Готовый перевод Transgender Saint: Hell Mode Survival Diary / Святая в мужском теле: Выжить в аду с чувством юмора: Глава 19

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Клеймо на лбу Лолан начало светиться и нагреваться. Казалось, в этот момент между ними установился духовный резонанс, и Богиня Света словно использовала этот способ, чтобы передать ей послание.

Содержание послания было следующим…

— О-хр-хр-хр-хр~

Лолан: «???»

Это что, какое-то зашифрованное послание?

Азбука Морзе или шифр для свиноматок?

Как только Лолан хотела спросить об этом напрямую, в её сердце внезапно зазвонили тревожные звоночки, словно нечто ужасное приближалось к ней.

Богиня Света тоже что-то почувствовала, слегка кивнула Лолан, после чего Лолан ощутила легкое головокружение, и её сознание постепенно поплыло.

***

В церкви Серафи тревожно мерила шагами комнату.

Стоявшая перед ней Лолан уже несколько минут застыла со светящимся лбом и глазами.

Однако Серафи не смела даже прикоснуться к ней, потому что это было знаком призыва со стороны богини.

Богиня уже очень давно не давала о себе знать. Лишь изредка, во время тайных подношений веры, удавалось едва уловимо почувствовать, что богиня ещё жива.

Серафи понятия не имела, к добру это или к худду.

На крайний случай, даже если это были признаки пробуждения богини, такой шум наверняка встревожит верхушку церкви.

Если в дело вступят те старые монстры, её собственных сил не хватит, чтобы защитить жизнь — ни свою, ни Лолан.

До сих пор она притворялась, будто всем сердцем и беззаветно служит церкви.

Разве не для того, чтобы высшее руководство не заметило следов растраты?

Только бы сегодняшнее происшествие не перечеркнуло все её усилия в самом конце!

В этот момент тело Лолан задрожало, она наконец пришла в себя, сияние в её глазах угасло, и она стала заваливаться набок.

Серафи поспешно поддержала Лолан и с тревожным вопросом обратилась к ней:

— Сестрица Лолан, тебя только что призывала богиня? Что с госпожой богиней?

Взгляд Лолан только-только сфокусировался, как вдруг нахлынувшее от Богини Света будоражащее чувство подступило к горлу.

— Богиня… Богиня она…

— О-хр-хр-хр-хр-хр~~

Когда Лолан пришла в себя, она уже сидела на скамье в часовне.

Серафи смотрела на неё со всей заботой во взгляде, а её руки источали сияние исцеляющей магии.

— Ну как, теперь чувствуешь себя лучше?

— Терпимо, просто с непривычки.

Она синхронизировала лишь малую часть ощущений богини, что походило на десять взлётов и падений подряд на американских горках.

Трудно было представить, как эта благородная богиня докатилась до такой жизни.

Серафи тут же принялась расспрашивать дальше:

— Сестрица Лолан, ты только что виделась с богиней? Как она? Что-нибудь сказала?

Вспомнив, как Богиня Света была накрепко скручена по рукам и ногам, Лолан дернула уголком рта и смогла ответить лишь уклончиво:

— Состояние богини не слишком хорошее, её заперли и выкачивают из неё силы.

Лолан старалась выражаться как можно мягче, ведь она не могла прямо заявить Серафи:

Твоя богиня сейчас похожа на свиноматку, а при виде меня она выдает: «О-хр-хр-хр~».

Она боялась, что эта набожная святая дева тут же разрубит её пополам.

Услышав это, Серафи тут же исполнилась гнева:

— Так и знала! Эти проклятые предатели посмели так обойтись с богиней.

— Неудивительно, что отклики богини становились всё слабее.

С этими словами она ласково взяла Лолан за руки.

— Сестрица Лолан, я прошу прощения за своё прежнее поведение, я не должна была накладывать на тебя клеймо силой.

— Я просто боялась, что нынешний Бог Света собьет тебя с истинного пути, и пошла на этот отчаянный шаг. Надеюсь, ты простишь меня.

Говоря это, она всё сильнее сокращала расстояние между ними, пока их пышные формы не соприкоснулись, а руки не утонули в мягких объятиях друг друга.

