В одном из элитных и роскошных караоке-залов Цзянчжоу:
— Прости меня за то, что забыть не в силах, быть может, случайно взглянув на тебя, я даже на стометровке остановлюсь...
— Эй-эй-эй, стоп, стоп, хватит! Кто это поставил? Почему все песни такие плаксивые? Сменяй, сменяй, — произнес кто-то.
Остальные молчали. Лишь один человек в плаще и бейсболке, закинув руки за голову, неторопливо отозвался:
— Я заказал. И что с того?
Тон был не слишком дружелюбным, скорее допросным.
— О, так это молодой господин Цзян заказал! Я не знал, моя вина, — услышав вопрос Цзян Цианя, тот самый парень мгновенно почувствовал, как у него на лбу выступил холодный пот, и поспешно извинился.
Цзян Циань бросил на него мимолетный взгляд, затем приподнялся и ничего не ответил.
Хотя лицо скрывал козырек кепки, собеседник всё равно уловил во взгляде Цзян Цианя такое выражение, будто тот готов был его прирезать.
Заметив это, все вокруг молча сделали один вывод: сегодня у этого старшего молодого господина семьи Цзян скверное настроение.
— Что такое? Опять несчастная любовь? — поддразнила его яркая с виду девица, которая обычно неплохо ладила с Цзян Цианем.
Цзян Циань снова посмотрел на нее и холодно процедил пять слов:
— Скучно, Вэйвэй.
— Скучно? Тогда давай сыграем в игру? — предложила другая девушка в топе на бретельках, покачивая в руке бокал с вином.
Цзян Циань взял стоявшую перед ним кружку пива, отпил глоток и бросил:
— Каждый раз вас обыгрывать — какой в этом смысл?
Все промолчали. Они действительно не знали, чем еще можно угодить этому грозному молодому господину.
— Братишка Ци, я тут слышал, что семья Су, некогда богатейшие люди Цзянчжоу, собираются вернуться на родину, чтобы вести дела с вашей семьей Цзян? — внезапно поинтересовался кто-то из присутствующих.
— Понятия не имею. У нас дома такие вещи не я решаю, какое мне до этого дело, — холодно бросил Цзян Циань.
— Да нет, братишка Ци, я слышал, что этот самый молодой господин Су на этот раз возвращается вместе с ними. Может, задействуешь связи и выведешь его к нам, покажешь?
Молодой господин Су... В кругах мажоров и золотой молодежи Цзянчжоу об этой персоне ходили самые туманные слухи, но никто из толпы ни разу не видел его вживую.
Раньше Цзян Цианю тоже было любопытно, но когда пошли слухи, что семья Су перебралась за границу, интерес сам собой сошел на нет.
Сейчас делами семьи в основном заправлял его старший брат Цзян Гэ. Если семья Су действительно вернулась вести переговоры о сотрудничестве с их домом, скорее всего, общаться они будут напрямую с братом. Задействовать связи и повидать этого молодого господина Су было вполне реально. Поколебавшись с полсекунды, Цзян Циань обронил:
— А если я выведу его вам показать — какая мне выгода?
— Братишка Ци, если сможешь его вытащить, я отдам тебе половину своего поместья.
Услышав это, Цзян Циань изогнул брови в усмешке:
— Ци Хань, ты уверен? Я слышал, ты с таким трудом выпросил это поместье у своего старика.
— Уверен! Все же братья, к чему эти разговоры? Давай выпьем за это.
Ци Хань поднял бокал, приглашая его чокнуться.
Цзян Циань тронул губы улыбкой, поднял свой бокал, звякнул о его и отозвался:
— Идет.
Посидев еще немного, Цзян Циань поднялся, обвел всех взглядом и небрежно бросил:
— Развлекайтесь дальше, я пошел.
— А что это молодой господин Цзян так быстро уходит? — поинтересовалась та самая девушка.
— Спать хочу, — бросил им на ходу Цзян Циань и вышел, толкнув дверь кабинета.
— Тц, чего нос задирает? Если бы в свое время семья Су не уехала, а его папаша с мамашей и старшим братцем Цзян Гэ не пробились в нынешние толстосумы и первые богачи Цзянчжоу, разве мог бы он здесь единолично вершить судьбы? Чем он вообще, этот Цзян Циань, лучше других? — выплеснул недовольство тот самый парень, на которого только что накричал Цзян Циань.
Остальные лишь молча косо глянули на него, не говоря ни слова. К счастью, у этого парня хватило ума не высказывать всё прямо в лицо Цзян Цианю, иначе, пожалуй, ему во веки веков не отмыться в Цзянчжоу.
— Ха, а ты сам-то кто такой, чтобы за глаза чужие кости мыть? — подала голос Яо Вэй, девушка, которая обычно хорошо общалась с Цзян Цианем. Не дожидаясь ответа, она подхватила сумочку, распахнула дверь и вышла прочь.
Тем временем в Южной Корее декабрь становился всё холоднее и холоднее. Сегодня шел первый в этом году снег. Какой-то парень стоял босиком у панорамного окна, прижимая к груди кота и отсутствующе глядя на улицу.
— Юйхуай, почему ты опять стоишь на полу босиком? Ты же только вчера оправился от болезни, — раздался чей-то мягкий голос.
Су Юйхуай очнулся от задумчивости, повернул голову и тихо произнес:
— Брат, мне не холодно.
Су Чжэн поднял с пола тапочки и поставил рядом с ногами Юйхуая:
— Даже если не холодно, всё равно нужно обуваться, чтобы снова не заболеть.
Су Юйхуаю оставалось лишь молча обуться, после чего, прижимая к себе кота, он направился обратно в комнату.
— Завтра мы возвращаемся на родину, вещи собраны? — догнал его вопросом Су Чжэн.
— Угу, — бесстрастно отозвался Су Юйхуай.
Хотя Юйхуай ответил утвердительно, Су Чжэн на всякий случай всё же проследовал за ним в комнату, чтобы проверить.
На следующий день самолет приземлился в аэропорту Цзянчжоу. В Корее стояла сухая зима, а в Цзянчжоу — влажная и промозглая. Стоило выйти из здания аэропорта, как Су Юйхуай невольно поежился от озноба.
— Я же говорил, что в Цзянчжоу холодно, а ты не слушал.
Су Чжэн накинул на плечи Юйхуаю еще одно пальто, после чего отвез его прямиком в старый родовой особняк семьи Су.
Особняк приказали заранее вычистить и прибрать, так что Су Чжэн с Юйхуаем смогли заселиться сразу же. После болезни Су Юйхуай почти не помнил старый дом — можно сказать, воспоминаний не осталось вовсе. Совсем другое дело Су Чжэн. Глядя на это просторное родовое гнездо, он предавался тяжелым воспоминаниям. Перехватившись мыслями, он повернулся к Юйхуаю, который уже собирался подняться наверх:
— Юйхуай, без нужды не ходи на третий этаж, там еще не убирали. Твоя комната на втором этаже, вторая дверь справа.
— Хорошо, — коротко бросил Су Юйхуай и уже хотел поднять чемодан.
Су Чжэн бросил на него взгляд:
— Оставь его, я сам потом подниму. Лучше возьми Сюэтуань на руки и иди наверх.
Су Юйхуай кивнул, подхватил кота у ног и поднялся на второй этаж.
То ли от страшной усталости, то ли из-за слабости организма, но стоило Су Юйхуаю добраться до комнаты и лечь на кровать, как он тут же забылся тяжелым сном. Когда Су Чжэн принес в комнату чемодан, то заметил, что Юйхуай спит ровным, глубоким сном, и не стал его тревожить. Он лишь несколько раз щелкнул выключателем, проверяя свет, и, убедившись, что всё в порядке, тихо притворил за собой дверь.
Когда Су Юйхуай проснулся и спустился вниз, Су Чжэн как раз жарил стейки. Заметив фигуру брата, который сидел на диване и рассеянно гладил кота, Су Чжэн бросил:
— Ужин почти готов.
— Угу, — сонно отозвался Юйхуай, словно еще до конца не проснулся.
За столом Су Чжэн сам разрезал стейк на кусочки и пододвинул тарелку к брату. Заметив на лице Юйхуая полное отсутствие каких-либо эмоций, он заговорил:
— Завтра мне нужно ехать на переговоры с семьей Цзян. Хочешь поехать со мной?
Су Юйхуай поднял глаза. В его карих зрачках отразился Су Чжэн. Парень слегка закусил губу и лишь спустя долгую паузу ответил:
— Хорошо.
Су Чжэн понимал, что подобные насильственные вылазки из дома не сильно помогут брату справиться с недугом, но всё же отчаянно хотел попытаться вытащить Юйхуая в мир.
Пообещав Ци Ханя, Цзян Циань с тех пор каждый день торчал в компании, да так усердно, что Цзян Гэ даже решил, будто младший наконец остепенился и решил заняться делами бизнеса. На третий день, так ничего и не дождавшись, Цзян Циань отправил Ци Хаю сообщение:
— Ты что, фейковые новости получил? Я уже три дня кукую в офисе.
Ци Хань ответил моментально:
— Быть не может, я сам слышал от нашего старика.
Цзян Цианю было лень разбираться, от кого тот это слышал. Он уже собирался выходить из кабинета Цзян Гэ, как брат тут же окликнул его:
— Не уходи пока. Скоро подойдет Су Чжэн, будем обсуждать детали сотрудничества. У него есть младший брат, твой ровесник, боюсь, тому будет неловко, так что побудь здесь.
Раз уж он изначально явился ради этого, Цзян Циань был только рад. Уголки его губ тронула улыбка:
— Ладно.
Глядя на эту ухмылку, Цзян Гэ на секунду растерялся, не понимая, с чего это парень вдруг сделался таким послушным.
Су Чжэн привез Су Юйхуая к высотке главного офиса компании Цзян. Бросив на брата обеспокоенный взгляд, он спросил:
— Юйхуай, как ты? Нет никакого дискомфорта?
Су Юйхуай покачал головой.
Когда они поднялись наверх, Цзян Циань без всякого подобия приличий развалился на диване, уткнувшись в телефон. Цзян Гэ подошел и легонько пнул его:
— Нельзя нормально сидеть? На кого ты похож?
Цзян Цианю было лень слушать нравоучения, и он продолжал полулежать, как вдруг услышал, как секретарша брата открыла дверь:
— Господин Цзян, господин Су прибыл.
— Пусть войдут, — произнес Цзян Гэ.
Услышав это, Цзян Циань тут же подобрался, желая посмотреть, что из себя представляет этот разрекламированный молодой господин Су.
Дверь отворилась. В кабинет вошел мужчина в строгом деловом костюме, а следом за ним — молодой парень в черном плаще, прижимающий к груди кота. Узкие, чуть приподнятые к вискам глаза-фениксы излучали холодное, отстраненное выражение, создавая вокруг него ауру неприступности, в то время как бледная кожа выдавала болезненную хрупкость.
— Су Чжэн, давненько не виделись.
Цзян Гэ с улыбкой пожал руку Су Чжэню, а тот в ответ шутливо ударил его кулаком в плечо:
— И правда давно.
Они давным-давно дружили, просто после переезда семьи Су за границу связь между ними сильно ослабла.
Заметив парня за спиной Су Чжэна, Цзян Гэ улыбнулся:
— Это Юйхуай, верно?
Су Чжэн кивнул, бросил взгляд назад и мягко произнес:
— Юйхуай, это брат Цзян Гэ.
— Приветствую, брат Цзян Гэ, — бесцветным голосом произнес Су Юйхуай.
Цзян Гэ кивнул, а затем перевел взгляд на сидевшего на диване с отрешенным видом Цзян Цианя:
— Циань, ты чего уставился?
Цзян Циань пришел в себя, подошел к Су Юйхуаю и бросил:
— Вообще-то я думал, что я тут самый красивый парень в Цзянчжоу, но теперь вижу — кое-кому суждено меня переплюнуть.
Су Юйхуай окинул его равнодушным взглядом.
— Что за бред ты несешь с утра до вечера? Это твой брат Су Чжэн, а это Юйхуай.
Цзян Гэ с трудом сдержался, чтобы снова не пнуть младшего.
— Приветствую, брат Су Чжэн, — отозвался Цзян Циань.
Су Чжэн кивнул.
От природы Цзян Цианю достались лукавые глаза с прищуром, похожие на цветы персика — и когда он улыбался, и когда был серьезен, он неизменно располагал к себе людей.
Су Юйхуай был немногословен: большую часть времени он либо отрешенно витал в облаках, либо молча слушал чужие разговоры. Цзян Гэ и Су Чжэню предстояло обсудить дела, и присутствие Юйхуая могло им помешать. Сообразив это, Цзян Циань с улыбкой предложил:
— Брат Су Чжэн, давай я свожу Юйхуая развеяться?
— Это... — Су Чжэн замялся. Дело было не в том, что он не хотел его отпускать, просто требовалось узнать мнение самого Юйхуая. Повернувшись к брату, он заметил в его глазах легкую тень испуга и поспешил сказать Цзян Цианю:
— Юйхуай все эти годы жил за границей, он совсем не ориентируется в высшем свете столицы, боюсь, ему будет трудно вписаться в вашу компанию.
— Ничего страшного, это же просто обычное общение между людьми, к тому же я буду рядом, — заверил Цзян Циань. С этими словами он протянул руку, чтобы взять Юйхуая за запястье.
Су Юйхуай вздрогнул и резко отдернул руку, холодно бросив:
— Не трогай меня.
Су Чжэн знал, что Юйхуай терпеть не может чужих прикосновений. Цзян Циань же счел, что этот молодой господин слишком уж задирает нос — подумаешь, за руку прикоснулись, а уже устраивает истерику.
Но характер у Цзян Цианя тоже был не сахар: столкнувшись с таким отношением, он скрестил руки на груди и демонстративно уселся обратно на диван.
Цзян Гэ, глядя на своего избалованного с пеленок младшего братца, виновато обратился к Юйхуаю:
— Юйхуай, нам с твоим братом нужно кое о чем потолковать. Сходи с Цианем прогуляйся, хорошо? Циань тебя не обидит.
Су Чжэн тоже посмотрел на Юйхуая. Тот бросил короткий, равнодушный взгляд на того самого молодого господина семьи Цзян, немного подумал и все-таки ответил:
— Хорошо.
Услышав согласие, Су Чжэн испытал смесь легкого удивления и радости. Цзян Гэ тут же поторопил младшего:
— Циань, отведи Юйхуая проветриться, только не возвращайтесь слишком поздно.
— Ладно, — с улыбкой отозвался Цзян Циань.
Увидев реакцию Юйхуая минуту назад, он уже ломал голову над тем, как бы вытащить его из здания. В конце концов, на поместье Ци Ханя он облизывался уже давно, да только семья Ци перехнала его инициативу. Теперь же, раз уж Ци Хань сам выдвинул такие условия, грех было отказываться. В конце концов, от того, что он сводит Юйхуая показаться компании на пару минут, с парня не убудет ни единого волоска.
Цзян Циань с улыбкой закинул руку на плечо Су Юйхуая:
— Ну что, Юйхуай, пошли.
В тот момент, когда рука Цзян Цианя опустилась на его плечо, Су Юйхуай весь задрожал. Но вспомнив, как Цзян Циань рассвирепел, когда ему запретили даже коснуться руки, парень стерпел и послушно последовал за ним.
Проводив их взглядом, Су Чжэн с тревожной морщинкой на лбу нахмурился.
— Как Юйхуай провел эти годы? — нарушил молчание Цзян Гэ.
Су Чжэн покачал головой, откинулся на спинку дивана и закинул руки за голову:
— Паршиво. Когда мы с мамой забрали его из Цзянчжоу за границу и легли по врачам, у него обнаружили целый букет расстройств: ПТСР, умеренную депрессию, клаустрофобию...
В этот момент в глазах Су Чжэна мелькнул леденящий холод. В памяти всплыл тот день за границей, когда он внезапно получил звонок от матери, Лу Вэй, с мольбами спасти Юйхуая, и тут же сорвался первым же рейсом на родину. Едва переступив порог дома, он увидел Лу Вэй — всю в синяках и ссадинах, рыдающую в гостиной в три ручья. Завидев его, мать бросилась к нему, как утопающий за соломинку, и закричала, чтобы он бежал на третий этаж, в самую дальнюю комнату, и спас Юйхуая. Влетев на третий этаж, Су Чжэн с размаху вышиб ногой запертую дверь и увидел лежащего на полу, едва живого Су Юйхуая.
Уже в больнице, утирая слезы, Лу Вэй рассказала ему всю правду:
— Сяочжэн, пока ты учился за границей, дома всё давно изменилось. Последние два года твой отец завел на стороне любовницу и стал открыто приводить ее в дом. Я больше не могла это терпеть и потребовала развода. Я думала о том, что наследства, оставленного твоим дедушкой, нам с вами, обоим сыновьям, хватит с головой, поэтому была согласна отдать твоему отцу лишь малую часть. Но он наотрез отказался делить имущество по-честному, заикнувшись о том, чтобы забрать всё себе. Мы начали ругаться, потом он распустил руки, а дальше... дальше...
Глядя на лежащего без чувств на больничной койке Юйхуая, Лу Вэй сквозь слезы продолжала:
— Чтобы заставить меня передумать и отписать ему большую часть активов, он запер Юйхуая и принялся избивать его и третировать. В один из дней к нему пришел деловой партнер с сыном — обсуждать дела. Тот мальчишка прямо на глазах твоего отца начал домогаться Юйхуая, а твой отец сделал вид, что ничего не замечает. Я из последних сил оттолкнула мерзавца и заперла Юйхуая в комнате. Из-за того, что сынку того дельца так и не удалось довести задуманное до конца, он рассвирепел и велел отцу отказаться от сделки. Когда твой отец узнал, что сорвался контракт на миллионы, он сорвал злость на Юйхуае и запер его на ключ в той самой комнате на третьем этаже. Сяочжэн, умоляю, спаси своего младшего брата!
Узнав, что за всеми этими ужасами стоял его так называемый отец Су Вэйго, Су Чжэн с такой силой сжал кулаки, что побелели костяшки.
Вскоре он перевез Лу Вэй и Су Юйхуая во Францию, обустроил их быт и заставил Юйхуая пройти обследование заново. Видя медицинскую карту, пестрящую диагнозами, Су Чжэн был готов собственными руками прикончить Су Вэйго.
Впрочем, Су Чжэн даже не успел поквитаться с обидчиком: Су Вэйго свалился в больницу с обширным кровоизлиянием в мозг и в полном одиночестве испустил дух в больничной палате. Су Чжэн вернулся на родину лишь для того, чтобы наскоро справить похороны этому человеку, звавшемуся его отцом, после чего, забрав остатки семейного капитала, навсегда покинул Цзянчжоу и осел за рубежом.
http://bllate.org/book/24602/2888425
Готово:
