Готовый перевод My Deskmate Kisses Me, Don't Speak / Сосед по парте целует — молчи: Глава 4

— Урок скоро закончится, а у тебя в экзаменационном листе по языку всё ещё пусто. Поторопись, может, успеешь хоть наобум выбрать ответы в тестовой части.

Гу Цзы смахнул с головы наглую руку, бросил на него косой взгляд, но ничего не сказал. Он развернулся и, прихрамывая, побежал к классу.

Вэнь Юй неспешно поплелся следом, глядя на собственную покрасневшую от шлепка ладонь, и тихо усмехнулся.

— Ну и псих.

Вроде бы только что отвернулся и сделал вид, что не знает его, но почему же этот паренек кажется ему таким забавным?

***

Атмосфера в классе после прихода Гу Цзы стала до крайности странной.

Ученики с последних парт то и дело оглядывались, ужасно желая расспросить его о том, что произошло на спортивной площадке, но, видя его жалкий вид — разбитый нос и синяки, — так и не решились заговорить.

Сложилась крайне неловкая ситуация.

Вэнь Юй вернулся на свое место, и как раз в этот момент в класс вошла классная руководительница Сюй Цинь.

Она мельком взглянула на сидевших на задней парте Гу Цзы и Вэнь Юя, сухо кашлянула и произнесла:

— Все закончили писать? Если кто-то списывал, лучше признайтесь сейчас — я еще могу вас простить. Но если я сама обнаружу обман при проверке работ, вы прекрасно понимаете, что будет.

В классе воцарилась гробовая тишина, никто не смел издать ни звука.

Сюй Цинь вздохнула, безнадежно махнула рукой Цяо Жуши и велела:

— Собирай работы.

Как только пробные тесты были сданы, все почувствовали себя свободными.

Капитан баскетбольной команды Чэнь Чуань вскочил с места, в три прыжка оказался у парты Гу Цзы и спросил:

— Гу Цзы, что там стряслось? Почему тебя побили?

Сюй Бэйбэй, сидевшая перед Гу Цзы, — бойкая девчонка родом с Северо-Востока — отвесила Чэнь Чуаню подзатыльник и возмущенно воскликнула:

— Ты что несешь? Проваливай отсюда! Не видишь, что ли, что Гу Цзы ранен? — Сказав это, она повернулась обратно: — Гу Цзы, сильно болит? Может, сходишь в больницу?

Гу Цзы промолчал, лишь уставился на окружающих и медленно покачал головой. В его глазах читалась такая настороженность и отторжение, что одноклассники невольно притихли.

Чэнь Чуань помрачнел, фыркнул и, недовольно буркнув что-то себе под нос, ушел.

Вэнь Юй, глянув на суматоху вокруг соседа, решил, что ничего страшного не произошло, и не стал вмешиваться. Вместо этого он ткнул в спину сидевшую перед ним девушку:

— Су Мэн, о чем ты спрашивала меня до начала утреннего чтения?

Су Мэн обернулась, подумала немного и прошептала:

— А, я слышала, что ты ведешь стримы в интернете, это правда?

Вэнь Юй на мгновение опешил, а потом рассмеялся:

— Да. Что, смотрела мои трансляции?

Су Мэн покачала головой:

— Нет. А это весело — быть стримером? Говорят, на этом можно неплохо заработать?

Она смотрела на него широко распахнутыми невинными глазами, полными детского любопытства, словно новорожденный зверек — хрупкая и прекрасная.

— Не вздумай этим увлекаться! — Вэнь Юй почувствовал, как внутри все сжалось. Он схватил ее за плечи, и взгляд его стал тяжелым и нечитаемым.

Помолчав, он глубоко вздохнул и глухо спросил:

— Кто сказал тебе, что на стримах можно заработать?

Воспоминания вихрем пронеслись в голове. Вчерашняя сцена всплыла перед глазами. Все вокруг стало туманным, яркие образы одноклассников поблекли, а пожелтевшие кадры прошлого застлали зрение, словно старое черно-белое кино.

Тогда, во время второго временного отката, в конце третьего класса старшей школы, староста Цяо Жуши решилась на прыжок из окна, и в классе воцарилась гнетущая атмосфера. Вэнь Юя все избегали.

А Су Мэн неожиданно прославилась после одной случайной школьной трансляции.

Неясно, была ли это случайность или все было спланировано заранее, но при весьма посредственных данных Су Мэн стала очень популярна в сети. Одноклассники в шутку называли ее большой звездой, но кто бы мог подумать, что она станет второй после Цяо Жуши, с кем случится беда.

Дождливая ночь, темный переулок, насилие со стороны фаната, сделанные фотографии.

Спустя долгое время эта история всплыла наружу. В школе поднялся шум, а Су Мэн родители в принудительном порядке перевели в другую школу, и с тех пор ее никто не видел.

Вэнь Юй отчетливо помнил взгляд, который Су Мэн бросила на него, уходя из класса.

В нем читалась ненависть, ярость, злоба существа, готового выбраться из самых глубин ада.

Он хотел спросить, почему она так смотрит, но не успел: родители втолкнули ее в машину, и дверца отрезала ее от него.

У него больше никогда не будет шанса спросить.

***

Прозвенел звонок, вырвав Вэнь Юя из омута воспоминаний.

Круглолицая Су Мэн, сидевшая перед ним, в полном недоумении ответила:

— Какая разница, кто мне сказал про заработок? Сюй Ю сказала. Она еще говорила, что донатила тебе.

Вэнь Юй глубоко вдохнул, разжал пальцы на плечах девушки и улыбнулся:

— Ничего, я просто накрутил себя. Лучше учись прилежно. Видел, как тяжело тебе давались задачи на прошлом экзамене, а ты еще думаешь о всякой ерунде в интернете.

Су Мэн покраснела до корней волос и пробормотала:

— Мне просто любопытно. У меня нет проблем с деньгами, я бы никогда не стала заниматься стримингом!

Вэнь Юй перевел взгляд на Сюй Ю, сидевшую в среднем ряду.

Сюй Ю носила две косы, черные очки в оправе и сидела за одной партой с высоким капитаном баскетбольной команды Чэнь Чуанем. В этот момент, после того как Сюй Бэйбэй отвесила Чэнь Чуаню пощечину, он вернулся на свое место с поникшим видом, и, судя по всему, они о чем-то переговорили, потому что Сюй Ю теперь прикрывала рот рукой, тихо посмеиваясь.

Мир вокруг казался таким безмятежным.

О чем он вообще думает?

Вэнь Юй потер виски, с усталым видом достал из рюкзака минералку и, запрокинув голову, залпом выпил целую бутылку.

Прохладная вода стекала по его подбородку, пробегала по кадыку и ныряла за ворот белой футболки.

Сидевший за соседней партой Гу Цзы невольно покосился на него, приковав взгляд к капле воды, застывшей на кадыке, — ярко сверкающей на солнце, — и сглотнул слюну.

Картина была чертовски красивой.

Но он тут же отвел взгляд.

Прозвенел звонок, начался второй экзамен — по математике. Учительница Чэнь Лицзюань вошла в класс и начала раздавать листы.

Вэнь Юй, как обычно, писал очень быстро. Когда он закончил и отложил ручку, то поднял голову: в классе стояла тишина, большинство учеников, уткнувшись в черновики, мучительно вычисляли, а некоторые отвлекались.

Например, его сосед Гу Цзы.

Лист Гу Цзы был почти пустым: он ответил только на тестовые вопросы, а в остальных заданиях либо стояло по паре цифр, либо вовсе ничего.

Вэнь Юю стало скучно, и он, глядя, как сосед сверлит взглядом пустой лист, не удержался от усмешки. Он прилег на парту и тихо прошептал:

— Эй, хочешь списать?

Гу Цзы повернулся, уставившись на него через свои симпатичные круглые очки, и упрямо отрезал:

— Нет.

— Но ты же ничего не пишешь. С таким листом ты даже двадцати баллов не наберешь. Неужели хочешь побить школьный рекорд по самому низкому баллу?

— Не твое дело!

— О-о, какая гордость! Ну тогда удачи, постарайся прожечь взглядом дыру в своем листе.

Гу Цзы стиснул зубы.

Вэнь Юй прошлой ночью стримил до двух часов, не выспался, а теперь, когда ему было нечем заняться, а сосед снова ощетинился, его начало клонить в сон. Он просто расстелил лист на столе, подставил лицо солнцу и, спрятав голову в сгибе локтя, закрыл глаза.

На месте у окна солнце светило особенно мягко, согревая затылок. Его волосы казались пушистыми, кожа — до прозрачности белой, а ресницы были окаймлены золотистым светом.

Гу Цзы взглянул на него, отвел взгляд, но не удержался и снова посмотрел.

Через некоторое время бумажный комок пролетел по воздуху и ударил Вэнь Юя по лицу.

***

Вэнь Юй вздрогнул, просыпаясь, схватил комок бумаги и растерянно огляделся — кто бросил, было неясно. Он развернул бумажку: на помятом черновике шариковой ручкой был сделан набросок.

Парта, большой парень спит, положив голову на стол.

Линии были грубыми, но сцена получилась живой. Сразу было видно, что рисовальщик очень талантлив.

На рисунке парень был высоким, его локти свисали с края парты, а длинные ноги вытянулись под столом и упирались в стул перед ним.

Вэнь Юй опустил взгляд на свои ноги — они действительно вытянулись под стул Су Мэн.

Он кашлянул, убрал ноги, снова посмотрел на рисунок и повернулся к Гу Цзы:

— Ты учился рисовать?

Гу Цзы, не глядя на него, невозмутимо ответил:

— Это не я бросил.

Вэнь Юй прыснул со смеху, прочистил горло и с самым серьезным видом произнес:

— Тогда это, должно быть, сделал котенок. У меня дома живет один, тоже любит царапать пол лапой, уровень мастерства примерно такой же.

Гу Цзы посмотрел на него, и в его широко распахнутых круглых глазах читалось презрение — казалось, он хотел сказать, что Вэнь Юй врет так плохо, что даже дурак поймет.

Вэнь Юй пожал плечами и продолжил:

— А еще этот котенок любит выпускать когти, глупый такой, даже забывает, что сам нарисовал... Угол обзора на этом рисунке уже выдал его с головой, а он еще притворяется, что не понимает.

Гу Цзы замер. Он вспомнил, что на рисунке Вэнь Юй изображен в профиль, и увидеть его с такого ракурса мог только человек, сидящий рядом. Он тут же замолчал, уставился в свой лист, а его уши предательски покраснели.

Вэнь Юй еще несколько раз повертел рисунок в руках. Представив, что сам он ни за что не смог бы нарисовать так живо, он невольно проникся уважением.

Он снова повернулся и переспросил:

— Гу Цзы, ты учился рисовать?

Гу Цзы поджал губы:

— Нет.

Вэнь Юй был удивлен:

— Самоучка? Тогда у тебя настоящий талант, чего не пошел в искусство?

Про себя он добавил: к тому же, требования по общеобразовательным предметам на творческих специальностях обычно ниже.

Гу Цзы на мгновение отвел взгляд, открыл рот, но промолчал.

В этот момент учительница Чэнь Лицзюань прошла мимо них, кашлянула и громко произнесла:

— Разговоры прекратить! Пишите молча!

— Окей, — лениво отозвался Вэнь Юй, поднимая лист: — Учитель, я закончил. Можно сдать работу раньше?

Чэнь Лицзюань опешила. Она не ожидала, что этот новенький посмеет ей перечить, и внутри у нее все закипело.

Она резко ответила:

— Раз закончил — проверяй! Не думай, что если решил пару задач, то получишь высший балл! Только пустые сосуды гремят громче всех!

Вэнь Юй нахмурился, но ничего не сказал. Он убрал лист и снова лег на парту.

Чэнь Лицзюань, решив, что он ее испугался, усмехнулась и потянулась к его работе:

— Ну же, ты же хотел сдать? Давай сюда! Теперь ты обязан сдать, даже если передумал!

Эта женщина, явно находящаяся в периоде менопаузы, была до крайности неприятной. Вэнь Юй никогда не позволял себя обижать, и после слов учительницы его настроение, только было начавшее улучшаться, окончательно испортилось.

Он не выдержал, хлопнул ладонью по столу и резко встал. Его высокая фигура заслонила свет, накрыв Чэнь Лицзюань тенью.

— Учитель, вы то требуете, чтобы я сдал работу, то запрещаете. Чего вы в конце концов хотите? На этом листе что, написано ваше имя, чтобы я обязан был слушаться?

Вэнь Юй был таким высоким, что, казалось, упирался головой в потолок, и от него исходило огромное давление.

Чэнь Лицзюань невольно сглотнула, отступила на шаг и, пытаясь сохранить лицо, выкрикнула:

— Что ты задумал! Это экзамен! А ну сел на место!

Вэнь Юй фыркнул, сунул лист прямо в руки учительнице, схватил рюкзак со стула и направился к выходу.

Если с кем-то невозможно ужиться, проще уйти.

— Я сдал работу, учитель, проверяйте внимательно, только смотрите, чтобы в глазах не рябило и вы не поставили мне ошибку там, где ее нет... — его ясный голос эхом отдавался в коридоре.

В классе зашептались.

Несколько девчонок с восторгом прошептали:

— Какой крутой!

Чэнь Лицзюань стояла на месте, ее лицо менялось от бледного к красному, а затем к черному. Наконец, она рявкнула:

— На что уставились! Пишите! Вы что, уже закончили, раз болтаете? Кому-то не терпится получить нагоняй?

Ученики тут же притихли, но переглядывались с пониманием: эта вредная математичка ничего не смогла сделать с новеньким, а он еще и поставил ее на место — какое облегчение!

Гу Цзы смотрел вслед уходящему Вэнь Юю, и в его сердце почему-то родилась зависть.

Наверное, потому, что сам он никогда не был таким свободным и дерзким.

Он посмотрел на почти пустой лист и вспомнил слова Вэнь Юя: Почему не пошел в искусство? Горечь медленно подступила к горлу.

Он не знал, есть ли у него на самом деле талант.

Но он понимал: неважно, есть он или нет, он никогда не сможет изучать искусство.

Вопрос Вэнь Юя был сродни словам императора из древности: если нет риса, почему бы не есть мясо? Это было так нелепо и горько.

Он вспомнил свою желчную мать, слабоумного старшего брата и деда, страдающего деменцией, который вечно терялся на улицах... В такой семье счастьем было просто дожить до завтрашнего дня. Он, возможно, даже за обучение в следующем году не сможет заплатить, какое уж тут искусство!

Гу Цзы стиснул зубы. Горечь внутри, подобно гниющей тине, поднималась пузырями отчаяния.

Ладони вспотели, ручка стала скользкой. Гу Цзы закрыл глаза, боль в теле напоминала ему о реальности — не стоит предаваться пустым мечтаниям.

Он левой рукой прикрыл синяк под глазом. На душе было тошно.

В таком виде он вернется домой, и мать снова будет пилить его до ночи. А еще те отморозки, что притащились в школу... даже если охрана выгнала их сегодня, они не отстанут, пока он не пойдет извиняться перед этой дрянью, Сюэ Юй.

Что делать? Что еще он может сделать?

Если его припрут к стенке, в конце концов, он возьмет нож и покончит с ними раз и навсегда!

В глазах Гу Цзы мелькнула жестокость, он бессознательно сжал ручку так сильно, что ее кончик прорвал бумагу.

***

Обед Вэнь Юй по привычке решил съесть в закусочной рядом со школой.

В школе была столовая для тех, кто жил в общежитии, но Вэнь Юй сходил туда пару раз и больше не возвращался.

Дело было не в плохой еде.

Честно говоря, школа была неплохо оснащена, и повара там работали именитые.

Просто он не мог объяснить почему, но ему не нравилась атмосфера столовой.

Может, вид живущих в общежитии учеников, молча жующих еду из железных подносов, напоминал ему шестеренки в механизме — холодные, неподвижные, неизменные.

В отличие от этого, маленькие уличные закусочные были полны жизни: владельцы и студенты перекрикивались, за тесными столами сидели компании друзей, кто-то смеялся, кто-то толкался — все это дышало жизнью.

Вэнь Юю нравилась эта суета. Оказавшись в гуще событий, он обманывал себя, что не так уж и одинок.

Однако оживленные места обычно означают и больше проблем.

Например, сейчас Вэнь Юй с недоумением смотрел на сидевшую напротив длинноволосую девушку:

— Нужно что-то?

Девушка была довольно симпатичной, с ярким макияжем, выглядела вызывающе, и уже три минуты не мигая смотрела на Вэнь Юя своими огромными глазами с двухсантиметровыми ресницами.

Даже такого опытного человека, как Вэнь Юй, этот взгляд заставил почувствовать себя неловко.

Она улыбнулась:

— Красавчик, ты откуда? Раньше я тебя не видела.

Вэнь Юй отправил в рот очередную порцию риса с острым соусом и искоса глянул на нее:

— В мире полно людей, которых ты не видела. Ты что, собираешься спрашивать каждого?

Девушка погрозила пальцем и надула накрашенные губы:

— Нет-нет, я знаю почти всех в школе Цзянхай, а ты совсем новый. Перевелся?

Вэнь Юй не стал отвечать. Но прежде чем девушка успела снова открыть рот, в закусочную вошел крепкий парень в форме школы Цзянхай, подошел к их столику и, усевшись рядом с девушкой, гаркнул:

— Сюэ Юй, что ты тут с этим смазливым парнем заигрываешь?

Сюэ Юй?

Вэнь Юй удивленно поднял взгляд. Он никак не мог связать эту разукрашенную девицу с той девушкой, которую вчера видел в обнимку с парнем у клумбы.

Они казались совершенно разными людьми.

Зато главный герой был тот же — этот крепкий парень был очень приметным, его трудно было спутать.

Вэнь Юй не хотел ввязываться в их разборки, отложил палочки и встал:

— Хозяин, счет!

— Иду! С вас четырнадцать юаней.

— Можно оплатить по коду?

— Да, и Алипей, и Вичат подходят.

Вэнь Юй расплатился, подхватил рюкзак и собрался уходить, но крепкий парень вытянул ногу, перегородив проход.

— Эй, парень, подкатил к моей девчонке и думаешь так просто уйти?

Вэнь Юй хотел перешагнуть, но тот снова выставил ногу.

— Что, даже слова не скажешь? Ну и трус!

Вэнь Юй поставил рюкзак на пол и холодно взглянул на него:

— Чего ты хочешь?

— Ничего. Ты тут полдня пялился на мою девушку, так что будь добр — раскошелься и извинись.

Вэнь Юй не мог понять: он просто пришел поесть, как это превратилось в приставание к чужой жене? К тому же, это девица сама к нему лезла!

Вэнь Юй вздохнул:

— Нужно знать меру.

Настроение, которое только начало выправляться после того, как его выбесила учительница математики, снова упало до нуля.

Он положил ладони на стол, наклонился и посмотрел на крепкого парня сверху вниз. Его холодные глаза, казалось, видели жизнь и смерть насквозь — ни радости, ни гнева.

— Не каждого можно провоцировать. Например, сейчас...

Он холодно усмехнулся, схватил парня за волосы и с силой ударил его лицом о стол. Раздался глухой звук: Бум!

Стол затрясся, посуда жалобно зазвенела.

Сюэ Юй вскрикнула от испуга, остальные посетители замерли в изумлении. В закусочной стало так тихо, что было слышно, как падает игла.

Все затаили дыхание, не отрывая глаз от происходящего.

Только тогда Вэнь Юй закончил фразу:

— Сейчас... ты меня разозлил.

— Фух... фух... — парень, прижатый к столу, поднял голову, тяжело дыша, с красным от ярости лицом. — Парень, ты хоть знаешь, кто я такой? Давно никто не смел вести себя так нагло в моем присутствии!

http://bllate.org/book/24778/2929466