Лолан почувствовала себя немного неловко и продолжила расспросы:

— Так что же в конце концов случилось с Богиней Света и почему её имя не совпадает с тем, что написано в церковных канонах?

Серафи не ожидала, что Лолан задаст вопрос столь прямо. Она подняла руку, чтобы дополнительно укрепить окружающий барьер из запечатывающих чар, и сказала Лолан:

— Изначально об этом не стоило говорить тебе так рано, но раз ты доказала свою преданность богине, я открою тебе всю правду от А до Я.

— Бог, которому поклоняется нынешняя Церковь Света — на самом деле самый первый папа, Кантес.

— Он похитил силу Богини Света и развратил членов церкви.

— Лишь я и некоторые сестры по-прежнему верим в Богиню Света. Мы тайком крадем крохи веры, чтобы поддерживать в богине едва теплящуюся жизнь.

Лолан притворилась непонимающей и спросила:

— Разве не говорили, что вера — это бесполезная вещь? Я никогда прежде не слышала о технологиях, способных использовать веру.

На лице Серафи промелькнуло редкое выражение осторожности. Она подалась ещё ближе к Лолан, едва ли не касаясь её лица, и прошептала чуть слышно:

— Изначально вера действительно была бесполезна.

— Пять лет назад церковь неведомо откуда заполучила исследовательские рукописи времен падения Богини Ночи.

— Исходя из них, церковь разработала магическую технику трансформации веры, способную превращать силу веры в питательную среду для божественной паствы и власти.

— Они называют это божественной силой.

Потрясенная Лолан воскликнула:

— Рукописи Богини Ночи? Это та самая богиня, которая проводила исследования на передовой Бездны и подорвалась?

Серафи кивнула, одарив её одобрительным взглядом.

— Верно. Об этом написано лишь в самых древних манускриптах, не думала, что ты знаешь.

Лолан продолжила допытываться:

— Выходит, ты выкрала эту технологию и применила её на Богине Света?

— Да, — кивнула Серафи. — Именно поэтому меня и изгнали из эпицентра власти.

— Хотя они и подозревали меня, но я столько лет усердно трудилась и собрала для церкви внушительную долю веры.

— Не найдя реальных доказательств, они были вынуждены придумать предлог и выставить меня за дверь.

Серафи искренне посмотрела на Лолан:

— Хвала богам, они и вообразить не могли, что в столь отдаленной империи я встречу тебя, разделяющую ту же веру в богиню.

— В отличие от меня, сила веры людей концентрируется непосредственно в тебе — возможно, именно в этом ключ к пробуждению богини.

— Я умоляю тебя, сделай так, чтобы богиня вновь пробудилась! Если понадобятся твои услуги — не стесняйся использовать меня как угодно.

Лолан скривилась в мысленной гримасе.

Во-первых, она ни капли не верила в эту самую Богиню Света, а подношение веры происходило исключительно благодаря системным механикам.

Во-вторых, Богиня Света и так была в сознании, вот только с её психикой явно творилось что-то неладное — ещё вопрос, благо ли для всех её освобождение.

Какая нормальная богиня станет так орать с порога?

Тем не менее, это был отличный шанс воспользоваться силами Серафи.

Поэтому Лолан изобразила на лице искреннее, благоговейное и твердое выражение, давая Серафи обещание:

— Я сделаю всё возможное, чтобы величие богини вернулось к нам!

Серафи была так взволнована и растрогана до слез, что тут же поцеловала Лолан в щеку.

***

Тридцать минут спустя, глядя вслед удаляющейся в ночную темноту Серафи, Лолан опустила голову и принялась подсчитывать добычу.

Магический кулон с молочным ароматом, снабженный зачарованием продвинутого Щита Святого Света — дорогая и перезаряжаемая вещица.

Магическая серьга с утонченным ароматом, таящая в себе заклинание воскрешения: пока душа цела, а тело не пролежало больше трех часов, человека можно вернуть к жизни.

Оба магических предмета Серафи подарила Лолан для самозащиты.

Взамен Лолан обязалась ежедневно перечислять Богине Света около тысячи очков веры.

В то же время Серафи пообещала по возможности давать зелёный свет её коммерческим проектам, хотя и не слишком явно, чтобы не привлекать внимания высшего руководства.

Подводя итог: пусть сегодня добавилось ещё одно клеймо, сделка вроде бы не выглядела убыточной…

Шучу я, убыточной ещё как!

Лолан с головной болью потрогала метку на лбу.

Эта штука, как и прочие клейма, пряталась под кожей, стоило лишь перестать её активировать.

Однако из-за этого клейма Лолан постоянно преследовало странное ощущение.

Словно Богиня Света уже изнемогала под тяжестью ноши и за счет метки заставляла её разделять часть своего давления.

Если она не ошибалась, в таком состоянии Богиня Света пребывала уже не менее трехсот лет.

Это какой-то кошмар: кажется, даже если вытащить Богиню Света на свободу и вылечить, вряд ли она избавится от слюнотечения.

Внезапно налетел порыв холодного ветра, и Лолан с удивлением осознала, что на дворе по-прежнему глубокая ночь и прошёл всего лишь час.

Она тяжело вздохнула: вышла-то она из-за бессонницы, но после всех этих треволнений спать захотелось ещё меньше.

Лолан с унылым видом зашагала обратно на третий этаж.

***

Вскоре после ухода Лолан в тишине часовни на стоящей там статуе богини вновь вспыхнул свет.

Этот свет отливал зловещим фиолетовым оттенком, то разгораясь, то затухая, словно каждое появление стоило последних сил.

Фиолетовое сияние, подобно разведчику, оглядело всё вокруг, но ничего не обнаружив, с досадой растворилось в воздухе.

После скандального визита Серафи Лолан наконец зажила спокойной жизнью.

Крабовый ларек расширился до небольшого цеха по производству бургер-крабов.

За исключением оставленной для показа зоны обслуживания, всё остальное пространство превратилось в кухню конвейерного типа.

Каждый день здесь производилось бесчисленное количество бургер-крабов, которые развозились по самым разным уголкам.

Основную долю поставок составляли филиалы Церкви Света, а также обеды для сотрудников предприятий, подконтрольных Стальной Церкви.

Каждый бургер упаковывался в промасленную бумагу с изображением чиби-Лолан, а на бумажных пакетах красовался логотип Розовой Гавани.

Благодаря этому Лолан ежедневно собирала колоссальное количество очков веры.

Что же до финансовой прибыли… тут всё выглядело куда скромнее.

Простолюдины расплачивались исключительно медными монетами, и с продажи одного бургера чистая прибыль составляла менее 6 медных монет.

Сколько бы их ни продали, выручка едва ли могла соперничать с тратами трансцендентов.

Таков был классовый барьер, намеренно возведенный в этом мире.

— Сто золотых за заклинание начального исцеления, способное излечить любую неизлечимую болезнь — для трансцендентов это пара пустяков.

— А простолюдины за всю жизнь не способны скопить золотой на один сеанс.

— Было бы здорово разработать дешевое и простое в использовании лечение.

Произнесла Лолан, откусывая круассан.

В этот момент она наслаждалась обедом в европейском стиле и одновременно обсуждала с Дженни дела трущоб.

Дженни отложила нож с вилкой и горько улыбнулась в ответ:

— Подобное придет в голову разве что вам, госпожа Лолан.

— На самом деле люди всё ещё борются за кусок хлеба. Когда кто-то заболевает, многие просто стискивают зубы и терпят через силу, даже не помышляя о лечении.

— В последнее время, благодаря вам, у обитателей трущоб появилось дешевое мясо, и этой зимой от голода умрет куда меньше людей.

Лолан нахмурилась:

— Разве кто-то ещё умирает от голода?

Дженни на мгновение замерла, а затем кивнула:

— Да уж. В трущобах в эту пору всегда гибнет немало людей.

Она взглянула в окно: на дворе уже стоял конец ноября, листва на деревьях полностью облетела, обнажив голые стволы, что навевало уныние.

В сердце Дженни шевельнулось чувство глубокой благодарности.

Если бы не Лолан, приютившая их с сестрой, то с учетом того, как магическое заражение разъедает плоть, они с Рене, пожалуй, трагически замерзли бы в снегах.

При этой мысли Дженни поднялась с места и отвесила глубокий поклон:

— Большое спасибо за то, что согласились приютить нас, сестер.

Лолан небрежно отмахнулась и решительно придвинула свой стул поближе к Дженни:

— Не стоит такой церемонности, мы ведь так долго живем вместе и уже стали хорошими друзьями.

— К тому же ты помогаешь мне с таким количеством дел, а я ведь ещё даже не платила тебе жалования.

Глядя на подсевшую к ней Лолан, Дженни почувствовала, как у неё защипало в глазах.

Она понимала, что Лолан просто проявляет близость и не хочет создавать ей лишнего груза.

Хотя у неё был кругозор простой деревенской девушки, она прекрасно сознавала, что на плечах Лолан лежит огромный груз забот.

Лолан была словно стена, защищавшая её с сестрой от столичных бурь и спасшая от нищеты.

Но сама она могла выполнять для Лолан лишь самую мелкую работу.

Опустив голову, она удрученно проговорила:

— Мне не нужно жалованье, я просто чувствую себя бесполезной.

— С чего ты вдруг это взяла? — удивилась Лолан. — Разве ты не управляешь верой в церкви и продажами? Все отзываются о тебе очень высоко.

Дженни покачала головой:

— Всё это вещи, которых можно добиться простым усердием. Мне бы хотелось брать на себя больше вашего бремени.

— На самом деле я знаю, что вам постоянно приходится иметь дело со множеством страшных трансцендентов, но всякий раз я могу лишь прятаться в сторонке и смотреть со слезами на глазах.

При этих словах она вспомнила тот день, когда Элизабет третировала Лолан.

Тогда она чувствовала себя совершенно беспомощной.

В её глазах загорелась решимость, и она искренне произнесла:

— Госпожа Лолан, я тоже хочу обрести силу трансцендентов, чтобы защищать вас.

Сердце Лолан согрелось от взгляда на решительное лицо Дженни.

Но что касается таланта к культивации… тут уж ничего не поделаешь.

Поразмыслив так, Лолан, пожалуй, наконец-то смогла понять неуверенность и тревогу Дженни.

Младшая сестра Рене — настоящий гений алхимии.

Овечка — низшая суккуба, да еще и с причудливым талантом к созданию кулинарных шедевров.

Кариэль — сильный маг среднего ранга и трансцендент.

Даже поселившаяся недавно маленькая побирушка из трущоб Алиса уже проявила магический талант.

Похоже, единственной жизнерадостной и беззаботной деревенской простушкой во всей церкви осталась только Дженни.

Подумав об этом, действительно становилось немного грустно, но выход всё же имелся.

Лолан посмотрела на Дженни — эту честную, добрую девушку, оставшуюся верной ей до конца.

Да уж, её определенно стоило вырастить.

Только ступив на путь трансцендентов, можно разорвать оковы проклятого короткого века.

К тому же в будущем Лолан непременно предстояло развивать собственную боевую силу.

А для этого придется положиться на игровую систему.

Она отлично помнила, что в игре существовали зелья, напрямую повышающие характеристики таланта.

Внимательно порывшись в интерфейсе, она действительно обнаружила нужную ветку развития:

[Алхимия среднего уровня] — [Мед марки «Лолан»] — [Эликсир возвышения таланта]

Мм? Что ещё за мед марки «Лолан»?

Ладно, к чёрту подробности.

Раз способ есть — уже хорошо, правда, до выполнения предварительного условия в виде [Магии среднего уровня] было ещё далеко, так что Дженни придется немного подождать.

Прекратив копаться в системе, Лолан похлопала Дженни по голове:

— Не переживай, у меня есть способ помочь тебе развиваться с высокой эффективностью, и тогда у тебя появится сила защитить меня.

***

Успокоив Дженни и позавтракав, Лолан поднялась в висячий сад на крыше.

Строительная бригада трансцендентов из Розовой Гавани и впрямь оправдывала звание лучших в своем деле: благодаря слаженному применению магии и алхимии им удалось буквально перенести целый лесок на самую крышу.

Теперь крыша церкви напоминала экосистему под стеклянным куполом, а царившая там атмосфера походила на сказочную страну.

На Земле о подобном нельзя было и мечтать, сколько ни плати денег.

Трава, вода, журчащий ручеек и… две запивающие горе алкоголем лоли.

Погодите-ка… что-то здесь не так?

Лолан перевела взгляд на центральную лужайку: малышки Рене и Алиса полулежали на траве, задрав животики, а вокруг них валялись пустые стеклянные бутылки.

Это было самое любимое простолюдинами легкое пиво, большую бадью которого можно было купить всего за две медные монеты.

В этот момент обе маленькие лоли, продолжая прихлебывать пиво прямо из горла, заплетающимися языками несли пьяную ахинею на манер завсегдатаев придорожных шашлычных.

— Алиса, ты ничегошеньки не понимаешь! Госпожа Лолан — просто идеальная кандидатура на роль мамы.

— Но сестрица Рене, мы же не дочки сестрицы Лолан…

— Тц, вот сразу виден твой кругозор! Подойди ты к госпоже Лолан и назови её мамой — она ни за что не откажет.

— Назвать мамой?

— Ага, а если назовешь, то сможешь сколько угодно капризничать и ластиться к госпоже Лолан. В её объятиях невероятно уютно.

***

Лолан: «……»

Наблюдая за тем, как две пьяные пигалицы несут бред, Лолан едва не схватилась за голову.

— Вы двое! Как вы посмели пить алкоголь, будучи несовершеннолетними?!

***

Пьяные лоли будут видеть во мне сестрицу Валу?

Разъяренная Лолан подошла к малолетним пьянчужкам, за шкирки приподняла их обеих и оттащила в небольшой деревянный домик в саду.

Стоило Алисе, явно насосавшейся хмельного, коснуться мягкой большой кровати в хижине, как она тут же свернулась клубком и принялась бормотать что-то бессвязное:

— Сестрица Рене, кажется, я опьянела… Мне приснилось, что сестрица Лолан стала моей мамой.

Сидевшая рядом Рене к тому моменту уже протрезвела и испуганно скалилась в неловкой улыбке.

Будучи нежитью-ведьмой с мощной душевной силой, она, конечно же, не могла опьянеть от такого пойла.

Она просто развлекалась, дурача свою маленькую приспешницу.

И надо же было такому случиться, чтобы их застукала Лолан.

— П-простите, сестрица Лолан, мы не должны были столько пить.

Лолан ухватила Рене за пухлые щечки и принялась оттягивать их в стороны:

— Что значит «не должны были столько пить»?! Вы вообще не должны пить спиртное, уяснили?!

— Вы ещё несовершеннолетние, а несовершеннолетним пить нельзя, понимаете?

Захмелевшая Алиса озадаченно моргнула:

— П-почему это нельзя пить?..

— Если все перестанут пить, пить станет нечего, от этого же так хочется пить…

С этими словами она хихикнула, заерзала по кровати наподобие гусеницы и обвила руками талию Лолан:

— Хе-хе-хе, это же мама Лолан, я люблю маму…

Лолан свирепо воззрилась на Рене.

И до чего же она только довела Алису!

Чуть что — сразу «мама», а когда подрастет, целыми днями станет зависать в Валораране?

Сознав свою вину, Рене сжалась в комок, дрожа точно перепел.

Лолан впервые видела Рене в столь жалком виде, а потому решила больше к ней не приставать. Она протянула руки, подняла Алису и применила на ней исцеляющую магию.

Вскоре взгляд Алисы стал более осмысленным, после чего её щеки залил стыдливый румянец — она прекрасно помнила всё, что творилось минуту назад, включая то, как она бросилась в объятия сестрицы Лолан с криками «мама».

— Простите, сестрица Лолан, я просто напилась.

Лолан с умилением оглядела крошечную проказницу.

Когда Алиса только попала к ней, она была исхудавшей до скелетообразного состояния, с черными провалами глазниц, вся в грязи и синяках.

Теперь же, вдоволь наевшись, напившись и выспавшись, она постепенно превращалась в хорошенькую малышку.

Её личико округлилось, а пепельные волосы стали мягкими и послушными.

Возможно, сказывалось начало занятий магией, но девочка стала гораздо увереннее в себе и больше не держалась пугливо, как раньше.

Наблюдая за этими переменами, Лолан испытала мощное чувство гордости.

Она ласково приподняла и опустила Алису на руках, с улыбкой произнося:

— Если хочешь обнимашек, просто говори мне напрямую. Не слушай глупости Рене и не нужно звать меня мамой.

http://bllate.org/book/24696/2910062

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода