиар-компании семьи Сюй, стал бы он проводить два часа у моря с донельзя шумной женщиной?! И притом всего лишь после одного такого раза эта женщина посмела возомнить себя его невестой и лезть в его личную жизнь.
Линь Си изначально думал, что если использовать это происшествие в качестве предлога, то Ци Чжоу либо бросит его за отсутствие сообразительности, либо просто выбросит из головы, учитывая сотрудничество между корпорацией Ци и семьей Сюй. Но он никак не ожил — никак не ожил, что этот крутой, властный и своенравный президент неожиданно начнет перед ним оправдываться.
В мыслях же Ци Чжоу дело обстояло так: сотрудничество с семьей Сюй было их собственной инициативой, а у него как раз появились такие планы, поэтому он и дал согласие. Так что считаться с лицом семьи Сюй или нет, по большому счету, зависело исключительно от настроения президента Ци. И раз уж даже его самый послушный маленький любимчик поднял бунт, легко было представить, какой сильный пожар Сюй Ин устроила у него в тылу.
Он подошел и сел рядом с Линь Тяоянем, взял его за тонкое запястье, притянул в объятия и мягко произнес:
— Сяо Янь, неужели ты до сих пор не понимаешь, кого я всегда баловал больше всех? История с Сюй Ин — всего лишь пиар-ход, перестань из-за этого скандалить, ладно?
Будь на его месте прежний Линь Тяоянь, он бы наверняка растаял от этих слов, но, к большому сожалению, это был не он. Линь Си с усилием оттолкнул его, поднялся на ноги, и его глаза покраснели, как у кролика:
— Я не хочу больше продолжать в том же духе. Я просто хочу снова стать собой и нормально сниматься в кино.
Лицо Ци Чжоу помрачнело, а в глазах затаилось предчувствие бури:
— Всегда думал, что у тебя должно быть хоть немного здравого смысла: без меня ты бы даже заурядной роли второго плана не получил.
Заметив, что тот молча опустил голову, Ци Чжоу немного смягчился. Он положил кусочек мяса в пиалу Линь Си и, понизив голос, ласково сказал:
— Поешь со мной, и я забуду всю ту чепуху, которую ты только что наговорил.
Но Линь Си не сдвинулся с места, лишь упрямо поджал губы и, словно приняв твердое решение, поднял голову и произнес:
— Я знаю, что говорю, и знаю, что без помощи генерального директора Ци я ни на что не способен. Но я все равно хочу попробовать, и даже если разобью лоб в кровь, я ни о чем не пожалею!
Услышав это, Ци Чжоу медленно отложил палочки для еды и посмотрел на него. Тот самый покорный и робкий Линь Тяоянь, оставшийся в его памяти, неожиданно обладал столь непреклонным и решительным взглядом. Не будь тот одним из его многочисленных любовников, он бы, пожалуй, искренне восхитился этим человеком. Жаль только, что сослагательного наклонения здесь не было.
Он рассмеялся от злости, скрестил руки на груди, словно благородный правитель, и только после этого произнес:
— Надеюсь, ты не пожалеешь о том, что сказал сегодня. И когда в один прекрасный день ты в реальной жизни расшибешь себе лоб в кровь, даже не думай просить меня разгребать твои проблемы.
Линь Си бросил на него полный боли прощальный взгляд, а затем решительно развернулся и вышел из отдельного кабинета, так и не увидев отвратительного выражения лица президента Ци у себя за спиной.
Стоило Линь Си выйти за двери отеля, как его выражение лица мгновенно сменилось с пасмурного на ясное, и настроение стало великолепным. Смягчить тон и пойти на открытый разговор он решил исключительно ради того, чтобы этот человек не вздумал совать палки в колеса его карьере. В конце концов, нынешняя оболочка Линь Тяояня не имела никаких полезных связей, и если бы Ци Чжоу вздумал чинить препятствия, его могли просто задушить в колыбели, прежде чем он успел бы проявить хоть капельку таланта.
Судя по оценке Линь Си, Ци Чжоу не был настолько мелочным, чтобы строить козни бывшему партнеру по постели. Так что подобная бесцеремонная, но аргументированная речь подходила для общения с подобным типом людей лучше всего. Скорее всего, тот будет молча наблюдать со стороны, надеясь, что он где-нибудь больно шмякнется о землю и докажет правоту его изначального мнения.
Разобравшись с одной неприятной заботой, ему предстояло привести в порядок саму оболочку. Прежний Линь Тяоянь страдал глубоким комплексом неполноценности, поэтому вечно ходил с опущенной головой, а его полудлинные волосы почти наполовину скрывали лицо, создавая весьма меланхоличное впечатление. Вообще-то, в рамках такого амплуа найти несколько пафосных ролей ради набора подписчиков было бы несложно, однако стоило ему оказаться перед камерой, как все его тело каменело, и на лице полностью исчезал прежний эффект.
Теперь же, когда в эту оболочку вселился Линь Си, он, естественно, собирался отбросить прежний образ, а лучший способ заставить людей замереть от удивления — это сыграть на контрасте. Чем сильнее контраст, тем ярче окажется привлекающий внимание результат.
http://bllate.org/book/24819/2935940
Готово:
